Слова подтверждения

Промпто навел объектив камеры на Игниса. — Всего несколько снимков, — пообещал он. — Нужно задокументировать каждую часть нашего эпического путешествия. — Не могу представить, почему кто-то в будущем захочет смотреть на фотографии, где я готовлю, — ответил Игнис. Но на самом деле это не было «нет», поэтому Промпто нажал на кнопку. Щелкнул затвор, поймав Игги на середине движения. Он варил что-то вроде овощного рисового бульона. Промпто не очень слушал, когда он рассказывал, потому что все, что делал Игги, было невероятно. Он был слишком сосредоточен на позе Игги, на том, как его нож эффектно блеснул, опускаясь на доску. Это заставило вращаться фотографические шестеренки в его мозгу, и он выхватил камеру. — О чем ты говоришь? Твоя готовка гораздо важнее, чем то, как Гладио читает или Нокт дремлет. Я должен задокументировать это для потомков. Игнис передвинул разделочную доску и сгреб ингредиенты в кастрюлю, и затвор Промпто снова щелкнул. — Кроме того, при свете костра, звездах и с закатанными рукавами ты выглядишь… поразительно. Игнис помолчал. — Поразительно? — Да, поразительно. — Ты только что сказал, что считаешь Игги горячим? — спросил Гладио. Промпто повернул камеру в его сторону. Гладио даже не смотрел на них. Он уткнулся носом в книгу. Придурок. Промпто сфотографировал его и снова повернулся к Игнису. — Нет, Гладио. Я сказал, что он выглядел поразительно. Как, знаешь, отличный предмет для фотографии. Совершенно невинно. Просто комментарий между… э-э… друзьями. — Промпто думал, что они с Игги друзья. Он надеялся. Гладио фыркнул. — Да, хорошо. — Не слушай его, Игнис, у него грязные мысли. Я очень серьезный фотограф и сразу узнаю поразительное, когда вижу. Игнис помешивал еду. Из кастрюли поднимался пар, и его уголки губ немного дернулись. Промпто нажал на кнопку затвора и сделал несколько снимков. Он хотел убедиться, что у него все получится. — Ну, я все равно польщен, — сказал Игнис, и Промпто торжествующе улыбнулся.

