Вендетта по-американски

По команде Клима вторая половина группы спецназа из Якута ,Дока и Змея начала свой путь к объекту, с противоположной стороны здания. До него оставалось пройти еще совсем немного. — Док, это Клим. Работаем очень тихо, пока не поступит приказ штурма! —сообщил указания Клим второй подгруппе. — Док понял, — ответил Вяземский. Он двигался первым и вел за собой Якута и Змея. Вел — это было громко сказано . Дабы остаться незамеченными, спецназовцы ползли сквозь высокую стену сухой пожелтевшей травы, и лишь изредка шли пешком, пригнувшись за пригорками. — Якут слышал, — отозвался Урманов, стараясь ползти по траве аккуратнее, и не забить сырым песком после недавно прошедшего дождя свой автомат. Шевелящиеся от сильного холодного ветра сухая трава щекотала его вспотевшее лицо. Ветер приносил за собой запах дыма от взорванной машины чеченов. — Змей принял. Кобрин полз позади остальных, и немного замедлился, на весу прикручивая к своей винтовке глушитель. — Долго там еще, Док? — немного капризным тоном спросил Якут у капитана. За все время Якут уже почти выдохся, не замечаяя текущий по лицу пот. Ползать по пластунски Урманов не любил еще со времен срочной службы. Док осторожно выглянул из травы. Здание было уже совсем рядом. — Тише ты. Уже почти подошли, - тихо и настороженно ответил Док. — Осталось еще немного пройти чуть правее, —продолжил Док, и пополз дальше. Пройдя еще немного, Кобрин снова затормозил. — Как тебе вон тот холмик, командир? — тихо спросил Змей, обращааясь к Доку, и кивнул на расположенный впереди пригорок. — В смысле? — не понял Док. В ответ Змей закатил глаза, поднимая вверх свою винтовку, и показывая взглядом на свое оружие. — Главное, как он тебе, а не ему, — с шуткой ответил Якут Змею, вытирая рукавом пот со своего лица. Спецназовцы уже дошли до объекта, Змей прополз вперед за пригорок, к выбранной позиции. — По-моему ,хорошая позиция, — сказал Кобрин, подползая к пригорку. Холм как раз находился на уровне середины здания, в метрах пятидесяти от него. Змей уже становился опытным снайпером, и чувствовал такие удачные места для хорошего обзора и стрелковой позиции. — Хорошо. Оставайся здесь, — ответил Док, и сел на корточки, скрываясь за возвышением. — Есть, — коротко ответил Змей. Из-за пригорка действительно хорошо обозревалось здание, и было видно каждое его окно. Кобрин не ошибся с удачной позицией. Змей пригнулся за холмом, осторожно положив на вершину пригорка винтовку, обмотанную зелеными маскировочными лентами. Они идеально сливались с травой. — Есть кто? — спросил Док. — Вижу одного в окне, — ответил Змей, наконец получше настроив окуляр прицела, и быстро нажал на курок. — Змей, вон еще один! — сказал Якут, незаметно вынырнув из высокой травы под пригорок и всматриваясь в бинокль,— Он в окне второго этаж, в крайнем справа. — Вижу,— ответил Змей. Он плавно навел прицел на цель, и бесшумно сделал очередной выстрел. — Чисто! Якут отряхнулся от сырого песка, готовый идти дальше. — Ну что, пора? — тихо спросил он у Дока. Якута перебил голос Платова из наушника. — Якут, Док, это Клим. Что у вас, добрались? — Клим, это Док. Так точно, почти дошли до объекта. Змей на позиции, — ответил Вяземский, поправляя микрофон от связного наушниках , —У нас пока минус два. — Хорошо. Бери Якута и входите внутрь. — Есть, Клим, — вставил Якут, услышав новый приказ майора Платова. — Будьте осторожны. Эти гниды снова могут капканы понатыкать, — предупредил Платов, в его голосе была слышна тревога и злость. — Понял тебя, — ответил Док, с подозрительным видом. — Конец связи. Тем временем вторая часть группы тоже почти подошла к зданию. Шах оставался на заросшем склоне на своей снайперской позиции. Хруст и Джим во главе с Климом бегом пробрались на территорию объекта, посте того как Шахмаметьев аккуратно ликвидировал всех выставленных снайперов и охрану снаружи здания. На ходу Джим достал из рюкзака тепловизор. До здания оставалось пробежать ещё