Из пепла

Alien Blues — Vundabar

Suspicion — LP

In Your Time — Lee Su Hyun

      Омегу снова поместили за решётку. Он уже о многом подумал. Для него это было тем временем, когда парень полностью прошёлся по своей жизни и осознал где, когда и какие ошибки совершил.       — Как тебя зовут — спросил Юнги — Как тебя зовут на самом деле? — злясь с каждой секундой всё больше.       Чонгук ничего ему не ответил, и, опираясь спиной о решётку, просто сжирает себя заживо, потому что ждал Тэхёна.

Но готов ли он на самом деле к этой помощи?

***

      Винсент действительно идёт. Он не оставил бы там Чонгука ни за что. Омега не сядет из-за него в тюрьму. Тэхён чувствует, как его малыш нуждается в нём. Как Гука скручивает от нехватки мяты и как живот парня сдавливает спазмами из раза в раз. Джею очень плохо, как физически, так и морально. Тэхён извернулся но нашёл способ. Остаётся лишь ждать.       Поначалу странно было ощущать на собственном теле метку. Непривычно. Чужие эмоции и чувства, будто твои собственные, это дико и безумно. Альфа даже путался, не мог разобрать, где его душевная боль, а где омежья, но после привык, и теперь с легкостью читает Чонгука. Эта связь ему помогает. Тэхён многое сумел переосмыслить за то время что кровью связан со своим малышом. Осилил. Прочувствовал.       Ли Ин подготовила все документы для Чон Чонгука и сейчас направляется в полицейский участок, чтобы дать омеге шанс на свободу.       — Передай ему мои слова… — приказывает напоследок Тэхён, прикрывая глаза, крепко задумавшись.       Чонгуку нужен стимул для дальнейших действий. Парень слишком много сомневается. Чоном всегда двигала озлобленность и отчаяние, и Тэхён готов ему это дать. Ведь сейчас нужно питать ненависть именно к нему. У парня должны появиться силы, чтобы совершить задуманное.       — … Я его жду.

***

      Намджун открыл глаза и задышал чаще. Он всё же не успел нажать ту кнопку, вновь проваливаясь в темноту. Всё тело болело чересчур сильно. Хотелось пить и обезболивающего. Много обезболивающего. Последние события, что произошли с ним, стали врываться в сознание, но альфа мог думать сейчас только об омежке. О Чони. Где парень? Что с ним? Как долго тут находится он сам? Намджун лишь надеется что Чонгук не успел наворотить дел.       Мужчина попытался приподняться и тут же вскрикнул от боли. Кислородная маска на лице очень мешала, и альфа, психуя, отпихнул её в сторону. Всё болит просто адски… Где медперсонал? Он снова попытался привстать, только уже решил перевалиться на бок для удобства, и из последних сил, через боль, смог ухватиться ослабевшими пальцами за край больничной кровати. Ему нужен телефон. Нужно позвонить Юнги…

***

      Чжао сидит перед омегой и внимательно всматривается в лицо парня. Она впервые общается с ним. Женщина слышала о нём от Тэхёна и Чимина, готовила для этого омеги документы, искала дом, и конечно поняла от кого у Винсента метка. Чонгук оказался очень упрямым. Они сидят в комнате для допроса и мирно беседуют, пока другие полицейские наблюдают за ними через непроницаемое стекло.       — Тэхён хочет, что бы я защищался? — Гук совсем не понял, для чего к нему пришла личный секретарь Винсента — Тогда мне не нужен адвокат…       Ли Ин заинтересованно посмотрела в глаза Чон Чонгука и облокотилась локтем о стол.       — Я здесь не за этим. — Спокойно ответила секретарь, и через плечо кинула быстрый взгляд на тёмное стекло за ней, молча предупреждая, что бы омега был аккуратен в словах — Господин Ким попросил передать сообщение для вас.

Я не дам тебе сесть в тюрьму.

Я жду тебя, не позволю уйти.

Ведь ты мой.

      Чонгук пристально вгляделся в особу перед собой, что шепнула фразу ему прямо возле уха, и сейчас действительно осознал, что Тэхён его не оставил. Ведь сидя за решёткой, мог лишь догадываться что у мужчины на уме на его счёт. Альфа сам даёт парню шанс попытаться отнять его жизнь. Омеги сцепились взглядами, и Чон обдумывал, поистине ли хочет этого.       Гук может остаться тут, потом его посадят, и он проживёт более менее спокойную жизнь, пусть и в неволе, зато без Тэхёна.       Отнять жизнь у истинного не так то и просто. Сможет ли Чонгук убить его? Сделать решающее действие? Сможет ли потом без Тэхёна? Он чувствует недостаток Винсента в своём организме уже сейчас. Ощущает как ему нечеловечески плохо. Даже хуже, чем во все предыдущие разы… А если его альфа умрёт, сможет ли тогда сам Чонгук жить?       Омега запутался в этих размышлениях, словно рыба, попавшая в сети. Выбраться не может, а если сети поднимут, и он увидит сушу, то задохнётся. Чонгук в это мгновение решал не только судьбу Тэхёна, но и свою.

Он будет мстить…

      Гук медленно моргнул, и Ли Ин поняв посыл, не спеша потянулась к своей сумке стоящей на полу, вынимая оттуда красивый ажурный носовой платок. Женщина вложила его в руки парня, и слегка сжала в моменте его пальцы.       — Ты сильно пострадал за последние сутки. Должную помощь тебе никто не оказывал. Пулевое ранение это не шутки… — она встала из-за стола и пошла к выходу, пока омега продолжал держать платок в руках, не совсем понимая, что за план созрел у Винсента в голове.       Юнги, тщательно наблюдавший за всем происходящим, не спускал с Джея глаз ни на секунду, а после поспешил к двери, чтобы узнать, в чём дело.       — Моему клиенту нужен врач. — спокойно произнесла своё требование Ли Ин.       — Врач? — возразил охреневший Сокджин, который ждал вместе с напарником за дверью — Наш капитан всё ещё без сознания, а ему нужен врач? — презренно оглядывая омегу.       — Мне подать официальную жалобу? — поинтересовалась омега, смотря только на Мин Юнги. Потому что он был адекватнее всех остальных, кого она уже успела повидать.       — Лучше думайте о себе, а не о клиенте… — Мин бросил взгляд на Хоупа — У вас сплошные потери. Принесите документы по делу Винсента и мы смягчим условия задержания. — объявил требование альфа.       — Репортёры уже заинтересовались произошедшим… — с лукавой улыбкой намекнула Ли Ин полицейскому, тоже смотря на Чонгука — Если они узнают что в ОБН был крот… — снова взглянув на альфу перед собой — Это станет сенсацией. — Улыбаясь так мило и искренне, что Юнги захотелось ударить эту женщину.       Серьёзно, вцепиться в лицо и разорвать. У Винсента прекрасный адвокат. Видимо поэтому столько лет Тэхён был неуловимым. Ну конечно… его заслуга в этом тоже есть. Как бы Юнги ни хотелось этого признавать — Ким Тэхён очень умён. И держит возле себя таких же способных и одарённых. Мину ничего и не остаётся больше, как согласиться на условия этой женщины. Если провокационная новость попадёт в прессу, начальство их с потрохами сожрёт, а доверие людей к полиции сильно подорвётся…       Альфа внимательно посмотрел на женщину и сложил руки на груди. Тяжело ему… Сейчас на его плечи свалились обязанности капитана Кима, и ох не рад этому Юнги. Слишком большая ответственность за кучу принятых тобой решений. Впредь, он лучше будет относиться к Ким Намджуну, прочувствовав груз обязательств его должности на себе.       Чонгук же пристально наблюдал и за Юнги, и за Сокджином. У них действительно нет иного выбора, как отпустить его в больницу. В голове парня стал разрабатываться план. Множество вариантов и событий что могут произойти в ближайшие пару часов. Он должен быть готов к любому исходу. Но как избежать подозревающую и смотрящую за каждым твоим шагом и вздохом охрану, парень не знал.       «Тэхён позаботился и об этом?»       Нацепив на омегу наручники, Юнги, Кёнхо и Джин сопроводили Хоупа к машине, чтобы переправить парня в ближайшее отделение неотложки. Ли Ин наблюдала за всем процессом со стороны и осталась довольна проделанной работой и результатом. Как только полицейская машина тронулась, следом к входу участка подъехал мерседес организации Винсента. Чжао набрала номер босса и села в автомобиль.       — Его везут в больницу. — Чётко и ясно доложила женщина.       Тэхён вздохнул. Тогда, в допросной, он сразу заметил что его омегу ранили. Запах крови Чонгука слишком сладко оседал в его лёгких, и Винсент удивился тому, как остальные не почуяли того, что парень действительно ранен. Мужчина принял информацию и положил телефон. Тэхён тоже много думал о том как должен поступить, и наконец, принял решение.       — Приведите его… — не поворачиваясь лицом, отдал приказ альфа своим людям.       — Есть. — В один голос откликнулась группа людей, а после вышли из кабинета босса для чёткого выполнения задания.       Тэхён был серьёзен в своих намерениях. Альфа был опасен и насторожен.

***

      Полицейские врубили мигалку, и теперь неслись по улицам Сеула без проблем, быстро доставляя подозреваемого в пункт назначения. За рулём был Сокджин. Этот альфа больше всех был не рад сложившимся обстоятельствам. Ким так сильно ненавидит этого омегу, что совершенно неосознанно пытается подавить своим феромон. Яркая ядрёная малина забивала каждую клетку мозга и Джея сильно мутило. Этот запах был слишком отвратителен, его организм не усваивал, не переваривал аромат альфы. Чонгуку становилось лишь хуже. Омега боялся, что его стошнит прямо в салоне автомобиля. Только этого ему сейчас не хватало. Парень крепился, как мог.       В какой-то момент Гук даже практически окликнул Кима. Хотелось накричать и попросить его утихомирить своего внутреннего альфу, но зная, что он не в том положении, чтобы хоть что-то требовать от этих людей, взял себя в руки и успокоился. Ему было стыдно перед коллегами. Все эти их ненавистные презрительные взгляды разъедали сердце. Но ничего. Он переживёт. Стресс сильно сказывается на его организме. Вот бы капельку спокойствия… Или морозную мяту хоть на мгновение… Омега перенервничал и взвинчен перед предстоящим. Чону нужно сосредоточиться.       Приехав в больницу, Чонгука под руку вывели на улицу, и парень тут же глубоко втянул носом свежий воздух. Все эти тридцать секунд, что они шли до входа, омега активно пытался надышаться кислородом, а как попал в больницу, почувствовал смрадный запах лекарств, химии, медицинских препаратов и в отвращении сморщился.       Чонгука завели в процедурный кабинет и уложили на кушетку. Доктор бегло осмотрела парня, а после начала выбирать хирургические инструменты. Без лекарств и чего-то прочего, омеге стали снимать скобы сдерживающие края рваной раны от выстрела. После тщательно обработали плечо и принялись зашивать отверстие от пулевого ранения. Юнги прицепил его руку наручниками к кушетке и находился всё это время рядом, пока доктор, которому альфа явно мешал, потому что стоял над душой и заметно терзал себя изнутри, не попросила его выйти. Медсестра задёрнула штору, скрывая Чонгука от пристальных глаз полицейского, и Юнги хмуро поджав губы тягостно вздохнул. Ему мучительно тяжело.       Альфа всё так же переживает о состоянии парня и уже сам себе не доверяет. Словно он разделился на две половины. Одна яро хочет наказать и посадить Джей Хоупа, винит в предательстве и ранении капитана, а другая спрятать и сберечь, что бы заботиться и любить, вечно быть рядом. Мин Юнги умирал внутри. Ему было больно. В последний раз, мрачно оглядев омегу, Юнги вышел за дверь. Кёнхо и Джин дежурили возле палаты и ждали, пока Хоупу окажут первую помощь. Напарники нервничали. После телефон в кармане Мина завибрировал, и альфа поспешил вытащить мобильник, смотря на имя звонящего.

"Не может быть!"

      Юнги молниеносно ответил и поднёс телефон к уху.       — Капитан? — в шоковом состоянии спросил альфа, не веря что звонит именно Намджун.       — Юнги… — тихо ответил ему мужчина с того конца, и Мин поднял глаза к потолку, расчувствовавшись хватая ртом воздух.       Боже, как же он рад! Облегчение, будто тёплая волна успокоения, разлилась на сердце парня. Их капитан жив, здоров и пришёл в себя. Мин стал бегать глазами то к Джину, то к Кёнхо, и не мог вымолвить и слова.       — Где бы ты ни был, приходи… — попросил капитан Ким, и Юнги мелко радостно закивал головой. Как же он счастлив его слышать.       — Я в больнице. Сейчас же буду. — И как только сбросил вызов, в его руку вцепился напарник, который больше всех ждал этой новости.       — Намджун очнулся? — взволнованно, но с каплей страха спросил уязвлённо Сокджин, с надеждой вглядываясь в глаза альфы.       — Да… — мягко ответил Юнги, и Кёнхо тоже подошёл поближе, беспокойно вслушиваясь в слова.       Сокджин в мгновение трепетно сжал собственные пальцы у груди, чтобы утихомирить сердце.       — Прости, Джини, но мне нужно пойти к нему первым. Проследи за Джеем, пожалуйста… — Альфа видел в чужих глазах огонь. Ким готов был тут же подорваться с места и бежать к своему капитану.       На глазах Сокджина появились кристальные слёзы, и еле выдавив из себя улыбку, альфа мелко кивнул, сглатывая ком в горле.       — Конечно, беги к нему… — подтвердил старший, судорожно вдыхая. Это наверно самая счастливая новость за последнее время для него.       Мин сорвался с места, а Ким интуитивно прошёл за Юнги пару шагов вслед и остановился. Работа есть работа. Он не может упустить омегу, но сердце так и тянется к Намджуну… Парень успокаивает себя лишь тем, что вскоре он тоже навестит капитана, и тогда уже урвёт и для себя время.       Джей морщился от боли и неприятных ощущений, шипел и ворочался, когда доктор зашивала ему руку. Он привык сам о себе заботиться. Да и не так больно даже, когда собственноручно спасаешь свою жизнь. Гук так привык, но к этому был не готов.       — Потерпите. — Вежливо просила его врач, и сделала новый стежок.       Медсестра возле женщины была напряжена и взволнована. Хоуп заметил. Видимо недавно работает, вот и неуверенная в себе.       — Режь. — Скомандовала доктор омега, и девушка осторожно перерезала нитку на руке Чонгука — Помоги мне. — Они обе поддержали Джея за спину, и тот перевернулся на бок, что бы хирургу было комфортнее работать дальше.       Медсестра так и продолжала кидать напряжённые взгляды на Чонгука, и когда он развернулся на кушетке, то нечаянно зацепился взглядом за эту девушку, точнее за её шею. Сбоку у омеги вырисовывалась красивая узорчатая змея, и парень нахмурился. Чон отлично помнит своё первое тесно связанное задание с Мин Юнги, а так же помнит и эту девушку. Он цепко вцепился в неё непонимающим настороженным взглядом.

Воспоминание

      Хоуп заглянул в самую дальнюю комнату, обнаруживая там подрагивающую еле живую юную омегу. Её глаза были широко открыты, а изо рта текла пена. Изредка девушку схватывали судороги — она мелко содрогалась всем телом.

«Её бросили тут умирать?»

      Джей положил её обратно на спину, поворачивая голову на бок, и невзначай приметил на её шее тату в виде змеи.

«Не думаю что это важно».

      Чонгук помнит, как спас ей жизнь, отчего его взор стал ещё сосредоточеннее. Медсестра заметила пристальный взгляд на себе и снова неловко отвернулась, помогая доктору. Она пыталась не выдать себя, но волновалась сильно, отчего сбивалась.       — Режь. — Снова попросила доктор, и девушка приступила к заданию, только теперь под пристальным вопрошающем взором, ведь Чонгук глаз с неё не спускал.       Да, сейчас эту омегу было не узнать. Девушка очень сильно изменилась.       «Интересно, она тоже работает на организацию Винсента?» — перебирал вопросы в голове Чонгук, что бы понять что происходит — «Она тут для того, что бы помочь? Ей угрожают или это она по собственной воле вызвалась? Помнит ли она меня?»       — Давай повязку. — В очередной раз командует врач, и омега бегая глазами по столу с медикаментами и стерильными принадлежностями, будто слегка теряется и виновато улыбается.       — Извините. Сейчас принесу. — И сняв перчатки с рук, она выходит из процедурного кабинета, поджимая губы, что бы не переживать так явно.       Сокджин проводил молодую медсестру нахмуренным взглядом, а после посмотрел через окно в двери в кабинет на подозреваемого, чтобы удостовериться, что всё нормально, замечая, что доктор и Хоуп на месте.       В кабинете раздалась трель телефона, и доктор тоже отошла, отвечая на звонок какого-то профессора. Чонгук хмуро осмотрелся.

«Это мой шанс? Сейчас нужно действовать?»

      Чон приподнялся и слегка потянул руку из наручников — Юнги крепко его пристегнул. Вытащить запястье, тем более незаметно, не получится. Поглядывая на доктора, омега осматривал замок и экстренно думал, чем можно его вскрыть. Шпилька бы ему сейчас очень пригодилась.       Гук попытался тихонько подергать рукой, пытаясь сломать перила кровати, чтобы наручники легко выскользнули, но та не поддавалась, а задумавшись, он посмотрел вверх и не поверил собственным глазам и такой явной оплошности медперсонала. Фортуна, как ни странно была на его стороне. Протянув руку как можно дальше к тумбе с медицинскими принадлежностями, омега наощупь начал хватать первое, что попадётся под руку.       Доктор продолжала болтать, медсестры не было, снаружи кабинета всё спокойно. Гук перебрал пальцами шприцы, ножницы и ещё хер пойми что, пока не наткнулся на тонкий пинцет. Удача!

