Ручной мальчик

      Елена вернулась в поместье затемно. Ее отец вместе с Реджинальдом не находили себе места и ожидали ее в холле на первом этаже. Жестом приказав им ничего не говорить, герцогиня, словно разгневанная фурия, взбежала по лестнице, ее душили ярость и отчаяние. Девушка лишь на мгновение остановилась на ступеньках, с силой сжимая подол платья. — Где Леонард? — Ангел мой, он с Владимиром и мисс М, нужно было убедиться, что он безопасен для тебя. Все в порядке? — взволнованно ответил Джонатан, Елена не ответила и убежала к себе, гневно стуча каблуками. Выгнав всю прислугу, герцогиня наконец оказалась полностью одна и смогла дать волю слезам. Короткими шагами, пошатываясь, она дошла до кровати и присела на самый край, закрыв лицо руками.       Спустя пару часов, Реджинальд нашел Леонарда в гостиной. Юноша сидел с ногами на кресле и обнимал колени, положив на них голову. Услышав шаги, бывший пленник встрепенулся и быстро вытер влажные от слез щеки. — Эй, ну не реви, чего ты, — Реджинальд устало выдохнул и налил себе бурбон, присаживаясь в кресло напротив Леонарда. В последнее время он начал злоупотреблять алкоголем, — злодея из меня делаешь, тоже мне. — Леонард поежился и опустил глаза. — Вы были у госпожи? Как она? Я…я не хотел, клянусь. Я и пальцем никого не тронул бы, особенно Франца, но в тот момент все, о чем я мог думать — это безопасность госпожи, все случилось само собой, я не чудовище, — нижняя губа юноши снова затряслась, он еле сдерживал новый приступ плача, — госпожа наверняка возненавидит меня, а господин Джонатан запретит мне быть рядом с ней. Я готов еще год сидеть в этом подвале, только бы ее у меня не отнимали, умоляю…я не смогу без нее, пожалуйста… — Джонатан взволнован, но рад, что ты смог ее защитить, — Реджинальд отпил бурбон и пристально посмотрел на собеседника. Он изучал каждый вздох и каждое движение, ему было жаль Леонарда, но даже эта жалость не могла выместить перманентную злобу, схожую с ненавистью, — а что у тебя с этим петушком гриль? — Леонард замолчал на мгновение, но покорно ответил: — Я уже рассказывал, как я попал в Храм. Там было много прихожан, и я помогал их принять, мы вместе с другими сиротами, что там жили, выполняли разную грязную работу. Франц и его семья были теми, кто приходил чуть ли не каждый день, его мать была больна, поэтому Франц постоянно молился за ее здоровье. Я стал его первым другом, научил, как строить ловушки на птиц, а он меня читать и писать. После смерти его матери мы стали особенно близки, словно братья. Видимо, Храм ничего не рассказал про несколько пропавших послушников, так что волноваться не о чем. — Как хорошо, что я не твой брат, — усмехнулся Реджинальд, но как-то грустно и натянуто, — знаешь, мне жаль тебя. Я не конченный ублюдок и мне правда жаль, но после того, что ты устроил, ты стал еще более опасен для меня, скрывать не стану. Знаешь, какой подарок приготовил Джонатан Елене? — Леонард в замешательстве замотал головой, что-то в интонации Реджинальда пугало, в голове сами собой всплывали картинки их прошлого ужина, — очередного наложника, это дворянин, приближенный к Императору. Весь из себя сладенький и богатый, так еще и с огромным желанием жениться. Мне хватило получаса, чтобы заставить его убраться из поместья и расторгнуть все возможные соглашения с семьей Эскобар, ты понимаешь, к чему я клоню? — Сэр Реджинальд, мы это уже обсуждали, я не претендую на госпожу. Я не… — Ситуация изменилась. Знаешь, раз мы тут с тобой откровенничаем… — Реджинальд сфокусировал уже немного мутный взгляд на стакане с напитком, — изначально я прибыл в это поместье с целью быстро жениться на богатой глупой маленькой девочке. Я знал, что она отрезана от общества, знал, что точит на Императора зуб. Я посчитал ее высокомерной, слишком уверенной в себе, но для меня она была легкой добычей. Чего ты так надулся? Не кипятись, дослушай сначала. Она быстро влюбилась, и все было у меня в кармане. Но потом она отказалась выходить за меня замуж, я подумал, что дело в тебе, что ты для стал ей интересен. Потом вылез этот Императорский цыпленок с его выходками и намеками, тот третий наложник, — Реджинальд замолчал, тщательно что-то обдумывая. Он крепко сжал стакан, — я понял, что не хочу и не могу видеть кого-то возле нее, даже если она не является моей женой. Буду откровенен, ты меня чертовски раздражаешь, вот серьезно, в жизни бы