***

На губе Игниса был порез. Раньше Промпто этого не замечал, но теперь, когда они сидели за пластиковым столиком возле фургона на ранчо чокобо, Игги был без очков, скрестив руки на груди и слегка запрокинув голову, Промпто не мог перестать думать об этом. Разве Игнис не использовал зелье? Может быть, он был слишком ранен, чтобы зелье могло все исцелить. Тогда почему он не взял еще одно? Однако все это было сплошным беспорядком. Гладио и Нокт были в фургоне, спали после феникса. Игнис, казалось, был немного в панике из-за всего этого — что, вроде как, аналогично — так что он, вероятно, не заметил, что все еще был поцарапан. — Игнис. Все тело Игниса напряглось, и он резко открыл глаза. Промпто не хотел его пугать. — Извини. Что потревожил тебя. Я только что заметил… тебе нужно еще одно зелье? — Промпто сунул руку в странное магическое пространство, которое делил со своими друзьями, и вытащил одно. Игнис уставился на него, как будто он был каким-то причудливым новым видом демона. — Ты все еще ранен, — сказал Промпто, нерешительно указывая на собственную губу. Игнис поднес руку ко рту, повторив жест Промпто. Он вздрогнул, когда его палец коснулся пореза, такого тонкого, что Промпто не заметил бы его, если бы не искал. — Ах. Уверяю тебя, я в порядке, Промпто. Промпто не убрал зелье. Он ведь не назойлив? Он надеялся, что нет. — Конечно. Но… зачем довольствоваться просто «в порядке», когда может быть идеально? Медленно-медленно Игнис протянул руку и взял зелье из пальцев Промпто. Он активировал его, и сияние магии Нокта на секунду осветило ночной воздух, такое же прекрасное, как всегда. Промпто всегда хотелось сделать несколько снимков зелья в действии, но было бы довольно грубо попросить кого-нибудь из его друзей подождать, потерпеть боль еще немного, чтобы он мог достать свою камеру. Порез Игги исчез, и искорки магии в воздухе вспыхнули, как искры фейерверка. — Спасибо, — сказал он. Он откинулся на спинку стула, почти осел, плотно сжав губы. Очевидно, то, что его грызло, не было чем-то таким, что могло бы исправить зелье. — Э-э… — начал Промпто. Он потер руками колени. Теперь он определенно назойлив. — Ты ведь знаешь, что это был хороший план? Игнис усмехнулся. — Это был опасно неадекватный план. Ты присутствовал при последовавшей драке, Промпто, поэтому я знаю, что ты в курсе того, что произошло. — Да, — сказал Промпто. — Все пошло наперекосяк, и ты вытащил нас оттуда. Губы Игниса сжались. Он не ответил, но явно не был не согласен с мнением Промпто. Что было нехорошо. — Твой первоначальный план был великолепен. Ну, знаешь, учитывая то, что мы знали. Как ты мог предсказать, что железный гигант поднимется из-под земли в самую неподходящую секунду? — Игнис резко вздохнул, словно хотел вмешаться, но Промпто продолжал. Он хотел договорить. — Ты же знаешь, что всегда говорит Кор. Ни один план не выдерживает контакта с врагом или что-то в этом роде. Но когда все пошло не так, ты придумал новый план. Как ты всегда делаешь. — Ты очень добр, — сказал Игги. — Но Ноктис и Гладио чуть не погибли. Никакое сражение с таким результатом неприемлемо. — Я имею в виду, конечно, никто не хочет, чтобы это когда-нибудь случилось. Но Игнис… кто уговорил Нокта купить эти фениксы две недели назад? Игнис снова уставился на Промпто, но на этот раз это было меньше похоже на то, что Промпто был причудливым демоном, и больше на то, что Промпто был дополнительным блюдом, брошенным по ошибке в пакет с едой на вынос. Удивительно, но не неприятно. — Ты всегда планируешь и отслеживаешь, и считаешь, и делаешь миллион вещей, чтобы убедиться, что все идет гладко и безопасно… что ж. Мы все… видим это, понимаешь? Мы ценим это. — Промпто хотел отвернуться, это был самый серьезный разговор, который он когда-либо вел с Игнисом, но он обнаружил, что не может. — Между всеми этими драками, ездой, пополнением запаса зелий и выяснением того, как убить монстров и демонов так, чтобы они не убили нас первыми… не говоря уже о том, что Нокт по умолчанию отказывается есть что-либо питательное… Игнис фыркнул на это, тихий, негодующий смех, который заставил сердце Промпто подпрыгнуть. — Что я пытаюсь сказать… серьезно, Игнис. Если бы не ты, мы все были бы мертвы уже дюжину раз. Ты… э-э-э… делаешь действительно хорошую работу. Игги закрыл глаза и положил голову на руку, но Промпто все еще видел его рот, и он не хмурился, и его поза была расслабленной. Это должно быть хорошим знаком. — Промпто, — сказал Игнис, и его голос был восхитительно теплым. О чем, возможно, было странно думать. — Спасибо тебе. За… твою неутомимую доброту. — Конечно, чувак. — Казалось, что момент закончился, поэтому Промпто поднялся на ноги. — Я пойду посмотрю, как засыпают чокобо. — Он чуть было не ушел, но удержался. — На случай, если ты захочешь присоединиться. Игнис подвинулся, чтобы одним глазом взглянуть на Промпто. — Ты собираешься смотреть, как засыпают чокобо? — Это так… расслабляет, знаешь, их перья мягкие, и ты можешь сидеть рядом с одним из них и гладить его, пока он засыпает, если ты спокоен. Они издают негромкие звуки, и ты слышишь их дыхание… но, по-моему, это глупо, так что не беспокойся об этом. — Нет, — сказал Игнис, плавно поднимаясь на ноги. — Вряд ли это глупо. То, как ты это описываешь, звучит… успокаивающе. Я буду счастлив присоединиться к тебе. — Отлично, — выдавил Промпто, хотя ему казалось, что его сердце пытается вырваться из груди. Игнис шел рядом с ним, и, когда они вышли из-под зонта, на его плечи упал лунный свет. Определенно поразительно. Жаль, что камера Промпто была в фургоне.