Учебный процесс

Впервые Дазай заметил это на одной из их первых миссий в качестве напарников по Портовой Мафии. Они сидели вдвоём в библиотеке, когда Дазай разложил на столе бумаги с нужной им информацией. Взгляд Чуи тут же метнулся к фотографиям их цели, а не пробежался по досье, как в первую очередь делали другие люди. Чуя наморщил нос: — И что такого важного в этом чуваке? Дазай придвинул бумаги ближе к Чуе, чтобы тот смог прочитать их: — Если бы ты слушал то, что я тебе говорил… — …заткнись, это было дико скучно… — Считай, что тебе повезло, прямо здесь есть вся нужная информация, — он ткнул пальцем в заголовок «контрабанда наркотиков». При других обстоятельствах Портовая Мафия закрыла бы глаза на чужие незаконные действия на их территориях, но это были их собственные вещества, похищенные и перепроданные, а значит Мафия теряла деньги. Чуя тупо уставился на текст. Ах, так вот в чём было дело. Дазай отложил эту информацию в дальние закутки памяти, чтобы потом решить что с ней делать. И просто объяснил в чём заключается их работа, параллельно указывая на некоторые слова в документе, когда произносил их. Он буквально видел, как вертелись шестерёнки в крошечном мозгу Чуи, пока тот выхватывал и запоминал показанные ему слова. Неграмотность Чуи имела смысл: он прожил на улице большую часть своей жизни, и не помнил ни своего детства, ни места, где вырос. (Сам Дазай прекрасно знал, где Чуя вырос, эта информация была щекотливой темой, которую Босс огласил лишь ему и другим руководителям. Ну, то есть, изначально в планы Мори не входило просвещение Дазая, но, хэй, у него были свои способы). Хрупкий разум Чуи попросту не мог обрабатывать столько информации сразу, так что Дазай планировал использовать эти знания против него, если когда-нибудь возникнет подобная нужда. И всё-таки Дазай решил сообщить об этой проблеме Коё Озаки, нынешней руководительнице Чуи. Пусть улица и воспитала в Чуе смекалку и интуитивность, он бы просто не смог существовать в Мафии без навыков чтения или письма. Не то чтобы Чуя сильно страдал без этих умений сейчас, когда, к сожалению Дазая, он был его напарником на большинстве миссий. И, к ещё большему сожалению, Дазай был тем, кто зачитывал ему каждый документ их миссии. Но это не мешало ему заставлять Чую «писать» все отчёты, которые можно было скинуть по почте самостоятельно. Изначально Чуя не был силен в технологиях, но он быстро учился, так что уже скоро разобрался в программе, способной переводить надиктованные слова в текст. И, определено, Чуя был расстроен тем, что не мог прочитать содержание бумаг, которые пихали ему под нос. Если ему и приходилось что-то подписывать (подпись — первое, чему научила его Коё), он показывал документы Дазаю, обычно под предлогом «вообще не разбираюсь в этой деловой фигне». Даже если это был просто заказ с Amazon, за который нужно было расписаться. Дазай подыгрывал ему и честно читал содержание, чтобы кивнуть или посоветовать отклонить подпись. Но иногда случались моменты и Чуя приходил в восторг. Когда сапфиры его глаз загорались при прочтении знакомого слова. Читал он вслух, словно смакуя фразу, а затем на его лице расцветала радостная улыбка. Такие моменты, конечно, стоили всех трудностей. Через несколько месяцев Коё объявила, что у Чуи дислексия, как