Shimai 姉妹

Второе открытие музея - труд Наоми для восстановления, полюбившегося ей, музея. Столько времени работая с братом в политике, Наоми уже знала как устроено все внутри. И создание званого вечера в музее для нее не составила особого труда. в зале слышался звон бокалов и обсуждение предметов искусства. Наоми шла с бокалом шампанского в руках, в изящном атласном маленьком черном платье чуть выше колена. Один из гостей вежливо улыбнулся Наоми, подняв бокал в немом приветствии и уже сделав шаг в её сторону. Однако стоило Масао выпрямиться за её спиной, как мужчина заметно замялся, от чего траектория движения гостя моментально изменилась и он устремился к закускам. Масао стоял рядом с ней слишком близко - не касаясь, но нарушая личное пространство. Его ладонь легла на её талию не как жест поддержки, а как знак владения. Он был в безупречном чёрном костюме, с идеально завязанным галстуком, но в его осанке чувствовалось напряжение. Плечи чуть приподняты, челюсть сжата, взгляд острый и раздражённый. Наоми сегодня притягивала слишком много внимания и это выводило его из равновесия. — Нао… — наклонился он ближе, почти касаясь губами её уха. Голос был тихим, бархатным, но в нём сквозило раздражением. — Ты сегодня собираешь слишком много мужских взглядов. Он чуть сильнее сжал её талию, как бы невзначай притягивая ближе к себе. — Может, ты забыла, — продолжил он, лениво скользнув взглядом по залу и отмечая, кто ещё смотрит на неё, — что сегодня ты представляешь губернатора Токио. Отпустив её, он тут же вернул на лицо свою надменную, идеально отрепетированную улыбку для окружающих, будто ничего не произошло. — Фуегучи! Голос раздался сзади. Перед ней возникла женщина в дорогом платье с безупречной причёской — леди Гуро, владелица крупной корпорации и потенциальный золотой ключ к бюджету музея. — Наоми, я хотела поблагодарить вас! — произнесла она с приторной улыбкой. — Вы превратили этот скучный музей в современное пространство. Это… впечатляет. — Благодарю, — Наоми ответила сдержанно, слегка склонив голову. — Если музей вам действительно пришёлся по вкусу, возможно, вы захотите поддержать его финансово. В запасниках ещё много работ, которые заслуживают выйти в свет. — Я подумаю об этом… — протянула леди Гуро, уже переводя взгляд мимо неё. —Господин губернатор… Масао словно ждал этого момента. Он тут же шагнул вперёд, намеренно отодвигая Наоми в сторону плечом, мягко, но демонстративно, обозначая смену центра внимания. — Леди Гуро… — протянул он, и в его голосе появилась тёплая, отточенная заинтересованность. — Вы сегодня, как всегда, ослепительны. Он взял её руку обеими ладонями, задержав её чуть дольше положенного, склонился и поцеловал тыльную сторону кисти, задержав взгляд на её лице. — Вы подумали над моим предложением касательно вашего объекта? — добавил он тихо, но так, чтобы леди Гуро поняла о чем он. — Наш губернатор человек с тонким вкусом, — с усмешкой ответила она. — Уверена, вы рады видеть эту выставку, которую так любезно организовала ваша сестра. — Она бросила на Наоми оценивающий, холодный взгляд. Наоми молча сделала глоток шампанского, наблюдая, как пузырьки поднимаются к поверхности. «Человек с тонким вкусом, что поставит стакан с виски на картину де Кирико », подумалось ей про себя. Она развернулась и уже собиралась идти к выходу, когда взгляд зацепился за знакомый силуэт - тёмные волосы с фиолетовым отблеском, небрежно зачёсанные назад широкой ладонью. Сердце болезненно дёрнулось и на миг словно остановилось. Ей показалось. Она поспешно отвернулась, делая вид, что ничего не заметила, ускорила шаг, стараясь раствориться в толпе. Каблуки скользили по мрамору, дыхание сбилось, а в груди нарастало тревожное тепло. Ран Хайтани - Мужчина, в которого она была влюблена. Он ведь всегда был магнитом для женского внимания. Его апатичный взгляд, ленивые ухмылки в сторону девушек. Мужчины, равнодушные к противоположному полу, кажутся женщинам еще обаятельнее. Его присутствие здесь выглядело почти абсурдным - он терпеть не мог музеи, не выносил официальных мероприятий. И всё же вокруг него уже сомкнулся круг гостей. Мужчины с натянутыми улыбками и оценивающими взглядами, женщины с откровенным интересом и плохо скрытым желанием. Он стоял расслабленно, словно в часто посещал музеи, лениво вращая бокал в пальцах, слушая, что ему говорили о картинах. Апатичный взгляд фиолетовых глаз выделил ее фигуру среди остальных моментально. Ведь она единственная, кто не обратила на него никакого внимания. "В любом случае, пока здесь брат, мне не стоит заговаривать с ним." подумала она направляясь к выходу, допивая шампанское одним глотком, оставляя бокла на подносе официанта. " Если брат увидет, боюсь представить, что он потом со мной сделает." Бросив короткий взгляд на зал, она не смогла найти Рана, как внезапно услышала знакомый резкий голос. Голос брата заставил Наоми дернуться и остановиться. Она прекрасно знала о том, как он ненавидел Хайтани. Сколько документов и разговоров она о них слышала. Брат их искренне ненавидел всей душой и присутствие Рана здесь, запросто могло вывести его из себя. Масао заметил как взгляд Рана лениво скользил по сестре... Как он задержался на линии плеч, спустившись ниже, на том как она поправляла прядь волос. Улыбка на лице Масао дрогнула, на долю секунды, теряя свой лоск. --- Господин Хайтани, какой неожиданной сюрприз увидеть вас здесь... --- сказал Масао на повышенных тонах привлекая внимание гостей, подходя к Рану. Масао стоял напротив Рана, выпрямившись, плечи напряжены, пальцы сжимали ножку бокала слишком крепко. Уголок его рта был растянут в показной улыбке, но в глазах плескалось раздражение. — Взаимно, губернатор, — лениво протянул Ран, даже не повернувшись к нему корпусом полностью. Он сделал глоток, будто разговор был для него лишь досадной формальностью. Это задело Масао сильнее всего , от чего он, едва заметно скрипнул зубами, приподнял подбородок. — Не припомню, чтобы вы интересовались искусством, — процедил он, делая шаг ближе, вторгаясь в личное пространство. --- И я не помню, что бы вам отправляли приглашение. — Сегодня я интересуюсь не только им, — спокойно ответил Ран, и его взгляд уже скользнул в сторону Наоми, от чего Масао не выдержав сжал кулак. Рана реакция Масао забавляла. Тот кто всегда имел невозмутимый вид, терял его, как только речь заходила о женщине. Хоть и о себе он был такого же мнения. Масао резко выдохнул через нос, стараясь удержать самообладание. — Следите за своим взглядом, Хайтани, — холодно бросил он. — Вы находитесь среди уважаемых людей. Ран наконец повернулся к нему полностью. Улыбка на его губах стала шире, медленной, ленивой и опасной. — Уважаемых? — он тихо усмехнулся. — Забавно слышать это от человека, который краснеет быстрее подростка, стоит сестре пройти мимо. --- он сделал глоток виски, что держал в руках, не сводя глаз. Лицо Масао на мгновение окаменело. Присутствующие не услышали, что сказал Ран и он явно специально сказал об этом тихо специально. Несколько секунд Наоми молчала, как сделала резкий уверенный шаг в их сторону, забирая бокал шампанского с подноса официанта. Наоми вышла между ними, словно инстинктивно пытаясь разорвать натянутое напряжение. — Прошу прощения, губернатор, — она чуть склонила голову, а затем повернулась к Рану. — Господин Хайтани — один из немногих, — она намеренно выделила это слово, — Кто поддержал музей. Он приобрёл работу де Кирико и сделал значительное пожертвование. --- В числе приглашенных он не фигурировался из-за значимости его вложений. --- Одарив легкой улыбкой и переведя взгляд на брата, что своим взглядом был готов едва не придушить Наоми. Масао резко повернул голову к ней. Взгляд был тяжёлым, холодным, предупреждающим. Ран усмехнулся.— Видишь, — лениво бросил он Масао, — я сегодня почти филантроп. И в этот момент он сделал шаг ближе к Наоми. Его рука легко, почти небрежно легла ей на плечо, затем скользнула ниже, обхватывая за талию и притягивая к себе, словно это было естественным жестом. Лицо Масао напряглось, вена на виске едва заметно пульсировала. Он резко поставил бокал на ближайший столик - стекло тихо звякнуло от удара, привлекая пару любопытных взглядов. Пальцы на мгновение сжались в кулак, прежде чем он вновь надел на себя привычную маску холодного лоска. — А теперь, — спокойно произнес он, обращаясь к Наоми, — простите за неловкость. Иногда мужчины не умеют держать свои… чувства под контролем. Наоми уловила этот звук и вздрогнула, словно кто-то дернул невидимую струну у неё внутри. — Прошу меня извинить, — произнесла она чуть поспешнее, чем планировала, делая шаг в сторону. — Мне нужно показать господину Хайтани картину, которую он приобрёл. Некоторые гости уже спрашивали о ней. Не дожидаясь разрешения брата, она развернулась и направилась вглубь зала. Ран лениво усмехнулся уголком губ и, не говоря ни слова, последовал за ней, оставляя Масао позади — кипящего, застывшего на месте, с натянутой улыбкой и холодным блеском в глазах. В зале снова заиграла музыка. Но для Масао мир стал оглушающе тихим. Когда шум толпы остался за спиной и между ними выросли высокие стены с полотнами, воздух словно стал плотнее. Тишина здесь была обманчивой - давящей, наполненной эхо шагов. Шаг Наоми оставался ровным, пусть и чуть быстрее обычного. — Ты должен музею десять миллионов йен. --- сухо ответила Наоми даже не оборачиваясь к нему. — Забавно, — протянул он, замедляя шаг, чтобы идти почти вплотную. — И где же моя картина? — Если хочешь еще и картину, то за де Кирико, придется отдать еще десять миллионов       йен, --- раздраженно ответила девушка. Ран скользнул на нее краем глаз. Тяжелый, уставший взгляд устремленный вперед, напряженный вид. Она совсем перестала быть похожей на ту Наоми. что он когда-то знал. Глядя на нее, он рассуждал, хорошо ли это? — Я слишком много работала, чтобы позволять вам устраивать цирк посреди выставки.