Ручной мальчик

— Тук-тук? — Елена, улыбаясь, вошла в гостевую комнату, в которой поселили Леонарда. Это было просторное помещение, обставленное дорогой и изысканной мебелью. С высокого потолка свисала массивная люстра, а окна выходили в дивный сад. Помимо двуспальной кровати в комнате так же находился шкаф, письменный стол, два кресла и диван, на котором покоились несколько шелковых подушек. Комната располагалась в восточном крыле особняка всего в паре минутах он покоев Елены, что, несомненно, было очень удобно. Несмотря на такое соседство, Елена еле смогла выделить пару часов на визит: до церемонии совершеннолетия осталось всего несколько дней, так что герцогиня была погружена в планирование и бумажную волокиту. Леонард сидел на кровати, подобрав под себя ноги, и что-то внимательно читал. Впервые за то время, что он жил в поместье, ему выдали удобную и красивую одежду. Она была проста на вид, но качество материалов и фасон говорили сами за себя, — зашла тебя проведать. Как устроился? — Леонард вскочил с кровати и подошел к девушке, элегантно целуя ей кончики пальцев. — Вы сделали меня счастливейшим человеком в мире, госпожа. Вкусная еда, мягкая кровать, Ваш визит — я счастлив, как никогда раньше, — он и правда выглядел довольным. Некогда бледные щеки порозовели, да и цвет лица стал заметно лучше, — Владимир пока не разрешает мне покидать поместье, говорит, что солнечный свет может быть вреден тому, кто столько времени провел в помещении. Но я смотрел в окно и гулял по дому, представлял, как Вы ходите теми же маршрутами, и чувствовал, что стал еще ближе к Вам, моя госпожа. Я тщательно готовлюсь к Вашей церемонии совершеннолетия, раз уж Вы решили пойти со мной, — он смущенно опустил глаза и начал потирать пальцы друг о друга, — я изучаю этикет, читаю о нем. Вы не пожалеете, что выбрали меня. — Не пожалею. Можешь быть спокоен. Церемония будет проходить в Императорском дворце, там нам и слова не скажет…в лицо, — уже позже с тихой злобой добавила герцогиня. Место проведения было выбрано отнюдь не случайно. Во-первых, дворяне не имеют права отклонить приглашение в Императорский дворец, пригласи их Елена в свое поместье, никто бы попросту не пришел. Более того, это будет прекрасная возможность продемонстрировать Леонарда монарху. План был предельно прост: к концу вечера Леонард должен будет продемонстрировать божественную силу, это должен быть простой в исполнении, но эффектный трюк, чтобы создать видимость, что юноша знает, как управлять магией. На самом деле, план был довольно поверхностный и непродуманный, но впервые за столько лет Елене выпала возможность показать, что с ней связываться чревато. Владимир предлагал уже проверенную левитацию, но на этот раз поднять нужно будет заранее смазанный горючей жидкостью предмет, чтобы он загорелся в воздухе. Однако, как бы Леонард не старался, зажечь предмет у него никак не получалось.       После короткого стука в комнату вошла запуганная служанка. Она низко поклонилась и, не поднимая глаз на герцогиню, передала ей квадратную коробку, перевязанную алой шелковой лентой. Елена довольно забрала предмет, разрешая служанке удалиться. Герцогиня медленно поставила коробку на кровать и принялась развязывать бант, с удовольствием наблюдая за заинтересованным взглядом молодого человека. — Завтра будет ровно год, как ты здесь, и я подготовила для тебя небольшой подарок. Я хочу, чтобы ты надел его на мою церемонию. — девушка бережно вынула из оберточной бумаги широкий кожаный ошейник. На темном корпусе была позолоченная табличка со словом «Лео», — я решила, — девушка игриво посмотрела на Леонарда, тот не мог оторвать взгляда от ошейника, от волнения его дыхание учащалось, — что тебе будет нужно имя, которым тебя буду называть только я, ты же не против? — юноша быстро замотал головой, он в момент покраснел. — Вы бы знали, какая это честь для меня, — он говорил сбивчиво и приглушенно, все так же не