Sweet October

Проснулись они ближе к полудню. Так и пролежали всю ночь, обнимая друг друга. Огонь догорел, и в доме стало прохладнее. Драко растопил камин, пока Гермиона была в душе, потом она приготовила завтрак, пока он был наверху. Мысли ее раз за разом возвращались к тем словам, которые он произнес ночью, когда думал, что она уже спит. Драко сказал, что влюблен. Гермионе не нужно было задавать себе этот вопрос — она и так знала, что влюблена, и случилось это не вчера. Если бы не была, то не отправилась бы с ним в этот домик и не чувствовала бы эту горячую волну по всему телу при каждом взгляде на него. Но Драко был напряжен. Гермиона почувствовала это и за завтраком, и потом, когда они пошли погулять по лесу. Она сбила его с ног посреди поляны и уговорила сделать снежных ангелов. Они лежали рядом, соприкасаясь пальцами, и смотрели в небо. Глаза слепило от белизны снега, а подниматься никак не хотелось. Драко потащил ее в дом, отряхивая от снега, а потом они пили чай и согревались под пледом. Сегодня он ни разу не попытался ее поцеловать. Он был нежен и внимателен, но не более. Гермиона не могла разгадать его и боялась спросить. От мысли, что он пожалел о том, что сказал ночью, становилось больно.

***

Гермиона рано ушла к себе в комнату, переоделась в пижаму и забралась под одеяло. Хотелось плакать. Вчера она была самой счастливой девушкой на земле, а сегодня… Ее голову заполнили сомнения, а ответ в книге она не найдет точно. Дверь открылась. Драко стоял в проеме. Взгляд хитрый, руки в карманах черных штанов. Майка его тоже была черной, и все это ему невероятно шло. Гермиона вдруг поняла, как соскучилась по его ласкам за этот короткий день. Как хочет почувствовать его руки на себе не нежными прикосновениями, а страстными и нетерпеливыми, хочет его язык у себя во рту, хочет почувствовать запах, тепло его кожи. А еще Гермиона поняла, что зла на него. Что хочет встать и вытолкать его за дверь, сказать, что ей не нужна его забота и дружеское участие, она не хочет сидеть напротив него и есть сэндвич, она хочет сидеть у него на коленях. — Ты, вижу, не спишь еще. — Он бросил взгляд на книгу в ее руках. — Очевидно, не сплю, — она поджала губы. — Плохое настроение? — Драко иронично поднял бровь. — Ты что-то хотел, Малфой? — О, снова Малфой? Гермиона опустила глаза в книгу, стараясь не смотреть на него. — Я подумал, может, вместе почитаем. У меня. Гермиона нервно выдохнула. «Почитаем». Сложно найти что-то более интимное и одновременно формальное. Она могла почитать и рядом с Невиллом. Но только рядом с Драко ее дыхание учащалось. Гермиона боролась сама с собой. Если он теперь снова решил стать ей всего лишь другом… Она взглянула на него мельком и отвернулась. Драко стоял и ждал. Все такой же красивый и желанный. Она помнила, как лежала рядом с ним тогда, в Хогвартсе, когда все внутри нее горело, когда каждое прикосновение отзывалось, а дыхание перехватывало. Сейчас будет хуже — теперь она знает, как он целует, как прижимает к себе, как… Конечно, Гермиона могла бы сама поцеловать его, но что, если он не ответит? Что, если просто обнимет и скажет, что решил, что другом она была лучше, чем девушкой? Рон же ведь так и сказал. Но Рону она не позволяла то, о чем мечтала с Драко. — Ладно. — Гермиона отбросила книгу в сторону. — Пойдем. Неизвестность пугала ее намного больше, чем возможность быть отвергнутой. Если так случится, то она сделает вид, что все в порядке, что это ее совсем не расстроило, что она и сама хотела остаться его другом. Гермиона прошла мимо Драко как можно более невозмутимо и подошла к двери его комнаты. — И что мы будем читать? — с вызовом спросила она. Драко подошел ближе: — Надеюсь, что тебя. Он положил руку на спину Гермионы, открыл дверь и подтолкнул внутрь. Последний раз Гермиона была в этой комнате больше года назад, когда приходила взглянуть на еще спящую Дейзи, чтобы попрощаться. Теперь комната как будто изменилась. То есть она была ровно такой же, но намного уютнее. В этой комнате хотелось спать, читать, целоваться, заниматься любовью… Последнюю мысль Гермиона отбросила как можно быстрее. Здесь стало теплее, как и во всем доме, — из щелей больше не дуло. На кровати лежало свежее постельное белье, как и в ее комнате, а по стенам были развешаны гирлянды с