и предполагал Дазай. Чуя на лету схватывал биологию, историю, математику и даже основы делопроизводства. Всё, кроме литературы. И в том же месяце их снова объединили ради миссии. Видимо, они действительно преуспели в своей совместной работе. Именно так они оказались в ветхой антикварной лавке, в попытках отследить контрабанду, которую дезертир Портовой Мафии попытался заложить. С самого начала они разделились. Чуя, помахивая бумагами в руках, прошёл в отведенную ему половину магазинчика, переводя скучающий взгляд с фотографий на витрины. Изначально то, что им дали было анкетой с подробным описанием предметов, но Дазай уже привычно распечатал вместо них фотографии, чтобы упростить задачу для них обоих. После он просто сжигал эти снимки. Даже просто взглянув на лавку снаружи Дазай уже мог сказать, что ничего они здесь не найдут. Ничего примечательного или заслуживающего доверия. Поэтому он быстро окинул взглядом свою часть магазина и отмахнулся от владельца, спросившего, что конкретно ищут молодые люди. — Чиби, пошли, здесь нет ничего интересного… — Дазай замолчал, заметив как пристально Чуя смотрит на выставленные в ряд кожаные ремешки. Чокеры. Видимо, его внимание привлекли надписи, вышитые на внутренней стороне украшений. Подойдя ближе Дазай обнаружил, что на каждом из них были разные слова, почти как на тех дрянных браслетах, так обожаемых девчонками-подростками. Чуя разглядывал ближайший к нему широко распахнутыми глазами, беззвучно повторяя слово со внутренней стороны украшения. Видимо, единственное из всех, которое он смог прочитать. — Благородство, — пробормотал он, переводя взгляд на следующее. И судя по напряжённому выражению лица, знания Чуи на этом закончились. — Эрудиция, — подсказал Дазай. Чуя подскочил, мгновенно обернувшись, и кинул яростный взгляд на Дазая. — Блять, не подкрадывайся ко мне так. А затем: — Что ты сказал? — Эрудиция, — повторил Дазай, проворно потянувшись за колье. Материал был плотным и тугим, — Довольно странный выбор для побрякушки. До Чуи дошло, что Дазай обнаружил его проблему с чтением, и лицо напарника залилось краской. — Ты вообще уверен, что это гребаное слово реально существует? — О чём ты говоришь, естественно оно существует, Слизняк! — Дазай ткнул пальцем в надпись — Видишь? Э-ру-ди-ци-я, то есть высокий интеллект или глубокие познания в какой-либо области. Чуя горько усмехнулся, глядя как напарник возвращает колье на место. Дазаю не понравился этот звук. Похоже на шелест увядающих листьев. Иронично, что именно это слово привлекло внимание Чуи. — Ты же знал об этом всё время, да? Дазай невинно моргнул, и губы Чуи скривились. — Что ты имеешь в виду? — Ты знаешь, что я имею в виду. Дазай сдался, заметив, как погасли, обычно яркие глаза Чуи. — На самом деле я и был тем, кто предложил Коё обучить тебя базовым предметам. Всё-таки ты всю жизнь провел на улице с крысами, такими же как и ты. Чуя стиснул кулаки, но не замахнулся на Дазая и даже не накричал. Это было крайне на него непохоже. А потом он заговорил неожиданно тихим голосом: — Я должен был догадаться. Все те фотографии, которые ты мне давал, и зачитывание информации из отчетов вслух. — Ага, — согласился Дазай небрежным тоном, — Я особо и не пытался скрыть, что знаю о твоей неграмотности. Чуя всё ещё не ударил Дазая по лицу, и Дазай всерьёз начинал рассматривать вариант, что пользователь способности каким-то образом захватил тело его напарника. Чуя вздохнул и с тоской посмотрел на колье: — Знаешь, Ане-сан больше этим не занимается. — ...