отводя взгляда от изящных рук, в которых покоился ошейник, — Вы же…наденете его на меня? — Конечно. Желаешь примерить? — Леонард так же активно закивал, Елена самодовольно улыбнулась и сделала шаг навстречу. Лео заметно подрос за последние несколько месяцев, и был уже на полголовы выше герцогини, так что девушка мягко положила руку ему на плечо, надавливая, и таким образом опуская его на колени. Он продолжил смотреть на нее снизу вверх, и обожание в его глазах разгорелось еще сильнее. Оно смешивалось с вожделением и непоколебимой преданностью, казалось, что в этот момент ничего для него не существует, кроме этого лица и этих рук. Девушка поправила его волосы, убрав их с шеи. Ее пальцы коснулись кожи Леонарда, юноша словно пылал изнутри. Елена расстегнула пряжку ошейника и было поднесла его к шее Лео, как тот перехватил ее руки и принялся быстро-быстро, практически не отрываясь, покрывать их поцелуями. — Ты мне мешаешь, — щек Елены коснулся легкий румянец. Герцогиня наклонила голову на бок, и ее волосы, освободившись от ленты, золотым фонтаном, обрамили фигуру девушки. — Ваши руки, я так скучал по ним, и по Вашему запаху, — он в последний раз поцеловал руку и отпустил, вновь покраснев, — простите… — Когда станешь моим наложником, мы сможем больше времени проводить вместе, — ошейник плотно прилегал к шее, но не мешал дыханию. Девушка погладила Лео по голове, запуская пальцы в чуть вьющиеся темные волосы, — теперь ты и правда как щенок, — рука спустилась к щеке, нежно поглаживая ее. — Наложником? — переспросил юноша, вновь поднимая глаза на герцогиню, — кто это? — Елена запнулась и неловко отвела взгляд. — Реджинальд тебе расскажет, он, как и ты, займет эту должность. — Сэр Реджинальд…не думаю, что он захочет мне что-то рассказывать. Я ему явно не нравлюсь, но ничего, это взаимно, — неправильно истолковав удивленный взгляд Елены, юноша быстро добавил, — Вы говорили, что рядом с Вами нет мужчины, но то, как Вы смотрите на него, а он на Вас… мои желания эгоистичны, и я поклялся себе, что ни за что не дам волю ревности, но он делает то, что так давно хочу сделать я, но не смею. Я понимаю, что Вы выбираете его не просто так, просто… мне пора перестать врать себе и на что-то надеяться, простите, что рассказал. Я не имею права вмешиваться в Вашу личную жизнь. — В целом, слово «наложник» можно истолковать как «любовник», — Леонард поднял на госпожу распахнутые от удивления глаза, девушка широко улыбалась, а в ее глазах ясно читался азарт, — будешь хорошим мальчиком и станешь частью моей личной жизни, как ты сам выразился. Будь готов к ужину, я хочу, чтобы ты, я и Реджинальд поели вместе. — Елена вышла, оставив юношу одного. В ней все горело и полыхало. О борьбе за чье-то сердце она читала лишь в книгах, а теперь ей придется испытать это на своей шкуре. Она предвкушала, как они будут соперничать за ее внимание, а ей всего лишь будет нужно по очереди кидать им косточки. Разумеется, симпатия к Реджинальду была куда сильнее симпатии к Лео, но вместе они превращались в ураган страсти и желания.       За ужином царила напряженная атмосфера, воздух буквально искрился. Елена сидела во главе длинного дубового стола и расслабленно нарезала мясо, искоса поглядывая на будущих наложников, сидящих напротив друг друга по обе руки от девушки. Леонарду было явно неловко, он прятал глаза и пытался справиться с ножом и вилкой, было очевидно, что он ими пользуется впервые. Реджинальд не сводил с него злобного взгляда и был увлечен больше вином, чем пищей. — Я надеюсь, на церемонии ты снимешь эту штуку с шеи? Выглядит отвратительно, — Реджинальд заговорил первым. Леонард впервые посмотрел на соперника и даже слегка выпрямил спину. — Пойду. Это подарок госпожи Елены. Вы тоже будете на приеме? — Конечно я буду. То, что я не спутник Елены, не значит, что меня там не будет. Неужели ты думал, что получив один подарок, сможешь вывести меня из игры? — Нет никакой