Зарисовки Food Fantasy

С очередной битвы они возвращались практически не переговариваясь. Даже Пряник была мрачнее тучи, задевая землю щитом, а остальные участники их небольшого отряда не вступали в полемики. Стейка это даже в какой-то мере радовало, потому что сил спорить практически не осталось. Хотелось просто доползти до кровати и упасть в беспамятство, желательно до самого обеда. Даже не хотелось обрабатывать ссадины, одна из которых напоминала о себе, стоило неосторожно нахмуриться: рассечённая бровь начинала неприятно кровить. Мечник кинул взгляд на Вино, который плелся в самом хвосте их процессии, рассматривая землю под ногами. Стейк фыркнул, припоминая, как товарищ возмущался и отказался идти рядом, ссылаясь на невероятное «благоухание» от рогатого. А чем сейчас сам лучше? Тоже с носков лакированных туфель до взлохмоченной макушки весь в какой-то грязи, крови Падших и пыли. Так что они друг друга стоят. Домишко, в котором они остановились, встретил их тёмными окнами и тишиной. Скорый отдых придал сил всей команде, они оживились, прибавляя шаг. Оружие с грохотом упало на деревянный пол — Наконец-то с этим всём покончено! — защитник довольно потянулся, чувствуя как от усталости гудят мышцы. После хорошей работы можно хорошо отдохнуть. — Только попробуй завалиться спать не обработав раны! — молчаливая до этого девушка подала голос, прекрасно зная попутчиков. Стейк смутился, но предпочёл сделать вид, что ничего подобного он и не думал, а вообще, хотел пойти умыться… Мог бы успеть, если бы Вино молча не у шмыгнул первее в ванную, оповещая об этом только звуком закрывающегося замка. Красновласый лишь глянул на раздраженную Пряника, потом плюхаясь на стул. Всё равно, пока ушастый не намоется с ног до головы, не вылезет, хоть что делай. — Идиоты, — обречённо дала оценку происходящему Пряня, идя за тканью и смотря, где можно её намочить, — Держи, я сейчас принесу лекарства. Долго возня вокруг Стейка не продолжилась, а так же он помог девушке, так что оба местами были в бинтах (в которых, впрочем, мечник особо смысла не видел), и его отпустили на отдых. Защитник устало выдохнул, отмечая, что в этот раз Вино слишком долго копается. Неужели, заснул в теплой воде? Назревающее беспокойство было быстро отменено в сторону: не маленький, сам справится, еще нянькой Стейк не был. Так что было принято решение идти спать и не откладывать столь важное занятие еще дольше. Ночью Стейк привычно проснулся, вглядываясь в потолок и слушая редкие неизвестные шорохи. Не то чтобы у него была бессонница, скорее привычка проверять, всё ли в порядке. Человека может защитить Дух Еды. В обратную сторону работает редко, нужно брать всё в свои руки. Рогатый бы соврал, если бы сказал, что молчаливые ночные прогулки его затрудняют или неприятны. Скорее, он чувствовал что попал в другой мир, отличный от того, который является под лучами солнца. Просыпались даже другие птицы, выводя разноголосые трели. Так что была какая-то необъяснимая прелесть во всём этом. На улице ничего странного замечено не было, как и внутри здания. В последнюю очередь Стейк заглянул на тёмную кухню и замер, пытаясь благодаря свету из окна понять, что за фигура была за столом. Красновласый подошел ближе, наклоняясь к чужому лицу, недовольно хмурясь, не особо понимая, почему он должен таким заниматься. В следующее мгновение он перехватил резко дернувшуюся руку, потом заваливая оппонента на пол быстрее, чем успел подумать. С пола раздались знакомые ругательства сквозь зубы, а Стейк фыркнув опустил кулаки и расслабился. — Какого черта ты творишь?! — остроухий неуклюже сел, приглушенно высказывая кипящее негодование. Стул, на котором ранее сидел, был дерганным движением отодвинут в сторону. — У меня к тебе такой же вопрос, — признавать какую либо вину не хотелось, так что некоторые время они лишь смотрела друг на друга, под необычно громкое дыхание. Наконец