--- ответила Наоми, поднеся руку ко лбу устало вдыхая. --- Выставка и правда неплохая... --- протянул Ран держа руки в карманах, оглядывая картины. Наоми удивленно оглянулась на него, подозрительно смотря ему в глаза, не веря, что это он сказал. --- Хотя я никогда не понимал твоей любви к нему. --- Его взгляд медленно скользнул ниже, задержавшись на месте, где под тканью скрывался шрам на её боку. Он смотрел словно сквозь одежду, от чего Наоми, зажалась и поскорее отвернулась. Словно разговор был вовсе не о музее. — Прекрати смотреть так, — процедила она. — Это музей, а не твой клуб. — А ты всё равно напрягаешься, будто я вот-вот сделаю что-то неприличное, — тихо усмехнулся он. — Забавно. Она тут же опустила его, будто боялась задержаться дольше, чем позволяли нервы. — А ты? — добавила она осторожно, после короткой паузы. — Зачем ты вообще пришёл? Ты ведь ненавидишь подобные мероприятия. Ран усмехнулся чуть шире, замедлив шаг, вынуждая её остановиться рядом с ним. Он повернулся вполоборота, окинув её внимательным, цепким взглядом. — Может, мне просто стало скучно, — протянул он с насмешливой мягкостью. — А может… — он сделал короткую паузу, скользнув взглядом по её лицу, — я хотел взглянуть, на то, что т Наоми напряглась, плечи едва заметно приподнялись. — Не выдумывай, — произнесла она, стараясь звучать спокойно, но голос всё равно предательски дрогнул. — Это… неуместно. Она отвела взгляд к ближайшей картине, но Ран уже понял, что она нервничает. И это его откровенно забавляло. — Ты всегда так говоришь, когда тебе некомфортно, — тихо заметил он, наклоняясь чуть ближе, но не переходя границу. — Прячешься за делами. За правилами. За «приличием». Наоми сжала губы и глубоко вдохнула, собираясь с силами. — Просто… держи дистанцию, Ран, — сказала она почти шёпотом, обведя взглядом гостей, что иногда поглядывали на их странную пару — Здесь слишком много глаз. Он лениво выпрямился, усмехаясь. — Тогда давай сделаем вид, что мы всего лишь говорим об искусстве, — произнёс он спокойно. — Но ты ведь понимаешь… Масао уже заметил, как я на тебя смотрю. В эту секунду Наоми пожалела, что вмешалась. Его присутствие здесь - абсурд. он здесь точно не из-за выставки и уж точно не из-за нее. Она знала, что дело со стройкой поручили Хайтани. Все его слащавые фразы - не более чем фарс и его излюбленная игра в кошки мышки. --- Раз так, то я уйду первая. --- ответила она и развернувшись покинула его, направляясь в противоположную от него сторону. — Ты всегда торопишься, Нао, — донеслось за спиной. — А я люблю наслаждаться моментом. Наоми спешила, её каблуки от Маноло Бланик громко цокали по полу. Она остановилась у служебного лифта и нервно нажимала на кнопку, надеясь, что это заставит его приехать быстрее. Когда двери лифта открылись, она быстро забежала внутрь и нажала кнопку первого этажа. Прежде чем двери закрылись, она увидела приближающегося Рана. Ее глаза широко раскрылись. Лифт закрылся и плавно начал движение вниз. В ограниченном пространстве она осталась наедине со своими мыслями и громкими ударами сердца. В глубине души, она знала, что он придет за ней. В конце концов, она собственным руками подписала себе приговор, когда перекрыла поток отмыва денег через ту злополучную стройку. --- Вот же... --- озвучила она мысли в слух на выдохе, --- Хайтани... Бег это то, что Наоми умела делать лучше всего. Бегала Нао еще с детства быстро, пока были живы родители, она часто участвовала в соревнованиях по бегу. Но бежать от Рана было тяжело, в груди разрасталось желание быть пойманной. Лифт наконец-то достиг первого этажа. Наоми поспешно вышла из кабины и направилась к парковке за зданием. Холодный вечерний воздух ударил в лицо, возвращая ощущение реальности. Увидев свою машину, Наоми почувствовала облегчение. Она ускорила шаг, и в этот момент каблук предательски застрял в металлической решётке. — Чёрт… — выдохнула она сквозь зубы. Наоми резко дёрнула ногу - безуспешно. Металл скрипнул, туфля намертво зажалась между прутьями. Уехать Стараясь не поднимать лишнего шума, она сняв туфель с ноги, оставила его там. Продолжив идти, опираясь на носок и делая вид, что ничего не произошло. Хотя потеря роскошных чёрных атласных туфель, украшенных бляшкой от Маноло Бланик, была для неё чертовски печальной потерей. Сейчас ей надо было как можно быстрее уехать. На встречу с Хайтани она рассчитывала позже, но они раскусили ее быстрее. Нажав на разблокировку машина открылась, Наоми торопливо подлетела к машине. Руки дрожали, наконец открыв дверь, она едва развернулась как ее ударили. Глухой удар пронзил тело и она обмякла, падая в чьи-то руки. Глаза медленно закатывались, давая ей мимолетную возможность рассмотреть нападающего. Открыв глаза Наоми ничего не видела, голова ужасно болела от чего желание сфокусировать зрение давалось ей еще тяжелее. С трудом поднявшись она внезапно ударилось лбом об обивку. Наконец картина начала вырисовываться. Ощупав руками все вокруг, она была в багажнике. Воздух в багажнике мгновенно стал вязким, горячим, пропитанным запахом пыли, резины и металла. Она судорожно вдохнула, но грудь сдавило так, будто на неё навалили бетонную плиту. Сердце забилось беспорядочно, болезненно отдаваясь в висках, а пальцы непроизвольно вцепились в ткань платья, будто могли удержать её в реальности. Машина вновь рванула с места, и Наоми швырнуло в сторону. Она ударилась плечом, зажмурилась, стиснув зубы, чувствуя, как к горлу подступает предательская дрожь. Наоми старалась понять кто мог так запихнуть ее в багажник. в голове вновь возникло знакомое самодовольное лицо от которого она быстро отмахнулась. "Он не мог добраться до парковки быстрее меня..." решила она. Хотя ей бы чертовски повезло будь это Хайтани, а не прихвостни брата. Вновь глубоко задумавшись машину снова повернула, от чего через узкую щель мелькнул свет фонаря. На глаза Наоми попалась папка с документами. Коробка с файлами о делах Масао, часть из которых были подло украдены ей же. Дрожащие пальцы сжались в кулаки. Она выпрямилась насколько позволял тесный отсек, уперлась ладонями в пол, ощущая холод металла, и заставила себя двигаться. В коробке оставались одни файлы, что могли бы ей помочь выпутаться из этой ситуации, кто не вел эту машину. Машина повернула от чего и Наоми швырнуло в бок, стараясь удержать равновесие она уперлась ногой в борт багажника и вытянув руку насколько смогла наконец схватила папку. Тонкая полоска света что пробивалась из багажника стала для нее единственной возможностью, что-то рассмотреть. в ней были счета на компанию Fuegichi Corp. Пролистав несколько документов она нашла, что ей были нужны: Аренда складов порта в Иокогаме, счет на рефрижераторные и сухогрузные контейнеры, адреса. "Контейнеры?" удивилась она, задумавшись. "Брат бы не стал это стараться скрыть, не будь это важно" Машина вновь повернула и снизила скорость, «Скоро остановиться» промелькнуло в ее мыслях, заставляя ее ускориться, закрывая папку обратно и зашвыривая ее в коробку с документами. Послышался звук открытия дверей и шаги. Сердце Наоми забилось сильнее. Она развернулась лицом в глубь багажника, в надежде, что при его открытии, она сможет сделать выпад ногой и ударить нападающего. Однако, как только багажник открылся, вместо ожидаемого удара, её лодыжку перехватила сильная рука. Его пальцы сомкнулись уверенно, почти лениво. Ладонь скользнула ниже, по колготкам, медленно, нарочито неторопливо, будто он наслаждался каждой секундой её беспомощного сопротивления. Его прикосновение было тёплым, уверенным, и от этого по коже Наоми пробежал противный, невольный холодок. Её ноги оказались закинуты ему на плечо, лишая равновесия и фиксируя её в неудобном, почти уязвимом положении. — Мне повезло, что ты только в одной туфле, — протянул знакомый голос, лениво-самодовольный, с насмешливой хрипотцой. Наоми замерла, а ее сердце болезненно сжалось. Он наклонился чуть ближе, и его пальцы ,будто невзначай, коснулись её стопы, обводя ее высокий подъём.— Боюсь представить чтобы я делал будь на тебе обе. — Язвительно сказал он, скользя взглядом по ее длинным ногам и показывая вторую туфлю Наоми, что она оставила в решетке. Придя в себя от удивления, Наоми оттолкнула Рана босой ногой, вырывая её из его хватки, и с шумным вдохом подтянула колени к груди. --- Не прикасайся! --- возмутилась она хмуря брови. Лицо пылало от унижения, от злости, что он позволил себе так спокойно, так нагло играть с её уязвимостью. Она опёрлась ладонями о край багажника и, стиснув зубы, рывком поднялась, выбираясь наружу. Движение получилось резким, почти злым. Каблук скользнул по металлу, она едва удержала равновесие, но тут же выпрямилась, вскинув подбородок. ---Обязательно было запихивать в багажник?--- Хмуро ответила она косо смотря на Рана. Риндо, стоявший чуть поодаль, лениво перевёл вес с одной ноги на другую и хмыкнул, не вынимая рук из карманов. --- Ты ожидала вежливое приглашение? — он прищурился. — После того, как остановила стройку в Ногидзаки? На это Наоми только хмыкнула и сменила раздражение на спокойствие, не позволяя чувствам взять вверх. Ран медленно выпрямился, будто её вспышка ярости была не более чем забавным спектаклем. Уголок его губ лениво приподнялся, а взгляд скользнул по её лицу, задержавшись на пылающих щеках, на сжатых губах и на дрожащих от злости пальцах. — Ты первая решила сбежать, — произнес он спокойно, — а мне пришлось импровизировать. Наоми не подала виду, что она испуганна их присутствием. Страх, для такой как она, был уже чем-то само собой разумеющимся. --- Надо было сразу понять, что просто так, ты не приходишь. --- Апатично ответила Наоми отвернув от него голову, словно все еще держа обида за прошлое. Ран скрестил руки на груди, отвечая на ее колкость раздражением — Не заставляй меня жалеть, что я тебя вытащил из этого чёртового багажника. Нао, проигнорировав его раздражение, медленно выдохнула, позволив плечам опуститься, будто стряхивая с себя напряжение, и, опустив взгляд, тихо и почти устало — Раз вы в курсе, что стройку остановила я, то почему я всё ещё жива? Тень Рана накрыла её фигуру, вытягиваясь по асфальту и подбираясь к её ногам, словно живая. Он сделал шаг ближе, и воздух между ними ощутимо сгустился. — Раньше времени помереть решила? — его голос стал грубее, словно ее вопрос ему не понравился. — Сначала расскажешь, что знаешь, а после… Он замолчал на полуслове, бросив на неё короткий, тяжёлый взгляд, словно ставя невидимую точку в разговоре, после чего резко развернулся и направился к дверям, у которых они остановились.— …разберёмся. Наоми нахмурилась, на секунду задержав взгляд на Риндо, словно ища в его лице подтверждение того, что всё происходящее не сон, однако всё же двинулась следом. Прохладный вечерний ветер обхватывал её обнажённые плечи, пробираясь под ткань платья, заставляя кожу покрываться мурашками, и желание поскорее оказаться внутри росло с каждым шагом. Подойдя к невзрачным металлическим дверям, они моментально открылись. Едва они переступили порог, их встретили двое охранников. При виде братьев Хайтани те синхронно разошлись в стороны, освобождая проход, и почтительно склонили головы. Несколько девушек неподалёку повторили этот жест, задерживая взгляды на Ране и Риндо, улыбаясь слишком старательно, слишком выверенно, будто каждая надеялась быть замеченной. К ним поспешно подошла управляющая в строгом костюме, останавливаясь на почтительном расстоянии.— Господин Ран, господин Риндо Хайтани… мы не ожидали вас сегодня, — произнесла она, склоняясь в поклоне, после чего, выпрямившись, обратилась к Рану — Подготовить ли вам VIP-комнату и сопроводить выбранных девушек? Ран же лишь раздражённо посмотрел на управляющую, не удостоив её вопроса даже словом, и, обойдя её стороной, коротко бросил через плечо — Принеси виски. И никого не впускай в мой кабинет. Управляющая тут же опустила голову, снова поклонившись.— Да, господин. Наоми медленно огляделась, позволяя взгляду скользить по интерьеру. Пространство клуба казалось странно знакомым, будто она уже слышала о нём сотни раз, но только сейчас увидела его настоящее лицо. И вдруг взгляд зацепился за название, подсвеченное мягким светом.

