До костра заживет

Красная Kia Rio мчалась по Минскому шоссе, обгоняя громадные фуры. За окном мелькали смешанные леса: огромные величественные ели, тонкоствольные березки и осинки, кусты орешника по дороге. Пронеслась табличка «Ярцево», дорога резко покрылась колдобинами. - Да-а… Эту страну не победить, потому что в неё не проехать, - Григорий Александрович, обычно солидный мужчина с поддернутой сединой платиной волос, ныне яростно выкручивал руль, объезжая ямы и матеря до седьмого колена асфальтоукладчиков. В обычной черной ветровке и синей футболке Demix, он был не похож на себя самого. - Гош, не при детях, - Наталья Степановна, небольшая пухленькая женщина в цветастой кофточке и синих бриджах, одернула мужа. - Каких детях, Нат? Этому оболтусу третий десяток пойдет скоро уже, а он от мамкиной груди оторваться не может! – мужчина посмотрел в зеркало заднего вида на сына и иронично спросил, - скажи лучше, сын мой, узнал ли ты адрес своей суженой-ряженой? - Да, написал её подруге старой, сказал, что вещи хочу вернуть, которые она забыла, - Александр, полулежащий на заднем сидении автомобиля, достал телефон из кармана брюк и продиктовал отцу адрес. - А нормально спросить нельзя было? Почему надо всегда врать, это, знаешь, уже патология, - пока мужчина разглагольствовал, Наталья спокойно вбивала данные в навигатор. - А иначе бы она не сказала, ты знаешь Яру, она все напи…наврет с три короба, лишь бы выставить себя светлой и пушистой. Дальнейшая дорога продолжалась в молчании и тихом гудении радио. Ровно до въезда в пункт назначения. За окном промелькнул памятник в виде щита с надписью «Смоленск».

***

- Коть, запомни, этот праздник не тебя и не для других людей, - баба Маша, сидела позади внучки и пыталась заплести непослушные волосы Яры в подобие «корзиночки», - если Оленька попадет в какую-то передрягу, если с ней что-то случится – не смей соваться! - Бабуль, ты о чем вообще? – девушка попыталась обернуться, за что получила гребешком по затылку, — это же просто гуляния, игры всякие, тем более там же должна быть полиция все дела. Что может случиться с Олей? - Ну будет надеяться на это, - пожилая женщина перевязала лентой «хвостики» косичек затянула. Резко дернув на себя всю прическу, она прошипела на ухо внучке, - запомни, не смей никуда соваться, стой рядом со мной никуда не уходи, если что-то случится! - Да поняла я, - Ярослава пыталась вырваться из цепких рук бабушки, ставшей на миг такой незнакомой и далекой от нее. - Ну и добре, - баба Маша ласково улыбнулась и высвободила внучку, - я достала с антресолей мамину рубашку, в ней пойдешь и ее старые сапожки, должны подойти по размеру. Девушка взяла со спинки кресла выглаженную рубаху-вышиванку. Некоторые символы были знакомы: вот - лельник, оберег для юных девушек, вот – летний косой крест, знак дочери Лады, богини жизни. Больше всего выделялся на расшитой глади незнакомый символ, похожий на крест с ответвлениями и ромбиком между верхними «рогами». - Что он обозначает? Бабушка резко помрачнела. Задумчиво покусывая губу и не глядя на внучку, она ответила: - Хляби небесные. Символ Агидель – богини воды, видишь рядом лебеди и цветы. Обувку примерь, если не подойдут, босой придется идти. Рядом на коврике лежали удивительной красоты сапожки. Изящные, аккуратные, полностью вышитые переливающимся на солнце красным и зеленым бисером. Небольшие, сантиметров шесть серебристые каблучки. По верху обувь была отточена такой же серебряной тесьмой. Сапожки сели, как влитые, плотно обтягивая икры, невесомые голенища сверкали, как новогодняя ёлка. Надев рубаху на голое тело, Яра посмотрелась в зеркало. «Как с гнёздовского фестиваля реконструкции сбежала». Бабушка подошла сзади и обернула Ярославу поясом, он обвился вокруг талии два раза, концы свисали сбоку. - Негоже, молодой девушке распоясанной ходить, - произнесла бабушка и посмотрела на свое детище. Пред ней предстала молодая девушка. Светлые волосы убраны от лица в две тонкие косички, перехваченные сзади лентой, остальная часть аккуратно спадала на плечи. Узкие плечи, пестрая рубаха- вышиванка с длинными широкими рукавами, подпоясанная ярким кушаком, тонкие ноги и «золушкины» сапожки до колен. - Ну красуня, красуня! – проворчала бабушка, глядя на то, как внучка смотрится в зеркало в прихожей, - Зараз люстерку протрешь! Слух резанула домофонная трель. Бабушка начала метуситься и собираться. - Оленька уже пришла! Поболтайте, а мы с Тамарой Васильевной на улице пока потрещим! Впорхнула пышущая здоровьем и радостью Оля. Коса мазнула по косяку и зацепилась за неровно вбитый гвоздь. Девушка дернулась и остановилась на пороге. - Ну Олюш, ну что ж ты так, давай помогу, - баба Маша заворковала вокруг девушки, переплетая ее косу, — вот, Тамарка, сколько лет на земле живет, а косы плести не научилась. Бабушка, закончив свое дело, вышла из квартиры, сказав напоследок, что будет ждать у подъезда через полчаса. Ярослава осмотрела Олю. Рыжие волосы были переплетены в замысловатую косу с двумя лентами белого и синего цвета, челка расчесана и закреплена невидимками сбоку. Рубаха с голубой вышивкой, подпоясанная такого же цвета кушаком, аккуратные туфельки, расшитые бисером нежно-василькового цвета. Славянская княжна, не иначе. На ее фоне Яра выглядела демоненком из озера. - В общем, слушай сюда, кошечка, - Оля разулась и, прошагав в гостинную, уселась на застеленный бордовым покрывалом диван, - мне бабуля рассказала, что нужно знать перед тем, как идти на это торжество. - Я вообще не понимаю, почему мы празднуем сегодня, хотя купальская ночь завтра. - В этом то и вся соль, - Оля загадочно улыбнулась, - сегодня ведьмина ночь. Не простые прыжки через костер, настоящий шабаш, ведьмы, оборотни. - Лёль, вот ты серьёзно, - Яра скептически посмотрела на подругу, - даже если и существуют настоящие ведьмы, в чем я сомневаюсь, что нам там делать? Или ты думаешь, что наши привороты и гадания чего-то, да и стоят? - А с чего нас тогда взяли с собой? Может и мы станем настоящими ведьмами! – у Оли даже глаза заблестели от радости. - Как-то меня не радует возможность, как Гарри Поттер всю жизнь натирать себе задницу метлой, - Яра не оценила восторг подруги, но уже смирилась. «Ну хоть сегодня она станет жить реальной жизнью и перестанет зачитываться фэнтези», - подумала блондинка. - Хватит бухтеть, старушка, налей-ка гостье кофейку и желательно с молоком, - Оля уже растянулась на диване, подложив руки под голову и закинув ногу за ногу, - и побыстрее. - Как будет угодно государыне ведьме, - ехидно ответила Ярослава и пошла на кухню.