***

      — Капитан! — беспокойно вошёл в палату Юнги к альфе, тут же встревоженно и одновременно радостно осматривая мужчину с головы до ног.       Намджун лежал в этой же больнице, куда привезли только что омегу, только на пару этажей выше.       — Как вы? — поинтересовался Мин, закрывая за собой дверь, подходя ближе к больничной койке.              — Привет. — Ломано улыбнулся ему Намджун — Чуть не умер… — он, конечно, пытался пошутить, таким образом, но быстро осознал, что не вышло.       Альфа пошевелился слегка, и тело сковало новой порцией боли, он зажмурился.       — Что сделать капитан? Помочь? Хотите пить? — Юнги стал суетиться, и Ким быстро отрицательно замотал головой, выжидая секунду, что бы явная ломота отступила.       — Я в порядке… — Он тяжело вздохнул и вскоре вновь перевёл взгляд на Юнги. — Как там Джин? — поинтересовался Ким скованно, опуская взор на собственные руки.       — Рвётся к вам, — тут же ответил правду альфа, замечая моментальную лёгкую улыбку капитана, которая так же быстро спала с лица, как и появилась.       — Джей Хоуп… — начал было говорить Ким, как Юнги его тут же перебил с важным гордым видом.       — Мы его поймали! — А у Намджуна от шока аж рот приоткрылся. И без того большие глаза мужчины стали ещё шире, лицо вытянулось — Это он напал на вас? Джей сейчас тоже в больнице.       — Юнги… — вымолвил Ким с болезненным сожалением и скорбью на лице. Намджун так сожалел, что не догадался не о чём раньше, хотя истина, всегда лежала на поверхности.       Мин заметил этот явный сокрушающийся взгляд, и Намджун в очередной раз тяжело выдохнул, на миг, закрывая глаза и сжимая губы в тонкую полоску. Он собирался с мыслями, чтобы поведать тут самую правду, которую упорно никто не хотел замечать. В особенности он сам.       — Ты слышал… О Чон Ынхо, да? — шепнул Ким       — Он состоял в группировке Винсента, — сразу отчеканил Мин, выуживая всю информацию из своей головы — его убили пять лет назад, верно?       — Да… — подтвердил Намджун, качая головой — Детектив Хоуп, — голос Кима задрожал — сын Чон Ынхо… Ынхо — это Сон Джунсо…       Юнги заторможено вгляделся в глаза капитана, пока мысли в голове обрабатывали только поступившую информацию, а после и вовсе замер…       «В смысле… Сын…? Ч-что?»       — Я дал эти имена ему для прикрытия… — продолжил пояснять Намджун — А настоящее, Чон Хосок. — к такому Юнги не был готов. Он не хотел дальше слушать, ведь ещё эти сведения не переварил.       — П-подождите… — Юнги в моменте зажмурился — Так тот умерший следователь… — он шокировано вгляделся в глаза капитана напротив, и Намджун снова закивал положительно головой, без слов подтверждая все его догадки и мысли.       — Хосок был моим другом много лет. После удачно поступил в полицию, служил верой и правдой, а когда перевёлся под моё командование в ОБН, то сразу сменил имя для сохранности семьи. Это я его внедрил к Винсенту, Юнги… — мужчина вздохнул чрезвычайно тягостно. Последствия давних решений по сей день на его плечах лежат мёртвым удушающим грузом — Хосок три года там провёл, втираясь к Ким Тэхёну в доверие, а после я отдал приказ… — со слезами и болью в глазах, шептал Намджун — Он работал под прикрытием и доносил нам важную информацию… А когда Винсент обо всём узнал, я не смог спасти или хотя бы обезопасить Хосока… Как и не смог найти и защитить его ребёнка…       Юнги сразу столько эмоций испытал внутри, что даже дышать было трудно. Душу и сердце словно в тисках зажали. И вроде осознание всего приходит сразу, но реагировать начать не получается.       Альфа понял всё в мгновение ока. Всю жизнь Джей Хоупа. Сидел перед капитаном, словно неодушевлённый предмет и не мог поверить в услышанное. Юнги сейчас просто не представлял, как же омега справляется со всем грузом вины и ответственности что тянется за ним сквозь годы? В какой клубок лжи этот парень попал и никак не может выпутаться? Зачем он в итоге выкрал улику против Тэхёна, раз мог его навсегда посадить? Неужели Джей… Так сильно его любит?.. А может, наоборот… Хочет убить?

***

      Наконечник пинцета идеально подошёл к отверстию в наручниках. Приложив силу и надавив, замок звонко щёлкнул и открылся, а омега притаившись, задержал дыхание.       «Никто ничего не услышал? — мгновенная мысль — Вроде бы нет».       Женщина врач спокойно продолжает разговаривать по телефону и ни о чём не подозревает. Хоуп медленно полностью вытащил руку из металлического кольца, и, медленно переводя взгляд с доктора вверх, неожиданно увидел перед собой не менее напуганную медсестру. Омега вздрогнул, всматриваясь в глаза девушки, пока та оглядывала его освободившиеся запястье.

***

      Мин Юнги убитый вышел из палаты капитана. Альфа теперь даже понятия не имеет, как всё решить. Как исправить? Как помочь Джею?

Слова Намджуна минутами ранее.

      — На меня напал Пак Чимин. — открыл правду капитан.              А после Юнги вспомнил, как буквально в прошлые сутки сидел на стульях возле операционной, пока Ким Намджун сражался со смертью, и вместе с омегой пытался понять всю суть происходящего вокруг. Расскажи Хоуп всё раньше… получилось бы избежать стольких ошибок?

Воспоминание

      — Вчера я отвёз его домой… — стал было говорить Юнги — Он нервничал, был пьян и я предложил остаться, но… — он замолчал, растирая ладонями лицо — Уверен… Это рук Ким Тэхёна, но почему, не знаю…       Тогда омега сказал ему, что это не его вина. Что во всём произошедшем Юнги не должен корить себя и упрекать. Мин не причастен к тому, что с капитаном произошло тем вечером. Ему неоткуда было знать про покушение. Он ничем бы не смог помочь.       Альфа был будто в прострации. Все части, все пазлы, все картинки в голове, наконец, сошлись, открывая истинную правду.

Воспоминание

      — Значит, это был Ханыль… — вздыхая — Тот человек, кого ты хотел поймать… — высказал своё предположение полицейский.       — Ты делаешь… Это из-за отца, да? — спросил Юнги, замечая что Джей замер…

Слова Намджуна минутами ранее

      — Джей Хоуп работает на убийцу отца, что бы отомстить… — шепнул капитан, вздыхая, глуша слёзы. Ему было очень больно от сложившейся судьбы этого ребёнка. Он не смог уберечь омежку от ошибок — Ким Тэхён обманул его…       Юнги не мог поверить, точнее не хотел…       «Что Джей вообще наворотил в своей жизни? Так ещё и влюбился в Винсента? Почему природа сыграла с омегой в такую чудовищную шутку, раз сделала его истинным убийцы отца?»       Юнги переваривал всё это в своей голове и медленно, будто в прострации брёл обратно к своим коллегам. К омеге…

Воспоминание

      — Но ты ведь… — принимая этот разбирающий на части взгляд — Всё равно мне не поверишь… Верно? — омега был слишком уязвим в этот момент и Юнги это видел.       Тогда Джей готов был ему всё рассказать? Там, когда они были наедине и никто их больше не слышал… Хоуп хотел рассказать ему правду? Доверил бы детали своей жизни?       — Юнги?.. — напоследок окликнул его парень, и подождал, пока альфа обернётся, что бы посмотреть Мину прямо в глаза — Спасибо. За всё... — Эти слова были очень искренними, и Мин на мгновение замер, после чего решительно кивнул головой.       Этот глупый омега был искренним в тот момент…       «Чёрт!» — неистово ругался Мин на самого же себя.       Хоуп не издевался над ним, как изначально решил сам Юнги. Джею было больно и стыдно за обман и предательство, но парень уже не мог остановиться.       «Сколько же Хоуп так живёт? Как давно ищет убийцу отца? Через что прошёл у Винсента? Как дослужился до сержанта в ОБН? Сколько раз помогал Тэхёну?»       Сердце альфы разрывалось на части, как и мозги вместе со здравым смыслом.

***

      Доктор закончила разговор, и, обернувшись к пациенту, заметила, что медсестра уже занимается пострадавшим.       — Заканчивай тут. — Легко произнесла женщина, и, доверив перевязку девушке, вышла из кабинета.       Омега уже давно сидит без наручников и ждёт подходящего момента. Только руку просунул обратно в кольцо металла, чтобы не вызвать подозрений.       Как только доктор вышла из кабинета, Сокджин сразу подошёл к ней, как и Кёнхо.       — Вы закончили? — тактично поинтересовался Ким.       — Да, он скоро выйдет, — ответила вежливо врач.       — Спасибо… — поблагодарили её за работу альфы с лёгким поклоном, и та удалилась.       Омега тихонько вытащил руку обратно, и медсестра спешно ему вложила в ладони ключи от автомобиля.       — Иди через чёрный выход и спускайся на стоянку Б2. — наставляла его девушка — Моя машина там… — и потихоньку отстранилась.       Чонгук не до конца понявший замысел игры, неверящим взглядом просверлил омегу перед собой, но через секунду поднялся на ноги, и осторожно всматриваясь в окно входной двери, прошёл ко второму выходу из палаты. Но тут как назло дверь в комнату распахнулась, и перед ним словно непробиваемая стена встали Кёнхо и Сокджин. Альфы не были настроены решать что-то мирно или же действовать положительно по отношению к нему.       Омега отошёл немного назад. С ними-то он уж точно не хотел вступать в драку.       — Да я не против, Хоуп… — с горящими глазами проговорил Ким, растирая руки — Всё равно хотел тебя проучить.       На этот раз Чон Кёнхо не станет сдерживать напарника.       Ким Сокджин подошёл ближе к омеге и занёс руку для удара, но Джей его опередил, и попал точно в солнечное сплетение, с силой дёргая альфу рукой на пол, тут же ногой ударяя подбежавшего младшего чуть выше гениталий, но всё равно больно. Кёнхо тоже подкосило. Он упал на колени, но в падении вытащил свой пистолет и направил на Хоупа. Джей не испугался. В мгновение схватил его руки и резко вывернул запястья, толкая альфу, отчего тот снова упал. Сокджин за это время поднялся на ноги, и навалился на омегу всем телом, за шкирку прижимая к стене. Гук не позволил себя зажать. Ногой дал ему прямо по берцовой кости и Джин громко вскрикнул, зажмурив глаза до искр перед глазами. Омега ухватил его за куртку, и отшвырнул на больничную койку. Ким с грохотом повалился на процедурный стол, и тот с шумом свалился, как и все разлетевшиеся медицинские принадлежности.       Омега дал себе секунду на осмотр пострадавших напарников. Он старался не сильно их калечить, но тяжелая топящая без остатка вина ещё большим грузом упала на плечи. Чонгук стащил с рядом стоящий вешалки халат медсестры и рванул через другую дверь, помня, что ему нужно на подземную стоянку.       Юнги продолжал тихонько идти, раздумывая над всем что узнал, как телефон его в кармане зазвонил.       — Алло?       — Юнги! — со стоном боли вскрикнул Сокджин — Джей сбежал!       Альфа прикрыл глаза на мгновение, чтобы собраться и хотя бы немного распознать мысли омеги, а после изо всех сил побежал вперёд. Выскочив в коридор Юнги, стал осматриваться, и краем глаза заметил, что кто-то быстро движется справа от него, уходя прямо по коридору.       Юнги сначала решил не обращать на это внимание. Тут все в белых халатах и у всех свои дела, а после всё же доверился своей интуиции и побежал по следу.       Омега быстро свернул во второй коридор и забежал в лифт, видя, что он на нужном ему этаже, и Мин подбегая следом, тоже упёрся в эти двери руками, но лифт уже закрылся и поехал ниже.       Омега спокойно дождался пока все выйдут, и, запахнув халат посильнее, ступил на первый этаж самым последним, опуская голову и глаза как можно ниже, скрывая лицо за спадающими на глаза прядями. Пройдя буквально десять шагов, омега выскочил на улицу и достал ключи, нажимая на брелок кнопки, спешно оглядываясь по сторонам в поисках звука и сигнала фар.       Никакая машина из стоящих поблизости не мигала. Джей развернулся и пошёл вглубь парковки, продолжая жать на кнопку, растерянно бегая глазами по сторонам. И пройдя так ещё немного, наконец, одна из машин подала сигнал. Чон тут же повернулся на звук, а после спешно побежал к белому внедорожнику, стаскивая медицинский халат с плеч на ходу.       Джей обернулся, убедился, что за ним никого нет и сел в машину, быстро оглядывая панель. Парень вставил ключ в систему зажигания, и, смотря в зеркала по бокам, начал выезжать, как резко что-то сверху на капот автомобиля с громким шумом опустилось, и омега вздрогнул, интуитивно давя на тормоз. Это был Юнги. Он встал прямо перед машиной и расставил руки в стороны, с сумасшедшими глазами вглядываясь в водителя.       — Чон Чонгук! — вскрикнул альфа, а омега потрясённо замер, шокировано смотря на напарника.       Пару секунд они таращились друг на друга, как после Юнги разозлился и подбежал к дверце с водительской стороны. Омега растерянно постарался закрыть её, но не получилось. Он не успел. Юнги с силой распахнул дверь и схватившись руками за омежьи рукава куртки, вытянул парня из машины.       — Отпусти! Отпусти... — омега стал сопротивляться и крутиться всем телом, отпихивая альфу от себя, но тот локтем прижал Гука за шею к боковине авто чтобы утихомирить, и внимательно посмотрел на парня перед собой. Совершенно другим взглядом. Под другим углом.       — Чон Чонгук… — повторил Юнги, и омега прекратил попытки сопротивления, остановился, тяжело дыша, трясясь всем телом — Тебя ведь так зовут?       Чонгук действительно испугался Юнги. Того что альфа знает всю правду о нём, что разузнал про его личность. Омега с рыком оттолкнул Юнги от себя и попробовал сбежать, но альфа снова поймал его за куртку и притянул к себе, прикладывая спиной об автомобиль, возвращая на место.       — Что ты задумал? — сорвано спросил Мин, борясь с бешеным парнем, который никак не унимался.             Мин еще сильнее встряхнул омегу в своих руках и снова посмотрел прямиком в глаза, не отпуская Гука из своих рук.       — Едешь к Ким Тэхёну? — омега снова дёрнулся, но уже слабее, со жгучей злостью смотря в ответ — Капитан всё рассказал… Ты позволил ему уйти, чтобы потом убить?       От произнесённых слов внутри Чона ненависть бушующими волнами разлилась внутри.       «Да! ДА!!! Иду, чтобы убить его! Я ненавижу Тэхёна!» — Хотелось кричать и продолжать драться, но это бессмысленно. Омега в ответ тоже стиснул Юнги в своих руках и притянул ближе, с вызовом заглядывая в чужое лицо.       — Да! — со всей серьёзностью и отчаянием пропел он — Так что не мешай мне… — омега снова постарался отпихнуть Мина от себя, но тот слишком упёрто продолжал прижимать его к машине.       — Нет. — Спокойно оповестил парень омегу и вытащил наручники из кармана куртки — Я тебя не пущу.       Завидев наручники, Чонгук задышал быстрее. Он не позволит Юнги заковать его снова. Омега со всей дури въехал в скулу альфы, и тот отшатнулся. Юнги даже успел оценить удар парня про себя, а после получил ещё один, ногой в живот. Мин уже успел и позабыть, что омега очень силён на самом то деле. Альфа еле удержался на ногах, на мгновение опираясь о ближайшую стену терпя боль, а Гук с рыком рванул к машине, забираясь внутрь.       Юнги и в этот раз не дал ему сделать задуманное. Мин вцепился смертельной хваткой в омегу, но тот продолжал драться и сопротивляться.       — Отпусти меня! — кричал Чонгук, пихая Юнги руками в лицо.       — Да хватит уже! — вскрикнул Мин в ответ — Блядь!       — Пусти! — омега уже дышать не мог, воздуха не хватало, а этот полицейский прицепился к нему как клещ, и хер пойми чего добивается.       Мин приблизился к лицу омеги и очень красноречиво взглянул в его загнанные озлобленные зрачки.       — Теперь ты всё знаешь. — Бегая разъярённо по чужим лисьим глазам, воскликнул парень — Сейчас ты должен понимать, зачем я всё это делаю!       Омега истерично забился в его руках и стал кричать, не найдя выход всем своим эмоциям и чувствам. Сильно и рвано. Он готов был залезть голыми руками в свою голову и вытащить все ненавистные мысли, а из груди сердце.       — Да... — Уже тише согласился альфа, когда истерика Чонгука поутихла — И я тебе не позволю… — он прижал парня ближе к себе и сжал в руках       — Нет! Ты не знаешь, чего мне это стоило! — Чонгук старался оттолкнуть альфу от себя — Не понимаешь что он сделал с моей душой! — пытаясь отцепить его пальцы от своей куртки, ругался парень — Я отказался от будущего, от имени, что бы поймать убийцу отца! А теперь отказываюсь от жизни! Я не смогу так жить! Либо он, либо я! — сумасшедши вглядываясь в глаза напротив — Он обманул меня, а я полюбил… Я даже человека убил ради него! — Чонгук задрожал всем телом — Если я не прикончу его, моя жизнь вообще потеряет всякий смысл… — а после, он снова попытался сесть в машину, но Юнги вновь вернул его на место, и Чон закричал, скалясь и шипя на альфу.       — Так ты оцениваешь свою жизнь?       — Не вмешивайся и уходи. — Омега снова попытался пробраться в авто, и даже не понял, в какой момент наручники на его запястье затянулись.       Юнги приковал его к себе, и Гук от непонимания пару раз дернул руками, шокировано переводя взгляд на Мина.       — Как я могу уйти, если ты идёшь на верную смерть? — не понимал альфа — Даже если его и убьёшь, ты себя погубишь! — Альфа тоже кричал.       Чон хоть и не понимает сейчас его ход мыслей и чувств, но это не критично и не столь важно в данной ситуации. Когда то Юнги и сам был таким же, но после осознал, что месть и ярость не выход.       — Ты понимаешь?! — спросил Мин.       — Плевать… — злостно выплюнул омега ему в лицо, смотря на своё запястье — Сними наручники! — сильно дёргал рукой.       — А мне не плевать.       Хоуп тяжело вздохнул, а после стал бить по железке на своих руках, сильно, до боли в костях.       — Сними их! Сними! — вытягивал он своё запястье — Снимай! — ударив со всей дури Юнги в живот, но тот поймал его в объятия и снова прижал к себе, укладывая спиной на капот машины, собственными ногами фиксируя чужие. Он зажал омегу со всех сторон, без права даже на малейшие движение.       А через секунду возле них остановилось два черных внедорожника, и оттуда повыскакивали альфы в классических строгих костюмах, беря странную, по их мнению, парочку в кольцо. У них есть чёткий приказ и без омеги они не могут вернуться обратно к боссу.       Юнги в мгновение насторожился. Завёл омегу за свою спину под его удивлённый взгляд, попутно вытаскивая свою полицейскую дубинку, вручая Джею для защиты.       — Отдай омегу. — Попросил один из альф, стараясь разрулить всё мирно.       — Ага, — усмехнулся Мин — щас-с-с… — и замахнулся первым.       Люди Винсента напали на них толпой. Юнги и Чонгук сразу же стали отбиваться, дергая друг друга в стороны. Со скованными запястьями не так то и просто противостоять. Напарники отошли на расстояние вытянутой руки и старались дать отпор. Юнги хорошенько проходился кулаками по лицам, а Гук дубинкой жестоко наносил удары по ногам или головам. В один момент альфа увидел, что на Джея пытаются напасть сзади, и с силой дернул парня на себя, в это же мгновение, вырубая альфу за его спиной. А после потянул парня к машине. Мин сам сел на водительское сидение белого внедорожника, а Чон перебрался через него на соседние.       Один из пришедших в себя альф рванул к их машине, но Юнги сильно пнул его ногой и тот свалился на пол. Мин резко закрыл дверь авто и нажал на газ. Альфы стали бросаться на автомобиль по бокам, а один даже уцепился за капот, повиснув, мешая обзору. Две группы организации, собравшись, тоже прыгнули по своим машинам и помчались в погоню.       Мин петлял из стороны в сторону, стараясь сбросить человека с внедорожника и выехав на улицу с подземной парковки, резко повернув влево. Человек, наконец, не удержался и свалился на асфальт. Полицейский снёс пару ограждений, но не останавливался. Переключал передачи, внимательно смотрел в зеркало заднего вида и обгонял машины на своём пути.       Неожиданно торопливо на перекрёстке две другие машины догнали их белый внедорожник и сели на хвост. Повсюду разносился сигнал других автомобилей, но Мин умело обгонял, выворачивал руль, перестраиваясь из ряда в ряд, петляя, с каждым мгновением отдаляясь всё дальше.       Когда первая группа Винсента смогла их нагнать, то специально въехала в их бампер два раза, сильно толкая внедорожник вперёд. Парней ощутимо встряхнуло внутри. Юнги заметил, что лампочка на ближайшем светофоре мигает жёлтым, а после уверенно схватился скованной ладонью за коробку передач и внимательно посмотрел на дорогу.       — Держись. — Скомандовал Мин резко и сразу нажал на тормоз.       Машину стало разворачивать. Вместо того чтобы как положено по правилам поехать вперед, Юнги по-хамски свернул направо, и дерзко успел миновать аварию. А вот машина преследователей нет. Они сильно столкнулись носами с проезжающими по своей полосе автомобилями, и в итоге остановились, пока полицейский продолжал удирать в совершенно другом направлении всё дальше от них.       Из-за случившейся аварии ещё один гражданский въехал в эту кучу, а после и второй внедорожник охраны Ким Тэхёна с силой впечатался в этот сумбур железа и битого стекла. Машины стали сталкиваться одна за другой, образовывая непроходимую кашу и серьёзную дорожно транспортную аварию. За спинами Гука и Юнги раздавались сигналы и крики прохожих. Ни на секунду не останавливаясь, полицейский вжимал педаль газа в пол и беспредельно гнал вперёд.