« Silence »

Внутри что-то щёлкнуло. Она вспомнила разговоры брата, слухи, обрывки фраз, которыми это место обрастало в определённых кругах. Клуб «Silience» — одно из самых популярных светских мест, что знаменит тем, что никто не разглашает здесь своих имен. Здесь не доставали наличные и не использовались карты, счета уходили в тень, распределялись по цепочкам компаний и фиктивных операций, исчезая так же бесследно, как и сделки, заключённые за закрытыми дверями. Место где дорогая роскошь переплеталась с пороком так тесно, что различить одно от другого было почти невозможно. Липкие и внимательные взгляды гостей скользили по Фуегучи, задерживаясь на черном атласном платье, подчеркивающем стройные линии ее фигуры и длинные ноги. В клубе было негласное правило: Девушку, которая в компании Хайтани, нельзя трогать, пока она не перестанет быть для них интересной. И судя по взглядам гостей, они смотрели на Нао как на кусок сочного мяса. Риндо, заметив как ее плечи едва заметно напряглись, положил ладонь ей на талию, подгоняя, держа вторую руку в кармане. Он видел в близи ее впервые спустя 12 лет и не мог отказать себе в удовольствие рассмотреть ее ближе. На удивление самой Наоми, в этом жесте она не почувствовала раздражения, лишь холодное осознание того, что теперь она находиться на их территории. Они пересекли зал и миновав коридор, остановились у массивной, богато отделанной двери. Риндо распахнул ее, проходя в кабинет брата первым. Девушка из персонала в черном коротком платье похожее на платье Наоми, открывала бутылку виски, аккуратно расставляя роксы и лед на столе. Наоми невольно задержала на ней взгляд. Светлые волосы, похожий силуэт и схожий стиль одежды. От этого сходства внутри поднялась тяжелая волна тошноты, словно она смотрела на искажённое отражение самой себя. Наоми задержалась на пороге всего на мгновение, прежде чем сделать шаг внутрь, позволяя тяжёлой двери закрыться за её спиной с глухим звуком. Кабинет был залит мягким, тёплым светом настольной лампы, отражающимся от тёмного дерева, стекла и металла, создавая ощущение уединения, в котором каждый предмет находился на своём месте и словно знал свою цену. Воздух здесь был плотнее, чем в зале, пропитанный запахом алкоголя, табака и тонких нот парфюма, оставленных хозяином. Наоми медленно прошлась взглядом по кабинету, отмечая массивный стол, кожаные кресла, низкий диван у стены и широкое панорамное окно, за которым мерцали огни города, такие далёкие и равнодушные к происходящему внутри. Ран прошёл к столу не спеша, снимая пиджак, небрежно бросив его на спинку кресла, и закатал рукава рубашки, обнажая запястья, движение было медленным, намеренно демонстративным, будто он готовился не к разговору, а к долгой, выматывающей партии, в которой заранее знал, что выйдет победителем. Риндо остановился чуть в стороне, опираясь плечом о стену и скрестив руки на груди, наблюдая за Наоми с ленивым, оценивающим интересом, не вмешиваясь, но оставаясь в пределах досягаемости. Девушка, что открывала виски, поставила бокалы на стол от чего они звякнули и бросив короткий презрительный взгляд на Наоми, в котором мелькнуло что-то похожее на ревность, бесшумно покинула кабинет, прикрыв за собой дверь. Наоми от взгляда девушки словно очнулась, наконец взяв себя в руки. Встреча с Хайтани, хоть и была неожиданной, но была спланирована. План на который такая как она решилась, должен был включать в себя все возможные развития событий. Теперь, она видела в них не врагов, а инструмент, который ей нужно использовать. Иного выбора у нее не было. Ран налил виски, не торопясь, позволяя янтарной жидкости медленно заполнять стекло. Лёд тихо звякнул, звук показался Наоми слишком громким в этом пространстве. Он взял бокал, сделал короткий глоток и только после этого повернулся к ней. --- Итак, --- бросил он, подняв взгляд на нее --- Не расскажешь нам, что за фарс ты устроила с Ногидзаки? Она опустила взгляд, медленно провела пальцами по шву платья, будто собираясь с мыслями, а затем подняла голову и посмотрела на Хайтани выверенной решимостью человека, которому больше некуда отступать. --- Быстрый способ заставить брата бежать спасать деньги. --- спокойно ответила Наоми. --- Это не ответ на мой вопрос. --- грубо сказал Ран, --- Тебе чертовски повезло, что этим занялись мы, а не кто-либо другой. Тебя бы убили не задавая вопросов. --- Я знаю. --- Она подняла уверенный взгляд в котором не было и капли раскаяния, словно ее собственная судьба была ей безразлична. --- Я хочу заключить с вами взаимовыгодную сделку. От слов девушки Ран усмехнулся, — И много ли ты знаешь для секретарши своего братца? — протянул он наконец, и в его голосе появилось недоверие и цинизм. — Мне есть, что предложить... --- медленно ответила она, продолжив, ---Информация о его сделках, оффшорных счетах и его активы на подставные лица или офшорные компании. --- скрепив руки в замок от переживаний ответила она. Риндо медленно оттолкнулся от стены, меняя позу, его выражение стало более собранным, внимательным, а в глазах вспыхнул живой интерес. В комнате повисло напряжённое молчание. --- Сделка? --- удивился он, не ожидав ее предложения. Ран медленно прищурился, опуская бокал на стол, его пальцы задержались на стекле чуть дольше, чем нужно, словно он взвешивал услышанное. Он ожидал чего угодно - страха, слёз, попыток умолять о защите, - но не этого. Наоми стояла перед ним, сжав губы, с вызовом в глазах. Но она не просила помощи - она предлагала сделку. Риндо усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья.— Чего ты хочешь взамен? — добавил он, скрестив руки на груди. Наоми сжала пальцы в кулак, чувствуя, как ногти впиваются в кожу от страха, что подступал к горлу — Я хочу полную безопасность от брата. — её голос стал ниже, насыщеннее, в нём прозвучала обнажённая, отчаянная честность. — И его уничтожение. Ран медленно откинулся назад, внимательно рассматривая её,--- Значит ты думаешь, что Масао убил Каноэ.--- отрезал он, от чего Наоми впервые показала, что умеет злиться. Она медленно сжала пальцы в кулаки, будто боль была для неё незначительной по сравнению с тем, что горело внутри. --- Каноэ... Исчезла в день когда Масао силой затащил меня обратно. И больше она не вернулась. --- Мы договорились встретиться с ней на станции Ногидзаки, но она не пришла не спустя четыре часа ни спустя годы. --- призналась она, отведя взгляд, словно стыдясь Нао глубоко вздохнула и устало приставила руку ко лбу хмуря брови, --- Я... предоставлю вам, все что знаю, если согласитесь сделку. Риндо резко отвернулся скрестив руки, всё ещё кипя внутри от упоминания прошлого, будто само это слово было для него ударом. Его раздражение было направлено скорее на сам разговор, на напряжение в воздухе. Ран же, напротив, двигался лениво и уверенно. Он взял сигару, неторопливо поднёс её к гильотине и поднеся огонь, он прикурил, втягивая дым и ощущая вкус самой кубинской сигары, и только после этого выдохнул, откинувшись на спинку кресла с расслабленной, почти ленивой улыбкой. — Неплохая сделка, — протянул он, прищурив глаза и поднимая на Наоми хитрый, изучающий взгляд. — Но... — протянул он, — Твоя безопасность дело не простое... Если согласишься с моими условиями обеспечения твоей безопасности. — Что ты имеешь ввиду? — Наоми напряглась всем телом, словно её окатили холодной водой. Она резко выпрямилась, подбородок дрогнул, но голос остался твёрдым. — Информацию о его оффшорных счетах и активах я могу продать прямо сейчас тому, кто согласится с моими условиями без изменений, — сказала она, почти бросив эти слова в пространство угрожая, держа руку на груди. Ран усмехнулся одной стороной губ, в этой улыбке не было тепла, только надвигающийся азарт.Поднявшись с кресла, он сделал еще одну тягу и подошел к Наоми вплотную так, пока не увидел раздражение в ее глазах и выдохнул дым ей в лицо от чего она потеряв самообладание поморщилась и закашлялась разгоняя рукой дым. — Это угроза? — Наклонившись к ней, спросил Ран держа самодовольную улыбку на своем лице, смотря как глаза Наоми наполняются слезами от дыма сигары. Затем он медленно повернул голову и бросил взгляд на Риндо, который стоял позади, напряжённый, с перекошенным от злости лицом, уже догадываясь, что брат сейчас сделает что-то отвратительное. — Думаю, вряд ли, иначе бы ты не бросалась так отчаянно в мои объятия. --- Протянул он на ухо Наоми, от чего ее глаза наконец приобрели цвет от настигающих ее эмоций. Он сделал шаг ближе, нависая над ней, заслоняя тусклый свет лампы позади него. --- Моим условием будет то, что ты станешь моей заложницей. Глаза Риндо расширились. — Что ты несёшь, Ран?.. В груди что-то резко сжалось, дыхание стало тяжёлым, а кулаки сжались так сильно, что задрожали. Риндо резко шагнул вперед к брату — Ублюдок, ты специально это делаешь, да? — голос сорвался. — Что за мерзкий способ затащить в постель? Ран наконец повернулся к брату. Его взгляд был спокойным. Слишком спокойным.— Рад, что ты понял с первого раза.

Риндо замер.

Он даже не сразу понял смысл услышанного, будто мозг отказался принимать эти слова. Внутри что-то резко оборвалось, а затем вспыхнуло с удвоенной силой. Брови поползли вверх, зрачки сузились, а его дыхание сбилось. — Ублюдок! — взорвался Риндо, сорвавшись с места. Он рванулся к брату, замахиваясь, но Ран среагировал мгновенно. В одно движение он перехватил его руку, провернул корпус и с силой прижал Риндо к столу, вдавливая его лицом в холодную поверхность. — Сука! — прорычал Риндо, дёргаясь, пытаясь вырваться, глаза горели яростью и ревностью, от которой мутнело сознание. — Риндо, не забывай, — спокойно произнёс Ран, усиливая захват, — Я старший. А значит, я лишь позволяю тебе ударить меня. Наоми испуганно отступила назад не понимая, что происходит. Сердце колотилось в груди так сильно, что казалось, его слышно в комнате. Всё шло не по плану. Она прокручивала десятки вариантов, сотни сценариев, но такого поворота не существовало ни в одном из них. Условие Рана была для нее непонятна. "Чего он хочет от меня? Я ведь сказала, что скажу им все." — Что… что это значит?.. — её голос дрогнул и она пошатнулась назад. Наоми смотрела в пол, словно пытаясь собраться, а потом подняла взгляд на Рана, который всё ещё держал Риндо, заламывая ему руку. — Чего ты хочешь? Ран изогнул бровь с показным удивлением. — Не делай вид, что не знаешь, как быть заложницей ситуаций, — протянул он. — В прошлый раз у тебя это отлично получалось. --- Намекая на их совместное прошлое, но удивленно-испуганный взгляд на него не изменился. — Ты хочешь, чтобы я… — голос сорвался, — чтобы я спала... --- По-твоему я настолько плох, что заставлю спать с собой силой? --- хмуро спросил Ран. Его слова сыграли с ней злую шутку. --- Будет достаточно твоего присутствия у меня. Её голубые глаза распахнулись, в них отражалось чистое потрясение. она сжала в руках край платья. Давно забытое движение, что сработал как предохранитель. Губы ее дрогнули и по щеке скатилась слеза. Наоми словно не поняла, что это. Она медленно стерла влагу, мельком взглянув на свою ладонь, словно не веря, что она плачет. "Когда последний раз я...?" Промелькнуло в ее голове, как Риндо резко дёрнулся, провернулся и со всей силы ударил Рана в челюсть, заметив слёзы Наоми. — Ублюдок!!! — выкрикнул он, в голосе была не только злость, но и яростная, болезненная ревность, готовая разорвать его изнутри. --- Этого я тебе не спущу с рук... --- прошипел Риндо, наклоняясь чуть вперед, готовый ударить Рана еще раз. Ран медленно выпрямился, возвращаясь в свою привычную позу, после резкого удара. Он провёл языком по внутренней стороне щеки, ощущая металлический привкус крови, и едва заметно усмехнулся уголком губ. Подняв руку, он тыльной стороной ладони медленно провёл по разбитой губе, размазывая тёмную полосу крови по коже, затем задержал пальцы у уголка рта, слегка надавив, будто проверяя глубину боли. Кожа под пальцами пульсировала, отдавая тупым жжением, а на щеке уже проступала тонкая, неровная ссадина, стремительно наливающаяся багровым. Ран не спешил убирать руку, наоборот, наклонил голову, внимательно разглядывая кровь на своих пальцах, словно это было не последствие удара, а любопытная деталь. Он медленно выдохнул через нос, расправляя плечи, и лениво потер щёку костяшками, сжимая челюсть чуть сильнее обычного, выдавая, что боль он чувствует прекрасно, просто не демонстрирует её. — Я всё ещё не слышу твоего ответа, Нао, — произнёс он наконец, поднимая взгляд и переводя холодное, давящее внимание на Наоми. Её словно прижали к стене воспоминаний. В груди стало тесно, дыхание сбилось, пальцы сами сжались в складках платья. Она с усилием подняла взгляд, чувствуя, как дрожь пробегает по спине, и едва заметно качнула головой. --- Конечно... Конечно я согласна! --- в слезах, срываясь на крик ответила она ему, на что Ран расплылся в улыбке. Ран медленно перевёл взгляд на брата.