Глава 7
12 октября 2022 г., 18:29
Тимоти
Колин на свободе. В связи с этим, началась полная анархия. Каждый хотел меня убить. В частности, Хулио и его подопечные. Каким-то, непонятным для меня образом, он подкупил охрану и теперь все, полученные мной раны, затягивались в камере, а не в кабинете у Элисон. Элисон. Только о ней и могу думать. Как она? Что она? Вернулся ли Док? В безопасности ли она? И прочая ерунда. Я не спал ночами, мне не разрешали с ней видеться и я бился в агонии собственных мук. Как-то раз я проснулся посреди ночи от жуткого кошмара, который так сильно был похож на реальность. Я услышал, как она кричала и звала меня. Я вскочил и хотел побежать к ней на помощь, но чертова клетка удерживала меня в западне как какого-то зверя. Так прошла целая неделя. Без ее голоса, без ее улыбки, без прикосновений. И я был рад, что она не навещала меня, никто не должен знать о нас с ней. — Так, так, так. Плохи твои дела, Шаламе. Хулио подкрался ко мне сзади и швырнул меня в угол обеденного зала. У меня нет здесь поддержки, я сам себе поддержка, судья и палач. Все знают, что со мной лучше не тягаться. Да и Хулио знает, только и может показывать свои яйца в присутствии своей свиты. Я начинаю плеваться кровью и встаю. — Что? Тебе мало? Сейчас добавлю еще. Он пошел на меня, и я приготовился отбиваться, но тут раздается голос Гарри. — ПРЕКРАТИТЬ, СЕЙЧАС ЖЕ! И я замечаю Элисон в толпе. Какого хрена она тут делает? Ей нельзя тут быть, ей нельзя показываться. — Сочная! — Хулио облизывается и поправляет свой стояк. Сквозь боль, кровь и пот я наношу ему удар, прямо по лицу, он падает и начинает скулить, я рычу на его дружков и те разбегаются по углам. Склонившись над несчастным мафиози, я беру его за ворот рубашки и шепчу: — Советую тебе держаться от нее подальше…иначе, я проберусь в твою камеру и отрежу твой хер, к херам. Элисон наблюдала за мной, находясь в тени Гарри. Но я был зол, надо будет напомнить ей, что здесь нельзя быть, никоим образом. Но я скучал по ней, чертовски сильно, она одаривает меня своей ослепительной улыбкой и уходит вместе с охраной. После обеденного перерыва за мной приходит Гарри. — Идем, Ромео! Я фыркнул, и быстро поспешил к своей Джульетте. Как только дверь за нами захлопывается, девушка бросает ручку на стол и бросается в мои объятья. — Боже, я так переживала за тебя. Аромат ее духов уничтожал меня. Я прижимаюсь к ней всем своим телом и зарываюсь носом в ее волосы. Она пахла апельсинами, свежестью, счастьем. — От меня пахнет потом. — Мне все равно, ты жив, и это главное. Я целую ее, и она издает короткий стон. Все мое тело мгновенно начинает реагировать на нее. Я касаюсь ее мягкой кожи и поднимаю в воздух. Она оборачивает вокруг моей талии свои стройные ножки и прячет пальцы в моих волосах. Усадив ее на край стола, я снимаю с нее трусики и свои брюки. Целую ее в щеку и вхожу медленно, осторожно… Но богом клянусь, я хотел разорвать ее на части и испробовать каждую ее частичку на вкус. — Тимоти! Я бы все отдал за этот дрожащий голосок. За эти стоны. Я готов был гнить в этой сраной тюрьме. — Элисон, блядь, боже… Я ускорялся и торопил ее исход, хочу, чтобы она кончила, хочу видеть, как она будет умолять меня, как будет медленно умирать на моих руках. Она сжимает бедра и целует мою нижнюю губу. Она была на исходе. — Давай, кончи для меня. Она подавляет стоны и разлетается на части, я не стал ее мучать и кончаю в нее, сжимая ее волосы в своих руках. Я помогаю ей встать и вытираю всю влагу между ее ног. — Садись, — командует она. Мое тело-поле боя. Я успел покрыться синяками и порезами. Всю неделю мне пришлось терпеть боль. Слышу тихие всхлипы и поворачиваю голову, чтобы увидеть на лице Элисон слезы. — Эй, — вытираю ее слезы с щек и притягиваю к себе. — Не плачь, пожалуйста. Перед глазами проносится кошмар, крики и слезы девушки. — Тимоти! — Ты не должна плакать. — Я не могу… — Нет, можешь. Ты сильная, мы справимся, вдвоем. Она обработала мои раны, но к концу дня мне стало плохо и меня вывернуло наизнанку. — Отравление! — такой