Всё

*** – Пашка, привет! Ты чего так поздно? – спросила она, прислонившись к его щеке. – Я у мамы был, она котлетки передала, будешь? – Давай две! – воскликнула Оля. – Я очень голодная. Чуть с ума не сошла сегодня, на улице холодно, гулять не ходили, поэтому я ела только утром. – Таечка спит уже? – К счастью, да. – ответила Оля, разрезая котлету. – Твоя мама готовит как Бог, а мою стряпню, к слову, дочь не оценила. И ведь ела до того, как ты ей кашу сварил. Вот что ты добавил, Рыков? – Любовь и ничего больше, Олюшка. – Паш, я серьёзно. – Изюм я добавил и яблочко, всё? – Завтра попробую, и если она не будет, значит, всё — я бесталанна. *** Утром Паша, как обычно ушёл на работу, а Оля бережно поглаживала спящую дочку. – Доченька, просыпайся... – Тася сладко вскинула ручки вверх и потянулась. Затем девчонка осторожно села и выдувала ртом воздух, от чего русые локоны забавно трепыхались и щекотили лоб. – Давай, волосики заколем? – Оля собрала волосы обожаемой дочки шёлковой резинкой с бантиком, поцеловала её в щёчку и взяла на руки. Поставив малышку на пол, оня взяла её за ручки и учила юркую девчонку ходить. – Моя-то умничка! Завтракать будем? – по совету Паши она добавила в блюдо изюм и яблоко, поэтому кашу Тая уплетала с особым рвением. В дверь позвонили. – Кто это к нам? Пойдём узнаем? – Вновь, обучая дочку хождению, Ольга подошла к двери и отперла её. – Ух, ты, кто пришёл! Бабушка пришла! – Тая пружинила коленями и что-то требовала. – На ручки хочешь? Иди скорее, моя сладкая! – Аверина взяла внучку на руки и восторженно на неё смотрела. – Какой у тебя бантик красивущий, совсем большая уже. – Скажешь тоже. – усмехнулась Оля. – У нас небольшой беспорядок, мы только что поели. – Перестань оправдываться, я ж к тебе не с ревизией, да моя хорошая? Тась, скажи маме, что она слишком загоняется. – ласково обратилась она к внучке, заходя в ванную. Ольга намыла посуду, налила в стакан с крышкой компот из яблок, а Марина умыла девочку. – Пойдём к мамочке? *** Марина посадила внучку в манеж, дала ей погремушки, кубики и юлу. Ольга подошла к манежу, подала дочке компот, та допила и изучала игрушки. Арефьева отошла в сторонку, собрала волосы и открыла фрамуги. – Оленька, Паша сказал, ты по ночам плачешь, это правда? – Да. Я очень виновата перед Таей, не стоило так резко прекращать кормление. Даже не думала, что буду так переживать по этому поводу. – У тебя гормональный фон ещё не стабилизаторовался, ты не хуже меня об этом знаешь. – сказала Марина, обнимая Олю. – Я Пашу кормить перестала в восемь месяцев, тоже переживала, но ничего, обошлось. – Мам. – всхлипывая, произнесла Ольга. – Ты ещё долго держалась. Рыковы очень больно кусаются, особенно, если у них двенадцать зубов. – говорила Марина и прижимала Олю к себе. – Хочешь, мы пойдём гулять, а ты куда-нибудь сходишь, отдохнёшь? – Не-а. Вдруг Таська пойдёт, а я пропущу? – Тогда собирайтесь, девочки.