Часть 1
16 мая 2022 г., 21:54
Баки сжал бионический кулак, разглядывая отражающие тусклый свет пластины. Хотя солнце уже лизало жгучими лучами другую часть здания, освещение в тренировочном зале пока было приемлемым для того, чтобы не включать лампы с премерзким ярким белым светом, бьющим в глаза. Лязг металла, когда блины штанги бились друг о друга, либо когда ввинченная в потолок цепь тяжеленной груши жалобно поскрипывала на своей балке при каждом ударе, резал слух, его даже скрежет зубов не перекроет. Со стороны огороженного канатами квадрата для спаррингующихся слышались выкрики триумфа или же подначивания, подбадривания со стороны малочисленных зрителей, вскрики боли, удары кулаков о плоть, покрытую испариной, смех…
Баки понял, что какое-то время не дышал, и новый вдох обжег лёгкие, донося до обоняния перемешанные запахи пота и парфюма. Он разжал и снова сжал кулак. Вдох-выдох. Врачи говорят, что это помогает. Вдох-выдох. Он находится на базе Мстителей. Ему ничто не угрожает. Вдох-выдох. Рядом боевые товарищи, агенты, свои. Они тренируются, не дерутся на смерть, никто не собирается никого калечить. Никто не собирается причинять ему вред, и не нужно каждый раз горой трупов доказывать свои умения. Ему не нужно никого убивать. И мерзкие лампы дневного освещения нормальны для любых помещений, это не атрибутика того места, где его держали.
Но все же он зажмурился, когда только что вошедший Сэм ударил по выключателям, и свет уколол глазные яблоки. Боль прошивала до самого мозга, как если бы кто-то направлял на него линзу с пойманным лучом солнца. И когда этот звук, дребезжание, с которым электричество потрескивает в приборах, тонко загудел над его головой, совсем как шокеры, используемые для обнуления…
Баки с трудом заставил себя сложить в голове одно предложение: Он не на базе Г.И.Д.Р.ы.
— Барнс! Не скучай, лучше делом займись, — послышалось со стороны ринга.
Точно. Он в тренировочном зале. Это тоже нормально. Все-таки нужно было дождаться Стива. Или нет, большой мальчик, сам справится. Подумаешь, всего лишь видеть лица людей, которые косятся с недоверием, страхом, с больным восхищением, с благоговейным трепетом.
Несколько шагов на автопилоте в сторону скопления разгоряченных бойцов, и внезапно их голоса стихли. Надо было все-таки последовать примеру Стива и лупить без конца груши, срывая их с цепей. Может, так было бы легче, но проблему бы это не решило.
— Красный угол твой, — махнул Сэм, занимая противоположный, когда Баки приблизился к ним. Так уж вышло, что желающих получить сегодня травму больше не было.
Кому-то вздумалось разойтись по залу, отдав предпочтение тяжёлым физическим упражнениям, оставшиеся образовали две группы болельщиков за спинами Сэма и Баки, что немного удивило последнего.
— Аккуратнее с левой, — криво улыбнувшись, предупредил Сэм.
— Я правша, — ничуть не успокоил его Баки.
Блоками левой он отбился от первой атаки, а вот Сэм пропустил-таки ответный удар правой.
— Разве тебя не переучили на левую? Ну, чтобы совместить силу и умение, — на выдохе произнёс Сэм, уворачиваясь от занесенной в его сторону руки, а потом на развороте перехватил предплечье Баки, надавил между лопаток и остановил удар коленом у самых рёбер.
— Не думаю, что ты хочешь опробовать её на себе, — нахмурился Баки, распрямляясь.
— Ты прав, не особо, — Сэм спружинил с ноги на ногу. — Просто интересно, если ты вообще не будешь использовать левую руку, — он увернулся от летящего в него кулака, — будет такая же действенная техника ведения боя?
— Ты никогда не замолкаешь?
— Говорю же, любопытно.
В полуприседе шаг за шагом они поменялись сторонами, не сводя друг с друга глаз.
— Я на интервью не подписывался, — Баки выбросил вперёд правую руку, Сэм прогнулся под нее и несильно пнул Баки в голень.