— А ты, — произнёс он ровно, почти лениво, но в этом спокойствии скрывалась угроза, — либо принимаешь это, либо мешаешься под ногами. Он сделал шаг вперёд, тяжёлый и уверенный, глядя на Риндо сверху вниз, и Наоми узнала этот взгляд. Она уже видела его раньше. Взгляд человека, который не сомневается, не отступает и идёт до конца, даже если для этого нужно сломать всё вокруг. Внутри все клокотало. "Достаточно присутствия...". Сделка, документы, выставка, папки, деньги и брат. Жизнь рассыпалась, словно карточный домик. Когда Ран сделал ещё один шаг в сторону Риндо, сердце Наоми болезненно сжалось, и она резко подалась вперёд подняв широко распахнутые глаза на него. — Нет! Не делайте этого! — сорвалось с её губ, голос дрогнул, выдавая страх за Риндо. Риндо инстинктивно обернулся на её крик, и именно в эту долю секунды Ран воспользовался моментом. Его движение было быстрым и точным, как выстрел. Удар пришёлся резко и жёстко, лишая Риндо равновесия. Он пошатнулся, попытался удержаться на ногах, но всё же рухнул на пол с глухим стуком. Наоми тут же бросилась к нему, опускаясь на колени. Её руки дрожали, когда она обхватила его лицо, осторожно поворачивая голову, пытаясь привести его в чувство, шепча его имя, но Риндо не реагировал, дыхание было тяжёлым, но ровным. Ран стоял над ними, глядя на брата сверху вниз с тенью сожаления в глазах. Он не испытывал радости от этого удара, и это читалось в напряжении его плеч, в том, как он на мгновение сжал челюсть, отводя взгляд. Наоми подняла на него взгляд полный ненависти. Рана это задело, что он позавидовал брату, на которого она смотрела с такой заботой и печалью. Он резко выпрямился, снова коснувшись разбитой губы, стирая выступившую кровь большим пальцем. "Дважды" подумал Ран, вспомнив, что вчера Риндо тоже ударил его. — Поднимайся, — бросил он холодно, уже отворачиваясь. — У меня нет времени ждать, пока он очнётся. Подойдя к столу, он взял сигару, глубоко затянулся, позволяя дыму заполнить грудь и приглушить натянутые нервы. Наоми осталась на коленях, сжимая пальцы, и подняла на него дрожащий, злой взгляд. — Ты… — выдохнула она сквозь зубы. — Как ты только можешь… Ран резко выдохнул густой дым ей в лицо, не давая договорить. Наоми закашлялась, отводя лицо в сторону, зажмурившись и прикрывая рот рукой. — Ты будешь под моей защитой. На моих условиях, — перебил он, снимая пиджак со спинки кресла и надевая его, спокойно застёгивая пуговицы. — А взамен ты отдашь мне всю информацию об ублюдке Масао, которую знаешь. Ты на это согласилась. Он обошёл стол, приблизился и остановился слишком близко. — И даже не думай хитрить. Я узнаю об этом. Только сейчас Наоми окончательно поняла, что Ран спланировал этот исход ещё с самого начала, вспомнив, как он снял пиджак и закатал рукава ещё при входе в кабинет. Горько стиснув губы, она опустила голову, бросив последний взгляд на Риндо. Осторожно коснувшись его щеки, словно прощаясь, она всё же поднялась, заставляя себя оторваться. Собственные чувства играли с ней злую шутку. Эмоции,что бурлили в ней были не однозначными. Чувства счастья и боли перемешались не давая Нао рассуждать здраво. Покинув кабинет, Ран шёл впереди, продолжая курить сигару так, словно за его спиной не осталось разбитого брата. Его шаги были уверенными и размеренными, как и всегда. Наоми шла следом все еще не веря, что вся ее игра рассыпалась у нее же в руках. Музыка клуба ударила по ушам, как волна, когда двери распахнулись. Внутри клуба, за пределами того кабинета, всё ещё кипела жизнь смех, алкоголь, чужие тела, запах пота и дорогих духов, но стоило Рану появиться в зале, как пространство вокруг него незримо сжалось. Люди оборачивались, взгляды скользили по Наоми, задерживались на её лице, на бледной коже, на дрожащих пальцах, на том, как она шла рядом с Хайтани.Она чувствовала эти взгляды кожей. Ран не ускорял шаг, наоборот, будто нарочно шёл медленно, позволяя всем видеть эту сцену, словно хвастаясь. Иногда он подносил сигару к губам, делал глубокую тягу, а затем выпускал дым в сторону, даже не глядя на Наоми, но своим телом перекрывая ей путь назад. У выхода он на мгновение остановился. Не оборачиваясь полностью, Ран поднял руку и провёл пальцами по разбитой губе, ощутив шероховатость засохшей крови. Он чуть нахмурился, затем скользнул ладонью по ссадине на щеке, которую оставил удар Риндо. Кожа саднила, напоминая о произошедшем, и это только сильнее раздражало его. Он медленно выдохнул через нос, словно подавляя вспышку эмоций, после чего вновь стал холодно-спокойным. Двери клуба захлопнулись за ними и ночной воздух обдал лицо прохладой. Чёрный спорткар стоял под неоновыми вывесками, отражая огни города глянцевым корпусом, что так подходил хозяину.Ран первым направился к водительской двери, коротким жестом отмахнув охранника. Затем остановился, бросив на Наоми взгляд через плечо. — Садись, — произнёс он низко, коротко, указывая подбородком на пассажирское место спереди. Наоми подошла медленно, словно задумывалась над каждым шагом. Она на секунду замерла у двери, будто надеясь, что ещё есть возможность передумать, но Ран уже обошёл машину и открыл ей дверь, удерживая её рукой, ожидая когда она шагнет в ловушку. Дверь захлопнулась с глухим, тяжёлым звуком. Ран обогнул капот и сел за руль. В салоне сразу стало теснее, тише и напряжённее. Запах кожи, табака и его парфюма смешался в густую, давящую атмосферу.Он вставил ключ и завёл двигатель. Мотор зарычал, вибрация прошла по корпусу машины и отдалась в теле Наоми тонкой дрожью. Ран положил руку на руль, пальцы уверенно сжали его, жилы проступили под кожей. Машина плавно, но резко сорвалась с места, вливаясь в ночной поток Токио. Неоновые огни потекли по стеклам размытыми линиями, а клуб остался позади - вместе с Риндо, с её планами, с иллюзией контроля. Он почти не смотрел по сторонам, лишь изредка бросал короткие, точные взгляды в зеркала, заранее просчитывая движения других машин, словно фигуры на шахматной доске. Педаль газа он нажимал плавно, но настойчиво, и двигатель отзывался низким рыком, ускоряясь без рывков, однако с пугающей лёгкостью. Куда.. мы едем? --- тихо спросила Наоми, начиная чувствовать как к ней медленно подступает отчаяние. --- Ко мне домой. --- коротко ответил Ран, одной рукой продолжал держать руль, а другой небрежно подносил сигару к губам, делал короткую тягу и выпускал дым в приоткрытое окно. --- Вот как. --- тихо сорвалось с ее губ.

И на что могла надеяться такая как она? Чего она хотела добиться этим планом?

Глядя в окно, как размывались рекламные щиты и вывески, в голове промелькнула мысль, "Будь здесь не она, а Юмико, она бы сейчас ударила его или ответила на его грубость колкостью." Фиолетовые глаза на мгновение отразились в зеркале заднего вида - взгляд был томным, но внимательным, будто он одновременно следил и за дорогой, и за ней. Ее пустой взгляд в окно, только начинал его выводить из себя. Сколько девушек сидели на ее месте, ни одна не была с таким отрешенным видом как она сейчас. Сколько бы девушек не смотрели на него с вожделением, он каждый раз возвращался к ней. Сколько раз она отказывала ему, сколько игнорировала или вовсе боялась. На мгновение он сжал челюсть, когда вибрация дороги отдалась в разбитой губе, и машинально провёл большим пальцем по краю рта, вновь ощущая неприятное покалывание от свежей ссадины, как напоминание о содеянном. Ран устало вздохнул, а после чего вновь вернул руку на руль. Машина плавно вписалась в поток, сделала несколько чётких поворотов и замерла у светофора на красный. В этой короткой паузе он наконец заговорил — И как ты додумалась предложить эту сделку нам? Она ответила не сразу. Спокойно улыбнулась, будто её внимание было целиком поглощено видом за окном. — Подумала, что никто лучше вас с братом не справится. Ран усмехнулся. Её тон удивил его, настолько ровным и почти безмятежным он звучал. Ещё полчаса назад она стояла перед ним в слезах, а теперь она сидела, прямая, собранная, будто ничего не случилось. «Удивительная девушка, — подумал он. — Сколько бы её ни били, ни ломали — она всё равно поднимается». В этот момент свет сменился на зелёный, и машина плавно тронулась с места. Его взгляд снова вернулся к дороге, но мысль о ней не отпускала. Машина замерла у подножия небоскрёба - стеклянного исполина, отражающего огни города. Ран вышел, хлопнув дверью. Наоми последовала за ним без суеты, без попыток убежать. У входа их встретил портье, что учтиво кивнул и бесшумно открыл дверь. Они вошли в тёплый полумрак лобби, где тишина была такой густой, что слова казались лишними. Будто за эти двенадцать лет все важные фразы уже сгорели в огне взаимных обид. Лифт. Металлические стены, приглушённый гул механизмов. Ран стоял, засунув руки в карманы, и смотрел на её отражение в зеркальной панели, не решаясь повернуться полностью. Она выглядела так, словно держалась на одном только упрямстве, будто ещё немного и всё накопившееся за день рухнет на неё разом. Это раздражало его и одновременно больно цепляло, потому что он слишком хорошо помнил, какой она была раньше, и слишком ясно видел, во что её превратили обстоятельства и он сам. Двери лифта раскрылись с тихим шипением. Ран вышел первым, автоматически придерживая дверь и пропуская её вперёд. Он открыл дверь квартиры и замер на секунду, позволяя ей войти первой, наблюдая, как она осторожно переступает порог. Коридор встретил их тишиной и холодным светом. Наоми медленно прошла вперёд, и её сознание предательски дорисовало очертания прошлого, старой квартиры, знакомые углы и отражения, которых здесь больше не существовало. Это было похоже на фантомную боль, когда тело помнит то, чего уже нет. Но квартира Рана была другой - просторной, дорогой, стерильной и при этом пугающе пустой. В ней не чувствовалось тепла, только порядок и одиночество, в котором он жил все эти годы. Она остановилась посреди гостиной, словно не зная, куда идти дальше. — Спать будешь либо на диване, либо в кровати со мной, — бросил Ран через плечо, намеренно грубо, ожидая привычной вспышки, резкого ответа, укола в ответ. Но его не последовало. — Хорошо, — тихо сказала она. Этот короткий ответ неожиданно выбил его из равновесия сильнее любого крика. Он обернулся и увидел, как она медленно снимает туфли, наконец позволяя себе выдохнуть. Её плечи опустились, спина чуть согнулась, а пальцы на секунду задержались на ремешке, словно она собиралась с силами просто стоять. Стоя у него в гостинной, она первой нарушила молчание, --- Ран, --- обернулась она к нему, --- Зачем тебе это? --- хмуря брови, все еще не понимая его решения. Ран сменил ее взглядом устало вздыхая,расстёгивая рубашку под которой виднелась давно забытая ей, парная татуировка. --- Я не обязан отвечать. Её взгляд невольно зацепился за знакомые линии. --- Ты прав. — Виски в баре, пей сколько хочешь, — бросил он коротко, чуть жёстче, чем собирался, и, не дожидаясь ответа, развернулся хлопнув входной дверью. Наоми осталась одна. Она медленно провела взглядом по пространству квартиры, словно пытаясь понять человека, который в ней жил. Кое-где проступали следы жизни, словно случайные трещины в идеально выстроенной картине. Забытая газета на журнальном столике, чашка с остатками кофе у окна, пиджак, небрежно брошенный на спинку кресла. Наоми медленно опустилась на диван и тяжело выдохнула, позволяя телу хотя бы на мгновение расслабиться. Удивительно, но спустя долгие двенадцать лет именно здесь, её мышцы отозвались странным, почти болезненным спокойствием. «Стать заложницей...»подумалось ей. «Подумать только, что именно этого я и хотела».

