Постапокалиптический роман. Импровизация.

      Спустя час вернулся Ворон, и мы уже по оставшейся дороге поехали к поселению. От большого города остался жалкий клочок земли. Нас встретили несколько местных мужчин и предоставили сторожку, которую возвели посередине стены, как пропускной пункт. Вот пришла группа мужчин, сдать пост другим.       Тут было довольно тесно, но уютно. Была даже отдельная комната с четырьмя двухъярусными кроватями. В другой комнате, очень узкой, расположилась кладовая, и затем — кухонька. Все эти комнаты смотрели на один зал с местом для отдыха и, как раз, наблюдения. — Значит так, мы поможем с постом, будем меняться парами каждые два часа, — командным голосом оповестил Саша, кидая взгляды на меня. Сейчас идём мы с Денисом и Максом, потом Ворон с Ником, и затем снова я с Котишем, и там уже посмотрим. Всё понятно? — Так точно, — ответили я и Антон, а остальные уже зевали. — Да, хорошо, — ответил Денис и занял нижнюю койку. — Да, я, в принципе, могу и сейчас пойти, — потянулся Макс, — просто люблю прогуляться перед сном. — Окей, тогда покараулишь вход, что случится, будешь сигналить. Кстати, у каждого также есть сигнальные ракеты и просто гудок, как у фанатов были. — Угу, — кивнула я, так как такую вещь приметила сразу, когда стала укладывать свои вещи. — Ребят, вот мы вам покушать сделали, — раздался уже женский голос.       На вид ей было пятьдесят. Такая пухленькая, но весёленькая женщина с морщинками на лице и головой в платочке, одетая в потрёпанное платье. В руках она держала тарелки, а мужчина за её спиной — кастрюлю. Когда она поставила посуду на тумбочку между койками и открыла крышку, до нас дошел аппетитный аромат гречи. Видимо, с мясом.       Мои вечно голодные товарищи чуть не снесли с ног бедную женщину. В первых рядах был Макс. Вот как такая щепка могла есть так много? Потом Ник, Ворон и в конце скромно Денис.       Я стояла в уголке и скромно наблюдала за ними. Когда в первую очередь накормили голодных, подошёл Саша. Женщина положила ему в две тарелки кашу и закрыла крышкой, оставив половник сверху. — Приятного аппетита, — протянул тарелку Саша и улыбнулся с блестящими глазками. — Кушайте, милые, кушайте, я сейчас хлебушка принесу, — мило сказала женщина и удалилась из комнаты. — Почему вот так всё несправедливо? Я чувствую себя нахлебником, — садясь на самый край кровати, выдохнула я. — Да ты чего, всё нормально, мы оплатим этим людям свободой и независимостью, — сел рядом Саша, настолько близко, что под тяжестью наших поп кровать продавилась и мы оказались вплотную прижаты друг к другу.       Ник с Вороном сидели на той же кровати и болтали о своём, а на другой сидели два хомяка и молча уминали пищу, набивая щёки. Я поковырялась вилкой и выудила кусочки тушёнки. Мне очень нравилась такая еда, особенно на вылазках. Уж как-то она была вкуснее, чем в столовке. Хотя нет, там были вкусными супы и выпечка. Хотя, зависело от смены поваров, но даже их солянку можно было с аппетитом съесть с хлебушком и сосиской, запивая компотом. — Да, защитим, но от этого всё равно Мародёры не перестанут нападать на мирных, ведь не на каждое поселение найдутся такие, как мы. — Да, но у них будет больше шансов восстановить силы. Сюда как раз обещали доставить оружие под конвоем, так что, мы проведём зачистку и от клопов, — хмыкнул Саша и начал есть свою порцию.       Тут хозяйка принесла нам в другой тарелке чёрный хлеб, и мы взяли по кусочку. — Приятного аппетита, — пожелала она и снова скрылась с глаз.       Ели мы уже молча, слушая болтовню Ника и Ворона. Те обсуждали машины, события минувших дней и просто шутили, рассказывали анекдоты. Конечно, они материалисты, но в умеренном количестве.       Ночью, когда в дозор отправилась группа во главе с Сашей, я слушала храп лежащих внизу ребят. Боже, а к такому я ещё не привыкла. Поэтому пришлось залезть под подушку. Вроде бы, стало немного тише, и я даже смогла окунуться в дрёму.       Разбудил меня тихий шёпот и касание тёплых пальцев по щеке. Я сначала отвернулась, подумав, что шёпот кажется, а по щеке просто ползает муха, но эта чертовка была настойчива и ущипнула за ухо.       