Они снова разошлись, обошли полукругом и заняли позиции.
— Разве профессора, или кем они там были, не готовили тебя к тому, что протез случайно заклинит, ну мало ли что, и тогда…
— Они не были такими болтливыми.
Баки отбил удар, но пропустил другой в солнечное сплетение. Воздух со свистом вышел из лёгких. Он поднял на Сэма полный злобы взгляд.
— Ты теряешь концентрацию, когда думаешь об этом, — больше прозвучало как утверждение, а не вопрос.
Не отвечая на его слова, Баки перешёл в атаку, но апперкот не удался, так как Сэм вовремя увернулся. Тогда Баки подсек его, и тот приземлился на мат, не удержавшись.
— Ты специально, — сказал Баки, отходя назад, и принял позу.
— Что специально? — Сэм поднялся на ноги, на всякий случай не приближаясь.
— Специально выводишь меня, только я не понимаю, зачем тебе это. Припаси свои штучки для кого-нибудь другого и не делай из меня подопытного кролика, — губы Баки, сжатые в тонкую полоску, побелели, на лбу выступил пот.
— Да у тебя паранойя! Чего ты так взъелся?
— Не лезь ко мне в голову, — зло процедил он. — Ничего хорошего не узнаешь.
— Люди с настоящими проблемами всегда отрицают их наличие, но все решаемо, — Сэм выставил ладони вперёд, зная, что это ни в коем разе не сдержит Баки, если тому взбредет в голову съездить ему по челюсти железным кулаком.
— С диагнозом уже определился?
— Их несколько, как я погляжу. Я могу помочь, — Сэм отступал назад от надвигающегося Баки.
— Я прекрасно справляюсь сам.
— Что-то прогресса не наблюдается.
— Сейчас ты будешь наблюдать за ним с фонарём под глазом.
— Эй, полегче, — он остановился, готовясь дать отпор. — Знаешь, есть действительно классные методы, чтобы урезонить таких…
— Засунь свои методы… — оборвал его Баки, не договорив свою фразу.
Сэм смотрел ему за спину, заметно расслабившись. Повисла неловкая тишина. Остальные находящиеся в зале, которые уже готовились разнимать их, застыли манекенами. Баки спиной почувствовал, чтó, или, вернее сказать, кто мог остановить завязывающуюся драку одним лишь своим присутствием.
Стив наблюдал за происходящим, скрестив руки на груди. Напряжённые мышцы грозились разорвать плотно облегающую футболку. Хмуро взирал на всех, оценивая обстановку. Если бы Баки был в состоянии думать, то сразу понял бы, что за маской строгости и раздражения таится беспокойство.
— Бак, — коротко позвал он его, и Баки неохотно последовал за ним, не оборачиваясь на обращенные на него взгляды.
В напряжённом молчании они шли до комнаты Стива. Тот, будучи уверенным, что Баки не отстаёт ни на шаг, даже не пытался обернуться на него, укоризненно или же с бесконечной заботой. Когда он прикладывал ключ-карту к идентификатору, проверил коридор на наличие живых душ, взял Баки за живую руку и втащил его внутрь.
Дверь автоматически заблокировалась, загорелся красный огонёк.
Стив решительно толкнул Баки прямо к стене в прихожей, огладил его бедра и опустился на колени перед ним. Умелыми движениями справился с пряжкой ремня, потянул замок молнии. В тишине послышался только "вжик". Стив посмотрел на него снизу вверх. Его глаза были закрыты. Баки стоял, вытянув руки подле себя, даже не пытаясь зарыться пальцами ему в волосы, как он всегда делал это от нетерпения. Губы плотно сжаты, он тяжело дышал через нос. Сглотнув, он стиснул зубы. Стив понадеялся, что это хороший знак.
Он спустил его джинсы до щиколоток, провел руками по сильным икрам, прильнул губами к внутренней стороне бедра, но Баки даже не сделал попытки выступить из джинсов, чтобы предоставить себе и Стиву свободу действий. Поведение Баки все больше сбивало Стива с толку, но он не сдался. Он спустил боксеры к джинсам, провел пальцами по жёсткой поросли волос и обхватил вялый член у основания. Выдохнув через приоткрытые губы, он снова посмотрел вверх на Баки, но ни выражение лица, ни поза не изменились, хотя он точно знал, что подобные манипуляции с его членом всегда ему нравились. Червячок сомнения зашевелился внутри.
