Марк никогда ничего не узнает

Джейк забирает тело, как только понимает, к чему все идет. Марк ничего из этого потом не вспомнит. Мужик, с которым Джейк остается в люксовом номере отеля, подмены не замечает. Еще бы: он слишком пьян (запах чувствуется с расстояния вытянутой руки), а Джейк хороший актер, когда надо. Наркобарон — гей со стажем, ему нравятся мальчики с кудряшками и смуглой кожей, когда они улыбаются и делают, что он скажет. Джейк улыбается, Джейк смотрит в лоснящееся лицо, кокетливо поводит плечом так, что расстегнутая рубашка слегка сползает с него, и изо всех сил следит за ходом ниочемного разговора. Он не должен провалить это дело — ради Марка, он потерпит — ради Марка. Марк ничего этого знать не должен. Белая ткань рубашки ползет по его коже вниз. Взгляд мужика жадно прилипает Джейку к обнаженной груди, Джейк давит гадкую дрожь, когда на кожу ложится большая горячая лапа. Он строит из себя беззащитного ягненка, смущается, вздыхает, но про себя думает, как будет его убивать. Мужик габаритнее него, но он бухой, с координацией у него дерьмово, да и бдительности нихуя — Джейк бы его опрокинул за одно движение, Джейк бы бил его по лицу, пока он не захлебнулся бы собственной кровью, Джейк бы… Его толкают к столу, его заставляют развернуться, его утыкают лицом в гладкую как будто бы каменную столешницу. Джейк свистяще вталкивает воздух в легкие и стискивает в пальцах края этой столешницы так, что они белеют. Он прижимается к холодному камню пылающим лицом. Дышит. Дышит. Главное не забывать дышать. Главное не пускать во фронт Марка. Чужие руки просто везде, чужое тяжелое тело давит-давит. Джейк всхрипывает, Джейк кусает губу до боли, до крови, не издает ни звука. Это больно просто пиздец, это гадко, его точно потом вырвет. Он думает: думает, как перережет уроду глотку. Думает, как хорошенько умоется его гнилой кровью, и это помогает сдержать в узде пылающую белую ярость. Он не беспомощен. Не беспомощен, он просто ждет, выжидает, как удав, как сраный тигр. Джейк жмурит глаза, чтобы не смотреть на свое отражение на гладкой поверхности. Он умоется его кровью, он переломает ему все кости, он растащит его по кусочкам. А потом уничтожит все следы произошедшего. Марк никогда ничего не узнает.