несколько десятков метров, что усложнялось неровной пересечённой местностью. Спецназовцы спрыгнули в небольшое углубление, похожее на маленький овраг, чтобы затаиться на время, и решить, как действовать дальше. — Ну, Джим, что у тебя? — спросил Клим, отдышавшись, и посмотрел на монитор прибора в руках Уоллеса. Хруст присел на корточки, обхватывая обеими руками свой автомат. — В здании похоже человек восемь-десять, — предположил Джим, рассматривая "теплые" пятна жёлто- красного цвета на мониторе тепловизора. Хруст незаметно выглянул из-за возвышения. Свозь колосья травы он увидел недалеко от себя подземный лаз, напоминающей маленькую деревянную дверцу в бетонной раме. — Джим, что это за хрень к нам движется? — заметив движение "пятна", внезапно спросил Клим, показывая пальцем на монитор. — Дух наверное, — спокойно ответил Джим, — Он рядом! — уже тревожно воскликнул Джим, понимая, что с большей вероятностью к ним приближается враг. — Клим, тут похоже подземный ход! — тихо воскликнул Хрусталев, и перепрыгнул возвышение. Клим и Уоллес последовали за ним, подойдя к лазейке. Джим быстро спрятал тепловизор обратно в рюкзак. Вдруг дверца лаза слегка зашевелилась, поскрипывая дощечками. Кто-то открывал ее с внутренней стороны. Хруст быстро перепрыгнул яму, и встал с обратной стороны лаза, нацеливаясь на вот-вот появившегося из дверцы человека. Платов и Джим разделились, и встали по бокам бетонных стенок, уходящих под землю. Они были готовы к нападению. Дверца наконец открылась, и из нее вышел вооружённый чеченец, все в такой же черной военной форме. Следом за ним показался еще один. Хруст громко с щелчком перезарядил автомат. На звук затвора первый вышедший из лаза чеченец , обернулся. Чеченец выпрямился и замер, когда Хруст приставил дуло автомата прямо вплотную к его лбу. Второй попытался уйти обратно, но Платов резко перехватил его, спиной прижав к себе. Рукой Клим сдавил ему горло, к виску прижав дуло пистолета. — Бросай оружие! Дёрнешься — завалю, — тихо, но очень злобно сквозь зубы сказал Платов рядом с ухом противника. Он стоял смирно, сбросив свой автомат и рацию на землю. Хруст начал допрос. — Говори, кто в здании? Сколько вас? Где еще входы и выходы ? — разозлённо кричал Хруст, прижимая автомат сильнее к голове чеченца, — Отвечай, быстро! — Я ничего не скажу тебе, русская собака! Вы все неверные, я вас всех перережу! — в ответ вопил чеченец на ломаном русском, и схватился за автомат. Он направил оружие на Хруста. — Неправильный ответ, — спокойнее ответил Хруст, выстрелив первым. На черной косынке чеченца возникла небольшая разливающаяся лужица красной крови. Чеченец с пулей в голове рухнул на землю, и упал в овраг. Второй наблюдал за этим с явным испугом в глазах. Джим подошел ко второму чечену, которого держал Клим. — Вопрос тот же, — леденящим голосом сказал Уоллес, и с огромным гневом в глазах подошел ближе к врагу. — Я также ничего вам не скажу! — глаза чечена испуганно забегали. — Тем хуже для тебя, — сквозь зубы процедил яростный Джим, настроенный злобно и серьёзно. Клим был готов выстрелить, уже надавливая пальцем на курок. — Подожди, Клим, — сказал Джим Платову, и полез в карман, явно что-то замышляя. Платов ослабил палец на курке пистолета, и вопросительно посмотрел на Джима. Уоллес вытащил из своего кармана зажигалку. — Хруст, подержи его, — попросил Уолеес. Глаза Джима всеми знакомого добродушного стали будто черными и наполнились непривычной бешеной яростью. Глядя на них, Клим даже стал побаиваться Джима. Сзади стоящий Хрусталев спустился с пригорка, убирая автомат за спину. Клим держал чеченца сзади, а Хруст с силой сжимал его за руку. Вид чеченца стал еще более испуганным. — Приступим к прогревающим процедурам, — озлобленно и почти шепотом сказал Джим, глядя чеченцу прямо в глаза. Он уже начинал вырываться, но Хруст и Клим крепче держали его. Джим взял ладонь противника, руку которого крепко держал Хруст. Джим зажег зажигалку под ладонью чеченца. Изогнувшись, высокое