теплым светом. Этого в ее комнате не было. Наверное, теплый свет и сотворил волшебство. Она осмотрелась и невольно улыбнулась. За окном крупными хлопьями падал снег. Гермиона не удержалась и подошла к подоконнику. Луна освещала лес, а особенно ярко поляну перед домом. Два отпечатка их тел — два снежных ангела, постепенно сливались со снежным покровом. Она не слышала, как подошел Драко, но почувствовала его тепло всем телом, когда он встал за ее спиной. Так близко. А потом еще ближе… По телу прошла дрожь. Ее лопатки касались его груди, а ее ягодицы — его бедер. Дыхание обожгло щеку. — Ты так хотела? Теплый вечер, мягкий свет, луна за окном… Его шепот ласкал слух, и Гермиона закрыла глаза, наслаждаясь звуком его голоса. Драко перекинул ее волосы за спину, открывая шею, и прикоснулся к ней губами. Гермиона взволнованно выдохнула. Его губы были горячими и чуть влажными, а поцелуй выражал совсем не нежность, а откровенное желание. Ее ноги ослабли, и в одну секунду Гермионе показалось, что она сейчас упадет. Губы Драко спустились ниже к изгибу шеи. — Может, я что-то путаю… Воспоминания разом появились перед глазами. Тот вечер, когда они сидели под одним одеялом на диване и пили какао. Когда она рассказывала Дейзи о том, как хочет, чтобы случился ее первый раз: теплый вечер, мягкий свет, луна за окном… и тот, в кого она будет влюблена. Она поняла. Гермиона прижалась к Драко всем телом и откинула голову, давая ему больший доступ к шее. Его щека, покрытая легкой щетиной, касалась ее нежной кожи. Он был таким живым и настоящим, таким горячим, таким… ее. — Я все учел или что-то забыл? — прошептал он на ухо. Подушечки его пальцев касались шеи, нежно ее поглаживая, спустились к ключице. Гермиона облизнула пересохшие губы. Ей было достаточно только Драко. — Один пункт… — М-м, какой, — губы захватили ее мочку, нежно посасывая. — Тот, в кого я буду влюблена… Драко остановился, обхватил ее плечи и развернул к себе. Он придвинулся ближе, вжимая ее в край подоконника. Ухмыльнулся так, что у Гермионы перехватило дыхание. Его взгляд вмиг стал другим — он прожигал ее насквозь. — Это важный пункт? — спросил он с вызовом. — Самый важный, — прошептала Гермиона. Она точно знала, что Драко заметил, как нервно она сглотнула, как ее пальцы вцепились в подоконник, как часто поднималась ее грудь. Драко ждал. А она не хотела заставлять его ждать. — Тот, в кого я влюблена, здесь. Гермиона обняла его за плечи и поцеловала, стараясь вложить в этот поцелуй все, что чувствовала. Драко замер всего на секунду, а потом обхватил ее бедра и притянул к себе. Он больше не пытался быть нежным, не сдерживал себя и не скрывал своих намерений. Теперь она поняла разницу. Его пальцы впивались в ее тело, сжимая, наверняка оставляя следы. Его губы и язык захватывали ее рот, целуя все более отчаянно. Драко прикусил ее губу и сам застонал от удовольствия. Гермиона не успевала дышать. Она не заметила, как он расстегнул пуговицы ее пижамы, как рука скользнула по обнаженному телу — по ее спине побежали мурашки. Она не могла привыкнуть к его прикосновениям, и каждый раз замирала от удовольствия, растворялась в нем. Вот и сейчас, когда его пальцы спускались вдоль ее позвоночника, а горячий язык ласкал рот, Гермиона чувствовала, что сходит с ума. Драко сводил ее с ума. Он упирался уже твердым членом в ее бедро, едва заметно двигаясь, и Гермиона не могла не представить, что также он будет двигаться в ней. Скоро, совсем скоро. — Подожди, — оторвался он от нее на секунду и достал пузырек из кармана брюк. — Это зелье… — Я поняла. — Гермиона взяла из его рук противозачаточное зелье и выпила его залпом. Она облизнула губы и с улыбкой прошептала: — Малина… — Ты же любишь малину? — Драко слизнул капельку с ее губы. — Люблю, — кивнула она и нетерпеливо поцеловала его. Ее смущение, неопытность, неловкость больше не имели значения. Гермиона вцепилась в его майку и потянула вверх, Драко помог ей, а потом снял одежду и с нее. В простом желании быть ближе она прижалась голой грудью, животом к его горячей коже. Она чувствовала, как часто он дышит, как все грубее захватывает ее рот поцелуем, как теряет контроль, и испытывала от этого необъяснимое удовольствие, которое распаляло еще сильнее. В одно мгновение он подхватил ее, уложил на кровать и лег