игры, я не претендую… — Леонард начал говорить тише, было заметно, что ему больно говорить и признавать это, — Вы, наверное, тоже дорожите подарками госпожи, так что должны меня понять, — рыцарь усмехнулся и снова отпил вина. — Ее подарки заживают спустя пару дней, вот, посмотри, — мужчина расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, нагло демонстрируя засос чуть выше ключицы. Леонард побагровел, и все находящиеся в комнате затылком почувствовали нависающую угрозу, даже дышать, казалось, стало тяжелее, — Елена, милая, ты же сказала ему про неприкосновенность? — Лео пришел в себя и с виноватым видом принялся поедать салат — его можно было не резать. — Как проходит обучение божественной силе? Успешно? — Реджинальд не унимался, теперь он был уверен в своей безнаказанности. Леонард пожал плечами, — так и думал. — Я не хочу конфликтов с Вами. Я, как и Вы, вскоре стану наложником госпожи, нам следует быть друзьями… — Вот только я наложник, потому что мы с Еленой ближе, чем ты думаешь, а ты только потому что один большой злой дядя может настучать нам по голове, — усмехнулся Реджинальд, откидываясь на спинку стула, — в этом разница между нами, малыш. — губы Елены растянулись в улыбке, но она тут же положила в рот кусок мяса. Мужчины, казалось, забыли, что она присутствует при их разговоре: рыцарь был пьян, а бывший пленник эмоционально побит.       Не стоит недооценивать положение наложников. В знатных семьях было обыденностью иметь свой небольшой гарем: это помогало оставить как можно больше наследников какое-то время назад, а теперь, с развитием магии и медицины, эта потребность отпала. Но все же, богачи вне зависимости от пола зачастую имели несколько наложников для увеселения. Нередки были случаи, когда любимый наложник или наложница позже заключали брак со своим господином, такие союзы, несомненно, были не так лояльно приняты в обществе, но все еще имели место быть. Несомненно, в гаремах разражались целые войны за место «любимчика», и раз уж Реджинальд согласился на вступление в гарем, он претендовал исключительно на первое место. — Если госпожа решила, что мы оба должны ими знать, значит считает нас равными. Сэр Реджинальд, — Леонард продолжал смотреть в тарелку, но сжал вилку с такой силой, что она понемногу начала гнуться, — если бы Вы и правда были близки с госпожой, то женились бы на ней. Оскорбляя меня Вы оскорбляете выбор госпожи Елены, я прошу Вас перестать. — Знаете, я неважно себя чувствую, пойду к себе, — герцогиня встала и направилась к выходу. Она больше не могла скрывать свой восторг, и ей просто необходимо было уйти. — А мы еще посидим! — крикнул ей вслед Реджинальд, не сводя глаз с тоже собирающегося уйти Леонарда. Как только стук шагов Елены стих, Реджинальд, опираясь на стол, поднялся, медленно подошел к сидящему Леонарду и, на всякий случай прислушавшись, схватил его за волосы на затылке и с силой запрокинул ему голову, злобно шепча на ухо: — А теперь послушай меня, оборванец, — он еще раз дернул юношу за волосы, тот зажмурился, осознавая, что не может ничего сделать обидчику, — мне плевать на эти ваши опыты, засунь их себе в свой щенячий зад. Ты хоть знаешь сколько времени и сил я вложил в эти, мать их, отношения, как я себя подставил? Да меня на этой церемонии на смех подымут и сожрут. Сначала эта дура замуж выходить за меня отказывается, а теперь еще и ты, — Реджинальд покачнулся, ему стало плохо от выпитого. Он помолчал пару секунд, а потом продолжил уже медленней, но от этого еще страшнее, — мне плевать на ваши отношения, хоть глазные яблоки друг другу облизывайте. Но если мой план сорвется из-за тебя — я прибью тебя, как муху, и ничего мне за это не будет. Она верила, верит и будет верить мне. И как только мы поженимся, и я стану герцогом, а с твоей помощью, может, императором, разрешу тебе иногда ботинки мне чистить…языком. Тебе же нравится такое? Доедай свой салат, крольчишка. — Реджинальд отпустил