Чем именно, Слизняк? Чуя бросил на Дазая сердитый, но уязвленный взгляд. Где-то в глубине его глаз плескался целый водоворот эмоций, гораздо более глубоких, чем просто пустой гнев. — Больше не учит меня, — Чуя не смотрел в глаза Дазаю, — Думаю, она наконец-то разочаровалась в этом. Теперь всё встало на свои места. Коё урезала количество уроков, и Чуя решил, что руководительница разочаровалась в нём. Но на самом-то деле Чуя знал основы. Он мог ориентироваться в отчетах о миссии и даже мог достаточно неплохо писать, но новые слова сбивали его с толку. И настоящая ситуация была полной противоположностью того, что напредставлял себе Чуя: Босс приказал Коё сократить даже больше занятий, чем ожидал от него Дазай. Потому что Чуя был оружием Портовой Мафии, а оружие, которое слишком много знало, было бременем. Чуя и без этого был достаточно могуществен, а давать ему ещё больше навыков, было слишком рискованно для Мори. Возможно он опасался, что Чуя когда-нибудь сбежит от них, и использует полученные знания против Портовой Мафии. Но Дазай то знал, что Чуя никогда в жизни не предаст доверие Мафии. Всю свою сознательную жизнь он был привязан к той или иной организации, так что просто не смог бы существовать без возможности быть кому-то верным. — Да-да, она сократила ваши уроки, — закивал Дазай, и Чуя в замешательстве нахмурил брови. — Но дело не в том, что ты слишком туп, чтобы продолжать ваши занятия. Ты бы мог всё освоить, если бы хоть немного напряг свой мизерный мозг. Похоже, Чуя не разобрался воспринимать слова Дазая как комплимент или как оскорбление, поэтому просто безразлично уставился на него. — Значит, я не должен знать больше, чем мне дозволено? — спросил он с горечью, возвращаясь взглядом к чокеру. — Ты это имеешь ввиду? — Верно. Но было что-то ещё, что-то в выразительных глазах Чуи, будто непрерывное мерцание огня, поселившегося на глубине зрачков. Чуя хотел знать больше. Он жаждал знаний, также как и Дазай. А возможно он просто хотел принадлежать к чему-то большему. Быть нормальным как и все. И дело было не только в том, чтобы научиться читать и писать. Дазай так и не понял, как у него изо рта вырвались следующие слова: — Полагаю, я могу помочь Слизняку с этим. Глаза Чуи распахнулись от удивления, когда он резко повернулся к Дазаю. На дне зрачков появилась робкая искра чего-то напоминающего надежду: — С чего бы тебе заниматься этим? Дазай окинул взглядом помещение магазина в последний раз, прежде чем кивком указать на дверь. Они направились к выходу. — Ну, я же не могу просто так спустить свою собаку с поводка, если она не знает основ жизни в социуме. Кроме того, я бы предпочел, чтобы мой напарник умел читать. Чуя переступил с ноги на ногу, разглядывая переполненные улицы Йокогамы. Надо было отправляться в следующий антикварный магазин. — Думаю это не будет лишним, — наконец-то согласился он, — Только давай без этой херни по типу неправильных значений слов. Иначе я тебя убью. Дазай ухмыльнулся. О, это был лишь один из его многочисленных планов на эти уроки.