не видел твоих щенячьих глазок, но раз уж мы оба находимся в позиции наложника, вот тебе мое предложение: я оставлю тебя в покое, если ты мне поклянешься оставаться с ней в партнерских отношениях, ты — ее инструмент в захвате власти и не более. Я вижу, как ты на нее смотришь, хотя это меня и не удивляет, — мужчина усмехнулся и встал, — оставайтесь на безопасном расстоянии или нам придется с тобой попрощаться. — Вы боитесь меня? Боитесь меня, но не моей силы, а того, что Елена полюбит меня? — Леонард тоже встал, впервые смотря на Реджинальда, как на равного себе, — теперь Вы не в том праве, чтобы ставить мне условия. Я не могу причинить Вам боли, и Вы знаете это, но и бояться Вас я больше не наме… — Леонард не успел договорить, как нога Реджинальда в тяжелом кожаном ботинке ударила его в живот. Юноша осел на пол, пытаясь вобрать воздух в легкие, но очередной удар пришел ему по ребрам, потом еще один и еще. Леонард пытался что-то пробормотать, но разъяренный рыцарь его не слушал. Убедившись, что Леонард не сможет подняться, Реджинальд плюнул ему в лицо и ушел, на выходе из комнаты его встретила служанка, что отдала ему конверт с Императорской печатью. Испуганная девушка посмотрела на лежащего на полу Леонарда, но убежала, после ситуации с Бьянкой прислуга избегала обладателя божественной силы. Елена устало откинула тонкое летнее одеяло и забралась под него, готовясь ко сну. Она уже давно не засыпала одна: рядом с ней всегда тихо посапывал красавец Реджинальд, так что девушке было немного одиноко. Он заходил к ней перед ужином справиться о ее состоянии и рассказать, что его для чего-то вызывает Император, девушка лишь молча кивнула и продолжила трапезу. Она провела рукой по второй половине просторной кровати, вздохнула и потушила свечу. Сон не шел. По оконному стеклу забарабанили капли дождя, сначала мелкие, потом все больше и больше. Деревья сгибались чуть ли не вдвое под безумным воющим ветром, в небе мелькали молнии и гремел гром, казалось, что стены дома слегка вздрагивают от этого ужасного грохота. Владимир еще пару дней назад предупреждал, что неделя будет дождливой, но такие грозы встречаются достаточно редко. Елена перевернулась на спину и долго смотрела в мрачный высокий потолок, ей вновь стало одиноко и тоскливо. В дверь раздался тихий стук, который был практически не слышен за шумом дождя, но спустя пару минут стук повторился. Елена, босая и в одной ночной рубашке, открыла дверь. На пороге стоял неловкий Леонард, от тоже был бос и обеими руками обнимал большую перьевую подушку. Взглянув на Елену, юноша покраснел и замялся, пытаясь что-то сказать. Раздался очередной громовой раскат, и Леонард затрясся, как осиновый лист, и еще сильнее сжал подушку.  — Неужели боишься грозы? — Елена прильнула к дверному косяку, с непривычной для самой себя нежностью осматривая непрошенного гостя, тот кивнул. Герцогине нравилась его беззащитность и детская наивность, с их помощью девушка ощущала себя сильней, чем она была на самом деле.  — Простите, что побеспокоил. У меня просьба… странная, Вы не будете против, если я…ну…я же наложник, ну и… — юноша мялся, а очередной гром перебил его. Елена поправила волосы и выдохнула:  — Можно ли поспать со мной? Проходи, мне как раз не спалось, не люблю спать одной. Девушка вернулась в комнату и снова забралась под одеяло. Счастливый, но еще более неловкий Леонард прикрыл за собой дверь и собирался устроиться на полу, как Елена окрикнула его:  — Ты чего? Почки еще отморозишь, забирайся на кровать.  — К Вам? Я… я не посмею…  — Не припирайся и ложись, — проворчала Елена, тоже почему-то покраснев, — все равно Реджинальд уехал, — Леонард послушно лег рядом с девушкой, он немного успокоился, но все еще был взволнован. — Никогда его не пойму. Он каждый день может видеть Вас такой…домашней и расслабленной, смотреть, как Вы спите, и он уехал от этого. — Если будешь смотреть, как я сплю — пойдешь спать к себе, не пугай меня, — вновь проворчала Елена, но без злобы. Ей нравилось, как его волнистые волосы раскиданы по подушке, как плечи медленно поднимаются и опускаются, — а ты действительно красив, Лео, — Елена легко провела рукой по его щеке, юноша прикрыл глаза. От звука имени «Лео» он расслабился, на лице появилась блаженная улыбка, но вскоре она пропала. — Не говорите так, не надо. — Почему? — Потому что я буду думать об этом моменте, вспоминать, и мне будет еще