***

      Тэхён ожидал Чонгука. Он дал приказ только привести, не вредить, но что-то его людей не было слишком долго, и предчувствие подсказывало альфе, что там не всё гладко. После его мобильный зазвонил, и мужчина с уставшим видом поднял трубку.       — Мы его потеряли. Парня забрал детектив полиции, и они смогли скрыться. — Передали его люди по телефону, и, стиснув до скрежета гаджет в руке, Тэхён не сомневался, кем мог быть этот детектив.       В глазах Винсента Мин Юнги израсходовал весь лимит на свою жизнь. Шкала села до нуля.       «Почему Чонгук поехал с легавым, а не ко мне?»       О предательстве Джея, Тэхён не допускал мысли, и так же старался не подпускать думы об измене. У омеги уже есть истинный, даже если и ненавистный. Чон не сможет от него отвернуться. Не посмеет. Тэхён убрал телефон во внутренний карман пиджака, тяжело выдохнул, а после заглушил воспоминания об омеге на некоторое время.       Винсент хоронил единственного близкого человека. Альфа подошёл к телу Чимина, который спокойно лежал в гробу, в красивом классическом костюме с безмятежным лицом, и поправил на шее альфы атласный чёрный галстук. Он много чего Чимину сказал за время, пока находится с ним вместе, один на один. Тэхён сожалеет, что был таким отстранённым в последнее время. Что подозревал его и кричал. Что посторонние дела и свалившиеся проблемы были важнее разговора с близким другом. Тэхён прикрыл глаза. Он слишком много ошибок совершил и вот расплата.       Тэхён потихоньку скользил руками по его одежде, и в итоге остановился на руках, сжимая холодные деревянные ладони в своих пальцах. Альфа облокотился о гроб, а другой рукой о грудь Пака. Пристально всмотрелся в его лицо последний раз, разглядывая каждый изъян и каждую морщинку. Чимин был хорошим и преданным человеком. Красивым и умным. Способным, понимающим. У альфы было огромное необъятное сердце, которое он подарил лишь одному человеку, и не тому. Винсенту действительно хотелось отдать мужчине столько любви, сколько Пак заслуживает на самом деле. Просто он не умеет. Не понял как, а теперь слишком поздно. Его никто не научил. Не показал, как отдавать. Тэхён чувственно смотрел на ресницы альфы, прикрытые глаза, на аккуратный нос и пухлые губы, прощаясь с другом. Просил прощение за всё, что недодал за всю их жизнь. Тэхён приложил свой лоб к его, и с тяжёлым грузом на сердце, стал читать молитву за упокоение души.       После Тэхён выпил чая, зажёг свечи, но никак не мог отпустить Пак Чимина. Не получается. Пришёл священник, и накрыл тело Чимина специальной погребальной тканью, прикрывая лицо, а следом и красной атласной простыней с демоном они и змеёй, с гербом Винсента, и Тэхён крепко стиснул кулаки, сжимая губы в полоску в этот момент.       Чимин навсегда ушёл из его жизни…

«Прощай, или до скорой встречи… Уж как пойдёт…»

***

      Юнги продолжал ехать. На улице стемнело, но альфа не останавливался и не говорил. Омега не знал, что задумал Мин, куда везёт или что за планы в его голове. Чон просто устало наблюдал за проезжающими машинами, иногда поглядывал на альфу, и молча пытался понять мотивы Юнги. Они ехали за город.       По пути Чонгук уснул, ведь устал и был невероятно изнеможён. Когда Юнги, наконец, добрался до места назначения и припарковался, то стал рассматривать связку ключей, ища нужный. От этого звенящего звука омега распахнул глаза, а далее от неожиданности сильно вздрогнул, чувствуя к своему телу прикосновение, смотря с испугом на альфу перед собой, растерянно бегая глазами по его лицу.       Юнги взволнованно взглянул в ответ. Альфа сначала не понял эту заминку, но после поднёс к омеге маленький ключ, давая понять, что хочет освободить парня, а не наброситься, принуждая к чему либо. Мин уже спокойнее вновь взял его ладонь в свою, и притянул ближе, отстёгивая замок. Чонгук спешно стал осматриваться, чтобы понять, где теперь находится. От Сеула они были далеко, но огни города всё же просвечивались. Потом парень посмотрел вперёд и потрясённо замер. Перед его глазами расстилался спокойный вечерний океан.       — Я ведь обещал… — тихонько шепнул Юнги потерянному парню, мягко освобождая его покрасневшее запястье — Вот и пляж…       Омега завороженно наблюдал за водой и шумом от волн, и просто во все глаза смотрел как красиво белые гребешки и пузыри растекаются по песку, а после снова уходят в море, и так по новой.       Юнги с болью на лице потёр свою натёртую железом руку и посмотрел на трогательного Чонгука, который из последних сил держался, чтобы не расчувствоваться. Омега вскоре перевёл на него потрясённый взгляд, и Юнги выключил фары автомобиля, глуша двигатель. Полицейский вышел на улицу, а затем приблизился к небольшому домику, что стоял на самом пляже, близко к берегу моря. Из неприметной баночки находившейся на полу, вытряхнул ключи в свою ладонь, а после открыл замочек, что висел на входной двери. Омега скромно проследовал за альфой.       — Мой друг сёрфингист арендовал это место — Стал мирно объяснять альфа, включая внутри домика свет, а затем подошёл к небольшой печке и стал разводить огонь, чтобы нагреть помещение.       Поджигая деревянный брусочек, Мин подождал, пока он разгорится, а после пропихнул к другим деревяшкам политым розжигом, и закрыл крышку печки.       Омега был отстранённым. Находился поодаль и осматривался, часто глазами возвращаясь к совершенно невозмутимому Юнги. Словно это не они сцепились на парковке всего каких то пару часов назад, и не они скрывались от целой толпы людей Ким Тэхёна.       — Скоро дом нагреется… — сухо проговорил Мин.       Затем альфа обвёл омегу пристальным взглядом, и заметил, что с пальцев Чонгука капает кровь. Юнги подошел к нему ближе. Мягко протянул руку ближе в просящем действии.       — Дай осмотрю раны… — предложил спокойно Мин, но омега дёрнулся и отпихнул его ладонь от себя.       — Я в порядке. — Холодно выдал Чон, исподлобья наблюдая за альфой.       Юнги не стал его слушать. Схватил за руку и рванул на себя, видя, как парень шипит от боли и слегка подтягивает пальцы другой руки к плечу в защитном действии.       Чонгук словно малыш, приложил руку к ране, будто это уменьшит боль.       — Не зли меня… — сдержанно проговорил Мин, а после отпустил его ладонь — Садись. — Приказал, кивком головы, указывая на диван, пока ходит за медикаментами.       Омега постоял так ещё пару секунд, подумав, выругался, тихо проследовал к дивану и присел, неуверенно поглядывая исподлобья за альфой. Чонгуку было неуютно, но ругаться сейчас совершенно не хотелось. Так же организм отторгал заботу Юнги. Все его прикосновения и лёгкие полуулыбки. Омеге внутри него не понравились ухаживания альфы, потому что у него уже есть истинный, но Чонгук заткнул свою сущность в данный момент, потому что основательно решил, что Тэхёна как альфы, и как человека, для него больше не существует.       Юнги вернулся и присел рядом, ожидая пока омега разденется. Мин не торопил его и не рассматривал, а просто мирно ждал позволения. Чонгук слегка отвернулся от него, а после снял куртку и кофту, аккуратно высвобождая руку и раненое плечо. Всегда, либо он один справлялся со своими болячками, либо Тэхён был рядом. Никто другой никогда не касался омеги. Никто посторонний не ухаживал. Чонгуку каждое собственное действие давалось через силу.       Юнги сразу разглядел ожог на его груди через простую чёрную майку, понимая, что омега собственноручно сводил тату, и как тому, вероятно, было больно, и на секунду прикрыл глаза. Чонгук сплошная катастрофа, которая прижилась в его сердце, и беспрестанно кровит. Они оба израненные душой. Юнги теперь готов полностью открыть все свои последние секреты и будет ожидать от омеги такого же откровения.       Мин приблизился к нему и осторожно осмотрел пулевое ранение. Швы не разошлись, но отверстие кровоточило. Альфа осторожно обработал плечо антисептиком, смыл всю алую жидкость, подсушил рану и обтёр остаточную кровь со всей руки и ладони.       — Я начал носить с собой нож после смерти сестры… — негромко вдруг произнёс Юнги, продолжая стирать красные капли — Я бы убил ублюдка, если бы нашёл его… — приклеивая непромокаемый дышащий пластырь на рану под пристальный взгляд чёрных глаз на себе.       После альфа потянулся к майке, но Чонгук отпрянул, со страхом в глазах смотря на него.       В голове набатом билась лишь одна мысль:

«Тэхён. Тэхён! Только моему альфе позволено. Моему Тэхёну. Тэхён...»

      Сущность внутри кричала и протестовала и омега опасался альфу. Но Мин уверенно взглянул в ответ на Хоупа и пальцами осторожно приподнял ткань, осматривая ссадины и порезы, хотя Гук до последнего сопротивлялся и пыталась опустить концы одежды вниз.       — Каждый вечер мне снился один и тот же сон, — продолжил решительно Юнги — как я убиваю безликого урода. — Прикладывая и ко второй ране марлевую повязку обрабатывая нежную кожу — В конце концов, моё лицо изменилось… — Джей же продолжал растерянно бегать по лицу альфы позволяя трогать себя и заботиться — Я стал выглядеть как одержимый убийца… Я… — на глазах альфы появились заметные слёзы, и Юнги остановился на мгновение — Резал себя… — с трудом признался он — Слишком тяжело вылазить из дерьма, в котором сам себя и топишь…       Юнги не гордиться своим прошлым. Трусостью и слабостью, что не давали спокойно жить. Не гордится многолетней одержимостью и сумасшествием. Не гордится тем, что физической болью старался подавить душевную. Юнги не справлялся. Смерть сестры унесла за собой его спокойствие и здоровое психическое состояние.       — Хватит себя разрушать… — шепнул альфа омеге, смотря искренне в глаза, как никто, понимая чувства парня. Понимая его боль.       На глазах Чона тоже навернулись слёзы, и омеге как всегда хотелось спрятаться и скрыться, чтобы никто не увидел его эмоций, но альфа мягко неторопливо его остановил, придерживая за руку.       — Не двигайся…       Юнги взял ещё одну повязку и в этот раз приспустил майку на груди Чонгука, невольно замечая и фигуру парня, отводя глаза в сторону. Мин осторожно обработал ожог, нанося заживляющую мазь на мягкую пострадавшую кожу, а после приклеил туда повязку, чтобы рана не терлась об одежду и не приносила дискомфорт владельцу. Чонгук притаился и тихонько наблюдал за чужими движениями, неосознанно сравнивая, Юнги и Тэхёна между собой.       После, альфа поднялся на ноги и сам принёс куртку омеги, помогая надеть. Его движения были спокойные, аккуратные и… Ласковые? Чон же продолжал сидеть и не понимал, что чувствует в данный момент, и пока альфа заботился о нём, он незаметно стирал влагу со своих щёк, ведь омега внутри него плакал кровавыми слезами. Просил не отворачиваться от истинной пары. Умолял не разрушать ни себя, ни Тэхёна.       Юнги опустился перед ним на колени, оказываясь достаточно близко. Снова поймал взгляд омеги и удержал на себе. Мин старался поделиться с Чонгуком своими мыслями, чувствами и теплом. Он хочет показать, что бывает по-другому. Что есть любовь искренняя и чистая. С поддержкой, помощью и без предательства. Безо лжи и утайки. Где им не будут пользоваться. Где альфа должен быть опорой. С кем не страшно и не больно. Кто примет тебя таким, какой ты есть.       — Не нужно бороться в одиночку… Я всегда готов помочь тебе… — на грани слышимости прошептал Юнги.       И теперь… Пристально разглядывая чужое лицо, но не Тэхёна. Вдыхая чужой аромат, тоже не Тэхёна. Смотря в глубину чужих глаз, не его Тэхёна, омега предпринимает попытки разорвать последние связывающие его цепи со своим истинным.       Он должен попытаться. Должен суметь. Должен постараться принять кого-то другого. И Юнги подходящий вариант. Этот альфа не отвернулся от него, помогает, ухаживает, продолжает быть рядом и хочет крепко держать его за руку несмотря ни на что.       Да, Юнги не Тэхён, но он тоже альфа, и весьма неплохой. На нём нет метки, и Чон думает, что сможет перебороть себя. Сумеет принять и полюбить другого. Омега на это очень надеется… А после, продолжая вглядываться в совершенно незнакомые для него карие глаза, Чонгук поднял дрожащую руку и медленно приблизился к лицу чужого альфы, слегка дотрагиваясь до его тёплой щеки. Не холодной как у Тэхёна, ведь эти двое совершенно разные. Его истинный всегда соответствует своей мяте, а разгорячённый только когда эмоции берут над ним верх.       Пальцы омеги подрагивали, а с пушистых ресниц продолжали скатываться слёзы, потому что он ощущал яркую живую боль Кима в этот момент. Чувствовал, как страдает его альфа, пока он гладит другого. Гук внимательно смотрел в аккуратные лисьи глаза, и видел, что Юнги принимает его и эти болезненные муки, которые вихрем бушуют внутри сейчас. Юнги обещает всё это забрать.       Омега несмело провёл пальцами от его виска до подбородка, до мельчайших подробностей всматриваясь в каждую частичку на лице Юнги. Чонгук внимательно прислушивался к своим ощущениям, и к устрашающей горечи Винсента, но упорно отпихивал ненужную ему истинность в сторону. Пока другой рукой медленно тянулся к ладони Юнги, неспешно проходясь кончиками кистей по похожим шрамам, что есть и у него самого. Потом по пальцам. А после, нырнул под его ладонь и осторожно ухватился за неё, разрешая помочь себе…       Омега позволил Мин Юнги зайти в своё сердце. Навсегда вытащить и избавить его от Ким Тэхёна. Кровавый орган в груди бешено стучал от этого осознания. Сейчас Чонгук не чувствует полыхающих бабочек внутри, как рядом с Тэ. Его организм не сводит жгучей волной сладких судорог, как рядом со своим истинным. Тело омеги не трясёт, а мысли не путаются…       Но с Юнги ему спокойно и безмятежно. Рядом с ним не больно… Даже если сравнивать эти ощущения, с прошлыми, которые дарил ему Винсент, когда омега ещё не знал всей правды, Гук чувствует что его не цепляет. Что еле видные чувства к Мину не заставляют сердце трепетать, и оно не бьётся гулко о рёбра. С Юнги по-другому. Но это то, что нужно. Сейчас это самое то.       Чонгук перевёл взгляд на чужие губы и осторожно подался вперёд. Все цепи, сковывающие внутри душу, и сущность, яро тянули его назад, но омега вопреки всему очень медленно приблизился к чужим альфьим губам, дав и себе шанс передумать, и Юнги. И замерев на мгновение в паре сантиметров от его лица, вдохнул поглубже, прежде чем соприкоснуться с устами Мин Юнги своими.       Омега внутри него издал нечеловеческий вопль и кажется умер… Внутри будто всё исчезло, испарилось. Там осталось лишь убийственная пустота, в которой Чонгук останется навечно. И он слегка отпрянул, испугался. Поднял бегающий взгляд на Юнги и наконец, осознал, что сейчас отвернулся от своей истинной любви. Предал. Изменил. Убил не только себя, но и Тэхёна.       Юнги видел все эти метания и переживания. Замечал весь шквал чувств внутри, и вновь прикоснулся к Джею, не сдержался. Ладонями огладил его щёки, убирая красивые вьющиеся пряди с напуганных глаз. Затем трепетно взялся ладонями за лицо и большими пальцами огладил скулы, а после и губы, о которых так долго мечтал. И молча, заверяя Чонгука в том, что теперь всё хорошо, притянул безвольного парня обратно к себе и снова поцеловал. Чувственно, с нежностью, медленно, прикасаясь и отстраняясь, чтобы снова столкнуться губами. Чонгук плакал. Слёзы с его глаз срывались сами по себе, и альфа их все собирал, стараясь заглушить омежью внутреннюю боль. И у него постепенно получалось. Чон забывался. Отдавался ему. Отвечал на поцелуи, а затем снова взял в свои маленькие ладошки его лицо. Гук прикрыл глаза и постарался отпустить себя. Подпустил Мина настолько близко, насколько мог, а потом почувствовал, как по собственным губам гуляет чужой язык, пропуская его внутрь.       Спустя некоторое мгновение, они оба задышали чаще. Касания стали откровеннее, поцелуи развязнее. Юнги отстранился от парня на секунду, чтобы взглянуть в глаза спрашивая дозволения, и не увидев в них сопротивления, снова припал к его мягким сахарным устам.       Омега не был готов, но не отпирался. Юнги чутко стянул с парня куртку, которую сам же и одел, и стал касаться ладонями рук и плеч, не задевая раны, пальцами пробираясь под майку. Чон тоже долго думать не стал. Перелез на чужие колени и напористо снял водолазку с Мина, спешно оглядывая его тело. Мин Юнги красивый альфа. Он хорошо сложён и натренирован. Черты лица его сдержанные и мягкие. На теле нет лишних волос. Живот гладкий, но рельефный. И омега пальцами прошёлся по его коже, чувствуя гладкость, и то, как мурашки бегают по телу альфы. Чон снова припал к его губам. Он всеми фибрами души ощущал, что это не его, в какой-то момент даже прикосновения стали жечься на коже, но Чонгук держался до последнего и шёл напролом против самого себя.       Ему не нужен Тэхён. Он не хочет его любить. Он сможет забыть. Точнее забыться с другим. Он уверяет внутреннего себя, что больше не нуждается в истинном. Он больше его не хочет.       Омега прижался ближе к Юнги, и тот полностью залез руками под его майку, поглаживая спину и тонкую талию, с ума сходя от ощущений. Гук слегка откинул голову назад и Мин сразу поцеловал его изумительную шею, с концами освобождая от ненужной вещи. В поле зрения альфы снова попал ожог омеги, и Чон, заметив, не стал заострять внимания на этом, чтобы не передумать, и, смело двинув бёдрами вперёд, начал покрывать плечо Юнги мягкими поцелуями, ощущая, как альфа в свою очередь касается его обожжённой плоти губами.       Мин осторожно дотрагивался до Чонгука, будто сейчас в руках находилось самое ценное, хрупкое создание. И Юнги любил его. Потом поцеловал с другой стороны и, опустившись ниже, коснулся сосков, с упоением слыша как омега тихо всхлипывает, через секунду, снова находя его губы своими, не прекращая нежных доверчивых ласк. Гук взобрался ещё выше. Сильнее стиснул податливого альфу руками и ногами, заметно ощущая своими бёдрами чужое возбуждение. Против себя же опустился промежностью на пах альфы, чувствуя как его лайм окутывает с головы до пят, пробираясь к его омеге, но тот будто и не слышит.       Юнги полностью его раздел и положил на диван, рассматривая и поглаживая в своих чувственных руках. Он видел, что омега не полностью возбуждён. Его аромат не выделялся, сущность молчала, но Чон был уверен в своих действиях и решениях, и Юнги раскрыв парня для себя посильнее, опустился к его члену и откровенно взял в рот. Ласкал, как умел, делал приятно, и омежье тело постепенно начало отвечать. Только тело, потому что ощущения были приятные, и альфе этой отдачи хватало. Он видел, как омега мучается внутри. Прекрасно понимал, что именно хочет сделать Чон Чонгук. Мин готов был ему помочь отказаться от истинности. Позволит воспользоваться собой. Вместе убьёт Винсента в его сердце. А когда увидел, что парень под ним, в его руках, расслабляется и льнёт ближе, смачно лизнул его отверстие между ягодиц, обильно смачивая слюной и отстранился, что бы в следующее мгновение заполнить до упора.       Омега внутри парня взорвался. Разъярённо метался, истерил, бушевал как ураган, умолял уйти от Юнги и не совершать самую большую ошибку в своей жизни, но Чонгук не прислушался, вновь отвернувшись от своей сущности. И вскоре с его губ сорвался первый стон. Парень в этот момент сам себя возненавидел. Чувствовал, как его омежка с отвращением закрывается от него же, свирепеет и не выносит всем своим естеством.