***

Хотя их уроки нельзя было назвать «уроками» как таковыми. Они никогда не садились и не проговаривали слова и их значения, потому что оба были уверены, что не выдержат и пяти минут подобного. Вместо этого они учили слова урывками: Дазай указывал на случайный дорожный знак или вывеску, а Чуя читал его вслух и позже записывал блокнот. Иногда Чуя растерянно щурился, и после минуты молчания Дазай зачитывал содержание знака. В другие дни Чуя с лёгкостью читал слова гордым тоном. Параллельно с навыками чтения улучшалось и его письмо. В конце года Чуя мог читать и писать практически всё, что диктовал ему Дазай. На самом деле, он даже читал что-то из классических книг, которые выискивал в библиотеке. Место, которое он когда-то ненавидел, которое словно насмехалось над его неумением элементарного, превратилось в убежище, где он был готов поселиться. Хотя в течение года случались свои трудности, подкашивающие уверенность Чуи. — Это чертовски тупо! — прорычал Чуя, накидывая на себя маску ярости, как и всегда, когда чувствовал себя уязвленным. В этом он с Дазаем были похожи, за исключением того, что Дазай делал выбор в пользу маски леденящего спокойствия и хладнокровия. — Чуя, — терпеливо повторил Дазай, постукивая пальцем по странице кулинарной книги, — попробуй ещё раз. Чуя закрыл лицо руками, скрывая раздосадованное выражение за ладонями. — Это была уже третья гребанная попытка! — И ты всё равно никогда не сможешь прочесть его, если так легко сдашься, — Дазай чувствовал себя лицемером, говоря подобную чушь, в которую сам бы никогда не поверил. Он презирал любые ободряющие слова, но обнаружил, что Чуя хорошо реагирует на них. Чуя фыркнул и вновь придвинулся ближе к книге, разглядывая слово на которое указывал Дазай. Он взял паузу, чтобы собраться и попытаться прочитать его снова. И снова неверно. — Неправильно, — отрезал Дазай, уже пятый за сегодня раз, и в это мгновение Чуя выглядел так, словно вот-вот готовился взорвать весь жилой комплекс. — Да просто скажи мне уже, я устал от всего этого бреда! — Прочитай вслух, — продолжил настаивать Дазай, стуча пальцем по строчке. К тому моменту щеки Чуи уже заливала краска, настолько давно ему не приходилось делать подобного: — По… поми… дор? Слово помидор в конечном итоге звучало как «помийдор», но уже достаточно близко. Глаза Чуи расширились, и Дазай ухмыльнулся: — Сейчас понимаешь, что это за слово? — Твою мать! Да знаю я, что такое помидор, я просто... — Чуя выглядел совершенно разбитым, чего Дазай давно не наблюдал. — Я не тупой, — пробормотал он, наваливаясь на стойку грудью, пока его пальцы яростно дёргали отросшие волосы. — Да, не тупой, пусть тебе и далеко до моего ума. Серьёзно, я самый гениальный человек из всех, кого ты когда-либо встречал, — заявил Дазай, протягиваясь к Чуе и выпутывая пальцы, впившиеся в мягкие волосы. Нет, ему определённо не нравились рыжие волосы Чиби, пусть тот хоть подожжёт их, ему всё равно. Напряжённого, словно струна, Чую начало потряхивать и Дазай понял к чему это ведёт: сбитое дыхание, дрожь — у Чуи уже несколько раз случались панические атаки. Хотя он и не слишком любил делиться этим с Дазаем. — Так тупо, — бормотал он вновь и вновь себе под нос. Затем резко рванул ящик и выдернул наружу свой блокнот, яростно записывая слово «помидор» и рисуя рядом с ним что-то напоминающее овощ. — Это такое тупое слово, все его знают, я должен был знать. Так тупо- — Чуя, — Дазай мягко прикрыл блокнот и отодвинул кулинарную книгу, — Дыши. Чуя вскинул на него испуганный взгляд, внезапно сделавшись похожим на оленя, застывшего в свете фар. Он сделал один судорожный вдох, затем другой, и так, пока к нему не вернулось самообладание. — Замечательно, — Дазай потрепал его по волосам, отчего Чуя взбешённо зарычал и отшвырнул его руку, — А теперь пересмотри свои слова. Чуя, несмотря на всё скопившееся раздражение, принял протянутую ему тетрадь и перелистнул на первую страницу, легко читая вслух слова и фразы которые уже знал. Уже скоро Чуя успокоился. Это были слова, которые он смог запомнить, которые показывали как много он смог выучить. Были и хорошие дни. Дни, когда Дазай показывал на дорожные знаки, а Чуя с лёгкостью читал их. И даже если это было что-то простое, как «Уступи дорогу» или «Стоп», Дазай одобрительно кивал. И именно Дазай заставил Чую попытаться написать свой первый отчёт о миссии, вместо привычного использования диктофона. По итогу это заняло не менее часа, но когда он передал готовый отчёт Дазаю, тот исправил всего несколько слов и запечатал конверт, возвращая его Чуе. — Адекватно, — одобрил Дазай, и Чуя без малейших колебаний передал конверт Боссу. Нет, Дазай не написал там ничего компрометирующего, хотя у него и была такая возможность. Он обязательно сделает это в следующий раз.