диагноз для меня поставила Элисон. — Готовьте машину, — командует Гарри и покидает мед кабинет. Я наблюдал за девушкой и за тем, как она металась по кабинету. Мне дали снотворное, но я мог четко слышать все ее разговоры с охраной и с главным офицером. — Ему нужно в больницу, причем срочно. — Это так необходимо? — Жизненно необходимо. Они стали спорить. Элисон бросала на меня короткие взгляды и боролась за мою жизнь, когда как этот ублюдок всячески пытался ее отговорить. — Вы ведь не хотите проблем, ведь так? Вас не было, когда началась вся эта потасовка, и я могу доложить, я имею полное право. Мне хотелось вскочить и расцеловать эту невинную и маленькую девочку, которая так яро защищала меня, преступника, маньяка, убийцу, падшего человека. Офицер томно вздохнул и на выдохе произнес: — Машина будет готова через десять минут. К тому времени как он ушел, я уснул.Элисон
Я выбрала эту больницу не случайно, здесь работают мои знакомые, со времен моей учебы. По пути я успела договориться с ними и попросила о помощи. Око за око, так сказать. — Сделаем, все, что сможем, Элисон. — Спасибо, Олив. Я вхожу в палату к Тимоти и присаживаюсь на стул. Проверяю его самочувствие и меняю раствор. Смочив его засохшие губы, выхожу в коридор и бросаю короткий взгляд на Гарри. — Спасибо, что помог мне, Гарри! — Ерунда. Это моя работа. Иди отдохни, я присмотрю за ним. — Ладно. Но времени на отдых у меня не было, меня ждал человек… Колин. Я вошла в кафе и опустилась за его столик. Он был не один. Колин хоть и бандит, но его авторитет на свободе только окреп. И теперь рядом со мной сидели его верные слуги и охрана. — Вижу, ты успел вкусить вкус свободы. — Еще как, стараюсь брать от этой жизни все. Он допивает кофе и доедает свой стейк. — Как там Тимоти? — В порядке, я наблюдаю за ним. — Это Хулио натворил с ним? — Возможно. Тимоти отравился, ему что-то подсыпали в еду. Среди охраны есть чужой, — глаза Колина метнулись ко мне. — Мне кажется, ваш тупой мафиози сумел подкупить кого-то. Но только Тимоти знает кого. — Он сказал тебе? — Нет, он спит, ему нужен отдых, не хочу его трогать…выдел бы ты его…он как….пушечное мясо… Я подавила слезы, но одна все же успела выскочить из глаз. Справа сидячий мужчина передает мне сухую салфетку и я принимаю этот знак доброты. — Спасибо! — Я успел кое-то нарыть…у меня еще сохранились связи. На стол падает маленькая папка. — Я нашел судью, прокурора. Мой человечек на сто процентов уверен в том, что это была подстава. Я начинаю копаться в бумагах, ничего не смысля в них, и натыкаюсь на фотографию. — Кто это? — Эту девушку зовут Александра, в ту ночь она была с Тимоти. И она мертва. Ну а эти двое, что стоят по обе ее стороны, Скотт и Пол, любовная парочка, они должны были присоединиться к ней на вечеринке. — Они тоже…мертвы? — Нет…но они под подозрением. Колин захлопывает передо мной папку и я подскакиваю от испуга. — Вечером жду тебя здесь. — Я не могу бросить Тимоти. — Гарри за ним присмотрит. — Но. — Ты должна пойти со мной, ты должна сама все увидеть, ты хочешь помочь Тимоти или нет? — Хочу. — Тебе лучше собрать всю волю в кулак, Элисон, с этого момента мы на минном поле. Я вернулась к Тимоти, в палате меня поджидали Оливия, Картер и Джексон. — Тимоти нужно оперировать. — Все так плохо? — Элисон, — Оливия взяла мою руку и отвела в сторону. — Тимоти требуется пересадка, левая почка отказала. Пытаюсь проглотить образовавшийся ком, но вместо этого начинаю рыдать, отчего привлекаю внимание всего персонала. — Соберись, ты нужна ему. Донорскую почку привезли спустя пять часов. Операция займет четыре часа. Тимоти стали готовить, я поцеловала его в губы, и переодевшись, покинула больницу. За углом меня поджидала машина Колина. Заметив ужас на моем лице, он напрягся. — Что случилось? — Тимоти решено было оперировать. — Блядь! Я сажусь в машину и включаю телефон на звучный режим, подключаюсь к камере и начинаю наблюдать за операцией. — Черт, чувак! — говорит Колин, глядя на все это зрелище. — Куда мы едем? — Увидишь. Мы