Но его метания в эту ночь, ничто, по сравнению с внеземной болью Ким Тэхёна.

      Винсент ощущал всю истерию его внутреннего омеги. Чувствовал все эмоции самого Чонгука. Знал, что сейчас его омегу имеет другой альфа. И понимал, что так парень разрывает с ним остаточную связь. Вот только его малыш не учёл одного… С меткой, которая душит альфу сейчас, убивает, заставляет задыхаться в жгучей агонии, такой трюк не пройдёт. Альфа навечно привязан к нему. Будет испытывать эти неумолимые страдания из раза в раз, когда его истинный будет его предавать. Тэхён только что умер. Его малыш забрал последнее человечное, что оставалось внутри. Больше Тэхёна нет. Теперь остался лишь жестокий непоколебимый Винсент, который готов душу свою положить на алтарь, лишь бы больше не чувствовать, ничего не испытывать, забыться.       Омега медленно насаживался на крепкий член Юнги, гладил тело альфы, обнимал, и, невзначай заметив в оконных стёклах дома их совместное отражение, ощущал насколько это неправильно. Поэтому прикрыл глаза. А после и вовсе отвернулся. Он не станет жалеть. Он сделал выбор. И этот выбор не в пользу Ким Тэхёна.       После, нежась в постели, они смотрели через единственное оконце на океан, и Джей тихонько наслаждался тишиной внутри себя и своём сердце. Там всё сгорело, истлело, превратилось в пепел и развеялось по ветру, бесшумно пропадая в волнах океана. Ничего не чувствовать, оказалось гораздо лучше, чем ощущать постоянные боль и сомнения. Пока они так лежали, Юнги часто кидал взгляд на его тату, и парень, усмехнувшись, в итоге решил немного открыться ему.       — Я сам решил сделать татуировку на груди… — он огляделся через плечо на Мина, чувствуя своей спиной его тепло — А после сам и выжег, вместе с ним из сердца. Навсегда…       Юнги приложил свои пальцы к ожогу, а потом и вовсе прикрыл ладонью, чувствуя, как размеренно стучит в груди орган Чонгука, что даёт жизнь.       — Мы с тобой выбрали разные пути… — шепнул Чон.       Юнги смог смириться со своей болью. Смог утихомирить и пропустить через себя. Может омеге стоит ему довериться? Тоже принять свою жизнь, прошлое и будущее, и поступить правильно?       — Поймаем Ким Тэхёна вместе… — прижимая парня ближе к себе, шепнул альфа в ответ — Этого хотел твой отец… Осудить его по закону, а не убивать. — Вздохнул Мин, зная, что омега его внимательно слушает — Чон Хосок так этого желал, что готов был пожертвовать жизнью, — прикасаясь губами к чужой мочке уха — И ты завершишь начатое им.       Чонгук действительно задумался над его словами, а Юнги прижался теснее, оставляя ещё пару поцелуев на красивых плечах.

«Стоит попробовать по человечески?»

***

Il est où le bonheur — Christophe Maé

Dancing With Your Ghost — Sasha Alex Sloan

In My Veins — Andrew Belle

      Тэхён думал что погибнет. Свихнётся. Сойдёт с ума. Ему хотелось вылезти из своего тела хоть на секунду, чтобы эта непрекращающаяся жгучая агония закончилась. А после всего, когда он хотя бы смог дышать, то схватил бутылку дорогущего виски из бара и практически залпом выпил до дна обжигающую жидкость.       Альфа пьет всю ночь и курит. Очень много. Практически без перерывов. Тэхён сам ещё не понимает, как не сдох от рака лёгких, ведь дымит с юношества, и с каждым годом сигареты всё крепчали, а количество становилось больше. Но честное слово, лучше бы подох тогда, что бы в данный момент не думать и не ощущать. Ведь именно сейчас он готов задушить омегу собственными руками.

Пожалуй, это было самое большое предательство в его жизни…

      Возле Кима было всегда много лжецов, изменников, клятвопреступников, но Чонгук переплюнул их всех. Тэхён больше не будет с ним нежен… Раз Чонгук обрубил все концы, он тоже осторожничать не станет. Доломает полностью… В пепел превратит жизнь омеги… Он ведь полюбил. Отдал ему себя. Подпустил к своей душе, привязался…

Не слишком ли Чонгук жесток? После смерти Чимина, они остались на равных.

      Тэхён знает, что виноват перед парнем и готов был всю оставшуюся жизнь молить о прощении. Его внутренний альфа всеми фибрами чувствует, как омежка внутри Чонгука рвётся к нему изо всех сил. Но Гук сам отдал себя другому альфе.       Как он вообще смог лечь под другого? Как посмел открыться чужому человеку и подпустить настолько близко к себе? Где блядь верность? Почему на этом веку так обесценилась преданность? Почему лишь он один понимает важность и значимость этого слова и чувства?       Смотря на фото с Хосоком, Тэхён решал, что же делать с его сыном впредь. Ведь сейчас, показать всю свою истинную натуру, всю жестокость, агрессивность и злость, хотелось как никогда…

Воспоминание

      Он, Джунсо и Чимин пришли после рабочего дня в кафе возле побережья, чтобы расслабиться и поесть свиной грудинки. Настроение было приподнятым. Они тогда заключили очень выгодную сделку и решили отметить это событие парой бутылочек соджу. Вдруг к ним подбежала толпа школьников. Один из них вышел вперёд и нагло уселся возле Винсента на стул. Хосок хохоча, поднял парнишку за шкирку и швырнул на асфальт, отсчитывая несколько тысяч вон, тыкая деньгами прямо парню в грудь.       — Вот, — пихая купюры — иди домой и учись. — Уверенно заявил Хосок, толкая упёртого парня, но тот поднялся, обошёл Чона и снова сел напротив Тэхёна.       — Я хочу вступить к Винсенту! — заключил ребёнок, склоняя перед наркоторговцем голову как можно ниже.       — Эй! — окликну Хосок парня вновь — Бери рюкзак и уходи. — Он отсчитал ещё пару тысяч, решая дать парню больше, что бы тот, наконец, свалил в закат.       — Ты в каком классе? — заботливо, словно старший брат, поинтересовался Чимин и сам нацепил на чужие плечи зелёный рюкзак, отряхивая школьника от дорожной пыли, пока Тэхён с улыбкой и лёгким интересом наблюдал за происходящим.       — Пусть говорит… — вдруг выдал Винсент, и оба его друга замерли, в непонимании с широко раскрытыми глазами удивлённо смотря на Тэхёна.       Ким им подмигнул с лукавой улыбкой и обратил внимание на молодого пацана.       — В смысле? Он ребёнок! — Возразил Хосок, в корне несогласный с другом, но Винсент закурил и сделал лёгкий жест рукой. Дал понять, что ему интересно послушать мальца.       Чимин и Джунсо отошли и внимательно стали наблюдать за этой сценой.       — Я хочу… — неуверенно начал тот — тоже быть крутым. Как вы! — заявил паренёк.       Альфы лишь секунду переваривали то, что только что услышали, а после переглянулись, и громко рассмеялись с этой наивности и глупости.       — Боже… — улыбнулся Тэхён вслед за друзьями — Ты умный? — спросил он.       — Конечно! — тут же заявил школьник.       — Эй… — Хосок снова стал поднимать парня — Вали домой.       — Но я серьёзно, босс… — парень готов был умолять наркоторговца.       — ТЫ смотришь слишком много кино… — хохотнул Чимин.       — Нет! Я уверен! Я знаю что смогу! — твёрдо уверял мужчин пацан в своих намерениях — Честное слово!       — Иди отсюда! — крикнули вместе Пак и Чон, и откинули паренька от Тэхёна.

Винсент тогда лишь посмеялся…

      С омегой нужно было поступить точно так же. Никогда не позволять быть рядом… Никогда не подпускать к себе… А после, он воскресил внутри те чувства, когда нашёл печатную машинку в комнате Хосока. То опустошение, злость и неверие…

Воспоминание

      Он пару раз ткнул пальцами по буквам, от нажатия которых клавиши дёрнулись вверх, а после, увидел на крышке коробки прикрепленный пистолет, что выдают полицейским в их стране. Оружие было приклеено скотчем, и, оторвав клейкую ленту, Тэхён взял его в свои руки, понимая, что Чон Хосоку был дан приказ застрелить его. Убить. Но тот не смог, или просто не успел.       Тэхён тогда громил, рвал и метал весь вечер и ночь, а когда с утра встретился с Хосоком, тот по глазам понял, что Винсент всё знает. Его друг тогда по-настоящему испугался и попятился назад.       — Почему Хосок?.. — спросил убитый горечью предательства Винсент.       — Это моя работа… — с болью шепнул Хосок ему в ответ.       — Не пизди! — рявкнул Ким. Сжирающие всё на своём пути вулканы поднимались из недр души — Твой приказ докладывать всё о моей организации или убить?       — Убить — больше стыдливо, чем страшась, признался альфа.       — И как давно? — Тэхён замер.       — Месяц. — Вот он, тот выстрел, что не был выпущен из рук Чон Хосока.       Тэхён прикрыл глаза и старался успокоиться. Вены на лбу и висках вспухли, и альфа старался не сорваться и не вцепиться в его глотку, разрывая на мелкие части.       — Почему не убил? — Тэхён задал элементарный вопрос. Хотя ответ... хотелось знать больше всего.       — Не смог… — признался друг.       — Я прощу тебя… — вдруг неожиданно для обоих шепнул Тэхён, через время — Приму в организацию, оставайся со мной. — Ким просил его. Почти умолял.

Не хотел, чтобы всё закончилось смертью.

      — Нет… — со слезами на глазах отозвался ему в ответ Чон.       — Ты понимаешь, что своим отказом подписываешь себе смертный приговор? Я могу принять тебя к себе, но не могу отпустить. — Винсент доверчиво, ещё как никогда заглядывал в его глаза, и надеялся, что Хосок изменит решение.

      Тэхён пытался спасти их обоих.

      — Знаю, Тэхён. — уверенно кивнул альфа.       — Беги, Джунсо… Беги… — прикрывая глаза дрожащей ладонью, Винсент не знал как справиться с эмоциями — У тебя есть сутки. — тот самый приговор.       И Хосок побежал.       Винсент бы смог его отпустить. Смог бы оставить в живых, и он даже собирался поступить именно так, но не вышло. Правда о предательстве Хосока вмиг разлетелась по его организации. А после Тэхён сел и хорошо подумал, почему он должен то прощать? Обида и гнев бурлили в нём с каждой секундой всё острее. Почему должен отпустить? Тэхён долго сражался сам с собой. Он непрерывно, мучительно, усердно боролся, но в итоге понял, что не может простить. Да и поздно уже. Никогда не прощал и исключений делать не будет. Если хоть раз совершишь ошибку, то этот промах может стоить жизни, а Тэхён никогда не ошибается.       Когда у Хосока была возможность, когда было время и удобный случай, он должен был его убить, а не полюбить. Должен был лишить жизни, а не привязываться и сомневаться какую сторону выбрать. Долг, профессию и Намджуна. Либо верных друзей, сумасшедшую жизнь и Винсента, который во что бы то ни стало, в лепёшку за него расшибся бы. Пулю словил. Жизнь отдал…       Хосок тоже решил для себя всё, выбрал путь и принял последствия. Долго ходил по тонкому льду и в итоге провалился, не устояв на ногах, а холодная морозная мята поймала его в свои смертельные сети.

О чём сожалел его некогда близкий человек? Что было в его голове? О чём мечтал?

Тэхён никогда не узнает.

      Он столько лет был рядом, был другом и братом, а в итоге за месяц пустил всё к херам. Чон Хосок знал, на что идёт, с кем связался, и в какую игру влез и вляпался по уши.       Альфа действительно привязался к Ким Тэхёну. Он нашел в свирепом Винсенте истинного друга и понял, что никогда не сможет отнять его жизнь. Но так же понимал, что и Намджуна не может предать. Вот и метался то в одну сторону, то в другую, так и не решив ничего, в итоге поплатившись за это смятение жизнью. Хосок осозновал, что Тэхён придёт за ним, но не знал когда именно. Потому что через положенные озвученные сутки Винсент не явился за ним в обличие смерти.       Чимин позвонил боссу через неделю и сообщил точное местоположение предателя. Тэхён тогда знатно надрался. До последнего метался. Услышав и приняв информацию от Пака, он встал на ноги, и прямо в чём пил и изводил себя весь день, вышел на улицу, сел на мотоцикл, надел на голову шлем и сорвался с места.       Остановившись возле нужного дома, Ким припарковал байк, и подошёл к машине друга, осматривая пустой салон. Как раз в этот момент его и засняла камера возле дома, и Тэхён тщательно в неё всмотрелся, усмехаясь своей же глупости. Любой промах может подкосить всю его жизнь. Вечно предусмотрительный Винсент даже о безопасности не подумал когда ехал сюда. Он снял шлем и натянул маску на лицо, оставляя только холодные мёртвые глаза, что бы Хосок знал и видел, кто за ним пришёл, и посмотрел в его звериные зрачки в последний раз. А когда оказался в подъезде, то прямо перед глазами наткнулся на друга, который пытался открыть дверь собственной квартиры.       Винсент не скрывался. Подошёл близко, и Хосок, заметив его, опасаясь, рефлекторно достал нож, направляя лезвие прямо ему грудь. Его друг не просил прощения, не умолял оставить его жизнь. Хосок готов был защищаться, твёрдо смотря прямиком в глаза.       Что случилось между ними? Почему два человека, которые жизнь друг за друга готовы были отдать, сейчас готовы столкнуться в смертельном поединке?