пламя плесало из-за ветра. Джим поднес зажигалку еще ближе к коже. Чеченец стал кричать и вырываться. — А теперь скажешь? Скажешь, мразь? — кричал во весь голос Уоллес. Его сознание накрыло гневом. Он поднёс горящую зажигалку вплотную к ладони врага. Хруст с силой продолжал удерживать его руку. — Клим, я Якут. Мы подошли к зданию, но похоже здесь вход заминирован, — вдруг в наушнике Клима зазвучал голос старгего лейтенанта. — Якут, без моей команды ничего не начинать! — Клим, что за крики? Кого пытаете? — удивился Якут, засмеявшись. — Все потом! — быстро крикнул Клим. Сейчас было не до шуток, и вообще, некогда. Чеченец стал кричать что-то нечленораздельное на своём языке. На русском только прозвучала фраза: — Я скажу, я все скажу! Но Джим продолжал держать открытое пламя. Запах горелой плоти бил в нос, и чеченец уже почти рычал от боли. Глаза Джима остекленели, а разум затуманился. Платов продолжал держать чеченца одной рукой; второй он выхватил зажигалку из рук Уоллеса. Такими темпами чеченец будет только орать, и не сможет сказать ни слова, хотя и собирался. — В здании только девять человек! На втором этаже! Вход только здесь и с другой стороны! Я больше ничего не знаю! — кричал чеченец сжимая свое запястье, и продолжая выть от боли. Хруст начал с силой трясти Уоллеса. — Джим, успокойся! Он все сказал! — кричал Хруст, — Да успокойся ты! — Убью, всех убью! — гневно орал Джим. Успокаивать Джима не помогало, он так же продолжал кричать что отомстит за друга и коллегу. Клим выстрелил в чеченца, и он упал к первому. Громкий звук выстрела ошарашил сознание Джима, пребывающего в аффекте. Он почувствовал, будто резко очнулся. — Извините, ребята. Я не знаю что со мной, — пречитая, сказал Уоллес, потерев лоб и глаза руками. Он наконец пришел в себя резко, как по щелчку. Клим понимал Уоллеса, ведь он сам когда-то был в таком же состоянии, и до Джима ему было недалеко. Но Уоллес слишком долго жил с этим, тут у любого нервы сдадут. — Я все понимаю, не бери в голову, — Клим похлопал по плечу Джима. — Да, ты даже неплохо сработал и добыл информацию, — с сарказмом сказал Хруст. — Он сказал, что в здании девять человек. Нашим нужна будет помощь, — сказал Клим, спускаясь со склона в сторону лаза, — Вперёд! — Есть. — Сможешь разминировать? — спросил Док, склонившись над Якутом. Док старался держаться ближе к стене, дабы никто не смог его видеть с окон выше. — Не знаю, такую схему вижу впервые, — ответил Якут, очень осторожными движениями смахивая песок с протянутых проводов, лежащих в проеме входа в здание. Это был единственный вход. На первом этаже совсем не было окон, а окна на втором этаже находились слишком высоко, и забраться туда по ровной бетонной стене было нереально. — Ты же у нас талант, — подбадривал Док Якута. Но Якут только огорчился тому, что получает комплименты в такой безвыходной ситуации. Якут ближе наклонился к земле, лучше рассмотрев мины. Он достал из кармана кусачки. — Аа, кажется понял, — пробормотал себе под нос Урманов , и аккуратно перекусил какие-то провода. —Змей, это Док. Над нами все чисто? — спросил Вяземский, боясь стать замеченными с Якутом. — Док, я Змей. Все чисто, командир, — доложил Кобрин. В связь ворвался Платов. — Док, это Клим. Что там заминировано, помощь нужна? — спросил Платов. — Клим, это Док. Духи заминировали вход, — ответил Док, поправляя рукой шапку. Якут возился уже минут десять, и Док устал стоять без дела. — Вот черт, — с досадой ответил Клим, — Мы нашли тут еще один вход, может вы... — Не надо! — резко оборвал Якут, — Я все разминировал! — Якут готов был радостно подпрыгивать. Док улыбнулся хорошей новости. — Отлично, Якут. Проникайте на объект. По нашей информации духи на втором этаже, — сказал Клим, — Мы скоро прибудем. Платов с Хрустом и Джимом спускались по лестнице в подвал. Прямой узкий коридор шел в сторону здания. — Есть, Клим, — ответил Якут. Осторожно перешагивая через перерезанные провода Якут вошел внутрь. В