Широко мазнув языком по головке, он поднял на него глаза, но тот лишь медленно выдохнул, ничем больше не поощрив его действия. Тогда Стив полностью вобрал в рот его член и прижал языком к нёбу. Баки прошипел, и Стив, приняв это за одобрение, провел языком по всей длине и снова взял в рот, втянув щёки. Одной рукой он гладил крепкие ягодицы, подталкивая ближе к себе, а в другой сжал мошонку, медленно с напором перекатывая яички. Он ускорил темп, оказывая давление на член языком, который твёрже не становился. Слышались только хлюпающие звуки и его тихое постанывание.
Чувствуя вибрацию его голоса на своём члене, Баки охнул, жмурясь, бионической рукой взял Стива за подбородок и отстранил от себя. Холод металла обжег кожу на месте прикосновения.
— Ну же, Баки. Ты можешь использовать меня. Я помогу расслабиться, — с хрипотцой в голосе проговорил Стив. Он взял его руки в свои и приложил к своей голове, чтобы Баки было удобнее направлять его движения, или же просто схватить за волосы и грубо поиметь.
— Нет, не смогу так, — сказал он, тут же убирая руки.
Стив так и остался сидеть с приоткрытым ртом, взирая на него. Глаза слезились от неудавшегося минета, и в какой-то момент ему на самом деле хотелось заплакать. Шок и удивление высушили слезы, а меж бровей пролегла морщинка. Стив шмыгнул носом и поднялся. Их лица оказались на одном уровне. По-зимнему холодный взгляд голубых глаз был дерзким и отстраненным.
— Баки, — мягко произнёс он, и тот скривил лицо от звука своего имени. Стив ещё больше нахмурился. — Что происходит?
— Ничего, — ровный тон звучал отчужденно и раздражённо.
Стив покачал головой. Баки наклонился, чтобы подцепить пальцами одежду и рывком натянул все на бедра.
— Тебя как будто подменили.
— А то ты забыл, что я такое, — рыкнул Баки, дёргая молнию.
— Нет, не в этом дело. Ты — мой Баки, просто что-то не так.
— Не выдумывай, — он зыркнул на него из-под ресниц, затягивая ремень в петлях.
— Баки, — Стив положил руки ему на плечи, ощутив тепло тела и металл под ладонями, и слабо встряхнул, пытаясь привлечь к себе внимание. Баки так и замер с пряжкой ремня, крепко сжатой пальцами бионики. — Поговори со мной.
— Не о чем говорить, — он повёл плечами, заставляя его убрать руки, и опустил взгляд, снова принимаясь за пряжку.
— Я могу что-то сделать? — не сдавался Стив.
— Да! Просто оставь меня в покое.
— Со мной такое не пройдет. Что-то тебя тревожит. В последнее время ты стал нервным. Чуть со своими же не подрался.
— Я бы с радостью на что-нибудь отвлёкся, да что-то апокалипсиса не предвидится.
— А как же тренировки и спарринги?
Баки уставился на него так, словно пытался прожечь дыру глазами.
— То есть ты хочешь сказать, что это из-за отсутствия адреналина? Тебе наскучила спокойная жизнь?
Баки упорно молчал, сжимая и разжимая кулаки. Бионическая рука тихо скрежетала пластинами.
— Нет? — Стив совсем перестал что-либо понимать. — Ясно, — он сжал пальцами переносицу. — Может, ты хотел бы отдохнуть вдали ото всех? Ну хочешь, я выбью недельку выходных, мы можем поехать в какое-нибудь тихое местечко и там…
Он осекся, услышав, как Баки медленно выпускает воздух из лёгких. Раз уж он перешёл к дыхательной гимнастике, его предположения даже близко не верны.
— Ну или без меня, — немного обиженно прозвучал его голос. — Наверное, так даже лучше.