Могло ли быть по-другому?

Если бы Чон не наставил на него оружие, а искренне от всей души извинился за предательство, он бы передумал?

Скорее всего, да.

      Но этого не случилось. Тэхён, с мёртвой душой и ледяным сердцем, поднял руку, сжимая в ладони табельное оружие легавого, и просто хладнокровно нажал на курок.       — Папа! Папа! — кричал ребёнок на заднем плане, и Хосок выставил дрожащую ладонью вперёд, с мольбой в глазах только теперь.       Чон опёрся о руки Винсента, и тяжело дыша, умолял не трогать сына. Тэхён нажал на курок вновь, а в глазах скопились слёзы.       — Папа! — кто-то за дверью ладонью тарабанил по двери, и, вглядываясь в лицо Хосока, в его зрачки, видя его умирающую душу… Тэхён не стал мстить всей его семье. Он услышал и выполнил последнюю просьбу друга, в конце разворачиваясь, чтобы просто уйти как можно дальше и не передумать в последнюю минуту.       Тогда Винсент не знал что за дверью его истинный омега. А если бы и знал, то ничего бы не изменилось. Не только Тэхён виноват в смерти Хосока… Друг сам подписал себе приговор. Ким давал ему выбор, давал шанс спастись, но Чон его отверг. Отвернулся. Предал.      

У Винсента не было другого выбора. Иначе поступить он не имел права.

      — Чонгук не выходи… Не выходи… — прокричал Хосок из последних сил, мысленно благодаря Тэхёна что он уходит сейчас.       — Папа! Открой дверь! Папа!!!       Тэхён лишь кинул на него прощальный взгляд из-за плеча, и, отвернувшись совсем, вышел из подъезда…

За всю его жизнь, он всегда был верен своим людям.

Своим друзьям.

Своим близким.

Но ему… никто не был…

Сейчас

      — Я никогда не предавал тех, кто мне доверял… — нервно и даже опустошённо шепнул вслух альфа, куря, подрагивающей рукой сжимая сигарету, разговаривая с пустотой кабинета, темнотой и одиночеством — Почему. Меня. Постоянно. Предают?.. — его голос хрипел, а после и вовсе сорвался.       Тэхён сделал глубокую затяжку и спрашивал ответа у мёртвых друзей, которых можно увидеть теперь лишь на единственной фотографии, запечатлённой в самый лучший момент его жизни.       — И, он… — Ким тяжело выдохнул — Я понимаю, у Чонгука есть причины ненавидеть, и даже убить меня… — он отпил виски из бутылки — По этому… — сглатывая противный ком в горле — Хотя бы по этому он должен был прийти ко мне… — чувствуя как слёзы душат изнутри — Я бы смог его переубедить… Постарался бы… Умер, если бы ему стало легче… — стискивая в руках фоторамку, с болью всей души смотря на своих близких друзей, самых лучших, что только у него были, и тех, кто собственноручно отказался от него…       — Не так ли Хосок? Чимин?.. — альфа кивнул свои мыслям в голове — Он должен был прийти именно ко мне… — снова вдыхая порцию никотина — А Чонгук сейчас… Раздвигает ноги перед другим… — усмехнулся Ким, заживо сгорая, зажимая пальцами лицо — Должен был прийти ко мне, выбрать меня… Должен был…       Неожиданно, в его кабинет резко вбежала беспокойная Чжао Ли Ин, и впопыхах попыталась предупредить босса:       — Полиция выдала ордер на ваш арест! — нервно, со страхом в глазах подбегая к столу Тэхёна — Вам надо бежать! — женщина вгляделась в лицо альфы — Говорят, у них появилась новая улика…       Но Винсент только посмеялся в ответ на все её слова и снова закурил.       — Чего вы ждёте? — растерянно спросила взволнованная омега, а после упёрлась руками в стол и угрожающие, со всей присущей ей серьёзностью, взглянула вглубь его сумасшедших зрачков — Вы сказали, что этот омега вас убьёт… — она пыталась донести до альфы истину — Нам нужно уходить. Сейчас же!!!       Но тот снова усмехнулся, и, проведя пальцами по фото с друзьями, сжал рамку в руке.       — Он должен был… — ответил Тэхён, шатаясь, поднимаясь со своего кресла — Должен был… — со всей дури запуская снимок в стену — Прийти ко мне! — вскрикнул яростно Ким, начиная постепенно чувствовать внутри себя кроме пустоты уже привычную всепоглощающую злость, которая топит его в себе.       Ли Ин взвизгнула и присела, испугавшись босса, и его мяту, которую альфа совершенно не контролирует сейчас.       — Он предал меня… Пошёл к легавому…       Альфа вышел из кабинета, пьяно но уверенно направляясь в свою квартиру, пошатываясь, идя прямо к сейфу.       — Послушайте… — омега бежала за ним следом. Она единственная до последнего пыталась вразумить Винсента.       В сейфе Кима лежали деньги, документы, бриллианты и пистолет. Ещё тот, что подарил ему названный отец, когда альфа стал достойным, когда перевоплотился в Винсента.       — Я спас его от смерти на улице… Научил всему… Отдал себя… — смотря на красивое оружие в своих руках — Он мой истинный. Его жизнь принадлежит только мне… Как и тело… Я предупреждал Чонгука… — Тэхён выглядел совершенно невменяемым. Мужчина звонко перезарядил холодное оружие, а в глазах виднелась лишь смертоносная злость и опасность.       — Вам нужно… — снова попыталась достучаться секретарь до альфы, но тот резко вскрикнул и зарычал.       — Нет! — оскалился Тэхён.       Глаза Винсента были красные, а сам он источал только враждебность, свирепость, ненависть, угрозу и бедствие. Омега отшатнулась от босса и схватилась пальцами за стену. Испугалась. Она не могла поверить в то, что видит. Винсента ничто и никто не мог сломить, даже смерть обходила альфу стороной… А какой-то омега разрушил мужчину по основание. Немыслимо.       — Отступать поздно. — Шепнул несколько спокойнее альфа, снова кидая взгляд на оружие — Пути назад уже нет. — Прикладывая дуло пистолета к своему виску — Это не закончиться, пока кто то из нас не умрёт…       Тэхён шёл к своему секретарю на деревянных ногах, готовый пустить пулю себе в голову.       — Умри… Или Убей… — он с лёгкостью нажал на курок, ожидая мгновенную пулю в башку, но сработал холостой патрон, а Ли Ин чуть не словила сердечный приступ, панически вскрикивая и жмуря глаза от страха.       Тэхён удивлённо нахмурился, всерьёз не понимая, почему пистолет полностью не заряжен, и пока открывал барабан револьвера, пьяно считая пули, омега шокировано убегала от Винсента как можно дальше… Она спасала свою жизнь.       — Беги Ли Ин… — прокричал ей в след Тэхён, истерично смеясь, понимая что последний поистине преданный человек от него отказывается сейчас, прямо в эту секунду — Беги, словно от чумы…

***

Malheur, malheur — Maître Gims

I Follow Rivers — Marika Hackman

Slide — Dutch Melrose

      Чонгук думал обо всей сложившейся ситуации всю ночь. О своей жизни, о Ким Тэхёне, чувствуя злость и боль мужчины, о Мин Юнги, что мирно спит рядом и тихо прижимает к себе, и смотрел на океан, на изумительные лазурные волны. Ему хотелось быть таким же безмятежным, как этот бескрайний океан. Без проблем и страданий. Просто спокойно блуждать в глубинных водах и чувствовать умиротворение.       «Прав ли Юнги в своих суждениях? Действительно ли желанием отца было посадить Винсента?»       Сейчас никак не узнаешь о чём Чон Хосок думал, и почему решил умереть, вместо того чтобы сражаться за свою жизнь.       «Может быть он тоже, как и я сам, привязался к альфе?»       Омега слегка растёр веки пальцами, а после снова перевёл взгляд на полицейского. Сейчас, когда сердце и душа парня озлоблены на истинного, когда он его ненавидит и желает Тэхёну смерти, Чонгук понимает, что, в самом деле, не сможет быть с Кимом больше никогда. Он действительно обдумывает версию остаться с Юнги, и хочет этого в данный момент. Мин принял его ложь, злобу, месть и истинность с самим Винсентом. Чонгук постарается полюбить другого…       Юнги спит на животе, мило соприкасаясь лицом с подушкой. Его губы слегка припухли, и альфа поистине выглядит уютным. Чон мягко, кончиками пальцев обвёл щеки Мина, после лоб, и убрал пряди волос с его лица, рассматривая красивые брови и прикрытые глаза. Мин Юнги совсем не похож на его альфу. Этот парень нежный, понимающий, снисходительный, вежливый, заботливый…       «Может и Тэхён такой?» — вмиг подумал омега.       Конечно, Ким старался проявлять с Чонгуком только хорошие стороны своей сущности и натуры… Но, какой же он на самом деле? Чимин сказал, что он никогда не сможет понять Винсента, и скорее всего, это правда… Сейчас Чонгук даже стараться не хочет. Больше никогда не возжелает...       Приподнявшись осторожно с кровати, Гук повторно посмотрел на прекрасный океан, а после ему на глаза попалась одежда Мина. Его наручники и полицейский пистолет. Омега запросто сейчас может приковать альфу в этом доме, сбежать, найти Винсента и убить… Кто ему помешает тогда, кто остановит? Но после сегодняшней ночи, он больше не хочет этого… Не хочет марать руки в крови истинного и брать на себя такой тяжелый груз. Он не станет чудовищем. Омега согласен остаться с полицейским и принять своё будущее со всеми вытекающими последствиями.       Гук встал с кровати, оделся, и вышел к побережью. На душе сейчас было гадко от измены и предательства, но спокойно во всём остальном. Парень так хочет чтобы его отец был жив… Чтобы вместе вот так гулять по пляжу, любоваться рассветом и вдыхать чистый морской воздух… Жаль что это невозможно. Каким бы он вырос, если бы семья омеги была полной?

Воспоминание

Ты должен быть счастлив. И жить хорошо, даже если я… буду далеко.

      Папа желал ему только хорошего. Быть верным себе и своим желаниям. Чтобы сделал его отец, узнай, что омега влюбился в Тэхёна? Вероятнее всего не был бы рад, и любыми способами постарался отгородить своего ребёнка от жестокого кошмарного человека… А если бы с Чонгуком изначально был Юнги? Тогда бы Хосок одобрил его выбор?       Если бы папа был жив, то не было бы этих альф. Скорее всего, он бы сейчас жил где-нибудь в спокойном маленьком прибрежном городке и довольствовался жизнью с родным человеком.       А сейчас? Что его ждёт? Если Тэхён узнает что омега пошёл в полицию, то постарается его убить. Чонгук уверен в этом. Но так же, если омега придёт с поличным, сам сядет. Насколько? Что будет ждать его в тюрьме? Жизнь стала настолько запутанной…       Юнги проснулся от ярко слепящего глаза солнца, и слегка потянувшись, открыл веки, видя перед собой лишь пустое место. Переведя на подушку с боку растерянный взгляд, Юнги положил на неё руку и понял что постель под ладонью холодная.

«Неужели Чонгук сбежал?»

      Юнги резко приподнялся на руках и стал в спешке осматривать дом в поисках чужой одежды. Нету. Мин быстро сел на кровать, подтянул к себе бельё и джинсы, и стал одеваться. Выбежав на улицу, альфа увидел свою машину, океан, а после, вдалеке, заметил и фигуру омеги, который мирно прогуливался по песчаному берегу. От сердца аж отлегло. Юнги выдохнул сковавшее внутренности волнение, а после потихоньку побрёл на встречу к Чонгуку.       Они слегка смущённо улыбнулись друг другу, но альфа глядел на омегу с нежностью.       — Подумал, что я уехал? — мило поинтересовался Чон.       — Я испугался… — подтвердил Мин не скрывая своих мыслей, поджимая губы, хотя было видно, что альфа продолжает улыбаться.       — Ты не бойся… — вдруг с умным видом передразнил его Гук — Мы же полиция… — и теперь альфа улыбнулся ярче, вспоминая свои же слова когда-то сказанные омеге.       Потом Чонгук последний раз посмотрел на океан, и, кивнув головой, тяжело вздохнул, наполняя морским воздухом лёгкие до отвала.       — Поехали… — шепнул ему всё же омега и развернулся, направляясь к дому. А у Юнги потихоньку стала спадать улыбка с лица.       Он бы хотел остаться с омегой тут навечно. Хотел бы не иметь проблем и забот, и не хотел бы сталкиваться с внешним миром и злобой Ким Тэхёна. Но им действительно предстоит сложный путь, и альфа пройдёт его, чтобы в итоге остаться счастливым вместе с Чон Чонгуком.       Юнги пошёл следом.

***

      Чжао Ли Ин после того как сбежала от Винсента, перевела все свои деньги на безопасный счёт, и купила ближайший билет на самолёт в жаркую страну. Выйдя из отеля «Рига», что был ей домом многие года, она заметила как подручный альфа их организации, который был с ней на протяжении всех этих долгих лет, складывает её багаж в машину, и, подкурив тонкую сигарету, смотря на стеклянные двери огромного здания в последний раз, омега села в автомобиль. Ей было жаль оставлять Винсента, но собственная жизнь женщине была дороже. Она приоткрыла окно в машине, что бы выпускать сигаретный дым на улицу и продолжала со слезами на глазах смотреть на любимый отель.       — Куда ехать? — поинтересовался через некоторое время альфа.       — Подальше отсюда… — выдохнула омега, затягиваясь новой порцией никотина — Организации Винсента конец…       — Да — подтвердил приказ мужчина и тронулся с места.       Она стала последним человеком из близкого круга общения Ким Тэхёна, кто оставил его. Тоже предала и сбежала, пусть и с тонущего корабля. Тэхён остался один со своими внутренними демонами и обычной охраной, которые будут стоять до последнего за свою организацию. Кто-то из-за денег, кто-то из-за страха, а кто-то из-за преданности.

***

      Юнги и Чонгук после их совместного утра возвращались в полицейский участок. От самого здания их сейчас отделяет лишь один перекрёсток и светофор. Горит красный. Не то что бы Гук боится, он смирился. Нет страха перед неизвестностью, но есть вина и стыд перед бывшими коллегами и перед собственной жизнью, ведь теперь нужно принять ответственность и посмотреть правде в глаза. Потом они заметили не спеша идущих к ним навстречу Кёнхо и Сокджина, которые осматривались по сторонам и пропускали проезжающие мимо машины. Повернувшись к омеге Юнги, пристально всмотрелся в его глаза.       — Будет не просто — со всей серьёзностью сказал альфа — Весь мир осудит тебя… — не скрывая никакой правды, говоря всё на прямую — Тебя посадят…       — Я знаю. — Ответил омега, глядя на альфу — И готов.       Юнги аккуратно взял парня за раненную руку и сжал в своей ладони его пальцы.       — Что бы ни произошло, я буду рядом. — Заверил Юнги.       Омега вгляделся в его красивые карие чистые глаза и лишь слегка дёрнул уголками губ, как и Мин в ответ. Чонгук благодарен за такую поддержку и любовь, что испытывает к нему Мин.       А после сбоку возле них резко остановился мотоцикл. Внутренний омега внезапно забился в отчаянии и безумии. Словно он стучал руками по непробиваемым стенам и пытался вырваться наружу, всеми способами, раздирая руки в кровь. Его омега стал проситься вперёд и не желал слушать сопротивление Чонгука. Сердце парня застучало в разы быстрее.       Байк сбоку издал сумасшедший рык, и омега слегка отвёл взгляд в сторону, с улыбчивого доверчивого Юнги на окно позади него, и собственная улыбка постепенно стала исчезать. Рёв мотора чёрного Kawasaki Ninja Гук знает очень хорошо. Морозная мята и отголоски чужой сумасшедшей ярости, даже через закрытое окно внедорожника стали пропитывать омегу, и с внутреннем первобытным страхом он всмотрелся в водителя.       Верхом на байке сидел Тэхён. На голове тот шлем, что подарил ему омега, а в глазах нескончаемая горечь, злость и смертоносная обида. Тэхён даже не подъехав к ним, уже ощутил смешанные запахи своего истинного и ядовитого лайма Мин Юнги. Сердце прострелило болью. Одно дело чувствовать, что омега тебе изменяет, а другое дело видеть собственными глазами. Тэхён не мигая испепелял своего малыша взглядом, пропитывал своими эмоциями и ненавистью, а после поднял руку с зажатым в ладони пистолетом.       Юнги видел страх в глазах парня напротив, заметил, что омега смотрит совсем не на него, а за плечо, и тоже перевёл взгляд, внезапно замечая прямо перед собственным лицом направленный пистолет дулом на Чонгука. Его глаза широко раскрылись.       Чон был сейчас готов умереть от рук Тэхёна. Согласен на смерть. Чувствуя все смешанные эмоции своего альфы, который был сейчас так близко и гипнотизировал своими ореховыми глазами, омега готов был принять на себя всю его ненависть. Но Винсент, смотря только в испуганные глаза Чонгука, не глядя, перевёл пистолет с него на Юнги и выстрелил прямо в упор.       Чонгука затрясло. Раздался такой сильный грохот от выстрела и разбитого стекла, что уши заложило. Тело Юнги дёрнулось в бок и упало на Джея. Омега от страха перед Тэхёном прикрыл себя дрожащими руками и зажмурился, но потом понял, что стреляли вовсе не в него. С шоком и неверием, еле поворачивая голову в бок, он перевёл глаза на Ким Тэхёна, который всё так же продолжал смотреть только на него.       Ни сожаления, ни сочувствия, ни любви. В глазах Тэхёна кроме остервенелого бешенства и убивающей, разрывающей боли не было ничего.       Загорелся зелёный. Ким повернулся и нажал на газ. Его Kawasaki рванул вперёд не оставив и следа после, а омега так и продолжал прикрывать себя руками и дрожаще смотреть вперёд, пытаясь осознать всё произошедшее.       Люди закричали, стали суетиться, образовалась паника. Поблизости из автобусов и машин с воплями стали выбираться на улицу и бежать. Толпились, толкались и боялись за свои жизни. Чонгук уже более осознанно посмотрел на свои колени, с ужасом видя, мёртвого Юнги, у которого прямо во лбу была дыра от пули с тонкой струйкой вытекающей крови. Глаза альфы были открыты. Будто Мин до сих пор видел перед собой Винсента и наставленный на него пистолет. Там остался тот же страх и растерянность от осознания скорой смерти. Омега смотрел и не верил.