***

Ярко-красный автомобиль припарковался у старой кирпичной котельной. Возле нее на большом каменном обрывке трубы сидели несколько старичков и что-то пили, хохоча. - Алкашня подзаборная, - зло сплюнув под ноги произнес Григорий Саныч, - работать бы лучше пошли! Где там твоя мамзель проживает? - Подъезд и квартиру ее подруга не знает, - угрюмо ответил Александр. Он потягивался после долгой поездки. Решительно стянув свитер и оставшись в одной майке, он протянул, - ну и пекло. Ща у местных спросим, Яра говорила, что тут все и всех знают. - Ну в такой-то деревне и понятно, - Наталья, схватив небольшую кожаную сумочку с заднего сиденья, решительно направилась к небольшой лавочке у старой проржавевшей до основания горки. Там под раскидистой вишней сидело три бабушки, на ум сразу же пришло «Три девицы под окном пряли поздно вечерком». Только вот эти не пряли, да и девицами их назвать можно было с очень большой натяжкой. - Добрый вечер, - приветливо улыбнулась Наталья, - вы не подскажите, где проживает, Ярослава Варина. Девочка такая молодая, блондинка с каре. - А зачем вам она? – спросила пожилая женщина справа. На ней был темно-зеленый сарафан, абсолютно не вязавшийся с образом старушки из глубинки. - Нам поговорить с ней надо, - раздражительно ответила Наталья. - О чем? Я ее бабушка, передам, - женщина тоже начинала раздражаться. — Это личный вопрос. Наш сын Александр хотел бы с ней его обсудить. - Хорошо, я ее сейчас позову. Только ненадолго, у нас планы на вечер, - бабушка встала, и направилась к подъездной двери. Сидящяя посередине женщина, Тамара Васильевна, бабушкой ее трудно было назвать – рыжие кудрявые волосы, изящно скрепленные на затылке старинной заколкой, неброский макияж, васильковое в пол платье и наманикюренные ручки с золотыми кольцами, повернула в сторону Натальи голову и жестом пригласила присесть. - Я так понимаю, вы издалека приехали ради одного разговора, - она заговорчески приблизилась к Наталье и заглянула в глаза, - почему бы вам не сходить с нами на этот праздник. Голос женщины воздействовал на Наталью гипнотически и у нее появилось стойкое ощущение, что она там должна появиться во что бы то ни стало. - Особенно важно, - продолжала пожилая женщина, - появиться там с Сашей. Вы же не хотите бросить своего сына одного. - Я думаю, это прекрасная идея, - безжизненным голосом ответила Наташа. - И забудьте о разговоре с Ярославой, сейчас вам нужно только попасть в Соловьиную Рощу. - Нужно попасть в Рощу… - Иди, милая, к семье. Наталья поднялась и шатаясь пошла к машине. Тамара Васильевна же подорвалась со скамейки и направилась в сторону подъезда, из которого уже выходили Яра, Оля и баба Маша. - Чего эта фифа хотела? – спросила бабушка, неприязненно смотря на разговаривавшее у машины семейство. - Уже уезжают, - ответила Тамара Васильевна и подтолкнув девушек вперед произнесла, - пойдем, а то всю ночь протрещим.