***

А год спустя Дазай смог увидеть самую искреннюю улыбку Чуи из всех, которые он когда-либо ему показывал. Она расцветала на его лице, пока он закрывал тонкий томик классики у себя на коленях. — Я дочитал, — торжественно объявил он. — Ма-а, я заметил, мы же всё это время были в одной комнате, — протянул Дазай, а затем оторвался от собственной книги и ухмыльнулся, — Я вижу, что уроки принесли свои плоды — ни одного вопроса на протяжении всей книги. Если бы я не знал Чую, то подумал, что он наконец-то овладел искусством чтения… А в следующее мгновение Чуя обнял его. По-настоящему обнял его. Дазая. Дазай уже приготовился отпихнуть напарника, ожидая, когда по коже привычно хлынет кипящая лава, как и каждый раз, когда кто-то касался его. Но сейчас всё было иначе. Вместо жжения было до странности приятное тепло. И это пугало гораздо больше. К счастью, Чуя быстро отстранился. — Ты мне всё ещё не нравишься, — уточнил он, — Ты идиот. Но теперь я умею читать… по большей части. — Да, было бы невозможно провалить мои уроки… — Не обольщайся, — фыркнул Чуя, — Спасибо, наверное… тупица. — Эй, Слизняк? Чуя подозрительно покосился на Дазая, который заново устраивался на диване. — Чего тебе? — Как грубо, — пожаловался Дазай, но всё равно запустил руку в карман пальто, чтобы выудить свёрток, который хранил там некоторое время. — Возможно, сейчас это понравится тебе больше, — он передал Чуе кожаный ремешок, и тот осторожно подцепил его за край, словно тот мог в любой момент взорваться. — Что за… — он изумленно распахнул глаза, проведя пальцем по гладкой коже, — Чокер? — Да-да, — отмахнулся Дазай, — переверни. Чуя с нескрываемым любопытством развернул его и тут же едва не выронил из рук — на изнаночной стороне аккуратной нашивкой сияло слово. Эрудиция. — То самое колье? — фыркнул он. — И ты хранил его целый год? Дазай пожал плечами: — Возможно. — Эрудиция, — повторил Чуя, — теперь я знаю что это. Образованность, широкий кругозор. По лицу Дазая, наблюдающего за возящимся с пряжкой напарником, растеклась широкая ухмылка. — Вот ведь ирония, да? Чуя вскинул бровь: — Знаешь, ты просто жуткий ублюдок, планирующий всё наперёд. Но даже это слишком предусмотрительно для тебя. Ты уверен, что никто не завладел твоим телом и всё такое? — К сожалению, я всё ещё жив и нахожусь здесь, — вздохнул Дазай, забирая чокер из рук Чуи и жестом показывая ему развернуться. К огромному удивлению, Чуя молча повернулся и даже не стал возражать, когда Дазай откинул волосы с его шеи, чтобы аккуратно застегнуть пряжку ремешка. Руки Чуи тут же вскинулись наверх и пробежались вдоль колье на шее, ощупывая его. Он одобрительно хмыкнул. — Отличненько! — хлопнул в ладоши Дазай. — Теперь у моей овчарки есть ошейник. — Да пошёл ты! — рыкнул Чуя, но ярость в его тоне сошла на нет, когда он вновь взглянул на Дазая. На самом дне его глаз плескалось целое море эмоций. — Спасибо, идиот. Я… кажется, я должен тебе. Дазай поймал себя на мысли, что ни на йоту не солгал, когда произнёс следующие слова. — Без проблем, Чуя… Теперь ты можешь делать все отчеты о миссиях самостоятельно! — Я так знал, что у тебя всё это время был личный мотив!