***

Риндо очнулся на ледяном полу кабинета. В висках стучало глухо и вязко, голова разламывалась, тело ныло так, словно по нему прошлись катком. Он резко сел, опираясь ладонью о пол, и скривился, стиснув зубы. — Сукин… — голос сорвался, утонул в хрипе. Злость поднялась мгновенно, горячей волной, сжимая грудь и перехватывая дыхание. Перед глазами снова вспыхнуло лицо Рана: спокойное, насмешливое, слишком уверенное. Он знал. Ран всегда знал, что она для Риндо не просто имя. И всё равно сделал первый шаг. Перешёл ту черту, которую брат не смел переступить годами. --- Ха...--- шумно выдохнул он. Риндо резко выдохнул и поднялся, пошатываясь. Челюсть прострелило болью, тяжелый удар брата до сих пор отзывался глухим эхом в костях - он бил в полную силу, раз даже Риндо свалился с одного удара. Рука резко нырнула во внутренний карман пиджака. Пальцы сжали телефон слишком крепко. Экран вспыхнул холодным светом. Он набрал Рана, ответа долго ждать не пришлось. — Уже очнулся? — лениво протянул Ран. — Голова у тебя, как всегда, крепкая. — Где ты? — коротко бросил Риндо. —Еду в офис, --- ответил он, на заднем фоне слышался рев мотора. --- Хочу проверить то, о чем говорила Нао, касаемо счетов Масао. Имя вспыхнуло в голове, как спичка в бензине. — Скоро буду, — сухо сказал Риндо и сбросил вызов. Голова раскалывалась так, будто внутри медленно проворачивали тупое сверло. Каждый шаг отдавался в висках тяжёлым толчком. Перед глазами на мгновение темнело, мир плыл, но Риндо упрямо продолжал идти, сжимая челюсть до боли. Он провёл ладонью по лбу, ощущая липкий холодный пот, и резко выдохнул, пытаясь собрать мысли в кучу. Подойдя к жёлтому Chevrolet Camaro , он дёрнул ручку двери сильнее, чем нужно. Металл глухо щёлкнул. Риндо буквально рухнул на водительское сиденье, тяжело опускаясь спиной, на секунду уткнулся лбом в руль и зажмурился, пережидая очередную волну боли. Затем резко выпрямился, вставил ключ в замок зажигания и провернул его. Мотор взревел, отдавая вибрацией в грудь и руки. Ночный Токио освежал улетучивая головную боль. Проведя по внутренней стороне щеки Риндо нахмурился от боли, челюсть болела. «В этот раз я делиться с тобой не намерен». подумал он про себя. Подъезжая к офису, Риндо сразу увидел Рана. Тот стоял у машины, облокотившись на капот, расслабленный, будто ждал не драки, а очередного разговора. Риндо захлопнул дверь и рванул вперёд. Не давая брату времени среагировать, он сделал ложный шаг в сторону и тут же резко вернулся в линию удара. Кулак врезался Рану в лицо с сухим, тяжёлым звуком. Тот пошатнулся, едва устояв на ногах. Ран даже не попытался закрыться. Он лишь медленно выпрямился, потер скулу и усмехнулся. --- И тебе привет, брат. Ответа от Риндо не последовало, он только сильнее сжал челюсть, что продолжала отдавать болью и не дав перевести Рану дух, набросился на него хватая за грудки и продолжая наносить удары по лицу, пока Ран его не оттолкнул. Ран качнулся, стараясь держать равновесие. Медленно выпрямился, коротко втянув воздух сквозь стиснутые зубы. Рука поднялась к лицу, и он грубо провёл рукавом пиджака по губам и щеке, стирая кровь размашистым, небрежным движением. Ткань тут же потемнела, пропитываясь алым, оставляя грязные разводы. Он поморщился, но всё равно усмехнулся, будто боль только подстёгивала его. --- Неплохо, --- ответил он тяжело дыша, --- Может и меня теперь она пожалеет. --- усмехнулся Ран, --- Над твоим побитым лицом, она осмотрела на меня как на монстра. --- Слова и действия Рана звучали так, словно он пришел сам себя наказать, за то как поступил с ней. Эти слова взбесили Риндо ещё сильнее. — Какая же ты сволочь, Ран… — процедил он и снова ударил. Его тело качнулось, плечи дёрнулись, словно он ещё пытался поймать опору, но силы уже не хватило. Он рухнул навзничь, с глухим, сухим ударом впечатавшись спиной в землю. Воздух выбило из лёгких резким хрипом, грудь судорожно поднялась. Голова дёрнулась в сторону, виски болезненно стукнулись о покрытие, а рука неловко скользнула по асфальту, содрав кожу на ладони. — Она только пришла к нам! — сорвался на крик Риндо. —Она наконец пришла к нам! И что ты сделал? Он сжал кулак, собираясь ударить снова, но замер.— Ублюдок...Ты знал, что я к ней чувствую… — голос стал хриплым. — И все равно потащил ее к себе в кровать! Ран медленно поднялся, держась за бок, словно каждое движение отзывалось тупой, тянущей болью. Он выпрямился не сразу, сначала согнулся, тяжело выдохнул, затем заставил себя встать ровно. — А ты что сделал? — спокойно бросил он. — Смотрел и молчал. Я сделал то, на что у тебя не хватило смелости, усмехнулся он. Слова брата ударили больнее его кулаков. --- Блядство! --- Риндо резко отвернулся и пнул стоящий рядом мусорный бак. Металл грохнул, эхом разнесясь по парковке.--- Сукин ты сын! --- выпалил он, на что Ран только прикрыл глаза ухмыльнувшись, сквозь кровь. --- Чей сын? --- усмехнулся он со слов брата. Риндо прикрыл рукой глаза, тяжело вздыхая. Его гнев наконец начал отступать давая волю здравому смыслу. Риндо шагнул к машине Рана и тяжело опустился на капот. Металл глухо скрипнул под его весом. Он вытащил из кармана сигарету, на секунду задержал её между пальцами, костяшки были содраны, кожа лопнула, выступала свежая кровь. Щёлкнула зажигалка. Пламя на миг осветило его разбитое лицо резким оранжевым светом, подчеркнув тени под глазами и следы крови. Риндо глубоко затянулся, задержал дым в груди и только потом, не глядя, протянул помятую пачку сигарет Рану - коротким, усталым жестом, в котором было больше примирения, чем слов. В темноте мелькнул огонек зажигалки. — И что дальше? — глухо бросил Риндо.Лицо всё ещё ныло от ударов, в висках пульсировала тупая боль, а в теле стояла вязкая усталость, будто из него разом вытащили все силы. Он затянулся сигаретой и медленно выдохнул дым в ночной воздух, не поднимая взгляда. Ран опустился рядом с ним, тяжело, с приглушённым стуком металла под весом тела. Он устроился, широко расставив ноги, опёрся локтями о колени. Пиджак висел на нём рваным, перекошенным куском ткани, рубашка была пропитана кровью, потемневшими пятнами. Лицо оставалось разбитым и опухшим, весь в ссадинах, губы были рассечены. Он поднёс сигарету к губам, глубоко затянулся и шумно выдохнул, будто выпускал вместе с дымом остатки напряжения. Несколько секунд они просто сидели рядом, два уставших, побитых силуэта под светом фонарей, среди пустой парковки и далёкого гула города. — Ну… может Нао сделает завтрак, если не разучилась готовить, — лениво бросил Ран, не поворачивая головы. Риндо фыркнул, уголок губ дёрнулся вверх, и на лице впервые за вечер появилась кривая, усталая улыбка.

***

Такимичи потерянно сидел на холодных ступенях больницы, уставившись в асфальт так, словно надеялся провалиться сквозь него. Пальцы судорожно сжимали ткань штанов. — Сколько бы раз это ни происходило… — хрипло прошептал он, с трудом выдавливая слова, — боль всегда одинаковая… Шаги Наото прозвучали тихо, почти осторожно. Он сел рядом, но между ними будто пролегла пропасть. Его плечи дрожали, дыхание было рваным. Он всё ещё не мог принять реальность. Сестра, что еще пару часов назад была рядом с ним и улыбалась ему, сейчас лежит на холодном столе. Даже не она, а то, что от нее осталось. Обуглившая плоть, запах гари, крови, резины и расплавленного металла, который горько въелся в горло и не отпускал. Тошнота от воспоминаний этого запаха подступила мгновенно. Он резко вскочил и, пошатываясь, добежал до кустов. Его вырвало извергнув остатки чая, что он пил с Хиной еще недавно. Он согнулся пополам, сжимая рот ладонью, задыхаясь от боли, бессилия и ярости. Он зажал рот рукой, от боли и отчаяния. Вернувшись, он посмотрел на Такимичи красными, воспалёнными глазами.— Чем… — голос сорвался, — чем она это заслужила?.. Почему каждый раз… каждый раз её смерть такая жестокая?.. Почему именно она?! Такимичи медленно сжал кулаки. Его руки дрожали. В груди будто что-то ломалось, хрустело, разрывалось на куски. — Прошлое… — прошептал он, глядя куда-то в пустоту, --- Настоящее... Сколько еще мне нужно будет его исправить, что бы вернуть Хину. Вдруг он резко поднялся. Засохшие дорожки слёз остались на щеках, но в глазах вспыхнула отчаянная, почти безумная боль. Он шагнул к Наото и буквально рухнул ему на плечо, цепляясь за него, как утопающий. --- Я... не смогу выдержать это еще раз Наото. --- повиснув на его плече ответил Ханагаки, --- Я просто не могу видеть как она каждый раз такая. Лучше бы она меня ненавидела или вовсе не знала... Наото резко схватил его за ворот и встряхнул, заставляя посмотреть в глаза.— Моя сестра, — прошипел он, сдерживая рыдания, — любила тебя до самого конца! До последнего вздоха! И ты не имеешь права отказываться от этого! Ты не имеешь права сдаваться! Он толкнул его в грудь, не из злости, а из отчаяния. Такимичи пошатнулся, но устоял. Он сжал кулаки так сильно, что ногти впились в кожу. — Я не откажусь… — тихо, но твёрдо сказал он. — Я обязан выяснить, кто убивает её. Кто снова и снова превращает её смерть в пытку. Я больше не буду просто чинить последствия. Я доберусь до корня. Несколько секунд они молчали. Где-то вдалеке шумели машины, мигали огни города, где люди продолжали жить, будто ничего не произошло. — Нужно начать сначала… — наконец произнёс Такимичи, повернувшись к Наото. В его взгляде больше не было растерянности --- С самого начала и с самого первого убийства. Если и есть какая-то ниточка, хоть что-то, что приведет нас к убийце Хины, то нужно начать с нее. — Первая погибшая — Юмико Каноэ… — тихо сказал он. — Её дело закрыли из-за нехватки доказательств. В голосе Такимичи была слышна только решительность, --- Ты говорил, что у нее есть сестра. --- Нахмурился он, --- Надо узнать о ней, все, что есть. Всю ее жизнь, все что может быть связано с Хиной до этого момента. Наото уверенно кивнул. --- Тогда нам прямая дорога в архив. --- Он достал ключи от машины и она характерным звуком пискнула. Коридоры архивного отдела встретили их стерильным светом ламп и гулкой, давящей тишиной. Воздух был сухим, пропитанным запахом старой бумаги, пыли и металла. Здесь не было места жизни — только прошлое, аккуратно разложенное по папкам и ящикам. Такимичи шёл следом за Наото, сжимая ремень рюкзака так сильно, будто боялся потерять опору. Сердце билось неровно. Он надеялся найти хоть одну зацепку, но с каждой минутой ощущение тревоги только усиливалось. — Дело Каноэ Юмико… — тихо произнёс Наото у стойки регистрации. — Пропала двенадцать лет назад. Сотрудник архива устало кивнул, быстро набрал запрос и через несколько минут подкатил к ним тележку с коробками. Они устроились за дальним столом. Лампа над головой тускло мерцала, отбрасывая резкие тени на лица. Наото открыл первую папку. Бумага была пожелтевшей, края - потрёпаны. На обложке сухо и без эмоций стояло: «ДЕЛО ЗАКРЫТО». Он глубоко вдохнул и начал читать— Юмико Каноэ, пятнадцать лет. Родители — Джиро Каноэ и Кайо Каноэ. Погибли ранее. Причина смерти — множественные колотые раны. Версия следствия — бытовая ссора. --- Наото перелистнул страницу, намеренно не задерживаясь на фотографиях. --- Тело Каноэ было найдено во время сноса старых конструкций на стройке в Ногидзаки. Долгое время считалось пропавшей. Причина смерти: множественные колото-резанные ножевые ранения.Удары наносились с близкого расстояния, о чем свидетельствует их сила. Предполагаемое орудие травмы — кухонный нож, что можно заключить по форме и длине колотых ран. --- на фотографии были кости девушки, в частности - ребра. Они были в сильных зазубринах, большинство которых были на грудной клетке. Такимичи даже не стал на них смотреть, только отвернулся стараясь сдержать подступающую тошноту. --- Черт... Какой ужас... --- прошептал он стиснув зубы. В груди поднималась горячая, удушающая злость. Наото резко сжал папку.