Я повернулась и, открыв глаза в темноте, увидела висящий фонарик, а потом, когда зрение сфокусировалось, увидела в полумраке Сашу. — Пора солнышку проснуться, — подмигнул он мне и, улыбнувшись, продолжил, — наша смена. — Ой, да, извини, — я поднялась и, потянувшись, свесила ноги.       Хотела спрыгнуть, но потом вспомнила про тумбочку между кроватями и полезла через изголовье на неё. Встав на тумбу, я почувствовала, как меня обняли за попу и опустили, как статуэтку, на пол. — Спасибо, — прошептала я и нагнулась, чтобы надеть ботинки.       Так как пока нас было двое, мы просто ходили по периметру забора, не отходя на дальнее расстояние. — Пс-пс, — тихонечко шепнула я и замерла на месте.       Саша тоже остановился и повернулся ко мне. Он хотел что-то спросить, но со стороны леса снова послышался хруст веток. Моё сердце начало колотиться, разгоняя кровь по жилам, я затаила дыхание.       Мы оба выключили налобные фонарики и стали прислушиваться. Темнота нас мгновенно сковала, но глаза привыкли из-за слабого свечения луны.       Саша приблизился ко мне, в тишине я услышала его дыхание. Мы стояли так минут десять, и тут уже послышались человеческие шаги. Моя рука потянулась автоматически к томагавку, висящему на поясе. С Сашиной стороны щёлкнул предохранитель пистолета.       Шаги становились всё ближе и ближе, и по звукам, их было двое. Вот чёрт... Как же сейчас было страшно. Чертовски! Мне даже показалось, что сердце ушло куда-то в пятки. Вот между деревьями показался свет фонаря, и Саша направил туда пистолет.       Я уже держала наготове оружие и приняла боевую стойку. Не знаю, зачем, но тело это сделало без моей команды. Как кошка дыбится при виде опасности.       Вот луч фонаря уже пробился, рассеиваясь на границе обочины, вышел человек, а из-за его спины — другой. Они пока не видели нас, но когда вышли на дорогу, Саша заорал так, что даже я дёрнулась. — Стоять, не двигаться!       Бедный мужик аж выронил фонарь из рук, и тот, шмякнувшись об остатки асфальта, погас. Но темнота не успела подступить, так как включился другой. — Ребят, это свои, — послышался немного хриплый голос, но Саша не спешил опускать пистолет, включив свой фонарь, приказал опустить мужику свет.       Тот беспрекословно опустил фонарик, и мы увидели до смерти напуганного парнишку лет девятнадцати и пожилого мужчину. — Са... ой, Сокол, они местные, опусти оружие, — вступилась я, так как видела этого мужчину, когда мы приехали. Он сдавал вахту, и других приблизительно запомнила, так как у меня была фотографическая память. — Да? Как это подтвердите? — Настаивал Саша. — Я... я могу подать сигнал нашим, — чуть ли не заикаясь, прошептал парнишка и потянулся к карману камуфляжных штанов. — Сказал не двигаться, — гаркнул Саша и сделал шаг в сторону, загораживая меня своей широкой спиной. — Да блин, почему ты не веришь им? Разве они похожи на Маров? — Начала возмущаться я и обошла его. — Стоять, — заорал снова Саша, но я сделала пару шагов к людям, не доходя до них пару сантиметров. — Это какая-то сигнальная ракета? Если да, то медленно достань её. И отойдите оба на метр.       Парень трясущейся рукой достал какую-то шашечку, положил на асфальт и, как кошка, отпрыгнул в сторону. Мужчина, как рак, попятился с поднятыми руками. Я же повернулась боком, показывая Саше, что они местные и улыбнулась. — Если хотите, — выдержал паузу парень и продолжил уже более спокойным голосом, — то в неё можно что-нибудь кинуть или стрельнуть, тогда она выпустит сноп искр. — Да, а я могу связаться по рации с нашими, они выйдут. — Они, вроде бы, находятся вдоль стены, почему сейчас не реагируют? — Строгим голосом спросил Александр и кивнул на стенку из кирпича вперемешку с деревом и железом.       И правда странно, обычно каждые метров пятьсот стоят небольшие навесы наверху стены, и в них должны быть охранники. Но я посмотрела туда и никого не обнаружила, только небольшой огонёк. — Может, они подумали, что эту часть охраняем мы, и ушли с поста? — Предложила я свою догадку. — Давай этот мужчина свяжется, и к нам подойдёт главный? — Хм. Ладно, если у него рация. Только скройся за мной, — в его голосе явно читалось недоверие и беспокойство.       