«За что? Почему Тэхён это сделал?

Месть? Злость? Обида?

Так он вымещает свои эмоции?»

      Джин и Кёнхо неслись к их джипу, потому что видели и байк, и неизвестного водителя, и пистолет. Их сбивали с ног прохожие, но полицейские продолжали приближаться к их автомобилю.       Рука Юнги до сих пор была в ладони Чонгука, и омега слегка сжал её, будто сейчас альфа ответит ему, но этого не произошло, и Гук вытянул свою ладонь, отчего голова Мина полностью упала на его ноги. Панический шок и страх до сих пор не отпускали. Чонгук понимал, что Тэхён убил Юнги только из-за него. На глаза навернулись слёзы. Парень, словно в замедленной съёмке, вытащил пистолет Мина из куртки и, накинув глубокий капюшон на волосы и лицо, на деревянных ногах стал выбираться из салона.       — Юнги! — громко и отчаянно кричал Ким Сокджин, до сих пор видя перед глазами, как тело альфы пошатнулось и упало.       А Кёнхо практически уже добежал, расталкивая на своём пути всех людей, несясь лишь вперёд. Омега вылез из автомобиля за пару секунд до того, как к двери подбежал младший сержант. Сейчас полицейские совсем не думали об омеге, хотя шли на встречу, чтобы забрать именно его, но теперь… Им не было до Джей Хоупа никакого дела.       — Мин Юнги!!! — продолжал болезненно кричать Джин, подбегая к авто, открывая водительскую дверцу, а омега прикрыл дрожащими руками лицо и уши, чтобы не слышать этот душераздирающий крик, что издал Кёнхо, видя убитого коллегу.       Чонгук продолжал отходить всё дальше, загнанно хватая ртом воздух, пытаясь справиться со сковывающим страхом и болью от потери человека, который только что был готов пройти с ним за руку сквозь все преграды. Омега крепче сжимал рукой пистолет, спрятанный в куртке, а после побежал.

Изначально Чонгук был прав.

Ничего не получится пока Тэхён, и он, живут на этой земле и дышат одним воздухом.

Должен остаться только один.

      Продолжая идти через нелюдимые переулки и дома, омега иногда прислонялся к стене, чтобы отдышаться, потому что до сих пор не мог прийти в себя. Тэхён просто взял и застрелил Юнги… Альфа так сильно его ненавидит? Поэтому продолжает забирать всех близких людей? Чонгук не понимал ни свою жизнь, ни последующих действий, ни поступков. Вот, вроде бы только появился проблеск, надежда на правильные решения, но Тэхён снова всё отобрал у него… Чонгука душили рыдания. Парень старался справиться с болью в сердце и продолжал идти. Теперь у него остался лишь один путь.

***

      Намджун в этот момент лежал в больнице и восстанавливался от полученных ранений. Альфа не выпускал из памяти маленького омежку и его отца, своего единственного лучшего друга. За столько лет страданий и самокопания, альфа очень извёл себя. Эта вина видимо останется с ним до последнего вздоха.       Намджун вспоминал две очень ценные для него фотографии. Ту, где Хосок был на снимке с Винсентом в спортзале, и там, где они все вместе стояли возле полицейского участка, когда Хосок только получил значок. Если бы Ким Намджун только знал, чем всё закончится по итогу, он никогда бы не принял друга в полицию. Хосок бы ни за что не попал в ОБН и вовек не связался с Винсентом. В душе альфа знает, что Чон Хосок нашёл в Ким Тэхёне друга. Видел и слышал как ему всё труднее и сложнее доносить на организацию, но это жизнь… Ничего не поделать. Ким Тэхён убийца, наркоторговец и преступник. Другого выхода просто не существовало, и Хосок это тоже знал.       Возможно, где то в альтернативной вселенной, все они живы и счастливы. Даже больше... Может они все закадычные друзья и никогда не знали горечи и боли. Не было предательства, лжи и смертей. Если Хосок смог найти в преступнике светлую сторону и сдружиться с ним, то Намджун бы тоже смог. Изо всех сил бы постарался, что бы видеть на лице Чона такую же яркую улыбку. Эта его смешинка снится Киму во снах… Ведь вместе с Винсентом, друг улыбался точно также искренне, а возможно и шире.       Но в этом мире, Ким Тэхён это вечная проблема, злодей и плохой человек.       Намджун вспомнил как в тот вечер, в кафе Юнги пообещал ему, что всё будет хорошо. Как поддержал и подбодрил, не дал скатиться ещё ниже и потерять веру окончательно.

Воспоминание

      — Ким Тэхён… — стал снова говорить Мин — Мы можем его поймать. — Уверенно.       — Не плохо…       — Я учился у лучшего.       Юнги напоминает капитану полиции Хосока. Детектив Мин точно был послан Намджуну самими небесами, иначе бы альфа просто не справился с потерей. А так он переключился на молодого парня, которому нужно было помочь с внутренней борьбой и злостью. За которым нужно было приглядывать, чтобы Мин не наворотил дел. Из которого хотелось сделать достойного полицейского и уверенного в себе человека. Наставлять и вести по правильной дорожке, хотя со своей жизнью то разобраться не может.       А вот Ким Сокджин, парень который с ним ещё дольше чем Юнги, этот альфа… Наверное самое светлое что случалось с мужчиной за всю его жизнь. Сокджин это его спокойствие, уют, доброта, нежность и собственная улыбка, которую Намджун давно позабыл.       Капитан не полный идиот. Замечает все эти проникновенные взгляды, заботу и поддержку… Но сам себя убеждает в том, что от Кима ему стоит держаться подальше.

«Что я могу ему дать?»

      За душой Намджуна ничего нет. Лишь сожаления и печаль. Только молодой детектив способен вдохнуть в него радость. Будет ли это честно по отношению к Джину? Сможет ли он сделать парня счастливым? Киму предельно всё равно, что Сокджин альфа. Яркая малина этого парня, счастливый взгляд и трепетные редкие прикосновения, поистине важны для него. Намджун даже и не заметил, как стал ждать этих лёгких касаний.       Достоин ли капитан счастья, после всего, что натворил с чужими судьбами?

Незадолго до…

      Ким Сокджин с размаху распахнул дверь в его палату и замер. Оглядев капитана с головы до ног, парень болезненно нахмурил брови и бросился вперёд, падая к коленям мужчины. Сокджин заплакал словно ребенок, крепче сжимая ноги Кима, выпуская всю боль и тревогу, что томилась в нём всё это время.       — Джини? — шепнул растерянный Намджун, а после медленно запустил пальцы в копну тёмных волос, впервые позволяя себе, что то большее чем взгляды.       — Не смейте… — всхлипывая, произнёс детектив Ким — Больше никогда так меня пугать, капитан… Я чуть богу душу не отдал…       — Прости… — ответил негромко Намджун, разрешая себе добрую улыбку.       Мужчина продолжал медленно гладить альфу по волосам, пропуская мягкие шелковистые пряди через пальцы, а тот вдруг поймал его руку, и сильнее прижал к своей голове, стискивая его пальцы своими. После Джин поднял голову с его колен, развернулся, и так пронзительно посмотрел в глаза своего капитана, что мужчина даже растерялся. Сокджин поднёс его ладонь к своим губам и взволнованно оставил на тыльной стороне робкий поцелуй, не отрывая своего взгляда от глаз Намджуна.       — Я больше никогда не оставлю вас, Намджун. Мне уже достаточно лет, чтобы знать, что никакой любви с первого взгляда не существует. Это всё выдумано поэтами для восторженных подростков, так? Но… Когда я увидел Вас впервые, я почувствовал что-то странное. Вы посмеетесь надо мной, но вы не стали бы, если б видели себя со стороны в тот день. Капитан, вы были почти непереносимо прекрасным… — встав с колен, не отпуская руки Намджуна, детектив сел на его кровать и продолжил — Я думаю о вас всё время. Думаю утром, идя по холодку на работу. Нарочно шагаю помедленнее, чтобы думать о вас подольше, и скорой встрече, когда я снова смогу взглянуть в ваши глаза. — Альфа подсел чуть ближе, заглядывая во взволнованные зрачки Кима и растерянное милое лицо — Думаю вечером, когда мне одиноко без вас в пабах, где я напиваюсь, чтобы думать о чём-нибудь другом, но добиваюсь обратного эффекта. Я думаю о вас, когда вижу, и когда не вижу, думаю тоже. Мне так хотелось бы найти другое занятие, но я не могу. Если Вы знаете, как можно исхитриться забыть вас, научите меня, а если нет, тогда вам придётся принять меня в своём сердце, потому что я больше не отпущу вашу руку, Намджун…       Джин подсел ещё ближе, недопустимо, вплотную, так, как ещё никогда не позволял себе даже в мечтах. А затем, не выпуская капитана из плена своих глаз и рук, вдохнул поглубже, что бы за эту секунду набраться храбрости, а после без какого либо позволения прижался к чужим губам.       Намджун не отпрянул, не кричал и не оттолкнул альфу от себя, наоборот. Положил свободную ладонь на его щёку и углубил этот поцелуй, слыша как детектив издал, что то сродни стона или всхлипа.       — Хорошо, Джини… — даря парню ещё один мягкий поцелуй на этих невозможных губах, чувствуя как детектив подрагивает в его руках — Хорошо… — Согласился Намджун.       — В наше время очень тяжело доказать человеку, что он тебе действительно, очень дорог. Мало кто верит... Но, я докажу вам… Не оставлю и сделаю счастливым. Я заберу вашу печаль… — Джин покусывал губы, но был уверен в своих словах, пока Намджун продолжал нежно ему улыбаться.       Потом мужчина кивнул, снова дав своё согласие, и Джин осторожно обнял его, втягивая приятный природный аромат альфы, до отказа наполняя лёгкие, зная, что теперь этот мужчина только его. Он постарается. Даст ему неприлично много любви. Подарит всего себя, ведь мечтал об этом моменте вечность…       Чувствуя эту искренность и любовь исходящую от молодого детектива, Намджун знает что никогда не пожалеет о том что дал Джину этот шанс. Понял, что сможет подарить эти же чувства взамен. Ведь он всё ещё способен любить и чувствовать. Капитан не до конца эмоционально высох. Одержимость Винсентом это не то ради чего стоит жить. Ким Сокджин — вот этот маленький зелёный пробившейся на свет цветущий росток белой лилии, что означает: чистоту, величественность, благородство, девственность.       «Это нечто божественное — быть рядом с тобой!»       Вот его надежда на будущее. Стимул двигаться дальше. Побудитель создавать лучшее и прекрасное.

Они излечат, полюбят, помогут друг другу.

Вместе пройдут через дальнейшие преграды и смерти близких.

Будут вместе до конца.

Это их счастливый финал.

***

I Gave You All — Mumford & Sons

Amnesia — Roxen

Walked Through Hell — Anson Seabra

      Джей добрался до отеля и посмотрел на наличие патронов в пистолете. Пять штук. Против целой толпы охраны этого недостаточного, но омегу подпитывает ненависть, значит, он справится. А если и умрёт, то хотя бы будет знать, что попытался. Задвинув магазин на место, парень прошёл прямо к двери чёрного входа, и, без промедления наставив оружие на двух альф, что охраняют «Ригу», вынудил их открыть дверь.       Альфы поднесли свой бейдж к двери, та пропищала, и спиной охранники стали пятиться назад, ожидая удобного случая, чтобы напасть. Омега шёл следом за ними, не спуская с прицела, после чего попал в холл здания первого этажа. Тут этого конвоя было целое сборище. Холл — это зона отдыха для людей Винсента, где есть бар, телевизор, диваны, и всё что нужно для счастливой жизни и удобства.       На омегу напали сразу целой толпой, и Гук сделал первый выстрел. Он больше не боялся забрать чужую жизнь, потому что и сам не хотел существовать в этом мире. Его резали ножами, били, но чаще омега уклонялся и кувырками с обманными маневрами проходил всё дальше, приближаясь к лестнице, а после и двери лифта.       Чонгук знал, что одолеть всех не сможет, поэтому толкался, бежал напролом, и только тем, кто мешался, давал отпор. После выхватил нож у одного из альф и уже легче отбивался и сопротивлялся. Без промедления резал по уязвимым местам, обездвиживая и обезоруживая, целенаправленно двигаясь наверх.       Омега отнял немало жизней. Умылся в крови, искупался в ней, но не остановился. Сейчас Чонгук был как Тэхён. Омеге совершенно не было жаль. Он не сомневался и после не станет плакать в подушку. Гук просто пришёл мстить. Слова Юнги и наставления Хосока давно позабыты, только пелена перед глазами и боль в сердце движут парнем в это утро.       Когда Чонгук разобрался на первом этаже, то, наконец, добежал до лифта, тыча пальцами на кнопку вызова. Руки были порезаны, да и прошлые раны не зажили, поэтому каждое движение отдавалось во всём теле болью. Парень неожиданно услышал шум в лифте, который спускается вниз, и за секунду до того как железные створки открылись, успел спрятаться за стену.       Прибыло подкрепление. Большая часть оставшейся охраны выбежала из лифта с криками и приказами, сосредоточенно разбегаясь по сторонам. Кто к пострадавшим, а кто на поиски омеги. Чонгук знает, что Тэхён не давал альфам приказа себя защищать, это просто их работа. Кто виноват в том, что они выполняют её недостаточно хорошо? Иначе бы давно поймали бы его и убили.       Когда все люди выбежали из подъёмника, омега резко вышел из-за угла и зашёл в лифт, направляя оружие на оставшихся альф. Мужчины резко остановились, ожидая дальнейших действий от парня не делая лишних движений, даже не подозревая, что магазин в его пистолете практически пуст. Проверять ценой собственной жизни никто не решился. Чонгук стал быстро жать на самую верхнюю кнопку, которая поднимет его до пентхауса и кабинета Винсента, до последнего держа на мушке мужчин.       Когда двери лифта закрылись, у парня было немного времени на отдых. Он тяжело дыша стал осматриваться, после чего наткнулся на камеру в самом углу, в которую посмотрел в упор. Чтобы Тэхён знал, что он идёт, чтобы чувствовал, чтобы готовился встретить свою смерть.       А Ким Тэхён спокойно попивал виски за своим столом и верно поджидал омегу. Переведя взгляд на стену с проектором, он видел, как его малыш смотрит прямо в камеру, а после взбирается ногами на поручни и со всей силы бьёт пистолетом в следящее устройство, но его это мало заботило. Он знает исход их сегодняшней встречи.

Тэхён готов.

      Альфа медленно взял свой любимый нож в руки, что лично достал из шеи Пак Чимина, и хорошенько вгляделся в узорчатую с плавными изгибами сталь. После обтёр кровь о платок, что засохла на клинке и сел поудобнее.       Чонгук практически поднялся наверх. В пистолете лишь одна пуля, и он хочет всадить её в чёрное гнилое сердце своего альфы. Парень задвинул магазин и приготовился. Адреналин бурлил в груди, как злость и отчаяние, но даже несмотря на это, Чонгуку было страшно. Парень до смерти боялся встретиться с альфой глазами. Опасался его злости, стыдился за измену и не хотел больше знать никаких ответов, которые Тэхён ещё мог ему предоставить. Парень нажал на кнопку СТОП в лифте, и это означало, что вниз он уже не поедет. Чонгук заблокировал подъёмный механизм.       Лифт пропищал, предупреждая о том, что доехал до нужного этажа, и когда створки разъехались, в проёме тут же показался альфа, который сделал резкий точный выпад вперёд, рассекая воздух длинным клинком, но внутри никого не оказалось. Мужчина растерянно заозирался по сторонам. Омега залез наверх и держался руками о выступ в потолке, а ногами упирался в стену. Эффект неожиданности сыграл ему на руку. Гук стремительно спрыгнул, и всадил нож охраннику прямо в пах, отчего тот заорал словно умалишённый.       В узком коридоре, что ведёт к кабинету Винсента, было в общем восемь человек. Омега хорошо защищался, отбивал удары и ранил мужчин сразу на поражение. Первых троих он уложил спокойно, ещё с тремя пришлось повозиться, но Чон справился. В седьмого метнул нож, попадая точно в сердце, а самый последний ранил омегу, оставляя глубокий порез прямо на бедре.       Чонгук свалился на пол и простонал от боли. В это же мгновение, парень махом отполз влево, схватил, чей то валявшийся резак на полу и незамедлительно рассёк им запястья напавшего на него мужчины. А когда смог приподняться на колени, ранил и по ногам, ожидая пока альфа тоже упадёт, в конце вонзая остриё в грудь, наваливаясь на рукоять всем весом, чтобы наверняка.       Омега встал через боль. Прихрамывая, практически дошёл до дверей Винсента, как вмиг из ниоткуда кто-то нанёс ему точный удар прямо в нос. Кровь хлынула фонтаном. Чон отшатнулся и дёргано упал, нервно глядя снизу вверх на альфу, который вышел из дверей кабинета. Этот мужчина был очень близок с Пак Чимином, и явно затаил обиду на омегу из-за смерти правой руки босса.       Мужчина, как джентльмен, дождался пока парень перед ним поднимется на ноги, и когда Гук нанёс первый удар, тот с силой жёстко отпихнул его с ноги назад. Чон даже сориентироваться не успел, как охранник одним точным ударом с разворота пнул ему прямо по лицу. Омега вновь свалился на пол, со стоном боли утирая рукавом куртки кровавые разводы на лице. Голова закружилась до белых мушек перед глазами, но Чонгук заново поднялся, и лишь сильнее стиснул нож в ладони. Омега снова размахнулся, но остриём рассек лишь пустой воздух, вновь получая удар с ноги, но уже по шее сзади.       Чимин хорошо обучил своего протеже владеть ногами. В этом мужчине прямо чувствуется воспитание Пака и его смертоносное благородство. Но в отличие от Чимина, когда Чонгук бился с ним в последний раз, этот альфа не был ранен, а вот он, да. Омегу снова откинуло в сторону, ему было очень больно, практически нестерпимо, но взяв всю силу в кулак, парень в который раз поднялся на автопилоте и встал в защитную стойку. Сделав глубокий вздох, Чон вновь попытался атаковать мужчину, тот отлично заблокировал удар, и дал ему в грудь с такой силы, что на миг показалось что весь воздух совершенно вышел из лёгких, а порцию нового вдохнуть не получалось, из-за жгучей разрастающейся агонии. Ломота и резь расцветали внутри, словно бутоны цветов с острыми шипами, которые кромсали внутренности, не жалея. Омега безжалостно влетел в двери, и вдобавок ко всему стукнулся спиной, чувствуя пульсацию во всём теле. Кажется, ему только что отбили почки. Невыносимо…       Тэхён ожидал парня и курил. Он слишком хорошо чувствовал Чонгука. Его боль, страх, каждый новый удар или порез. В какой-то момент ему даже захотелось подняться и помочь, или забрать малыша к себе и не отпускать, но альфа вновь уловил гнусный лайм, что ядом просачивается через двери его кабинета, которым пропах Его омега, и Винсент мощно воткнул нож в стол, слегка поддёргивая ногой.