рядом. Рывком подтянул к себе, запустил руку в волосы и оттянул их назад, подставляя ее шею своим губам. Он спустился ниже, провел языком по ключице, будто пробуя Гермиону на вкус или оставляя свои следы на ее теле. Коснулся языком груди, захватил сосок губами и втянул его в рот. Гермиона застонала. Она чувствовала, как ее возбуждение пульсирует между ног, ей нужно было больше, она хотела почувствовать Драко внутри себя. Она выгибалась ему навстречу, скользя руками по его спине, шее, крепким плечам и рукам. Их ноги переплелись, Драко обнимал ее все крепче, сжимая ягодицы почти до боли. Гермиона чувствовала скользкую влагу между ног, прижимаясь к его бедру, бесстыдно оседлав его. Возбуждение выливалось в хаотичные движения, пока она ерзала, сжимала, терлась о него. — Драко, я хочу, Драко… Не отрываясь от ее груди, он подцепил резинку ее штанов и стянул их вниз. Еще ни разу Гермиона не лежала перед ним полностью обнаженной, но сейчас никакого стеснения она не чувствовала. Его горячая рука исследовала ее тело, скользя от груди по животу и ниже. Гермиона изнывала от желания, наполнившего тело. Драко приподнялся на локте. Он жадно разглядывал ее, закусив губу, следуя глазами за своей рукой. Коснулся лобка, остановился и посмотрел прямо на нее. Его палец ласкал клитор, заставляя постанывать и закидывать голову от удовольствия. Она знала, чего хочет Драко, и знала, что он этого добьется. Поборов смущение, Гермиона раздвинула ноги. И его пальцы тут же скользнули к ее влажной промежности и накрыли ее. Из горла Гермионы вырвался стон. Ладонь Драко была такой горячей и желанной, что внутренние мышцы инстинктивно сжались. Он глухо застонал. Драко продолжал двигать рукой, заставляя ее подаваться ему навстречу. Ее губы задрожали от возбуждения, а руки вцепились в одеяло, стоны смешались с дыханием. Он отстранился, лишая ее такого желанного давления, но только чтобы лечь между ее ног. Приподнялся, чтобы поцеловать ее, и этот поцелуй был нежным. Поначалу. Но когда Гермиона сдвинулась чуть ниже, чтобы почувствовать, как его член касается ее клитора, как скользит между ее половых губ, Драко застонал ей в рот, кусая подбородок, шею. Гермиона чувствовала его горячий член между своих ног и думала только о том, что хочет чувствовать его внутри. И Драко, кажется, хотел того же. Он подложил ей под ягодицы подушку и придвинул ближе к себе. Гермиона обхватила его бёдра ногами, как будто делала это уже сотню раз. Она раскрывала для Драко своё тело и душу, желая его всего целиком. Она видела шрам, рассекающий его грудь и живот, его выцветшую метку, она знала его и принимала его. Драко обхватил член рукой и коснулся ее влажного входа, она инстинктивно подалась вперёд, чувствуя, как ее тело расслабляется под его давлением. Он вовлек ее в поцелуй, проникая языком в ее рот, отвлекая от волнения, которое постепенно становилось все сильнее, подался вперед и вошел в нее уверенно. Гермиона дёрнулась от внезапного жжения, вонзив пальцы ему в плечи. Драко остановился, но продолжил ее целовать. Его пальцы скользнули к ее соску и начали медленно ласкать его. — Больно? — прошептал он прямо ей в рот. — Непривычно. — Гермиона притянула его к себе, не желая отпускать. Драко начал двигаться медленно, с каждым разом погружаясь все глубже. Он отвлекал ее своими губами, своими пальцами, его страсть сменилась нежностью. Его толчки не были такими нетерпеливыми, как когда он упирался в ее бедро. Гермиона знала, что Драко сдерживает себя ради неё. Она была счастлива чувствовать его внутри себя, сливаться с ним, впускать в себя его язык и его член. Но жжение не проходило, как и распирающее давление. Наверное, это отразилось на ее лице. Драко оторвался от поцелуя и коснулся губами складочки между ее бровей. — Я чувствую, как ты напряжена, я выйду, — прошептал он. — Нет, — она обхватила его за плечи, — побудь так, во мне, просто побудь. Драко застонал. — Это сложно очень, я не смогу не двигаться. — Он уткнулся носом в ее шею. Он толкнулся в нее еще несколько раз и вышел, не выпуская Гермиону из объятий. Перевернулся на спину, притягивая ее к себе. Она потерлась щекой о его грудь и поцеловала подбородок. Дыхание все еще было частым, а между ног снова было ощущение пустоты. Такое заметное теперь, когда она знала, что может быть иначе.