— И при этом дело закрыли, — зло бросил он и откатившись от стола, подъехал на стуле к компьютеру открывая один из файлов. --- Касаемо ее жизни... --- Открыв вкладку "СВЯЗАННЫЕ ЛИЦА", на экране высветились несколько фотографий. ---Что это? --- задумчиво спросил Такимичи на папки в компьютере. — Посмотрим окружение. --- Быстро двигая курсором мышки, на экране появились профили. — Связанные лица. Люди, с которыми Юмико контактировала перед исчезновением Такимичи резко наклонился ближе. — Стой. Вот эти имена… — он указал на экран. — Наоми и Масао Фуегучи, на них можно что-то найти? Наото быстро вбил фамилию в базу. Новости, отчёты, благотворительные фонды, политические упоминания заполнили экран. Он прокрутил ниже, туда, где система обычно прятала старые данные.— Нашёл, — тихо сказал он, ОткрыВ файл. — Родители Наоми и Масао Фуегучи убиты. Версия: бытовая ссора. На момент трагедии Масао было семнадцать, Наоми - девять. Зафиксированы случаи домашнего насилия со стороны отца. Дети провели месяц в приюте и затем сбежали. Наото открыл второе окно и поставил два дела рядом. Такимичи почувствовал, как складывается страшная картина. Наото нахмурился и открыл вкладку с делом Каноэ сопоставив их. На экране появилась отсканированная газетная статья. РОДИТЕЛИ: ИСАМУ И АЦУМИ ФУЕГУЧИ. ДАВНОСТЬ: 2002 ГОД. ПРИЧИНА СМЕРТИ: КОЛОТЫЕ РАНЫ. ВЕРСИЯ: БЫТОВАЯ ДРАКА РОДИТЕЛИ: ДЖИРО И КАЙО КАНОЭ ДАВНОСТЬ: 2004 ГОД ПРИЧИНА СМЕРТИ: КОЛОТЫЕ РАНЫ. ВЕРСИЯ: БЫТОВАЯ ДРАКА. Наото побледнел.— Это не совпадение… — хрипло произнёс он. — Угол ударов, глубина, характер повреждений — одинаковые. Почерк один и тот же. Он медленно поднял взгляд.— Этот человек убил обе семьи. Тишина накрыла их тяжёлым куполом, Наото сжал мышку в руке, — И каждый раз одно и то же оправдание… — хрипло сказал он. — «Бытовая драка». Самое удобное слово, чтобы закрыть рот мёртвым. Такимичи медленно поднялся. Его фигура напряглась, плечи выпрямились. --- Покажи, все что есть в базе данных по Масао. Открыв несколько файлов и вырезок из газет, он уступил место Такимичи. Ханагаки быстро вбил в поисковой строке базы данных полиции название старой группировки, что когда-то слышал в будущем. --- Черт... Старая группировка о которой говорил Дракен и Майки... — Его лицо подсвечивалось светом от экрана, стоя перед компьютером, Хаганаки усердно искал, хоть что-то чтобы доказало его предположение. Вспомнив один из событий прошлого, Такимичи нашел то, что искал. Он повернул экран наконец показывая экран Наото. — «Семь смертных грехов». Лидер - неизвестен. Личность официально не установлена. Лампы архива тускло замерцали. — В год исчезновения Юмико… — медленно произнёс он, — Масао ещё не был политиком. Он контролировал район Кабуки. Это объясняет странную активность группировки в тот период. Наото устало кивнул откинувшись на спинку кресла, шумно выдохнув. Он на секунду замолчал, глядя в потолок. — Масао Фуегучи сейчас губернатор Токио. Его имя юридически «чистое». --- Развел руками он, --- Мы не можем доказать ни его связь с группировкой, ни то, что он стоял за убийством собственной семьи и семьи Каноэ. Наото горько усмехнулся.— По факту… у нас нет ни одного прямого доказательства! Ханагаки нахмурился, глядя на фотографии в экране монитора, где были запечатлены брат и сестра пару дней назад. Красивые фигуры, плавная улыбка, дорогой костюм и платье. Всматриваясь в фотографию из вырезки газеты. Глаза быстро нашли за что зацепиться. Изображение было зернистым, но узор узнаваемым. --- "Преступление".... --- тихо прошептал он как его глаза расширились, а в сознании всплыла усталая фраза, "Ты не в машине? Вот же морока..." --- Этот... ублюдок! --- Такимичи пошатнулся и сжал кулаки сдерживался, чтобы не разбить монитор. --- Татуировка Ханмы.... Наото резко подался вперёд.— Ты уверен? Такимичи кивнул, не отрывая взгляда от экрана. — Татуировка кандзи "Преступление и наказание" на его руках --- глухо произнес Такимичи, --- Это точно он. В помещении снова повисла тяжёлая тишина и Такимичи медленно опустился на стул стиснув зубы. В голове мгновенно сложилась картина. Юмико. Наоми. Родители. «Бытовые драки». Стройка. Подпольный мир. И человек, который позже «очистился» и стал губернатором и... Кисаки. Такимичи сжал виски, стараясь удержать в голове обрывки воспоминаний из разных будущих. Разные обстоятельства. Разные способы. Разные люди рядом. Но все сводиться к Кисаки. Он резко сжал виски. Фрагменты будущего всплывали один за другим. Разные сцены. Разные способы. А исполнитель один. — Всё снова ведёт к нему… — тихо сказал Такимичи. — Кисаки всегда рядом с ключевыми фигурами. Всегда в центре схем. Голова Наото раскалывалась от стольких проблем, что навалились ему на плечи. Собранные ими данные только усугубляли их положение, собрав всех высокопоставленных людей. Губернатор. Бонтен. Каноэ. Кисаки и... Хина. Наото устало потер переносицу.— Если Масао — мост между преступным миром и властью… — он замолчал, подбирая слова, — и если допустить, что Кисаки стоит рядом с ним… Он резко поднял взгляд.— Тогда зачем им Хина? Какую роль она вообще играет в этой схеме? Наото раздражённо провёл рукой по волосам.— Чем дальше мы копаем, тем хуже становится. Вместо ответов появляются новые вопросы. Такимичи вдруг выпрямился.— Нет… — его глаза расширились. — Подожди. — Он быстро заговорил, будто боялся потерять мысль. --- В прошлом, Кисаки уже строил собственную группировку, на "Кровавый Хеллоуин", что если с Масао он сделал тоже самое? На Кровавом Хеллоуине он использовал чужие руки. И "Группировка без головы"... Наото напрягся.— Ты хочешь сказать… что их связь началась ещё до того, как Масао стал политиком? Такимичи кивнул. — Тогда становится понятно, почему «Семь смертных грехов» исчезли так же странно, как и появились. Почему Тосва позже переросла в Бонтен. И почему Майки… Такимичи вновь взглянул на папку со стройкой Ногидзаки, как на последний пазл. --- Каноэ... Ее смерть Юмико тоже не была случайной, — тихо сказал он. — Она могла стать точкой, которая сдвинула всё как домино, для Майки. Такимичи усмехнулся, но в улыбке было больше боли, чем юмора. — Чёрт… — прошептал он. — Тогда вопрос уже не в том, что произошло. Он медленно поднял глаза.— А в том… что именно нужно изменить.—Его губы дрогнули.— Если я спасу Юмико - изменится ли будущее? Если остановлю Масао - рухнет ли схема Кисаки? Или… чтобы Хина осталась жива, мне придётся сломать всё гораздо раньше? Такимичи сжал кулаки. Наото устало кивнул, проводя ладонью по лицу. — Значит… мы действительно подобрались слишком близко, — тихо сказал он. — Да. И это плохой знак. --- Ответил Наото, --- Когда начинают исчезать совпадения - начинают двигаться люди. — Он поднялся со стула. — Нам нужно уходить отсюда. Вернёмся ко мне, и ты сразу прыгнешь в прошлое. Тянуть больше нельзя. Такимичи чувствовал, как наваливается усталость. Архивная ночь выжала его досуха. Десятки фотографий. Имена. Даты. Смерти. Всё это давило на грудь, будто чужие руки тянули его вниз, требуя спасти то, что уже случилось.Он молча кивнул. Они собрали документы, аккуратно закрыли папки и направились к выходу. Коридор встретил их тем же стерильным светом. Слишком тихо. Слишком пусто. Такимичи почувствовал это раньше, чем понял, от чего холодок пробежал по спине. — Наото… — тихо окликнул он. Тот обернулся. — Замри. --- Ответил Наото, доставая из кобуру пушку. Где-то далеко послышались медленные шаги. Такимичи резко оглянулся. Конец коридора тонул в полумраке. Камеры под потолком продолжали равнодушно мигать красными огоньками, но ощущение было таким, будто за ними следят. Наото ускорил шаг и потянулся к двери аварийного выхода. — Быстрее. Он нажал на ручку, дверь распахнулась и в ту же секунду Наото исчез из поля зрения. — Наото?! Такимичи рванул вперёд, но всё произошло слишком быстро. Сильный удар в грудь выбил воздух из лёгких. Его отшвырнуло назад, спина врезалась в стену. Кто-то схватил его за воротник, резко развернул и прижал к полу.В глаза ударил свет фонаря. — Лучше бы ты помер в машине, Ханагаки — холодно произнёс незнакомый голос. Такимичи попытался подняться, но тяжесть навалилась сверху. Рука сжала его запястье, вторая, резко ударила по затылку. От чего мир взорвался белыми искрами.

***

Искры взлетели от зажигалки поджигая сигарету. Стоя на балконе прохладный весенний ветер обдувал ссадины что ныли. Ран устало стоял на балконе рассматривая город, что проснулся вместе с ним. Усталый вид, синяки на теле, один синяк на скуле множество ссадин, разбитые в кровь костяшки и стесаная кожа на позвоночнике когда его сбил с ног Риндо. Стоя в одних спортивках на балконе он глубоко затянулся, зачесывая торчащие во все стороны волосы. В зале послышался шум, что отвлек его от изучающего вида Токио. Выкину сигарету он устало вздохнул и скривил губы от боли. Пройдя мимо комнаты, он взглянул на брата, что все еще спал, такой же побитый. Зайдя в зал он замер от удивления. Усталость как рукой сняло, когда он увидел Наоми, что стояла в его одежде. В его рубашке, что была слишком длинной для неё, спадающей с плеча, открывая линию ключиц. В его спортивных штанах, перехваченных на талии, и в его носках, из-за чего она казалась ещё более хрупкой и… неуместно домашней в его холодной квартире. Ткань мягко облегала её фигуру, а свободный ворот рубашки при каждом движении чуть смещался, дразня взгляд. В груди Рана неприятно сладко сжалось. Он медленно провёл языком по губе и ухмыльнулся. Осознание того, что на ней ничего, кроме его вещей, ударило в голову сильнее любого удара Риндо. В теле поднялась тёплая, тягучая волна возбуждения, которую он даже не пытался скрыть. Он подошёл бесшумно. Наоми с чем-то увлеченно старалась разобраться, подойдя ближе ему стало понятно - панкейки. Какие -то у нее подгорели и она этому была раздраженна судя по ее хмурому лицу в отражении шкафов. Несколько уже подгорели, и она раздражённо сжала лопатку, будто собиралась наказать несчастное тесто. Ран наклонился над ней, опираясь рукой о столешницу, загоняя её в узкое пространство между собой и плитой. — Вот это утро… — протянул он лениво, с насмешливой хрипотцой ей на ухо. — Я просыпаюсь избитый, а меня встречают в моей же одежде и с завтраком. Ты точно ничего не перепутала, Нао? --- И как приятно видеть, что кухню используют по назначению. ---- Протянул он не скрывая своей удовлетворенности от ее вида. Наоми вздрогнула, но не отступила, только плечи напряглись. Она обернулась и тут же наткнулась взглядом на его грудь, на синяки, царапины, на тёмные следы под глазами. Она явно старалась делать вид, что остается равнодушной к его уловкам, но кончики ее ушей покраснели. --- Еще не готово. --- ответила она, наконец повернувшись. Настроение Рана становилось все лучше и лучше, наконец увидев как ее хмурое выражение лица, приобретало волнительно-переживающий, глядя на него. — Жаль, — протянул он издевательски. — А я уже подумал, что ты решила меня побаловать. Он медленно выпрямился, намеренно позволяя ей рассмотреть его побитое тело. На торсе красовались кровоподтеки, синяки и ссадины с прошлой ночи, после драки с братом. Свет из окна скользил по рельефу, подчёркивая неровности дыхания и лёгкую дрожь усталости. Волосы торчали в беспорядке, растрёпанные, спутанные, с выбившимися прядями, которые падали на лоб. Наоми тут же опустила взгляд, но щеки предательски покраснели. Видеть такого Рана утром она была совсем не готова. Тело предательски поддавалось его красноречию. — Что… — она запнулась, сжав край рубашки пальцами. — Если есть аптечка… я могу обработать раны. Он наклонил голову, изучая её, словно оценивая ее ответ. — Заботливая... — тихо рассмеялся он. — В моей одежде, на моей кухне и с таким лицом… Ты вообще понимаешь, как это выглядит? — Или ты специально меня дразнишь? — В его голосе звучала усталость, смешанная с опасным весельем. Наоми опустила глаза и нахмурилась, думая, что он приблизиться к ней еще ближе, но он только отпрянул от нее и развернувшись направился к кофемашине. Ран сделал глоток кофе и лениво облизнул губы, бросив на неё быстрый взгляд поверх чашки. В его глазах блеснула удовлетворенность от наступившего утра. В квартире стоял запах блинчиков и масла, чего для этой кухни было в новинку. Наоми старательно игнорировала его, но в душе мечтала отыграться. Хотя игра с Раном закончилось бы для нее заранее проигрышем. Сложив блинчики на одну тарелку, Нао открыла холодильник. Полки были забиты до отказа: свежие ягоды, сливки, яйца, фрукты, мясо, овощи, аккуратно расставленные контейнеры, бутылки воды и соков, словно их закупили к ее приходу. От этого Наоми брала злость, словно он все продумал наперед, заранее. — Не знала, что ты так любишь готовить.