— Ты правда не понимаешь? — врезался его голос в уши, скрипучий, как металл его руки. — Проеб мне нужен! Насилие! Контроль! Мне нужно, чтобы ты трахнул меня, Стив. Так трахнул, чтобы я зарекся больше никогда никому не давать. Чтобы имя забыл, чтобы звезды в глазах! — выпалил он, учащенно дыша.
Стив моргнул. Ещё раз моргнул. Сглотнул. Биение сердца отдавалось в висках, в таком же быстром ритме билась вздувшаяся жилка на шее Баки.
— Я не собираюсь тебя насиловать, — растерянно проговорил он почти умоляющим тоном.
— Никогда не думал, что буду просить об этом, — выдохнул Баки, проводя рукой по волосам. — Да и некого больше. Я долго думал, что не так, а потом понял, что… — Он судорожно вздохнул. — Я понял, что мне правда не хватает этого.
Стив первый раз видел его таким. Просто раздраженным — пожалуйста, каждый раз после драк, особенно когда Баки защищал его, готовый порвать любого, злым — разумеется, случалось много передряг, Стиву часто удавалось умерить его пыл, Баки даже забывал, на что злился, растерянным — когда нашёл его в лаборатории Г.И.Д.Р.ы, он даже не надеялся на спасение. А ещё он всегда мог различить похоть во взгляде, когда он был увлечён какой-нибудь пассией, — как там её звали, Дот? — точнее она была увлечена им, а он охотно отвечал на заигрывания.
Теперь ему казалось, что все это он видит в нем одновременно прямо сейчас. Иногда он совсем не узнавал Баки, который вернулся к нему после невольной службы Зимним Солдатом. Но все же это был он, и Стиву не хотелось представлять, что могло изменить его так сильно в лаборатории Г.И.Д.Р.ы. Последний вопрос был ненамеренно озвучен.
— Что же с тобой там делали, Бак? — прошептал он, и Баки скривился от его сочувственного тона как от зубной боли.
— Ничего такого, о чем я хочу тебя попросить, — он выдержал пытливый взгляд, а потом спохватился и вскинул руки ладонями вперёд. — Но если не хочешь, то твоя помощь не нужна. Я ведь не могу тебя заставить. Это ты можешь принуждать меня к… разному, — он подобрал слово, которое больше всего подходило для того, чтобы дать название желанным образам в своей голове. — Ты же актив, ты сверху, ты можешь приказывать и подчинять. В конце концов, у тебя под руководством целая армия.
— Это другое!
— Разве ты не можешь сделать для меня исключение? Я ведь сам об этом прошу. У тебя есть для этого все качества, ты же любишь командовать. Спроси любого из своих бойцов, о, они бы хотели подчиняться каждому твоему слову.
— Баки, ты манипулируешь мной.
Выражение его лица изменилось и стало гримасой с плотно сжатыми губами, гневно раздувшимися ноздрями и выступившими желваками. На лбу выделялась вена, которая, Стив помнил, появлялась каждый раз, когда он выходил из себя.
— Черт. Не нужно было говорить тебе об этом. Теперь, вдобавок ко всему, ты считаешь меня больным ублюдком, — процедил он. — Просто дай мне немного времени. Перебешусь. И перестань со мной возиться, как сиделка, — он одернул толстовку и, не оборачиваясь, направился к двери, уходя так быстро, чтобы Стив не смог его догнать.
А он и не пытался. Потребовалось ещё немного времени, чтобы переосмыслить всю ситуацию. Мог ли Стив догадываться, что его забота порой душит? Бесспорно, так оно и было, и Баки точно не нужна была сейчас жилетка, в которую можно поплакаться. Но те изощренные методы, с помощью которых он хотел восстановить свою внутреннюю гармонию на этот раз, не могли не удивить Стива. Он никогда не наблюдал за Баки мазохистских наклонностей, тем более в такой форме. Хотя он не отказывался от пассивной роли в постели. Ему нравилось, как Стив любил его, голодно, нежно и до горечи сладко. В последнее время даже не пытался оспаривать его активную позицию, а еще…
А потом Стив начал вспоминать все намёки Баки во время их уединений. Все начиналось с невинных просьб сменить позу, в которой контроль в большей части переходил Стиву, просил не сдерживаться, но, как оказалось, это не было простым подначиванием. Кусал его шею, чтобы Стив укусил в отместку сильнее, и просил еще, когда Стив на грани своего финала не мог следить за нежностью действий. А однажды он не заметил, как получилось так, что одна его рука сдавливала горло Баки, а другая — его напряженный член, не давая кончить.