«Непростительно…»

      Когда охранник занёс ногу для удара, Чонгук вовремя уклонился и резанул ему по сухожилию, так же как и Чимину, а после напал сзади, но это не возымело никакого эффекта, поэтому мужчина вновь сбросил его на пол. Чон быстро поднялся, но альфа даже малейшие движение ему не дал сделать. Стопой припер за шею прямо к стене и ботинком начал давить на горло. Чонгук стал стремительно задыхаться. Мужчина больше не стал растягивать представление. Молниеносно вытащил из чехла нож и уже занёс руку для удара, но омега за мгновение до этого успел выхватить свой пистолет и выстрелил, тем самым спасая свою жизнь. Гук хотел сберечь этот патрон для Винсента, но судьба распорядилась иначе. Чонгук, как и с Пак Чимином в прошлый раз, не победил бы в честном бою.       Организация Винсента и все наркоторговцы всегда ходят лишь с ножами, потому что так принято решать дела, вот только Чонгук больше не с ними. И играть честно он не собирается.       Дав себе секунду чтобы осознать что не умер, что одолел противника и, наконец, может полноценно дышать, Чон снова упал на пол, и, перевернувшись на спину, посмотрел наверх. Он дошёл. Справился. Теперь можно и попрощаться с жизнью, потому что самого Винсента он вряд-ли сможет убить. Тем более в таком состоянии.       Омега через минуту встал, сильно прихрамывая на одну ногу, схватил с пола первый попавшийся под руку нож, и дошагал к широким дверям, с твёрдым намерением толкая их вперёд.       Тэхён спокойно сидел прямо за своим столом и смотрел лишь на омегу перед собой. Чонгук был ранен и практически весь перемазан кровью, но альфу это не тревожило. Омега выставил пистолет вперёд, целясь в Тэхёна, а другой рукой нащупал замок на двери, поворачивая его один раз своими дрожащими пальцами, оставляя их только вдвоём. В одной руке у альфы был виски, в другой пистолет, а на поверхности стола торчал тот самый изящный нож.

Вот и настала самая долгожданная встреча между любимыми.

      — У тебя усталый вид… — низко шепнул ему Тэхён с совершенно безэмоциональным лицом.       — Это ничего… — ответил Гук, не прекращая зрительного контакта — Сил хватит, чтобы убить тебя.       Альфа после услышанного, резко поднял собственный пистолет, и с хмурым лицом прицелился в грудь омеги. В эту же секунду Чонгук незамедлительно повторил его действие. Омега был очень серьёзен в своих намерениях, а вот альфа, отчего-то улыбнулся и безрассудно опустил оружие обратно.       — Да… Конечно. — С такой же улыбкой проговорил он, а после сделал глоток янтарной жидкости.       На секунду брови Тэхёна надломились, а после он посмотрел омеге прямо в глаза.       — Хосок… — Ким на мгновение остановился, но что-то обдумав в своей голове, всё же продолжил — Знаешь, его отправили ко мне, чтобы втереться в доверие, а после убить. У него было столько шансов, чтобы свершить задуманное, даже не сосчитать, но... Он всё равно не сделал этого… — он грустно усмехнулся — Даже когда я пришёл за ним…       Омега внимательно смотрел за движениями альфы и против воли слушал всё, что говорит ему Винсент.       — Я не хотел отнимать его жизнь. Когда узнал о предательстве, предложил остаться, но он отказался... И мы оба знали последствия этого решения, Чонгук. Хосок действительно хотел остаться со мной, и я… — вздыхая — не знаю, почему он решил в пользу своей смерти. Сколько бы ни думал, не могу понять. — мужчина отрицательно мотнул головой из стороны в сторону — Даже если бы я захотел его спасти, то всё равно не смог, потому что живу в таком мире. Где всё решается кровью и деньгами… Ты и сам прекрасно знаешь об этом. — Делая ещё один глоток виски — Дружба ли это была? А настоящая ли? Или ему просто не хватило храбрости? Я не знаю…       Винсент смотрел лишь на своего мальчика       — А после пришёл ты. Мой истинный, который никогда мне не был нужен. Я не хотел подпускать тебя близко, обманул, но в итоге получил не меньше боли, чем и сам дал тебе… — альфа развёл руки в стороны — У меня твоя метка малыш, — плавно указал он пальцами на длинную шею, на которой красуется шрам от клыков — через которую я чувствую всё, даже если и не хочу. — выжидая пару секунд — Ты убил моего Чимина, который был единственной семьёй для меня в этом мире. — Свирепо поджимая пухлые губы, он зло упёрся взглядом в потолок — А после предал. Лёг под другого. Ты хоть представляешь, что я чувствовал всё это время, пока ты стонал под ним? — прожигая в парне напротив дыры — Знаешь, что испытывает вторая половина, когда её предают? Когда пытаются оборвать связь? — видя, что омега молчит и болезненно смотрит в ответ — Вот лучше и не знать, хотя... ты и так не сможешь. Ведь пришёл чтобы убить, не так ли? — Ким спокойно и смиренно ожидал ответа — Не думаешь что пора остановиться? Мы достаточно причинили боли друг другу. Если ты отказываешься от меня, убиваешь во мне моего альфу, с каждым разом загоняешь в мою душу ржавые гвозди, то я не желаю разрывать нашу связь.       Винсент неторопливо обошёл стол со стаканом в руке и облокотился на него, снова делая обжигающий глоток.       — Хосок был слабым и не смог убить меня. А в итоге никто не счастлив. Ни его сын, ни я. Хотя… — задумываясь — С тобой я менялся. Хотелось семью и спокойствия. До того, пока ты не узнал всю правду, разве нам было плохо вместе? — спросил искренне он — Ты обещал любить меня и быть всегда верным… — альфа снова безжалостно усмехнулся, начиная двигаться на встречу к омеге — Обещал находить меня во всех следующих жизнях и влюбляться вновь. Обещал быть только моим, Чони. — останавливаясь в упор перед парнем. Тэхён был открыт. Уязвим. Искренен.       Чонгуку хватало лишь одного движения, чтобы отнять его жизнь, но парень опирался спиной на двери позади себя и растерянно хлопал глазами.       — Ты не такой как твой отец. В тебе никогда не было страхов и сомнений, что же случилось теперь? — нежно убирая кровавые пряди волос за ухо омеги, Тэхён посмотрел Чонгуку прямо в глаза — Разве не этого момента ты ждал?       Альфа был таким ласковым и безмятежным, будто не о своей смерти говорит в данную секунду. Не злился, не кричал, не подавлял… Просто разговаривал и топил в этой болезненной нежности. Чего Тэхён от него добивается?       — Почему ты медлишь? — снова спросил непонимающий Тэхён, и, не дождавшись ответа, отшатнулся назад.       Под ногами альфы хрустели осколки стекла, и омега перевёл взгляд вниз, замечая там совместную фотографию Винсента и его папы. Он поднял её в свои руки, откладывая пистолет на пол.       В глазах Тэхёна стояла безмерная тоска и разочарованность. Ким был уставшим, пьяным, подавленным и совершенно незаинтересованным.       — Да, я засомневался… — вскоре ответил ему омега — Хотел жить обычной жизнью и желал её с тобой, но... Ты вообще представляешь нас вместе, после всего… — парень бездумно провёл рукой по помещению — Этого?       — А почему нет? — спокойно и даже радушно парировал альфа, а Чонгуку хотелось смеяться, истерично и долго.       — Это невозможно. И было так ещё до того, как начались наши отношения, просто я не знал правды.       — Ты мой истинный, Гуки. Мы оба не сахар, но подходим друг другу… Иначе бы природа точно выбрала нам в пары других людей. — Ким закусил нижнюю губу — Нам обоим есть о чём сожалеть, есть что исправлять. Я чувствую как твой омега, несмотря ни на что рвётся ко мне, а мой альфа закрывает глаза и принимает его. Почему же Чони? — мужчина действительно задумывается над этими словами — Я всегда прислушивался к себе, ведь только себе одному и можно доверять.       — Ты спрашивал, ещё вначале, хочу ли я отмстить любой ценой… — голос Гука задрожал а слёзы увлажнили глаза — Я тогда не знал… Не понимал что ты имеешь в виду… — омега поднял сверлящий взгляд на Тэхёна — Но сейчас знаю. Цена мести — превращение в монстра. — Он стал рвать фото в руке, отрывая Тэхёна по кусочкам, оставляя лишь своего отца на второй половине, пряча снимок в нагрудный карман — Такого же чудовища, как и ты сам.       — Точно… — согласился Винсент — Ведь теперь мы с тобой так похожи… — он тихонько улыбнулся — Сможешь убить меня и окончательно превратиться в чудовище? Сможешь отнять жизнь истинного?              — Я промедлил, и ещё один близкий мне человек умер… — омега стал привязывать повязкой нож, что была на его руке, которую буквально ночью наложил ему Юнги, прямо к ладони.       При воспоминаниях о Мин Юнги у Гука выступили слёзы на глазах, а Тэхён вмиг похолодел. Мята стала гулять вокруг них, обмораживая концы пальцев.       — Умер тот, кто понимал мою боль, на кого я мог положиться… — Чонгука всего затрясло — Он ни в какое сравните с тобой не идёт, Тэхён… — злость кипела внутри.

Чонгук всё решил и дал ответ.

      — Теперь я готов стать чудовищем… — парень целенаправленно вглядывался только в светло карие глаза — Я буду смотреть, как ты испускаешь последний вздох, как когда ты смотрел на моего отца… — видя, что Тэхён принимает его ответ.       Омега не сомневаясь, сделал первый выпад, потом второй и третий, но до альфы не достал. Руки Тэхёна лежали в карманах. Ким просто уклонялся, и даже не прилагал особых усилий. А когда Чонгук совсем разошёлся, то мужчина просто оттолкнул парня от себя. Гук собрался. С помощью второй руки усилил атаку и кинулся на Кима, но альфа поймал его, просто выставив блок, и одной рукой удерживал его обе, не давая приблизиться холодной стали к себе совершенно.       Чонгук надавил ещё сильнее. Нахмурившись, Тэхён стал напирать на омегу, толкая своей силой и весом к стене, но Гук снова попытался его ударить, а альфа вновь оттолкнул, отчего парень отлетел на кожаный диван, стоящий посредине кабинета. Все попытки Чонгука были смехотворными. Омега понимал это, но не был готов отступать.       После Гук попытался зацепить Тэхёна ножом ещё три раза, но тот, даже не глядя на движения омеги, спокойно отбивал атаки и смотрел лишь в его чёрные глаза. Альфа очень внимательно глядел вглубь зрачков Чонгука и так же сосредоточенно прислушивался к его сущности. Что Тэхён там ищет? Какие ответы пытается получить? Гук не мог понять, он и не пытался, продолжая, остервенело нападать.       Тэхён начал потихоньку злиться. Схватил парня за запястье и встряхнул, чтобы привести омегу в чувства, но тот будто глубоко в себя ушёл и поставил точную цель — убить его. Винсент до последнего надеется, что получится убедить Чонгука, пусть не в их совместном будущем, но хоть в их истинности и связи, но понимает, что не добьется разговорами ничего.       Альфа заново отпихнул Чона от себя к бару. Парень легонько стукнулся о стулья и стойку, и сразу схватился за первую попавшуюся бутылку, стараясь разбить её об голову Тэхёна. Но Ким успел подставить свою ладонь под удар, и та разбилась об его запястье. Ким широко раскрыл глаза и, не веря посмотрел на Чонгука, слегка наклоняя голову в бок, спрашивая мол:

Ты что, серьезно?

      А омега в ответ зарычал от натуги, потому что не справляется с альфой, и Тэхён вновь его толкнул, но уже сильнее. Чонгук упал на стулья, запнулся об свои же ноги и свалился на пол. Боль в бедре и во всём теле стояла просто неимоверная.       — Это всё, Гуки? — спросил альфа, смотря на бессильного омегу на полу — Давай прекратим это?.. Прислушайся к себе! — он всё ещё пытался, вразумить его.       Но парню было уже всё равно. Он через силу поднялся, поудобнее схватил нож и встал в защитную стойку.       — Хорошо… — согласился альфа, и тоже взял со стола свой нож в руку.       Омега напал и промахнулся. Альфа просто отошёл в сторону. Потом снова замахнулся два раза и снова мимо, но на этот раз Тэхён слегка хлопнул омегу ладонью по щеке, толи раззадоривая, толи стараясь урезонить, и Чонгук словно озверел после этого действия. Парень стал нападать всё быстрее, и сильнее, и даже пару раз зацепил Тэхёна ножом, но альфа принимал все эти удары молча, практически не сопротивляясь. Чонгук выжимал из себя всё что может.       — Остановись, Чонгук… — Тэхён действительно хотел, чтобы омега остыл.       Но тот резанул его по бедру.       — Хватит малыш… — хотел, что бы Гук остановился хоть на секунду.       Но омега снова нанёс ножевое ранение несопротивляющемуся Тэхёну прямо по рёбрам, где ещё другие порезы не зажили.       — Да прекрати же ты! — зарычал Ким.       Но, не слыша, омега со всей силы зарядил ему ножом под рёбра, и наконец, взглянул в глаза.       Альфа со сжатыми зубами сам вытащил его клинок из своей плоти. Парень тут же попытался всадить этот же нож в грудь альфы снова, но Тэхён остановил его, и вновь всмотрелся в эти обезумевшие чернотой глаза. Настороженно. Сосредоточенно. Тэхён пытался выискать там хоть каплю любви.       Чонгук — человек настроение. Все его эмоции и чувства зависят от ситуации, в которой он находится. Когда парень только зашёл в кабинет, альфа чувствовал и омежье смятение и неуверенность, и даже остаточную любовь. Но сейчас, совершенно ничего. Лишь ярость и желание убить. Искромсать, испить до дна его душу и освободиться от этой связи, истинности и чувств, которые омега считает отвратительно неправильными и неприемлемыми. Чон хочет лишь его смерти. У них нет не единого шанса на счастливый финал.       — Ты действительно этого хочешь?.. — шёпотом, мучительно, но бессмысленно переспросил альфа, искренне смотря на своего малыша, ожидая ответа, но… Чонгук лишь сильнее надавил на лезвие, и альфа согласно прикрыл глаза.       Тэхён сам подвёл чужое перемотанное запястье с ножом к своей груди и позволил проткнуть её. Изо рта Кима выскочил непроизвольный стон боли. Винсент мрачно нахмурился, А Чонгук откровенно наивно не понял ситуации. Он вмиг подостыл. Кровавая пелена с глаз стремительно схлынула, и он присмотрелся к Тэхёну. К тому, что делает альфа. А внутри всё сжалось от яркого понимания, что в груди Кима торчит его же клинок. Альфа крепко держал омежье запястье своими пальцами и с каждой секундой погружал сталь всё глубже.       Тэхён бы ни за что не поднял на Чонгука руку всерьёз. Это его омега. Чтобы между ними не было, он бы никогда не смог убить парня. Хотел, изнывал от своих внутренних метаний, но элементарно осознал, что не получится. Просто рука не поднимется, палец не дрогнет. У Винсента не осталось никого и ничего что бы продолжать бороться. Единственная его надежда, сейчас причиняла ему новую боль и продолжала давить на клинок собственными руками, и поэтому альфа смиренно принял решение освободить омегу. Пока он сам жив, Тэхён бы не за что не отпустил парня далеко от себя, тем более к другому альфе. Либо вместе, либо смерть…

И Ким выбрал второе.