— Фраза прозвучала ровно, но в ней сквозила злость. Уголок его губ медленно приподнялся, а взгляд стал ленивым и довольным, словно он только что получил именно ту реакцию, на которую рассчитывал. Он сделал шаг вперёд, сокращая расстояние между ними, достаточно близко, чтобы она ощутила его тепло и запах кофе, смешанный с сигаретным дымом. — Этого недостаточно? — протянул он тихо, с насмешкой, растягивая слова. Он чуть наклонил голову, разглядывая её лицо, явно наслаждаясь тем, как она злится. — Или тебе нужно, чтобы я ещё и фартук надел? Наоми сжала челюсть, хмурясь на него. — Ты невыносим. Щёлкнула дверь. Ран мгновенно напрягся и недовольно закатил глаза, шумно выдыхая через нос. — Вот же мелкий… — процедил он сквозь зубы, даже не оборачиваясь, словно заранее знал, кто именно сейчас появится. Шаги были ленивыми, шаркающими. Риндо вышел из спальни, зевая, с растрёпанными волосами и таким же побитым лицом, как у брата. Он почесал затылок и, прищурившись, оглядел кухню. Вид у него был не лучше. Под глазом наливался тёмный синяк, губа рассечена, волосы торчали в разные стороны, словно он только что встал с поля боя, а не из спальни. Он прошёл в зал, потирая шею и морщась. Под глазом расплывался тёмный синяк, губа рассечена, плечи напряжены, а походка слегка перекошенная, будто каждое движение отзывалось болью. Он остановился на пороге зала, прищурился от яркого света кухни и лениво провёл ладонью по лицу. — Утро… — пробормотал он хрипло, окидывая взглядом кухню. Его глаза быстро зацепились за Наоми у плиты… потом медленно скользнули к Рану, задержавшись на его разбитых костяшках и обнажённом торсе. Уголок его губ дёрнулся. — Ну и вид у тебя, — усмехнулся он сонно. — Судя по твоему лицу… ночь у тебя была насыщеннее, чем у меня. Ран повернул голову, бросив на брата тяжёлый, раздражённо-усталый взгляд. — В отличие от тебя, я хотя бы держался на ногах. — Конечно, — протянул Риндо, опираясь бедром о столешницу. — Особенно когда свалился от моего удара. Очень «стойко». Ран усмехнулся оперевшись плечом о край кухни. --- Забыл как пускал слюни на полу в моем кабинете? Риндо уже открыл рот, будто хотел бросить брату ещё одну колкость, но его взгляд вдруг зацепился за стол.Запах тёплого теста и сладкого сиропа ударил в нос слишком резко, слишком по-домашнему от чего он сглотнул. Не сказав ни слова, он выдвинул стул и резко сел, будто боялся передумать. Рука потянулась к тарелке автоматически. Он набросился на блинчики без церемоний, отрывая куски вилкой, быстро закидывая в рот, почти не жуя. Тёплая, домашняя еда обожгла язык, но он даже не поморщился. Он ел жадно и быстро. Как человек, который давно забыл, что такое нормальный завтрак, а не холодная лапша из контейнера или сигарета вместо еды. Сироп капнул на край тарелки, он машинально стер его пальцем и тут же облизнул, не задумываясь. — …чёрт, — глухо выдохнул он с набитым ртом. — Горячее. Скрестив руки на груди, Ран наблюдал со стороны, как Риндо довольно уплетает пышные блинчики, как Наоми, тихо двигаясь по кухне, засыпает чай в заварник, заливает кипяток, аккуратно расставляет чашки. Ран шумно выдохнул и провёл ладонью по лицу. — Ты ведёшь себя, будто тебя месяц не кормили, — бросил он хрипло. Риндо даже не посмотрел на него. — А по ощущениям так и есть, — пробормотал он, снова отправляя в рот кусок блина. Наоми поставила три чашку со свежим заваренным чаем. Она выдвинула стул и села рядом с Риндо. Её плечи наконец расслабились. Внутреннее напряжение, злость на Рана, упрёки, всё это будто осело где-то глубже, уступая месту странному спокойствию. Она перевела взгляд на Рана, словно задавая ему немой вопрос почему он все еще стоит. Ран перевёл взгляд на неё и его пальцы едва заметно сжались. Он цокнул языком и отвёл взгляд в сторону, но через секунду снова посмотрел на стол - на пар от чая, на тарелки, на неё, что так привычно сидела за его столом. И, оттолкнувшись от столешницы, выдвинув стул, сел напротив, опираясь локтями о стол и взяв чашку с чаем, сделал глоток. Тёплый фарфор приятно грел ладони. Запах чая, звук тихого звона посуды, ритмичное жевание Риндо, всё это внезапно ударило по памяти Наоми, поддаваясь ностальгии. От чего она неожиданно для самой себя усмехнулась, тихо и почти невесомо, улыбнулась держа чашку чая перед собой. Этот жест был настолько неуместным в их реальности, что оба Хайтани одновременно подняли на неё взгляд. Риндо замер с блинчиком в руке, а Ран медленно перевёл на неё удивленный взгляд. Наоми подняла взгляд от чашки, всё ещё держа её у губ. — Никогда бы не подумала… — сказала она тихо, с лёгкой иронией, — что быть вашей заложницей… так приятно. Повисла недолгая пауза. Риндо хмыкнул, криво усмехнувшись, продолжая жевать. — Странные у тебя стандарты комфорта, — пробормотал он с набитым ртом. Наоми тихо усмехнулась на фразу Риндо, опуская взгляд обратно в чашку. Пар от чая щекотал лицо, согревал щёки. Она обхватила фарфор двумя руками, словно боялась, что это утро рассыплется, стоит только отпустить. Ей вдруг представилось: светлое утро, окна галереи настежь, запах краски и старых рам, спокойные посетители, мягкие шаги по паркету. Она в простом платье, больше нет этих вычурных платьев и вечеров с натянутыми улыбками. После работы, обычный ужин. А по выходным… такие же завтраки. Губы снова тронула тень мечтательной, наивной улыбки. — Я часто вспоминала тот год. Тот, что провела с вами. — её голос стал мягким, почти уязвимым. — Кажется тогда, я чувствовала себя счастливой. Слова прозвучали тише, чем она ожидала. Почти неуверенно. Но достаточно отчётливо, чтобы оба услышали. Риндо медленно отвёл взгляд, сжав губы. Он хмыкнул, но уже без насмешки — Ты ненормальная… — пробормотал он. — Называть такое «лучшим». --- Вполне возможно! --- Улыбнулась она, закидывая в рот кусок блинчика. Ран сидел молча, глядя в тарелку с завтраком. Наконец, отрезав один кусок он положил его в рот. В момент он понял, что имел ввиду Наоми говоря о "счастье". Покончив с завтраком, Риндо по старой привычке развалился на диване, закинув руку на спинку и лениво уставившись в потолок. Он выглядел расслабленным, но напряжение в плечах выдавало усталость. Наоми тем временем методично загружала посудомоечную машину, аккуратно расставляя тарелки. Каждый тихий щелчок дверцы отдавался в голове странным спокойствием. Эти бытовые мелочи почему-то грели сильнее, чем любые слова — они напоминали о доме, которого у нее не было уже двенадцать лет. — Касаемо информации… — она нерешительно подала голос, вытирая руки полотенцем и оборачиваясь через плечо. — Масао пока не знает, что я у вас. Значит, у нас есть время проверить места, что я отметила, без лишнего шума. Ран, стоявший у окна, медленно повернул голову. Его взгляд скользнул по ней лениво, но цепко. — Подробнее… — протянул он. Наоми сделала шаг ближе к столу, опираясь на край ладонями. — Масао купил несколько контейнеров в Иокогаме. Среди них — рефрижераторные. Они оснащены холодильными установками. Большая часть счетов об этом,  лежит в багажнике моей машины. Ран нахмурился, уже листая карту на телефоне. Большой палец скользнул по экрану. — Такие обычно используют для перевозки наркотиков. — Я тоже об этом подумала, — тихо кивнула она. — Но не смогла узнать, что именно они перевозят. Зато об этом точно должен знать Кисаки. Один из разговоров брата касался перевозок именно с ним. Риндо шумно выдохнул и сел ровнее, упершись локтями в колени. — Значит, этот ублюдок все это время работал у нас за спиной. Наоми отвела взгляд, поджав губы. Это чувство — стыд и горечь — тянулось за ней с самого детства. — Он скоро начнет искать меня… И это принесет вам еще больше проблем. Ран усмехнулся и оттолкнулся от стола, выпрямляясь во весь рост. — Не думаю, — бросил он, кинув на нее лукавый взгляд. — Где твой телефон? — Остался в музее… вместе с сумкой. Я взяла только ключи от машины. А машина… — У нашего клуба, — перебил он, уже направляясь в комнату. — Оставайся здесь. И даже не думай выходить. В его голосе мелькнула странная, почти ностальгическая жесткость. Наоми резко нахмурилась и скрестила руки на груди. — Нет. Я не буду сидеть и ждать! Я работала с документами его компаний. Я знаю, какие фонды подставные и через что он отмывает деньги. Риндо поднялся с дивана, поправляя пиджак. — Звучит убедительно. Ран остановился у двери, медленно оборачиваясь. Ран стоял молча, глядя на монолог Наоми апатичным взглядом. --- Все это можно рассказать и по телефону. Ты согласилась на мои условия и я принял твою сделку, ты не можешь со мной спорить.  Наоми шагнула вперед, сжав кулаки. —  Ты первым их нарушаешь. В счетах, что лежат в багажнике моей машины  могу разобраться только я. Дела брата затрагивают и Бонтен, уверена Манджиро было бы полезно знать, что кто-то работает на моего брата. --- нахмурилась она.  --- Я согласен с ней. --- Ответил Риндо выходя из комнаты уже в привычном своем костюме, затягивая галстук. --- Но если доставишь неприятности, я снова суну тебя в багажник.  Наоми бросила на него ошарашенный взгляд.— Очень смешно… Ран медленно, демонстративно оглядел её с головы до ног. Его взгляд скользнул по свободной футболке и по его же спортивным штанам, которые сидели на ней чуть низко на талии и собирались мягкими складками у щиколоток. Он прищурился, задержав взгляд дольше, чем следовало, и слегка наклонил голову, оценивая картину. — В этом пойдёшь? — протянул он лениво, с согласием на ее желание пойти с ними.  Наоми раздражённо выдохнула, резко развернулась на пятках и почти влетела в комнату, хлопнув дверью чуть громче, чем следовало. Прошло всего несколько минут, когда она вышла обратно. Чёрное атласное платье подчёркивало фигуру, а поверх был накинут пиджак Рана  из его гардероба, что был слишком длинным для неё, тяжёлым, с его запахом парфюма и табака. Рукава почти скрывали ладони, а подол пиджака был длиннее самого платья. —Хах... --- тихо усмехнулся он, отводя взгляд в сторону и проводя рукой по шее, что она словно дразнит его, что надевая его вещи.  — Время идет, а твои паршивые привычки таскать одежду не меняются — Хмыкнул Ран, на что Наоми лишь фыркнула, поправляя лацкан пиджака. В коридоре Наоми снова влезла в неудобные туфли. Она поморщилась, потерев пятку, затем выпрямилась, стараясь выглядеть уверенно, несмотря на дискомфорт от еще не заживших мозолей, со вчерашней ходьбы на них.  Риндо, стоявший у стены и лениво листавший телефон, поднял взгляд, заметив пиджак. Он скептически прищурился и цокнул языком. — У тебя вкуса нет, Ран. Ран даже не повернул головы.— Зато у неё есть, — бросил он спокойно, застёгивая манжету рубашки. На улице их встретил прохладный весенний ветер. Он ударил в лицо свежестью и запахом мокрого асфальта. Наоми невольно поёжилась, крепче прижимая полы пиджака к груди, и ускорила шаг к машине. Машина плавно вырулила на дорогу. Утренний город ещё не проснулся до конца — редкие прохожие, пустые перекрёстки, блеклый солнечный свет скользил по лобовому стеклу. В салоне повисла тишина. Ран вёл одной рукой, лениво держа руль, второй время от времени переключал передачи. Его движения были спокойными, уверенными, будто всё происходящее — обычная рутина. Он бросил короткий взгляд в зеркало заднего вида. Наоми сидела на заднем сиденье, выпрямившись, сжав пальцы на краю пиджака. Она смотрела в окно, но отражение Рана всё равно ловило её взгляд. Каждый раз, когда их глаза встречались в зеркале, она тут же отворачивалась. Машина свернула на знакомую улицу. Через пару минут впереди показалась вывеска клуба «Silence». Даже днём здание выглядело мрачным — тёмный фасад, затемнённые окна, массивные двери. Ран притормозил и остановился у служебного входа. — Выходи, — коротко сказал он, глуша двигатель. Наоми первой открыла дверь. Холодный воздух снова ударил в лицо. Она плотнее закуталась в пиджак и направилась к своей машине, припаркованной сбоку. Риндо остановился у машины, окинул её быстрым взглядом и усмехнулся, повернувшись к Наоми. — Только не говори, что забыла ключи. Наоми медленно подняла бровь. В её глазах мелькнула насмешка. Она остановилась у задней части машины и на секунду задержала дыхание.  