фехтовальщик поднялся, ухватившись за край стола, издав какой-то непонятный шипящий звук. Вероятно, то было невнятным проклятием. — Сидишь тут в темноте, как сыч. В следующий раз, когда приму за грабителя, не жалуйся, — не выдержав молчания нарочно пренебрежительно предупредил Стейк, наблюдая, как собеседник медленно перешел к окну. В небрежно накинутом на плечи камзоле тот смотрелся по-домашнему что ли… — Не твое дело, — совсем тихо огрызнулся Дух у окна. Только сейчас Стейк понял, что что-то явно не так: драка не началась, движения собеседника не так уверены, как обычно, да и голос, словно немного спотыкается, не такой, как обычно. По-хорошему, в такой ситуации нужно высказать вопрос и некое беспокойство, но явно не об нахальном мечнике. Рогатый фыркнул, отмахиваясь от лишних мыслей и решая оставить товарища наедине с собственными выходками. Ровно до того момента, пока не решил обернуться на странное шуршание позади и никого не заметив. На тут же включенный свет послышалось шипение, а сам Вино был найден у стеночки, там же, где стоял совсем недавно. — Кретин, кто тебя просил?! — острозубый зажмурился, прикрывая рукой глаза, пока окончательно не сполз на пол. Защитник почти скрипел зубами, вперив взгляд на растекающееся алое пятно на боку чужой некогда белоснежной рубашки. Хуже любого ребенка, — А ну отпусти немедленно! Под чужие возмущения, которые скатились в практически скулеж от неаккуратного переноса на стул. Вино пытался покинуть кухоньку, но получилось лишь нарваться на кратковременную драку, откуда получил лишь по носу. Пришлось сидеть, прожигая взглядом Стейка, унесшегося за аптечкой. — Снимай одежду, — как не хотелось, но пришлось. Стейк смотрел сверху вниз на фехтовальщика, ясно читая какая кара ему предстоит, только вампир оправиться. Но терпеть важного страдальца было бы хуже. В команде не было никакого медика, а посреди ночи вряд ли удастся кого-то найти, так что придется справляться своими силами. Но было бы легче вымыть дикую кошку, чем перевязать гордого аристократа. Как бы еще и Пряника будить не пришлось, чтобы убедить обработать «царапины». Рогатый сощурил глаза, раздумывая, а не легче ли добить, чем каждый раз повторять подобное… — Сам сниму тогда. Вино морщиться. То ли от презрения, то ли от боли в потревоженной ране. — Я и сам справлюсь, уйди уже, воротит от твоей тупой физиономии, — раньше бы Стейк поверил в первую часть фразы, но понимал, что так скорее завтра увидит точно такую же картину может и с сползанием по стеночке. Девушка тогда обоим выскажет. Стейк вздохнул, делая шаг навстречу. Тихое «идиот» подтверждает частичную победу: красноглазый начал аккуратно расстегивать пуговицы рубашки, открывая взору наспех сделанную перевязку, которая от ночных прыжков по комнате знатно пострадала. Что ж, надо вспомнить, как в Святом Престоле показывали обработку ран… Остроухий вцепился в край стола, отвернув от «медика» лицо, пытаясь не дергаться от каждого прикосновения к пострадавшему участку тела, каждый раз требуя быть аккуратнее и обвиняя в криворукости конкретных личностей. Но после обеззараживания раны затих, уронив голову на спинку стула. А Стейк был и рад молчанию, сосредоточенно накладывая чистые бинты, думая, что у Пряника вышло бы намного лучше. Но этот индюк пусть и этому радуется. -Я закончил, — подытожил свои старания рогатый, отстраняясь и с удивлением не получая ответа, — Заснул… Видимо и до этого Стейк потревожил сон. Хотя не удивительно, после потери стольких сил и крови отрубиться в первый удобный момент. Защитник лишь вздохнул, прикидывая возможные варианты, приходя к самому неприятному, потому что даже после тормошения за плечо клыкастый решил не отвечать. — Должен будешь, — тихо пробурчал двуручник, подхватывая чужую одежду, а потом и ее владельца, чтобы сгрузить все данное добро в комнату. Так хоть можно быть уверенным, что в отряде не останется только два бойца.