больнее видеть Вас с сэром Реджинальдом. Не говорите ему…что я приходил, пожа…– он вновь не договорил, его перебил мощный громовой раскат, и Леонард съежился в комок и задрожал пуще прежнего, дыхание стало прерывистым и частым. — Елена в растерянности придвинулась ближе, слегка приобнимая его за плечи и поглаживая по волосам. Обнимая его, она почему-то почувствовала себя защищенной, поэтому прижалась к нему еще сильнее. «Наверное, это из-за контракта, — подумала девушка, машинально играясь с его волосами, — Владимир говорил, что мы теперь связаны, вот почему мне спокойно. И ему…тоже». Леонард правда затих и замер на ее груди. — Простите за то…что сжег его. Я правда не хотел, я… — Не извиняйся, — Елена прикрыла глаза и легонько ударила юношу по макушке, — что сделано, то сделано. Я слышала, что так как на нем применялась божественная сила, то его доставили семье Эслингер, с ними все равно бы пришлось договариваться, получать их расположение, чтобы завершить начатое. А тут и…повод есть, — герцогиня просто успокаивала саму себя, ей с трудом верилось в успех задуманного. — Владимир удостоверился, что я никогда не причиню Вам вреда, Вы — самое важное, что есть в моей жизни, мне так страшно, что в один момент Вы просто откажитесь от меня. Должен Вам признаться, — Леонард вздохнул, аккуратно приобнимая девушку за талию, едва касаясь пальцами ее спины, — когда…когда я понял, на что способен, в мою голову забрела мысль, лишь на мгновение, но она пронеслась у меня в мозгу. Я бы смог не делить Вас ни с кем, сделать полностью своей, не бояться, что Вы исчезните из моей жизни…– Елена заметно напряглась, она вспомнила предупреждение Реджинальда о том, что Леонард может быть опасен, — но я понял, что не смогу этого сделать, потому что не вынесу, если в Вашем взгляде будет ненависть ко мне. — он замолчал, выжидая ответа. Елена лежала сначала молча, потом аккуратно отодвинула его от себя, поворачиваясь к нему спиной: — Все, не мешай спать. — она уткнулась головой в подушку, страх, едкий и липкий, комом встал у нее в горле.       Реджинальд вернулся к обеду следующего дня. Он был мрачен и задумчив, почти сразу ушел к Елене. Та, немного взволнованная после вчерашнего, была рада его видеть, повисла у него на шее, страстно целуя губы, щеки, шею. В ее объятиях мужчина обмяк и так же крепко обнял ее. Реджинальд провел руками по хрупким плечам, опустил их ниже на талию и бедра, взглянув в глаза девушки, ожидая одобрения. Она ответила ему долгим поцелуем. — Так зачем тебя вызвал Император? — спустя какое-то время Елена, полностью обнаженная и посвежевшая, лежала у него на груди, пока он нежно гладил ее по волосам. После вопроса про Императора мужчина вздохнул. — Дал мне повышение, теперь я офицер, — девушка вопросительно подняла бровь. — С чего это такие подарки? — Видимо, хочет ко мне подмазаться, — отмахнулся Реджинальд, отводя взгляд, в нем снова промелькнула задумчивость, с которой он приехал. Герцогиня потянулась. — Знаешь, что мне вчера сказал Леонард? — рыцарь пожал плечами, — что задумывался над тем, чтобы сделать меня полностью своей. Я не поняла, что он имел ввиду, но меня это напугало. Наш контракт… — Елена продемонстрировала мужчине «тату» на запястье, — может, дело в нем? Владимир говорил, что мы станем сильнее привязаны друг к другу, но после инцидента с Францем… Леонард приходил ко мне вчера, оказывается, грозы боится. Без тебя было так пусто, так что я разрешила ему поспать вместе со мной… — Не продолжай, — Реджинальд стряхнул с себя Елену и принялся надевать рубашку. Застегнув пару пуговиц, он остановился, обернувшись к девушке, — я тебе всегда говорил, что он опасен. Может, он подожжет тут все и выкрадет тебя? У него явно с головой не все в порядке. — Я не знаю, — Елена мялась, но в глубине души знала, что Реджинальд прав. — Его можно запереть обратно в подвал или на крайний случай выслать куда-нибудь подальше. Вернется, когда мы разберемся с планом. Не хватало ему еще кого-нибудь поджечь. К слову, я договорился о встрече с семьей той девушки в розовом, Берты. Встреча послезавтра. — О, милый, ты чудо! Да, наверное, ты прав, — Елена вновь потянулась, с наслаждением наблюдая за тем, как Реджинальд надевает брюки, — ну какой же ты у меня красавчик. — Не хочешь сказать, что любишь меня? — Елена поджала губу и тоже принялась одеваться, ничего не ответив. Реджинальд отрешенно посмотрел в окно.