Леонарда и, пошатываясь, направился к выходу, находу бросая стоящим у двери стражникам горсть золотых монет «за молчание». — Вот как ты думаешь, — охранники, что раньше сторожили камеру Леонарда, сидели в своей комнатушке и играли в карты. Лысый вытянул у рыжего карту, — кто станет любимым наложником? — Ну тут даже думать не нужно, разумеется этот рыцарь, — ход рыжего. Он вытянул даму пик и недовольно поморщился, его партнер усмехнулся, — он не только любовник, но и друг госпожи, у него есть статус, деньги. — Не знаю, есть в этом Леонарде что-то…необычное…мне кажется, госпоже нравится его готовность подчиняться. От Реджинальда явно чем-то подозрительным воняет, ставлю на то, что они расстанутся через пару месяцев, — мужчина выкинул парные карты. — Ага, весь особняк слышит, как они расстаются по восемь раз на дню. Но по любому, Леонард странный, он буквально ведет себя, как собака, о каких отношениях может быть речь? Реджинальд хотя бы в своем уме, еще и симпатичный, — охранник слегка покраснел, — парных нет, тяни. — У нас с тобой такие разные вкусы на мужчин, — лысый достал карту и выругался, дама пик снова была у него, — Леонард неординарный, да еще и с божественной силой, я бы выбрал его, если бы тебя не было, — быстро добавил охранник. — Мы не первый год знаем госпожу, — задумчиво проворчал рыжик, — буду не удивлен, если они оба ей надоедят. — Или появится третий, — оба охранника тихо рассмеялись.       Дворец Императора был огромен, больше, чем можно было себе вообразить. Бесконечные коридоры и залы путались друг с другом, создавая лабиринт, в котором без должных знаний ориентироваться было невозможно. Несмотря на небывалую роскошь, дворец был крайне безвкусным: сияние золота и драгоценных камней ослепляло, их было настолько много, что казалось, что Император живет в коробке с украшениями. Золотые пластины перекрывали друг друга, что выглядело, мягко говоря, неопрятно, со стен смотрели многочисленные портреты Императора и его предков, все, как один, суровые и крайне неприятные. Настоящим поводом для гордости был дворцовый парк, он простирался на несколько километров и имел несколько построенных на его территории флигелей с примыкающими к ним садами, фонтанами, беседками и даже двумя озерами. Император любил лошадей, и в свободное время частенько устраивал конные прогулки со своей свитой. Каждый краше предыдущего, настоящая «элита» государства, задобренные настолько, что с трудом помещались в седло. Им было жарко в своих меховых мантиях, как и все во дворце, обитых драгоценностями, но алчность не позволяла им оставлять свои богатства.       Реджинальд выскочил из кареты и галантно подал Елене руку, помогая ей спуститься. Он, как рыцарь, был облачен в парадный мундир и выглядел более чем презентабельно. Расправив плечи и гордо проведя рукой по волосам, он самым наглым образом подхватил Елену под локоть и вошел с ней во дворец. Девушка же явно переживала. Все светские приемы ранее заканчивались плачевно, как и визиты в Императорский дворец, день должен был стать пыткой, но пройти ее нужно достойно. Герцогиня уже давно поняла, что чем ты уязвимее, тем тверже и уверенней должна быть твоя походка, именно поэтому для мероприятия она выбрала сливовое платье, что балансировало на грани приличия, оголяя плечи и спину, никакого кринолина, лишь атласная ткань и полупрозрачная накидка. Последним из кареты вывалился Леонард. Он постоянно поправлял воротник рубашки и пиджак, волей-неволей он сравнивал себя с обворожительным Реджинальдом и понимал, что, как и подавляющее большинство, проигрывает ему по внешности. Поездка прошла отвратительно: отношения с рыцарем накалены до предела, Елена взволнована и поэтому сидит с Реджинальдом в обнимку, а тот самодовольно поглаживает ее обнаженное плечо. Всю дорогу Леонард только и думал о своем предстоящем «фокусе», Владимир многому его научил, дал четкие инструкции, но зажечь что-либо у Лео