      Альфа сильнее протолкнул нож к сердцу, и снова шумно выдохнул, чувствуя, как тело становится в разы тяжелее, но так же мгновенно распознал внутреннюю боль и неуверенность своего омежки. Чонгук терял истинного прямо на глазах и ощущал это всей своей сущностью, что рыдала кровавыми слезами вовне, умоляя не делать этого рокового поступка. Чонгук испугался.       Омега вмиг осознал, что не желает альфе смерти. Что возможно действительно есть другой выход. Он понял, что не вынесет потерю Винсента. Его сердце просто разорвётся от боли. Но было слишком поздно что то решать и отступать назад.       Омега со страхом в глазах стал тянуть рукоять вверх, уже придумывая способы в своей голове как спасти Тэхёну жизнь, но тот в противовес его действиям, до упора одним движением загнал нож в грудь и терпеливо прикрыл с ледяным самообладанием глаза.       — Тэхён… — проскулил обречённо Чонгук. Солёные горькие капли стали градом падать с глаз на лицо альфы. — Тэ… Нет… — Он снова попытался вынуть остриё. — Н-нет…       — Я больше не стану удерживать тебя… — еле шепнул альфа в ответ. Из уголков его рта потекла кровь. Яркая, алая и настоящая.       Чонгук вдруг понял, что Тэхён не бессмертен. Не всесилен. Такой же человек, как и все. Омега осмыслил тот факт, что и Винсент может уйти. Оставить его навсегда. Больше у Чонгука даже не останется, кого ненавидеть.       — Т-тэхё-он-н… — взвыл отчаянно парень. Обезумевши продолжал, не веря шептать без разбора бессвязные слова, и бегать глазами от ножа к лицу альфы.       — Я люблю тебя, Чонгук. — впервые в жизни признался Тэхён, и из последних сил дотронулся до щеки парня, стирая кристальные слёзы пальцами в последний раз — Люблю тебя… — и его рука постепенно начала оседать в низ.       По шее, груди и остановилась на животе, упираясь в бёдра.       — Тэ… Не умирай… Я-я-я… Я сейчас… — омега хотел встать, позвать на помощь, но альфа не позволил, и так пронзительно посмотрел на него в это мгновение, что Чонгук совершенно растерял всю пылкость и даже ненависть.       Вот его альфа. Лежит у него в ногах и умирает. Внутри всё увядает вместе с Тэхёном. Скручивается и выворачивается наизнанку. Чонгук передумал. Он не желает ему смерти, пусть живёт, хорошо… Он согласен! Но Тэхён сам не отпускает его руку. Не даёт помочь и просто смотрит. Чувственно, слегка вопросительно и удивлённо. Сейчас в глазах Кима видна вся их жизнь. На том побережье, в доме, где можно вдвоём встречать рассветы, и омега зарыдал в голос.       Чонгук не справляется больше не со своими желаниями, не с мыслями, не с эмоциями. Зачем он пришёл? Хотел убить? Или хотел простить? Он так глубоко и бесповоротно запутался в себе, в ненависти, в желаниях и отчаянии, и теперь не вывозит всего шквала эмоций.       — П-пожалуйс-ста… Тэ-эх-хё-оон… — Гук и сам уже не знает, о чём просит.       И заглядывая в будто бы доверчивые и счастливые глаза альфы, парень почувствовал, как сильнее Ким прижимается к нему ладонью, а после та обмирает и больше не двигается.       Сердце Чонгука лопнуло. Внутри всё взорвалось, словно атомная бомба. Такой порции боли, он ещё не испытывал никогда. Омегу оглушило ею. Окутало с ног до головы, и Чонгук открыл рот в немом стоне, широко раскрывая мёртвые опустошённые глаза. Его тело на мгновение сковало, а после затрясло, будто в безумной лихорадке. Мучение пожирало парня заживо. Гук не мог дышать. Спазмы в разы сильнее сковали живот, и омега, словно в бессознательном состоянии почувствовал, как по его бёдрам течёт что-то мокрое, через какое-то мгновение, понимая, что это кровь.       Чонгук сильнее прильнул к Тэхёну, и крепко сжал альфу руками, утыкаясь в его русые волосы лицом. Омега что-то лепетал ему, отчаянно просил не умирать, не оставлять его тут совершенно одного, но альфа не отвечал ему больше.       Как в стрессовой ситуации понять, что твой истинный ушёл?       Как осознать?       Как справиться с приступом страха, удушьем и истерикой?       Это панический шок?       Омега отстранился от мужчины и снова взглянул в его закрытые глаза.

«Где вся эта ненависть? Где желание убить?

Почему сейчас всё с точностью да наоборот?»

      Чонгук прижался к его тёплым губам, и это последнее что помнит парень. Омега просто не вынес боли. Отключился. И согласен был умереть прямо здесь же, вместе со своим альфой, который так и не смог пробиться через его нерушимые барьеры злобы, презрения и гнева.       Чонгука словно откинуло, куда-то в реку. Промёрзлую ледяную воду, где очень тихо и спокойно. Но там он тонул. Парень это понимал, знал, что не может вдохнуть, но ему было всё равно. Как будто он очутился в том месте, где в последние дни находился его внутренний омега. Тут холодно, страшно и одиноко. Такая жизнь его ожидает без истинного. Омега готов сейчас распрощаться с ней и прекратить все эти мучения.       Он так беспросветно запутался… Кого он любит? Юнги или Тэхёна? Истинность хоть какую-то роль сыграла в его отношениях? Может ли быть так, что эта связь навязывает чувства? А если так, то почему сейчас, в этот момент так больно?

Чона словно молнией поразило.

      Он больше никогда не увидит светло-ореховых глаз? Не услышит этого низкого тембра? А все касания альфы… омеге хоть раз удастся их заполучить вновь? Что ему теперь делать? Что, в самом деле, он испытывает по отношению к жестокому Винсенту? Какой путь выбрал? Эта боль смогла поставить ему мозги на место?       Словно через призму тумана, через какое-то время Чонгук отрешённо почувствовал, что кто-то его зовёт. Через всю эту толщу воды, его упрямо окликали, пытались вырвать из лап смерти.       «Кто это? Что ему нужно?»       Он хочет остаться здесь, в темноте. Желает уйти вместе со своим альфой, но парня продолжают упорно тянуть наверх, и омега, наконец, спутанно разомкнул веки.       — Чонгук, ты меня слышишь? — первое, что вообще смог понять и услышать омега, пока всё ещё приходил в себя — Да открой же ты глаза, чёрт побери!       — М-м-м… — еле промямлил Гук. Ему хотелось обратно в ту пустоту. Там где он и его альфа навечно будут вместе.       — Омега, открой глаза! Давай же! Чонгук!       Парень всё же смог разлепить ресницы, и продолжая прижиматься к Тэхёну, посмотрел на расплывчатое лицо перед собой. Этого мужчину омега уже видел. Монах из монастыря.       «Что он тут забыл?» — Чонгук совершенно не соображал.       Альфа стал поднимать парня в сидячее положение, и тело Чона прострелило новой порцией боли, а кровь снизу так и продолжала течь, растекаясь тёплым по штанам.       — Я знаю, что тебе больно, но ты должен взять себя в руки и встать.       — Я не понимаю… — пролепетал еле различимо Чон — Зачем? Просто дайте мне умереть вместе с ним… — Гук снова стал ложиться на пол, но ему не позволили и насильно усадили в вертикальное положение.       Мужчина довольно сильно похлопал парня по щекам и тот более осознанно всмотрелся в его лицо.       — Сейчас ты должен встать, спуститься вниз и пройти по этому адресу, — мужчина пихнул в руки парня клочок какой-то бумаги — я догоню тебя. Приду как можно быстрее. Но сейчас тебе нужно убегать.       — П-почему?.. Почему я это должен делать? — Чонгук не понимал. Не осознавал — Я жить не хочу… Я собственными руками убил истинного… — внутри была такая же болезненная кромешная пустота, как и в сердце. Его омежка умирал вместе со своим альфой.       — Тебя ищут люди Винсента и полиция. Нужно бежать! Поднимайся скорее.       Альфа полностью игнорировал все глупые слова и вопросы парня, и стал поднимать его на дрожащие не держащие собственное тело ноги.       — Беги, Чонгук… — Умолял монах.       Но тот без сил вновь взглянул на тело Тэхёна у своих ног, и снова горько мучительно зарыдал.       — Боже мой! Чон Чонгук! — суетливо собственноручно мужчина потащил убитого парня к двери, суя в его карманы деньги и листок с адресом — Постарайся не попасть никому на глаза. Слови такси и езжай по нужному адресу!       — З-зачем вы мн-не п-помогаете? — невнятно через всхлипывания прошелестел омега.              — Потому что ты в положении дурак. Внутри тебя продолжение Тэхёна и я хочу его спасти. Иди же! — выпихивая омегу в коридор, монах сразу закрыл за собой дверь.

Чонгука оглушило во второй раз…

Что значит в положении?

      Парень сам не свой представлял негнущиеся ноги и тихонько плёлся к лифту на автопилоте, который так и остался открытым. Слёзы душили. Внутри была такая каша, что и не разобрать. Чонгук спокойно спустился на лифте вниз, а после, опираясь о стены, практически не прислушиваясь к посторонним звукам, вышел на улицу.       Где вся охрана? Почему его не поймали? Как он вообще ещё способен идти? — Чонгук искренне не понимал… Сейчас его голову забивало лишь две мысли:

Он беременный. И он же собственными руками отнял жизнь у отца своего ребёнка.

      Если бог где-то там напился на своих проклятых небесах, а после решил сыграть в лотерею и даровать одному из смертных самую несчастную судьбу, то Чон Чонгук её безошибочно выиграл. Омега сейчас выглядел так, будто вышел из самой преисподнии. Хромая, еле шевелясь, парень, шатаясь, дошёл до дороги и поймал попутку. Водителю Чонгук молча протянул листок с адресом и уткнулся кровавой щекой в холодное пассажирское стекло.       «Не может быть… Наверное священник ошибся?» — я ведь не могу быть в положении… — «Ведь правда?»       Чонгук перенёс столько стресса и побоев, что никакой бы ребёнок просто не выжил внутри. Может это были слова мотивации? Парень так устал, что даже думать в данный момент было тяжело, и он просто прикрыл глаза на мгновение.       Когда Гук доехал до места назначения, на периферии сознания помнил что ему сунули денег. Он достал кровавые купюры из кармана, и извиняясь, вываливаясь из машины. Чонгук практически упал, как вдруг под руку его схватил кто-то неизвестный, и осторожно помог подняться.       — Ты Чонгук, верно? — спросила его взволнованная незнакомая женщина в возрасте.       — Да… — на выдохе произнёс парень, а после, опираясь на эту же женщину, с болью во всём теле не спеша побрёл куда велят.       Она дотащила практически бессознательного парня до дома и уложила на диван, после чего начала снимать одежду и осматривать. Пак Сонгу действительно примчался довольно быстро. Буквально через сорок минут. Он тут же поспешил к омеге, который лежал без сознания на его диване, и стал предпринимать решительные отточенные действия, делая всё, что в его силах, что бы помочь парню и ребёнку внутри него.       Чонгук в полубредовом состоянии провёл трое суток. Высокой жар и боль, это всё что он чувствовал. Когда отключался, то возвращался в тот глубокий океан, где тонул раз за разом, не зная как выбраться наружу и сделать вдох. Все эти дни Гук пытался принять смерть истинного, но так и не смог. Омега сломался. Сокрушился и больше не станет прежним. Никогда.       Когда же парень смог полностью прийти в себя, монах и его жена вздохнули с облегчением.       — Я-я… — еле бормоча — М-мой реб-бёнок?.. — первое, что слезливо и взволнованно выдавил из себя Чонгук, и альфа тут же утвердительно кивнул.       — Всё хорошо… — подтвердила женщина, но Пак Сонгу в противовес словам жены помотал головой и тяжело вздохнул.       — Это конечно, как сказать… — монах присел рядом и серьёзно посмотрел в его убитые глаза — Я не знаю что произошло между тобой и Тэхёном, но теперь, он мёртв. — выдал мужчина ту правду, которую никогда в жизни слышать не хотелось. Монах видел как омега шумно вздыхает и прижимает руки к сердцу, крепко жмуря глаза — Отец Винсента, люди самого Тэхёна, полиция… Все ищут одного тебя, Чонгук. Тебе нужно бежать и желательно заграницу. И твой малыш… — поджимая свои губы — Он очень хочет жить… Но тебе нужно быть слишком осторожным и аккуратным. Угроза выкидыша будет с тобой до конца родов.       — Я… Я-яя… — Всхлипнул омега.       — Бери только необходимое. В сейфе у Тэхёна были документы и деньги. Я всё забрал. Он сам оставлял тебе что-то? Карту с деньгами?       — Д-да… Дарил. Но она осталась дома, а там по любому уже побывала полиция — мёртвенно ответил Чонгук. Он не знал, куда ему бежать. От собственных поступков ведь не скрыться.       — Адрес какой?       Чонгук основательно объяснил, где всё прятал, и Пак Сонгу уехал, а уже к вечеру вернулся с целой сумкой. Там были не только карты с деньгами, но так же купленные вещи для омеги на первое время и подарки Тэхёна, которые так тщательно обходил Чонгук стороной, когда сбегал из собственного дома.       Во флакон с мятой Гук вцепился как в спасательный круг, но мгновенного облегчения, как раньше, уже не смог испытать. А после его взгляд упал на сломанную карусель с лошадьми, и сердце пропустило удар. Ведь эта шкатулка так его успокаивала… Чонгук кропотливо склеивал эту вещицу всю ночь, а после она снова заиграла, хоть и не так прекрасно.       В последующие дни, Чон заботился о себе и скрупулёзно подготавливался к отъезду. Ему было некуда ехать, но и оставаться тоже было негде. Чонгук выбрал Китай. Округ Медог. На юго-востоке Тибетского района, у южного подножия гор Гималаев. Туда искать его никто не поедет. А ещё, он снова надел на безымянный палец золотое тонкое кольцо, ведь теперь с убийственной точностью понимал, что всегда принадлежал лишь одному человеку…

Который теперь мёртв.

      Чонгук слишком быстро смирился с беременностью, а о том, чтобы сделать аборт, даже не задумывался. И не потому что ему нельзя в больницу, ведь тут же сядет, а просто потому что не хочет. Он не потеряет этого ребёнка. Гук ухватился за своего малыша цепко, ведь это единственное что теперь держит его на этой земле. Осознание смерти Тэхёна так и не приходит к парню… Чонгук знает, что собственноручно убил альфу, но его душа так надеется, что сейчас как в фильме вдруг дверь распахнётся, и зайдёт Тэхён. Крепко обнимет его своими сильными руками, спрячет от всего мира и боли, которая навечно останется с ним спутницей по жизни. Он просто отказывается в это верить. Через страдания убеждает сам себя, что ещё увидится со своим мужчиной и вдохнёт его мяту. Почувствует ласку рук. Что его ребенок хоть раз в жизни увидит по-настоящему своего отца.       Тэхён был прав. Слишком много боли они друг другу причинили, и в итоге Чонгук остался ни с чем. И отомстить не сумел, и потерял всех близких ему людей. Полная катастрофа.       Нужно было одуматься и остановиться. Из-за всего, что парень пережил, пока был в положении на ранних сроках, монах предостерёг его и дал наставления, как нужно заботиться о себе и малыше. Беременность может прерваться в любой момент. И омега точно сделает всё возможное, чтобы этого не произошло. Его ребенок и так старается удержаться внутри изо всех сил. Такой же упорный и волевой, как и его отец… Чонгук не может потерять ещё и его. Просто не имеет права.       Сейчас омега пытается не думать о Юнги, как бы эгоистично это не было. Старается не вспоминать, что переспал с чужим альфой, пока был в положении, отцом которого был его истинный. Ведь одна мысль об этом вызывает несносную боль, а Гуку сейчас переживать и подвергать себя стрессам никак нельзя. Парень отодвинул всю свою ненависть, гордость, своё упорство и эгоизм на второй план, и старается размышлять только о Тэхёне. Ведь только с ним, Чонгук был по-настоящему счастлив. Сейчас омега это детально понимает.       Связи названного отца Тэхёна помогли омеге беспроблемно сесть на самолёт. Монах очень просил мужчину о помощи, и тот не отказал своему старому другу. Чонгуку и в этом повезло. Почему отец Тэхёна его не прикончил на месте, тот ещё вопрос… Омега лишь взял с собой деньги, дорогие сердцу вещи, одежду и улетел, оставляя всю свою прошлую жизнь за бортом. Он начнёт заново. С чистого листа. Постарается быть хорошим папой и достойно вырастить своего малыша, который как оказалось, тоже пахнет мятой.       Чонгук это понял всего лишь пару дней назад, хотя мятные нотки чувствовались в нём давно, просто никто не замечал. Этот мятный ребёнок поможет своему папе не сойти с ума. Поделится зарождающимся феромоном, и Чонгук благодарен такому стечению обстоятельств. Это действительно дар. Ведь без мяты, он бы долго не протянул.       Один Тэхён понял, что Чонгук ждёт их ребенка, перед смертью, когда коснулся живота своего омеги.       «Он умирал счастливым...» — парень старается думать лишь так, вспоминая этот полный любви и удивления последний тёплый альфий взгляд.       В сердце Чонгука осталась зияющая дыра, которая никогда не зарастёт, ничто её не излечит.       Оглядываясь назад на свою жизнь, смотря в окно иллюминатора, Гук осознаёт все слова Пак Чимина, которые останутся с ним навсегда. Чонгук не многогранен. Если бы он остыл, подумал и не рубил с плеча, возможно, они бы все пришли к другому решению. Теперь этого никто не узнает…

Что было бы, если…

      Гук будет вспоминать о своём истинном лишь с любовью и приучит к этому ребёнка. Парень забудет все обиды и всю злость, ведь сейчас летит навстречу совершенно другой жизни, где никогда больше не будет знать мучений. У него остались фото и отца и Тэхёна, которые монах откопал в его доме, и омега научит своего сына любви к близким. Его ребёнок будет способен на чувства, на доброту и нежность. Он не станет жестоким. И отзываться о Тэхёне Чонгук будет всегда с теплотой в сердце, потому что понял… Наконец, осознал, что действительно любит своего истинного всем сердцем. Любит до сих пор. Несмотря ни на что. Даже все пройденные страдания не смогли искоренить в нём эти чувства.       Чонгук путался, терялся, многого не понимал. Но сейчас с ясной головой осознаёт, что Мин Юнги никогда бы не смог ему помочь. Этот альфа замечательный, он был достоин лучшего, должен был прожить ещё долгую счастливую жизнь, но точно не рядом с Гуком.       Им было не по пути. Тэхёна никто и никогда не сможет заменить. Этот мужчина его истинный. Его альфа. И каким бы он не был, Чонгук принимает его. Ведь «своё» нужно любить не только за хорошие стороны… Нужно принимать все ошибки и боль что тебе дарит вторая половина, всё раскаяние и сожаление. И Чонгук принял. Впитал в себя и оставил в Корее, взяв с собой лишь остаточную любовь, что трепетно держит в его душе забившийся в уголок внутренний омега, который не отпустит Ким Тэхёна до самого своего последнего вздоха.       Чонгук облокотился на спинку своего сидения, принял витамины, и вновь взглянул в маленькое кругленькое окошечко. Мимо прошла стюардесса, и вежливо предложила омеге плед, от которого парень не отказался. Его маленькое сокровище нужно держать в тепле. Мысли о ребёнке, о втором сердце, что стучит в нём, затопили сознание, и тёплая улыбка сама по себе появилась на потрескавшихся сухих губах. Чонгук с любовью коснулся на своём безымянном пальце кольца, с мелкими сверкающими камушками, а после положил ладонь на живот, мысленно передавая свои хорошие воспоминания связанные с альфой их малышу.

Спасибо, Тэхён, что не оставил меня одиноким в этом мире.

      Спасибо, что подарил часть себя.

Я буду вечно любить тебя…

      Прости.