Достала ключи из кармана пиджака, сжала их в ладони и большим пальцем уверенно нажала на кнопку. Раздался короткий электронный щелчок. Машина мягко моргнула фарами, будто отвечая ей, и багажник с тихим гудением начал подниматься. Внутри, аккуратно придвинутая к спинке сидений, стояла плотная картонная коробка. Края были слегка потёрты, но она выглядела тяжёлой Она наклонилась, упираясь ладонью в край багажника, и с усилием потянула его на себя. — Тяжёлый, — выдохнула она. Ран подошёл ближе и молча перехватил коробку одной рукой, легко вытащив её из багажника. Он взглянул на неё сверху вниз.— Всё здесь? Наоми кивнула.— Основные счета, контракты, переводы. Если что-то и всплывёт это будет в этих бумагах. Риндо присвистнул. — Ну что ж… Добро пожаловать обратно в рабочую атмосферу.  Рядом, сбоку, лежала пара лоферов тёмных, без каблука, явно приготовленных заранее. Наоми наклонилась, быстро скинув туфли. Она поставила их в сторону и, не теряя времени, надела удобную обувь. Лоферы мягко сели на стопу. Она выпрямилась, несколько раз переступила с ноги на ногу, проверяя устойчивость, и заметно расслабила плечи. — Вот так гораздо лучше, — пробормотала она себе под нос. Ран молча наблюдал за этим, скрестив руки на груди, а Риндо усмехнулся — Никогда не понимал как вы на них ходите.  Наоми захлопнула багажник лёгким движением ладони и повернулась к зданию клуба. Сделав первый шаг, она замедлилась. Её взгляд нервно пробежался по фасаду, по тёмным окнам, по пустому утреннему двору. Она невольно сжала пальцы в кулак. Риндо заметил это и лениво бросил, проходя рядом— Расслабься. Это самое безопасное место в городе. Она скептически усмехнулась, но всё же двинулась вперёд. Двери «Silence» тяжело распахнулись, впуская их внутрь. Внутри было полутемно и непривычно тихо. Утренний свет пробивался сквозь затемнённые окна, полосами ложась на пол. Воздух всё ещё хранил ночные запахи — алкоголь, дым, дорогие духи и холодный металл. За стойкой администратора стояла девушка. Увидев Рана, она сразу выпрямилась, поправила волосы и наклонилась чуть вперёд, демонстративно задерживая на нём взгляд. Её губы тронула медленная, соблазнительная улыбка. — Доброе утро, Господин Ран и Риндо Хайтани.  Он прошёл мимо, даже не повернув головы. Ни взгляда. Ни жеста. Лишь бросил на ходу, сухо и привычно — Сделай кофе. Крепкий. Девушка на секунду растерялась, затем поспешно кивнула: — С-сейчас. Они двинулись дальше, вглубь клуба. Проходя мимо стойки, Наоми невольно обернулась. Администратор смотрела уже не на Рана. Её взгляд был холодным и презрительным. Скользящий, оценивающий. Будто Наоми была лишней деталью в этой картине. Наоми отвернулась так же быстро, выпрямив спину и ускорив шаг. Её взгляд невольно зацепился за спину Рана. Широкие плечи, уверенная походка, расслабленная осанка человека, который привык, что ему открывают двери и уступают дорогу.  Мысль пришла сама собой, без злости и без удивления. Она, наверное, с ним спала. И в этом не было ничего странного. Ран был красивым. Опасно красивым. Тем самым типом мужчин, к которым тянутся сами, не спрашивая разрешения и не задумываясь о последствиях. Как тянулась и она?  У такого, как он, всегда будет много женщин, — спокойно признала она про себя. Наоми тихо выдохнула и отвела взгляд, принимая это как факт, а не как повод для боли. Это была его жизнь в которой ее давно уже не было. Она поправила пиджак на плечах и ускорила шаг, больше не задерживая взгляд на его спине. (Советую: Drum go dum - KDA ) Коридор ко второму этажу встретил их приглушённым светом. Ран уверенно толкнул дверь кабинета и первым вошёл внутрь. Комната встретила их знакомым запахом сигар и дорогого алкоголя. Воздух был густым, тяжёлым, пропитанным властью и старыми решениями. Ран подошёл к столу и с глухим стуком поставил коробку с документами на поверхность. Он вытащил сигарету, медленно поднёс её к губам и щёлкнул зажигалкой. Огонь от зажигалки на секунду осветил его лицо. Глубокая затяжка. Дым лениво поднялся вверх.Ран опёрся о край стола, бросив взгляд на Наоми сквозь дым. — Ну чтож… — произнёс он спокойно. — Начнём. Наоми резко придвинула коробку ближе к себе и  сорвала скотч с крышки, позволив ей с глухим шорохом откинуться назад. Она наклонилась над коробкой и начала доставать документы, не глядя внутрь дольше необходимого,  зная, где что лежит. Плотные папки одна за другой ложились на стол, конверты скользили по поверхности, распечатки с сухим шорохом разворачивались и расправлялись под её ладонями.  Наоми перебегала глазами по строкам, цифрам и заголовкам, задерживаясь лишь на ключевых местах, прежде чем откладывать листы в разные стороны, выстраивая перед ними рабочую схему. — Йокогама, — произнесла она уверенно, вытащив первую папку и резко раскрыв её. — Контейнерные перевозки, рефрижераторы, три порта, и одна логистическая прокладка. Наоми быстро перебегала глазами по разложенным листам, иногда сдвигая документы, накладывая одни поверх других, выстраивая перед ними живую карту схемы. Она вытащила несколько страниц и разложила их полукругом, указывая на заголовки. — Основные офшорные счета зарегистрированы на Британских Виргинских островах, — произнесла она ровно, не поднимая головы. — Там хранятся крупные суммы, оформленные на компании-пустышки без реальной деятельности. Она перелистнула следующую папку и подтянула её ближе к Риндо. — Дальше деньги уходят через Панаму. Вот эти фирмы используются как транзитные. Формально - логистика и инвестиции, по факту - прокладка, чтобы разорвать прямую связь между источником и конечным хранилищем. Её пальцы скользнули по таблице переводов, затем она достала ещё один комплект документов и положила рядом. — А конечная точка — Каймановы острова и Сейшелы. Здесь оформлены фонды, через которые он накапливал капитал. Эти счета самые «чистые» на бумаге и самые грязные по происхождению. Наоми на секунду остановилась, выпрямилась и посмотрела на Рана. — Я собирала это постепенно, проверяя каждую деталь и складывая в коробку именно в таком порядке, чтобы можно было быстро восстановить всю схему. Здесь нет лишнего, только то, что действительно имеет значение. Она подняла взгляд на Рана и Риндо, спокойный, твёрдый, без сомнений. — Это создаёт лабиринт переводов, который сложно отследить… — вновь указала она на схему — Эти структуры позволяют ему исчезнуть за пару дней, если что-то пойдёт не по плану. В кабинете повисла плотная, напряжённая тишина, нарушаемая только тихим шелестом бумаги и едва слышным треском догорающей сигареты. Ран стоял у стола, опираясь на край ладонью, и молча смотрел на разложенные документы. Его взгляд медленно скользил по цифрам, схемам и названиям офшорных компаний, но внимание всё чаще возвращалось не к бумагам, а к Наоми. Он перевёл взгляд на Наоми. Вечно неловкая, осторожная, будто старающаяся занимать как можно меньше пространства… и та же самая Наоми, которая только что спокойно вскрыла сложнейшую финансовую схему, будто это было частью её повседневной рутины. Это не укладывалось в голове. Риндо первым нарушил тишину. Он тихо усмехнулся, но в этот раз без насмешки, в его голосе появилась уважительная хрипотца. — Ты либо очень хорошо притворялась все эти годы… Он подошёл ближе к столу, взял один из листов, внимательно пробежался глазами по цифрам и маршрутам, затем медленно положил обратно. — либо была опаснее, чем я думал. Это золотая жила. Ран усмехнулся краем губ, все еще смотря на бумаги, что она только что вывалила на его стол. — Я недооценил тебя. В его тоне это звучало не как извинение, а скорее как признание. И мысли, что откажись он от сделки с ней вчера, вся это информация могла попасть отнюдь не им. Наоми медленно опустила взгляд на разложенные по столу документы. Белые листы с цифрами, печатями и подписями расплывались перед глазами, но она всё равно продолжала смотреть на них, словно именно в этих строках была зафиксирована вся её боль. Она провела пальцами по краю одного из листов, задержав руку, будто боялась отпустить. — У меня не было выбора… — тихо сказала она. Голос звучал глухо, сдержанно, будто каждое слово приходилось выталкивать наружу. — Я не смогу простить ему убийство моей сестры. Пальцы сжались сильнее, лист бумаги едва заметно смялся под её рукой. Тишину первым нарушил Риндо. Он оттолкнулся от стены, медленно подошёл к столу и провёл пальцами по краю одной из папок, словно мысленно выстраивая цепочку событий. — Значит… — протянул он спокойно, но в голосе появилась деловая холодность. — Теперь у нас есть вся информация  Он поднял взгляд на Наоми, затем перевёл его на Рана. — Этого достаточно, чтобы наконец прихлопнуть Масао. А заодно потянуть за нитку и вытащить Кисаки на свет с его двойными схемами против Бонтена. В воздухе повисло тяжёлое ощущение надвигающейся бури. Ран медленно затянулся сигаретой, выдыхая дым в сторону окна. Его лицо оставалось спокойным, но глаза потемнели. — Нет, — сказал он негромко на что Риндо повернул голову. Ран медленно стряхнул пепел в пепельницу и только после этого заговорил снова — Мы не можем действовать открыто. Ран медленно усмехнулся, постукивая пальцами по краю стола, он поднял взгляд, тяжёлый и прямой. — Если мы выйдем в открытую сейчас, не выяснив, кто в Бонтене сливает данные, — мы нажмём на курок… и выстрелим холостыми.  Риндо первым нарушил паузу. Он выпрямился, опираясь ладонями о стол, и быстро пробежался взглядом по документам. — Тогда начнём с простого, — сказал он спокойно. — Отправим наших людей в Иокогаму. Пусть вскроют один из рефрижераторных контейнеров. Он прищурился. — Нам нужен физический товар. Фото. Видео. Подтверждение. Если там наркотики или оружие — это станет первым гвоздём в крышку гроба Масао. Ран медленно кивнул, принимая мысль и переведя  взгляд на Наоми. — Теперь ты, — произнёс он без лишних слов. — Ты сможешь перекрыть его основные счета? Он сделал паузу, наблюдая за её реакцией. — Я говорю не о мелочах, а о его ключевых потоках. Тех, через которые идёт основная отмывка. Наоми на секунду задумалась, сжимая пальцы, затем медленно кивнула. —Технически… это возможно, — ответила она уверенно, но без самоуверенности. — У меня есть резервные ключи и цепочки подтверждений. Она подняла взгляд. — Но я не могу обещать, что всё пройдёт чисто... зная брата, он мог уже догадаться, что я с вами и сменить все Ран усмехнулся краем губ. — Мне будет достаточно попытки.  Он откинулся назад, задумчиво проведя пальцами по подбородку, как вдруг его взгляд стал острее. — Есть ещё один момент. Риндо посмотрел на него вопросительно. — Коко. Имя повисло в воздухе, как триггер. Власть у Хаджиме была внушительной.  — Он ведёт все финансы Бонтена, — продолжил Ран. — Если мы собираемся вскрывать чужие схемы и зачищать предателей, он должен быть в курсе. Риндо ухмыльнулся. — Отлично. Люблю утренние визиты с плохими новостями. Наоми медленно опустила взгляд, сжимая пальцами края рукавов пиджака Рана, словно цепляясь за ткань, чтобы удержать себя на месте. До последнего момента она не верила, что всё это происходит на самом деле. Что такая… ничтожная как она, сможет встать по одну сторону баррикад. И предать брата. Эта мысль болезненно сжала грудь.Он был монстром и она прекрасно знала это, но мысль, что так произошло по ее вине больно сдавливала грудь. И всё равно внутри что-то сопротивлялось. Детская привязанность, страх и годы зависимости, всё смешалось в  один тугой узел.