Эй, скейтер..

Зачем нужны классные часы? Как гласит всемирная поисковая интернет-система “Google”, классные часы - “это форма воспитательной работы в классе, которая способствует формированию у учащихся правильной системы отношений к обществу и окружающему миру.” Звучит не так уж и плохо, но на деле это время распределения классных обязанностей. Выбор классных старост, помощников, дежурных. Вся эта тягомотина, созданная бог знает зачем. Тачихара хоть и не был полностью безучастным в жизни класса учеником, но сегодня настроение было не для классного часа. Он бы ушёл с этого мероприятия по сплочению класса, если бы не его старшие друзья, которые, как выпускники, не имели большого такого права уйти с последнего первого классного часа, а одному идти домой не хотелось. Тем более, Нозоми обещала передать ему свои прошлогодние конспекты, благополучно списанные у Дазая, который стащил их у Куникиды. Да, смысл оставаться у него был. Так, он стал смотреть, кто вызывается быть старостой. Все голосовали за Ацуши и Араизу, что не удивительно, ведь они были из студсовета. - Простите, но мы не можем. - Араизу легонько поклонился, - У нас и без того много обязанностей в студсовете. Ацуши одернул парня, но Персик был непреклонен. Тачихара одобрительно кивнул. Парнишка, хоть с виду и не скажешь, но мог отстоять себя и своего парня. Доверие одноклассников, конечно, очень круто, но, когда тебе ради этого приходится работать денно и нощно, это уже менее забавно. После отказа, старостами выбрали Хигучи и Акутагаву. Тачихара сдержал смех, когда молчаливый Аку послушно встал рядом с милой блондинкой. Этот парень не казался кем-то, вроде “душ компаний” или “борцов за приятные школьные воспоминания”, но всё же взял на себя ответственность быть старостой. “Наверное, Дазай попросил”, - отметил Митидзо, сонно утыкаясь в руки. Интерес к распределению классных обязанностей парню вернула его же фамилия. Назвали её, ясно как день, не просто так. - Тачихара, - учитель зло смотрел на виновато улыбающегося рыжика, - Ты дежуришь сегодня. И надеюсь, ты понимаешь, что не получаешь штрафные баллы по дисциплине сегодня только по случаю первого учебного дня. Тачихара понимающе кивнул. Всё как в старые-добрые. Даже ностальгическая слёзка навернулась… - Танидзаки тебе поможет. Так. А вот это уже интересно. Не пойми, по какой великой выборке их поставили в пару, но Тачихару особо и не пытался понимать. Начать, что ли, в судьбу верить? А может проклятья безумной подруги работали…кто знает. В итоге, сегодня он должен убирать класс с рыжим скейтером. Хоть задерживаться не входило в его планы, было бы интересно понаблюдать за тем, кого уже несколько раз подсовывает ему “судьба”.

***

- Чёрт!! Это упала миска воды, которой Тачихара должен был протереть парты. Вся вода теперь была на полу, немного стекала с парты и немного впитывалась в школьные брюки виновного в луже. Тачихара устало зажмурился, перебирая в голове всевозможные нецензурные выражения, которые только знал, но озвучить их не решался. - Я помогу, а ты можешь пока пойти переодеться, - подоспевший Танидзаки миленько смеялся и стал вытирать воду. Тачихара цыкнул. - Какой ты услужливый. - янтарные глаза вцепились в серую тряпку, - Не устал? - А? От чего? - слишком и слишком светлая улыбка. Тачихара молчал. Слишком хороший. Слишком милый. Слишком улыбчивый. Слишком добрый. Слишком слишком. “Пай-мальчик. В студсовете работает, в классе помогает. Ещё и старший брат. Хороший, аж зубы скрипят.” - Тачихара наблюдал за старательным мальчиком. - Классно на скейте гоняешь, - Тачихара упёрся на сухую парту. - Что? - Услужливый, но глухой. Интересно. - Тачихара усмехнулся, - Говорю, круто смотришься на скейте. Давно катаешься? - А, давненько. Мне друзья его в младшей школе подарили, - ореховые глазки засветились. Красиво. - Ну…могу не спрашивать, нравится тебе это или нет. - Тачихара косо улыбнулся, - Я тоже как-то пытался встать на доску. Ну закончилось всё достаточно…больно. Но зато друзья повеселились. Теперь вот тихонько сижу и играю на гитаре. Зачем он всё это говорил, он особо не знал. Но знал, что, чтобы завязать с таким “солнышком” дружбу, нужно быть хотя бы показушно открытым. - Ого! Это очень круто. Мне вот гитара совсем не поддалась. - Танидзаки казался искренне восхищенным, - Ты, наверняка, из музыкального клуба? - Ага. А ты…из клуба рукоделия? - Как ты догадался? - удивился рыжий. - Ну..в вашем клубе все такие…хорошенькие, - неловкий смех, - Дазай же к вам перешёл. - А..да. Это создало…некоторые..- Танидзаки подбирал слова. - Проблемы между клубами. Мы тесно связаны, но не ладим. Это ты хотел сказать? Танидзаки коротко кивнул, снова улыбаясь. Он не устал так часто улыбаться? Щеки не сводило? Они снова молчали. Жар чужих рыжих волос стал ослеплять. Тачихара отвлек взгляд на окно, в котором появлялись такого же цвета, как волосы хорошенького мальчика, лучи закатного солнца. Слишком много огненно-рыжего для одного человека. - Научишь играть на гитаре? - голос подростка оказался где-то очень близко. - Чего? - Тачихара развернулся к стоящему действительно близко. - Научи меня играть на гитаре. Немного. А я взамен помогу тебе со скейтом. - Танидзаки не улыбался. - А ты не так прост, как кажешься. - ухмыльнулся Митидзо, - Посмотрим, милый.