Мужчина достал из нагрудного кармана рацию. Она пикнула, и он начал вызывать базу. Спустя пару минут послышалось шипение, снова пик и сонный голос. — Тут наше подкрепление на страже порядка, — усмехнулся мужчина, и рация снова пикнула. — Сейчас выйду.       Прошло минут десять, и мы увидели вдоль забора ещё один свет фонарика. К нам подошёл глава поселения, как я поняла. Тоже пожилой мужчина, но старше того, что с ним связывался. — Ну, Сокол схватил добычу, — посмеялся тот, похлопав Сашу по плечу, и тот наконец-то опустил пистолет, убирая его в кобуру на ремне. — Да уж. Вы простите, жизнь научила не доверять людям, — ухмыльнулся Саша, пожимая руки парню и мужчине. — Мы с папой иногда ходим на разведку, — начал парнишка. — И вот сегодня, кажется, мы нашли лагерь Мародёров, у них горел костерок, но все дрыхли в палатках. Мы предполагаем, что они могут снова напасть рано утром. — О, а не знаете, сколько их там может быть? — Нет, — прохрипел мужчина, откашливаясь. — Но палаток было две трёхместные, одна большая, как военный шатёр, и две двухместные. — Хм. Ясно, — потирая подбородок, протянул Саша и повернулся ко мне, — Кот, иди, значит, буди наших с... эм, как тебя? — Стас, — ответил парень, убирая шашечку обратно в карман. — Со Стасом и папой. Пётр, а вы, значит, найдите постовых с этой части. Я пока покараулю, пока меня не замените. — Хорошо, — ответил Пётр. — Удачи, котёнок, — улыбнулся Саша, хлопая по спине.       Я хотела сказать, мол, с какого перепуга ты так меня называешь, но жители начали движение, и мне пришлось идти, прикрывая их, и держать уже пистолет наготове.       Зайдя за стену, я сразу пошла будить ребят. Время было уже полчетвёртого. Самый сон для человека, и, вроде бы, даже крепче, чем в остальное время. Минут пять ушло на то, чтоб только добудиться до этих сонь. Когда все более-менее проснулись, я доложила о ситуации. — Так надо их порубить нахуй, — сказал Ник. — Да погоди ты рубить, нужно Сокола дождаться. — А если это не Мары? — Вступила я в разговор. — Нет, судя по описанию, точно они, — поправляя очки, ответил Денис.       Да, днём он носил линзы, чтоб очки не мешались, но в другое время мог носить и очечи. Кстати, ему они больше почему-то шли. — Да, это определённо эти твари, — раздался голос Саши, заходящего в комнату. — И что делать будем? — Спросил Ворон. — Да желательно перебить их там, хоть их немного, но раз они терроризируют местных, значит, не слабые. Палаток много, значит, их человек десять, если не больше. — Так возьмём сильных и уебём их тапком, как тараканов! — Усмехнулся Макс, слезая с верхней койки. — Да, нужно, но мы не знаем, как они вооружены, — рассуждал Саша. — Но если они планируют набег утром, то лучше их встретить тут. — Точняк, я же могу их обстрелять из винтовки или лука со стены! В любом случае, нужно уничтожить сначала сильных или с огнестрельным оружием, а там, если есть рукопашники или с холодным оружием, справитесь и вы. — Да, наверное, ты права, плюс, опять же, мы не знаем, с какой стороны они ударят. Может даже, у них и гранаты есть, раз имеется шатёр. И, видимо, они там уже долго располагаются. По словам Игоря, они обнаружили только этот лагерь, а Стас говорил, что видел следы других лагерей, и они были свежими. — То есть, их стая могла разделиться и даже окружить. Но мы же въехали спокойно, — я тоже начала рассуждать, теребя край ремешка на поясе. — И то факт, — ответил Денис.       Вот он, мозг, и уже анализировал информацию, это я поняла по тому, как он сложил пальцы домиком. Да, я наблюдательная и знаю его, как своего брата. Когда он думает, то всегда так делает. — Тогда план такой. Вызываем подкрепление на весь периметр, новички, вы на стене отвечаете за дальний бой, распределитесь по сторонам, а мы и другие рукопашники будем поджидать снизу. — С этими словами он вышел к главе Петру и сказал собирать остальных мужчин с поселения.       Ох, чувствую, это будет напряжённая битва...