Теперь все становилось на свои места. Баки не нужно было вымещать свою злость на ком-то. Он не хотел причинять боль, он хотел получать её. От Стива. От единственного человека, которому он доверял; которому ни за что не хотел навредить, будь то в порыве страсти, ненамеренно или же с прямого великодушного разрешения Стива.
И если душевный покой Баки сейчас зависел только от него, то надо было начинать прямо сейчас, ведь современный мир предлагает множество вариантов разнообразить интим, осталось только изучить некоторые детали.
— Я не сказал "нет", — сообщил он пустой комнате и открыл вкладку в браузере.
***
На следующий день Стив обошёл всю базу в поисках Баки, но его нигде не было. Видимо, вчера после их разговора сбежал "перебеситься". И было только одно место, где он мог спокойно заниматься самоедством. Долго думать не пришлось, ведь Баки часто сбегал в их квартиру, где царили свобода, комфорт, безопасность и Стив. По дороге ему нужно было забрать особый заказ. Покупку такого арсенала было некому доверить, поэтому, к своему позору и ужасу, оформил вчера в онлайн секс-шопе доставку. Он был благодарен тому, что Щ.И.Т. предоставляет не только банковские карты, но и места, зарегистрированные на левые имена ради предотвращения утечки реальных данных о всех людях, имеющих хоть какую-то связь с организацией. Он забрал заказ по указанному адресу и домчал до квартиры на мотоцикле за рекордные полчаса. Стив вдавил пальцем кнопку дверного звонка, раздался мелодичный перезвон. Ключи с собой у него были, но сейчас было важно не вторгаться к нему, а для начала хотя бы определить его настрой к разговору. За дверью послышались шаги, стихли. Стив переступил с ноги на ногу, поправляя рюкзак на одном плече, когда ключ забряцал в замочной скважине. Тяжёлая дверь медленно со скрипом открылась, и перед ним предстал Баки. Признаться, он ожидал увидеть его обросшего щетиной, в помятой одежде, как минимум с кислой миной; а мог бы вообще не открывать. Он мог бы пить спиртное, хотя от него не было бы толку, пил бы прямо из бутылки, по старой привычке. Он мог бы пропитаться сигаретным дымом, как в молодости он мог выкурить пачку сигарет, когда нервничал. Однако ничего из этого не произошло. От него пахло мятной свежестью. Мокрые волосы блестели от искусственного освещения, полотенце было перекинуто через плечо, на белой майке ни пятнышка, тёмный металл бионики контрастно отсвечивал белым. Серые спортивные штаны добавляли уют этому образу. Стив представил, каким горячим он должен быть сейчас после душа, и ему захотелось стиснуть его в объятиях, вдыхая аромат волос, пальцами перебирая прядки. Однако он прогнал очарование момента. Баки нужен адреналин? Никаких сюсюканий? Никакой нежности? Что ж, Стив пришёл исполнить его желание. — Привет, — бодро начал он. — Ты потерял ключи? — без единой эмоции вместо приветствия спросил Баки. — Нет. Знал, что ты будешь здесь, — уголок его рта приподнялся. — Ты ждал, что я открою сам? Значит, хотел, чтобы я пришёл? — Стив, я же просил... — Впустишь? Баки капитуляционно отошёл в сторону, пропуская его, а сам накинул полотенце на голову, перетирая мокрые пряди. Стив снял куртку, выступил из кроссовок и прошёл по коридору в спальню мимо Баки, который приметил рюкзак, но ничего не сказал. Стиву нравилась их большая спальня, достаточно освещенная в дневное время, совмещающая в себе интерьер, который был по вкусу им обоим. Мнения о том, как должна выглядеть спальня у них расходились, начиная от выбора цвета мебели, обоев, но в одном они абсолютно точно сошлись — большая прочная деревянная кровать с металлическим креплением. На ней они любили друг друга, обсуждали все на свете, лениво томясь в объятиях, иногда встречали рассвет, иногда к пению птиц по утрам добавлялись