получалось очень плохо и далеко не всегда. Мало того, он впервые за год оказался вне поместья Эскобар, да еще и среди людей, которые, несомненно, будут строго его оценивать. Парадные двери дворца распахнулись, представив вошедшим просторный зал. По обе стороны двери выстроились две колонны фрейлин и лакеев что, склонив головы, приветствовали высокопоставленных гостей. Император, что был уже немолод, отсыпался перед вечерним мероприятием, так что Елену и ее сопровождающих встретил его сын. Он недовольно поджидал у основания мраморной лестницы и, проигнорировав протянутую для поцелуя руку, кивком головы указал на лестницу: — Надеюсь, Вам не нужна экскурсия? Избавьте меня от этого, просто занимайтесь тем, чем должны. Отец поприветствует Вас позже. И… — юноша, больше с заинтересованностью, чем с брезгливостью, осмотрел герцогиню с ног до головы, после чего с нескрываемой насмешкой посмотрел ей в глаза, — Вы решили соответствовать слухам? В этом платье Вы скорее похожи на портовую шлюху, чем на соблазнительницу. Развлекайтесь! — подлец удалился, тихо посмеиваясь. Елена не поднимала головы, ей хотелось кричать, драться и плакать. Чувство беспомощности вновь подкатило к горлу и сдавило дыхание. На плечо легла мягкая рука Реджинальда, тот проводил глазами удаляющегося принца и тихо прошептал девушке на ухо: — Ты в порядке? Пойдем отсюда. Когда свергнем Императора, я лично прирежу этого подонка. — стоящий поодаль, но не менее шокированный таким наглым поведением Леонард сжал кулаки. За последние несколько месяцев он много читал про светский этикет, о том, как он важен и какую роль он несет. Он делал смутные догадки о том, как к ним отнесутся во дворце, но такого он точно не ожидал. Юноша сжал кулаки, впиваясь ногтями в ладонь. Небольшая боль помогла привести Леонарда в чувства. Банкетный и танцевальный залы были обставлены по высшему разряду. Воздух наполнял аромат живых цветов, прислуга доделывала что-то по мелочи, и все было готово к проведению мероприятия. Елена из окна видела, как подъезжают первые гости, она узнала несколько гербов на каретах. — Реджинальд, я так просто не могу, — девушка подняла на сопровождающего полные отчаяния глаза, она дрожала, — я чувствую себя полностью голой, зачем мы только все это затеяли. — Тише-тише, малыш, — рыцарь крепко взял ее за плечи и нежно поцеловал в переносицу. Леонард мог поклясться, что в это мгновение в Реджинальд действительно переживал, — все будет хорошо, они не посмеют обидеть тебя. Я здесь, все в порядке. — Я тоже здесь, — пискнул Леонард и смутился. Елена тепло улыбнулась. Первым в зал вошел Джонатан Эскобар, отец Елены. Он прибыл сюда еще к утру, ему нужно было о чем-то срочном переговорить с Императором. Мужчина тут же бросился обнимать свою дочь, он с восторгом осмотрел ее: — Ангел мой, как ты красива! И знала бы ты, как ты похожа на свою мать! Моя девочка, ты такая взрослая, я горжусь тобой! О, сэр Реджинальд, — Джонатан пожал Реджинальду руку, широко улыбаясь, — рад Вас видеть. И этот… — на лице герцога промелькнуло удивление, но позже он вновь заулыбался, — не помню, как тебя зовут, мальчик, но рад, что Елена на этот раз не одна, поэтому и тебе здесь рады! А похорошел то как, слышишь, Реджинальд, соперник у тебя подрастает! Милая, — старик снова обратился к дочери, нежно беря ее за руки, — мой подарок ждет тебя в нашем поместье, я решил, что тебе будет неловко принять его здесь, ты же не против? Приветствуй гостей, — герцог затерялся в толпе новоприбывших. Герцоги, бароны, дворяне все тепло приветствовали друг друга, обменивались свежими новостями, вокруг суетились слуги, помогая снять пальто и шали. Казалось, всем все равно на виновницу торжества, единственное, что напоминало о церемонии совершеннолетия были редкие коробки с подарками, которые прислуга складывала в углу зала. Елена нервно замечала на себе множество оценивающих и осуждающих взглядов. Девушка отпустила Реджинальда