ехали почти час и оказались на какой-то заброшенной и тихой местности. Повсюду находились поломанные и старые машины, которые готовились к утилизации, а за большими деревьями стоял небольшой домик. Когда мы вошли внутрь, включился свет и перед нами, на двух стульях, сидели Скотт и Пол. — Что ты сделал? — Пока ничего. Колин подходит к парням и отдирает с их губ скотч. — Если вы не против, мы сначала поговорим, а потом займемся вашими конечностями. Я опускаю глаза и замечаю недостающие пальцы на руке Пола. — Ты варвар, Колин. Я подбегаю к парню и начинаю осматривать его руку. Он сидел молча, не издавая ни звук. Колин его чем-то накачал, чтобы эти два любовника не кричали. У меня не было при себе приспособлений и поэтому мне пришлось порвать на себе часть футболки и забинтовать руку. — Это все равно не поможет, Элисон. — Что ты хочешь выяснить у них? — Правду. И начинается полная жесть. Пола приводят в чувства первым. Его начинают накачивать прохладной водой и бить током. Я пыталась не смотреть на это зверство и отводила свои глаза в сторону. Меня тошнило, меня вырвало раза два. Прополоснув горло чистой водой, я вхожу в дом и сажусь на стул. — Еще раз тебя спрашиваю, дорогой мой, что произошло в 2015 году? А конкретно, 1 июля? — Нас…нас пригласили на вечеринку, — парень захлебывался в собственной крови. — Дальше. — Мы не сразу явились, наша подруга Александра успела присоединиться к остальным, но а мы со Скоттом…задержались. Пол признался во всем… а именно, в том, что это они обнаружили тела в доме. Еще до того, как прибыла полиция. Они могли разбудить Тимоти и уйти, но они испугались, не последствий, а человека. — Как зовут этого человека? — Бернард Матеос. — Кто он? — Он…он…гробовщик. Это прозвище ему дали из-за его дел в прошлом… он убивал и торговал…не только людьми но и их органами. Тошнота снова накатила на меня и я вышла на свежий воздух. Я не могла здесь больше оставаться. Это место пугало меня. Я проверила свой телефон, операция еще шла… — Господи. Когда стемнело, я почувствовала озноб по всему телу. Из дома вышли люди Колина, спустя пять минут, выходит и он сам. — Ну что? — Наша следующая цель Бернард Матеос. Руки Колина были в крови. Я сделала шаг в сторону, чтобы посмотреть на парней, но дверь с треском захлопнулась. — Ты же не…убил их? — Нет…но напомнил им, что с ними будет, если они проговорятся. Меня вернули обратно в больницу. Я переоделась в новую и чистую униформу и вошла в операционную. — Как дела? Я надеваю перчатки, маску и очки. — Мы заканчиваем, все хорошо, состояние стабильное, он будет жить. Я не выдерживаю и выбегаю в коридор, по пути побросав перчатки и маску. Забегаю в пустую палату Тимоти и падаю на пол, чтобы залить его своими слезами. — Элисон, Элисон! Гарри поднимает меня, но не дает встать, опустившись рядом со мной, он прижимает к своей груди и начинает гладить меня по спине. — Дыши, дорогая, дыши. Моя жизнь вдруг стала…другой, оказавшись я в этой паутине…я надеялась на спокойный быт и на удачу в том, что завтрашний день принесет мне лишь очередное спокойное пребывание в тюрьме строгого режима. Этот мир полон жестокости, я сама в этом успела убедиться, и увидеть. Ощутить на собственной шкуре. Я и представить себе не могла, что смогу влюбиться в убийцу, которого то подозревают в совершенном им деянии, то не…подозревают. Я кручусь вокруг этого человека, пытаясь отчаянно его спасти и не дать ему умереть…все, что у меня есть-это время. Я далека от всей этой бандитской жизни. Само слово «убить» приводило меня в ужас. Но мне было суждено столкнуться с людьми, которые жили с мыслями об убийствах. Тимоти был способен на такой поступок, но он бы никогда в жизни не совершил этого…он одержим местью, но у него есть душа и здравый смысл. Он может причинить вред, но только тем, кто это заслуживал. Но теперь я ясно знаю, я буду бороться за него…за нас обоих…я больше не в силах скрывать свои чувства и душу…я хочу открыться и дать ему все, что он когда-то потерял и все, что он не успел обрести. — Я люблю его!
