Sweet October

24 сентября Это была ее вина. Абсолютно точно ее. Она ошиблась при аппарации, или не успела, или испугалась. Она не ожидала, что он вцепится в нее мертвой хваткой. Она всё испортила. На площадь Гриммо возвращаться нельзя — об их штаб-квартире теперь известно. А ещё теперь известно, что они остались в стране и что-то ищут. Слезы душили Гермиону, пока она лежала на полусырой земле. Она постаралась собраться и подумать о самом важном сейчас — ей нужно найти свою сумку. Первым к ней подполз Рон. Действие оборотного зелья заканчивалось: теперь он походил на нечто среднее между собой и тем мужчиной из Министерства, в которого он обращался. — Гермиона, Гермиона, — почти кричал он. По его срывающемуся голосу и напуганным глазам она поняла, что все плохо. Правая нога ниже колена горела от боли, Гермиона чувствовала, что скоро потеряет сознание. Без нее они не справятся. — Гарри, Гарри, — еле слышно прошептала она, — в моей сумке бутылочка, на ней написано «Экстракт бадьяна». — Сумочка, да, — пробормотал растерянный Гарри и исчез из поля видимости. — Гермиона, что такое? — почти срываясь на плач, шептал Рон, обхватывая ее лицо руками с прилипшими кусочками листвы. — Меня расщепило. — Скорее, — проорал он в сторону друга. — Рон, — Гермиона сжала его руку настолько крепко, насколько могла, — я сейчас потеряю сознание, вы должны капнуть три капли на рану на ноге, прямо на нее. — Мы, мы не сможем, мы… — Ты сможешь, я знаю. И она отключилась.

***

Когда Гермиона очнулась, еще не стемнело. Гарри и Рон сидели рядом с ней, и оба были чернее тучи. — Она очнулась, — первым заметил Гарри. — Как ты? Гермиона чувствовала, что нога болела значительно меньше, но кровь, видимо, пропитала ее колготки, и они неприятно стягивали кожу. — Не очень хорошо. — Она была еще слаба. — Гермиона, где мы? — осторожно спросил Рон. — В лесу, рядом с которым проходил кубок по квиддичу. — Почему здесь? Я думал, мы вернемся на площадь Гриммо. Гермиона еле сдерживала себя, чтобы не расплакаться. — Наверное, мы туда больше не вернемся. — Что? Гермиона, в чем… — Когда мы перемещались, в меня вцепился Яксли, — говорить ей по-прежнему было сложно. — Он такой сильный. Он держался за меня, когда мы появились на Гриммо. Я думаю, он увидел дверь и ослабил хватку. Он мог попасть в дом, Гарри. Они замолчали. Первым тишину решился нарушить Рон: — Мы теперь…. Что мы будем делать? — Пока останемся здесь, — ответил Гарри, — Гермиона совсем слабая, мы не можем перемещаться. — Нам нужна палатка. У меня в сумочке, Гарри, поищи, а чуть позже я попробую наложить защитные чары на палатку и вокруг нее. Хорошо, что мои руки целы. Гарри ни слова не сказал ей о том, что она, переместившись вместе с Яксли к квартире на Гриммо, фактически раскрыла их уютное и безопасное убежище, но ее собственное чувство вины сжирало изнутри.

***

26 сентября Они провели в палатке два дня, и это было сложно. Еды не хватало, а часто перемещаться Гермиона всё еще не могла. Она была уверена, что при каждой трансгрессии ее рана будет кровоточить. Это и подтвердилось, когда они переместились в предместье небольшого городка. Гарри пошел на поиски пищи, а Рон с Гермионой разбили палатку и обновили защитные чары. Двигаться опять стало сложно — нога заболела. Внезапное появление дементоров заставило Гарри поспешно вернуться, и вернулся он без еды. Патронус он вызвать не смог. Но Гермиона выяснила почему — виной всему был крестраж, висевший у него на шее. — То есть мы не можем часто перемещаться из-за твоей ноги, — обратился Рон к Гермионе, — и крестраж мешает нам нормально… жить… не знаю, как это сказать. — Нам нужно что-то придумать. — Гарри смотрел на Гермиону. Она понимала, двигаться дальше они не могут именно из-за нее. Ее больная нога их тормозила. Ноге нужно время на восстановление, а им сидеть на одном месте долгое время просто опасно. — Гарри, — прозвучало немного нерешительно, — я могу остаться здесь, а вы двигайтесь дальше. Оставьте мне медальон, а когда я смогу… — Об этом и речи быть не может, — резко встал Рон и подошел к ней, — мы тебя одну здесь не оставим. — Я знаю, что мы сделаем, — Гарри был как будто счастлив, — я знаю. Он встал, подошел к своему рюкзаку, с которым практически не расставался, и достал оттуда ключ, завернутый в пергамент. — Это мне когда-то отдал Сириус. — Гарри осторожно развернул пергамент, который оказался картой. — Вот, это карта. Он тогда сказал, что если мне понадобится укрыться на какое-то время, то есть вот это место. Туда нужно добраться по этой карте, открыть дверь этим ключом и жить. Только там, кажется, нет магии. — Что значит, нет магии? — Какое-то особое место в горах, где нет магии. — Аномальная зона… — прошептала Гермиона. — Наверное, но там есть всё для жизни, и там безопасно. Вернуться можно по этому же ключу. Ты побудешь там, пока не заживет нога, заберешь с собой медальон, а мы с Роном будем спокойно передвигаться. — А как я вас найду потом? — Пошлешь патронус. Ты же умеешь. — Умею. — Ну вот. Гермиона сидела в растерянности. Да, она понимала, что это выход, но бросить своих друзей почти в начале пути… — Гермиона, — Рон подошел и сел с ней рядом, — так будет лучше, наверное. Мы сможем идти дальше, а ты пока подумаешь, как уничтожить этот крестраж и как найти остальные. И зачем Дамблдор оставил тебе книгу. — А если с вами что-нибудь случится? — Тогда ты придумаешь, как уничтожить этот крестраж. Ей понадобилось около трех минут, чтобы взвесить все аргументы и прийти к твердому решению. Иногда, чтобы двигаться дальше, нужно суметь остановиться.