темном помещении висели горящие лампочки на высоком потолке, было пустынно. От тихих шагов по бетонному полу стояло звонкое эхо. — Я в тебе не сомневался, — похлопав Якута по плечу, сказал Док. Он улыбался и радовался удачному разминированию. — У тебя золотые руки, — продолжал Док с улыбкой на лице, перешагивая через порог. От такого неожиданного и красивого комплимента сердце Якута забилось чаще. И краснея от смущения, он просто и коротко ответил: — Спасибо. Это моя работа. — Тсс! Похоже там кто-то есть... — шепотом сказал Док, прижимая Якута к большой бетонной колонне, и прячась за ней же. Непроизвольно Док налег своим телом на Якута. Он был так близко, что Якут слышал его дыхание. Появилось дикое желание обнять его за сильную спину, прильнуть к его нежным губам, не отпускать, целовать снова и снова ... Шарканье и шаги врагов сзади прерывали всю романтику. Клим, Хруст и Джим уже добрались по подземному коридору до здания. Подземный коридор больше походил на катакомбы, от землистых стен исходил запах сырой почвы. Крутая лестница, ровно выложенная из бетонных блоков, вела на первый этаж объекта. Бесшумно двигаясь, Клим первым пошел по лестнице вверх, потушив фонарь. Наверху были слышны шаги, и чей-то разговор не на русском языке. Платов очень осторожно выглянул на этаж. Двое чеченцев шли мимо, что-то живо обсуждая. Джим аккуратно выглянул за Климом. Шаги приближались, эхо от звуков становилось все выраженнее. Уоллес получше рассмотрел приближающихся людей. Джим узнал одного из них. Это был он. Та сволочь, та падаль, испортивншая всю его жизнь. Джим узнал его по годовалым воспоминаниям, и фотографиям Лилина. Это был он. Точно, он. Тысячи кровавых сцен мести пронеслись в голове Джима. Сознание снова накрыло беспросветной пеленой желания мести и крови. На мгновение Джим застыл. В его мыслях только одно: " Время возмездия пришло... " Джим ринулся вперед, одновременно с Климом. Платов расстрелял второго чечена из автомата, когда тот начал сопротивляться при нападении. Автоматная очередь слышалась в голове Уоллеса очень отдаленно. В состоянии транса он нацелился в того, кто убил его друзей. За ними на этаж вышел Хруст, готовясь к нападению с новыми противниками. На первом этаже чеченов было только двое, поэтому он занял позицию рядом со спуском в подземелье. Уоллес выстрелил в ногу своего врага. Тот упал, и Джим наскочил сверху на него, силой удерживая на бетонном полу. Чеченец стонал от ранения, бросаясь ругательствами. — Ты, сука! Ты убил их! — разъяренно кричал Уоллес, прижимая к полу противника. Хруст и Клим переглянулись. Выражение лица Хруста было тревожным. Клим еле заметно помотал головой, мол, лучше не вмешиваться. Джиму лучше выплеснуть свои эмоции, потом отойдет и полегчает. Платов вспоминал свою историю, как это было, и от этого становилось ещё больше не по себе. Хрусту тоже было крайне неприятно видеть душевные терзания Уоллеса. В ответ Джиму враг вопил что-то на чеченском, вырываясь и плюясь. — Не пизди! Все ты понимаешь и помнишь! — кричал Джим, нависая над чеченцем. — Нет лучше подарка чем голова твоего врага, так? Ты ведь помнишь, сволочь !— продолжал орать Джим, сжимая свои руки на его горле. — Вот только я не ты. Не зверь, и не животное... Уоллес почти задушил чеченца, медленно вставая над ним. Тот еще был жив, хрипел и откашливался. — Поэтому просто сдохни, — очень спокойно сказал Джим, думая, что бешенство уже прошло. Он выпустил в лежачее на полу тело очередь из автомата, снова с яростным криком. — Сдохни! За брата, за Амада! За всех! Сволочь! Увидев что чеченец больше не дышит, Джим остановился, выдохнув накопившуюся ярость. Затянулась небольшая пауза. — Не поверишь, Клим. Полегчало, — наконец сказал Джим, переступая через мертвое тело, и глотая водку из фляги. Взгляд Джима был пустой, но удовлетворённый. Платов и Хруст выдохнули. Похоже для Джима все более чем нормально закончилось. Вскоре на этаже снова послышались скорые приближающиеся шаги.