поздороваться со знакомыми и сама поприветствовала пару гостей, те отвечали ей натянуто любезно и быстро уходили. На Леонарда было обращено не меньше внимания, из-за чего юноша испытывал явный дискомфорт и старался быть как можно ближе к свой госпоже, но коснуться ее не смел. — Елена! — к герцогине выбежала совсем молодая румяная девушка, она светилась радостью и энтузиазмом. Она была из семьи Кершоу, которая, как и Эскобар, была одной из самых влиятельных семей в стране. Берта была легкомыслена и глуповата, но в этом заключалось ее обаяние, девушка общалась со всеми, и каждый ее знал. Возможно, именно поэтому она так же тепло общалась и с Еленой, совсем не переживая за свою репутацию. — ну какая же ты красавица! Давно с тобой не виделись, я скучала! — Берта быстро обняла девушку, но так же быстро отстранилась. В своем нежно-розовом пышном платье она походила на только что распустившийся пион, — мой подарок у остальных, там такие украшения! Ты сразу поймешь, что он от меня. Здравствуйте, — обратилась она к Леонарду и присела в реверансе, юноша смутился и ответил коротким поклоном, — у тебя спутник просто лапочка! Мой жених задерживается, но думаю, что он скоро прибудет. Помнишь его? Вы уже года три как не виделись… Мамочки! Там баронет Шолан! Я побежала! — девушка исчезла так же быстро, как и появилась, Елена обреченно выдохнула. Она не испытывала явной неприязни к Берте, просто бесконечная болтовня герцогини Кершоу могла свести с ума любого неподготовленного собеседника. — Мы должны получить поддержку ее семьи, если хотим провернуть дело, будь с ней ласков, — шепнула Елена на ухо Леонарду, пристально глядя за компанией людей на другом конце зала. Там стояло несколько дам в пышных шляпах, они скрывали улыбки за веерами и то и дело поглядывали в сторону Елены и ее спутника. В шуме толпы было невозможно понять, о чем же они говорят, но судя по тому, как посуровел Леонард, божественная сила помогла ему услышать. — Не заводись, — Елена легким движением пальца пробралась под воротник и притянула юношу за ошейник так, чтобы его ухо было на уровне ее рта, Леонард налился краской, — и не делай глупостей. — Вы не знаете, о чем они говорят. Знали бы… — И знать не хочу. — отрезала герцогиня, делая шаг в сторону, — что мне до этих куриц? Куда же Реджинальд запропастился? — девушка взволновано осмотрела банкетный зал в поисках своего кавалера, как ее взгляд остановился на юноше, что стоял в углу и, широко распахнув глаза, изумленно пялился на Леонарда. Тот не отводил глаз в ответ. Судя по его одежде и спутникам, незнакомец был из мелких маркизов и был совсем молод, может, даже моложе Леонарда. Спустя несколько секунд зрительного контакта, юноша быстро зашагал по направлению к Лео, Елена было уже начала волноваться, как молодые люди заключили друг друга в крепкие объятия. — Я глазам своим не верю, это и правда ты! — юноша сделал полшага назад, с восторгом рассматривая старого знакомого. Леонард неуверенно и смущенно улыбался, но явно был рад встрече, — я уж думал не встречу тебя! После того, как ты пропал полтора года назад, я места себе не находил, уж и не думал, что встречу тебя здесь! — Я пришел как сопровождающий госпожи Елены, тоже раз видеть тебя, Франц. — маркиз растеряно посмотрел на Елену и быстро ей поклонился, было очевидно, что Франц подвластен слухам и относится к герцогине с призрением, если не с ненавистью. — Я…я не понимаю, в нашу прошлую встречу ты был бродягой, оборванцем, как ты и она…почему ты не дал о себе знать? Ты мой первый и единственный друг, ты бы знал, как я волновался за тебя! — голос Франца дрогнул, — я не понимаю, Лео, ты… — Не называй меня так, — отрезал Леонард, и его лицо из приветливого и теплого стало безразличным и даже суровым. Он смотрел на маркиза, как на мошку, совсем позабыв об их приятельстве, — этим именем позволено называть меня только госпоже Елене. — Франц опешил и даже отступил назад. Его растерянный взгляд упал на выпирающий из-под воротника ошейник. — Что эти твари сделали с тобой? — тяжело выдохнул Франц, после чего сжал кулаки, — ты раб? Вы, — полные ненависти и боли глаза обратились к Елене, та стояла, не смея пошевелиться. Конфликт начал притягивать любопытные взгляды толпы, — я ожидал от Вас многого, если раньше у меня были причины сомневаться в том, что о Вас говорят, то теперь я точно вижу, какая Вы. — Франц! — угрожающе зарычал Реджинальд, но маркиз не унимался. Он шаг за шагом приближался к девушке. — Вы лживая, подлая и грязная подстилка, продажная Императорская шлю… — маркизу не хватило буквально полуметра до Елены, как его волосы и одежда в одночасье воспламенились. Юноша завопил от боли и принялся кататься по полу, сдирая с себя одежду частично вместе с кожей. К нему тут же подбежали слуги и принялись заливать пламя вином и всеми жидкостями, что можно было достать поблизости. Леонард испуганно отшатнулся и закрыл лицо руками, он дрожал и чуть не плакал, как и Елена. Герцогиня не могла отвести взгляда от затихшего тела на полу. Подбежала команда врачей, и они унесли Франца из зала, никто не смел ничего сказать. Император, что только-только появился в дверях, удивленно проводил взглядом процессию врачей и с праведным недоумением обратил свой взор на виновников хаоса. — Наложник с божественной силой? Что еще придумаешь? — раздраженный император Августин ходил взад-вперед по кабинету, нервно постукивая по различным поверхностям. Он прел в короне и мантии. Елена, прямая, как струна, сидела на кресле и смотрела себе в ноги. Леонарда экстренно отправили обратно в поместье, Реджинальд было хотел остаться с Еленой, но ему было приказано сопроводить новоиспеченного поджигателя. — Не вижу причин для волнений, сегодняшняя ситуация произошла лишь из-за того, что тот юноша угрожал мне, это была самозащита. — Такой самозащиты в моем дворце быть не может, — старик громко стукнул по столу, его нижняя губа тряслась, — приведи мне этого мальчишку к завтрашнему утру, ему отсекут его дрянную бошку. — Августин напуган до паники, он прекрасно помнил предостережение о предстоящем мятеже годовой давности. — Я не приведу его Вам, — Елена впервые посмотрела императору прямо в глаза. Девушка медленно поднялась с кресла и скрестила руки на груди, — я единственная наследница семьи Эскобар, великая герцогиня Елена Эскобар, и с сегодняшнего дня я официально вступила в право наследия. Леонард — мой наложник, моя собственность, Вы не имеете права и пальцем его тронуть. Все проблемы здесь решу я и только я, и в отличие от моего отца, я не буду столь к Вам снисходительна. — Августин побледнел и с ненавистью сжал лежащий на столе документ. Он был похож на бешеную собаку, истекающую слюной. — Ты забываешь, с кем говоришь, — прошипел он. — И Вы забываете. Без поддержки моего отца Ваша власть рухнет, как домик из карт. Вы можете запугать кого угодно, но не смейте и голос повышать в мою сторону, если не хотите для себя последствий. — Сразу видно, насколько ты юна, — старик, все так же дрожа, но с улыбкой на лице подошел к девушке, от гнилых зубов шел смрад. Августин провел рукой по золотистым волосам сверху вниз, его ладонь спустилась ниже, замирая на талии, — я найду способ избавиться и от твоего несчастного мягкотелого отца, и от тебя, и от твоего милого питомца, и от того рыцаря, который так к тебе рвался. И поверь мне, ты не хочешь, чтобы я причинил им боль, мы сможем стать союзниками, — старик приблизился к уху герцогини, обжигая его своим дыханием. Сухие тонкие губы оставили легкий поцелуй на виске, император стоял так близко, что у Елены начала кружиться голова, — ты не хочешь такого врага, как я, я уж найду способ, как окончательно смешать тебя с грязью, да еще и выйду сухим из воды. Можешь не отдавать мне мальчишку самостоятельно, но у тебя он долго не задержится. Ты поняла меня? — испуганная Елена, еле сдерживая слезы, коротко кивнула.