предоргазменные стоны, и только потом они устало валились, позволяя друг другу немного отдохнуть от любовных утех. Настало время внести разнообразие в их скучную, как посчитал Баки, интимную жизнь. Стив уже перебрал весь свой арсенал, когда Баки появился на пороге спальни взлохмаченный и уже без полотенца. Он оперся плечом о косяк двери и скрестил руки на груди, наблюдая за ним. Сначала Баки не заметил каких-то новых предметов, которые вскоре будут применены против него, а потом его взгляд начал медленно фокусироваться на каждом: наручники, кожаная плеть, металлические кольца и уйма силиконовых изделий разной формы и разного размера. Он начал понимать происходящее и вскинул брови, глядя на Стива. Поспешив скрыть весь вид своей широченной спиной, он преодолел расстояние между ними в три крупных шага. — Не передумал? — вкрадчиво поинтересовался он. — Если ты собираешься читать мне морали, то не утруждай себя. — Подожди, Бак, — он положил руку ему на плечо, не дав уйти. — Я хотел сказать, что не считаю тебя больным ублюдком. Возможно, после всего, что я с тобой сейчас буду делать, — он нервно сглотнул, — ты будешь считать таким меня. Явно заинтересовавшийся Баки дождался, пока он сам возобновит зрительный контакт, и отрицательно покачал головой. Лицо Стива посуровело, он облизнул пересохшие губы и со всей строгостью наставника, решившего проучить нашкодившего ребёнка, приблизился к нему вплотную. — Поэтому спрошу сейчас, — его рука поползла вверх к его затылку, и пальцы запутались в длинных прядях. — Ты будешь хорошим? Баки забыл, как дышать. Он прятал от него бегающий взгляд, решая, в каком смысле он будет хорошим для Стива. Но одно он знал точно. Он жаждал ощутить его силу, ощутить ее на себе, в себе, хотел подчиняться ему, хотел быть под ним, хотел получать наказания от него. Хотел быть его. — Да, — все, что ему удалось выдавить чуть придушенным голосом. — Хорошо, — кивнул он. — Тогда выбирай, — он махнул рукой в сторону кровати, туда, где лежали будущие орудия пыток. Баки ещё раз оглядел арсенал, Стиву даже показалось, что как-то без интереса, и он уповал на то, что Баки все-таки передумал, но последний росток надежды был безжалостно им уничтожен, когда он смиренно опустил глаза, сцепил пальцы бионики на пряжке его ремня, потянул на себя и скромно заявил: — Это. Стиву не стоило удивляться его выбору. Обыкновенный ремень из коричневой кожи, который удерживал джинсы на его узких бедрах, чем-то напоминал армейские времена и ему самому, так что ничего поразительного в предпочтении Баки не было. Это время было связано с худшими воспоминаниями Баки. Стив глубоко вдохнул, чувствуя, как в груди защемило. А потом пообещал себе выбить их из него все до последнего. Он уверенно расстегнул ремень и вытащил его из петель, сложил вдвое и попробовал на удар, хлопнув, поймал его в своей ладони. Зрачки Баки расширились, кадык дернулся, влажные губы приоткрылись, а руки мелко задрожали. Нет, не так быстро. Стив сжал пальцами его подбородок, приблизился, но не стал целовать. — Встань на колени, — приказал он, расстегивая ширинку и спуская брюки до щиколоток. Он высвободил свою эрекцию, и Баки потянулся рукой к его паху. Стив хлопнул его по запястью, жёстко дёрнул за волосы, приближая к себе, пошлепал головкой члена о его губы, заставляя их раскрыться. Баки высунул язык, обжигая дыханием его член. Он уже готов был ощутить его толщину в узком горле. Стива не нужно было просить. Он потянул его за пряди с обеих сторон, заставляя его самого медленно насадиться на длину. Баки попытался вырваться, но Стив жёстче перехватил волосы на его затылке, дал ему возможность вдохнуть полной грудью и продолжил надевать его рот на свой член. Баки взял наполовину, подавил рефлекс и подался назад, вырываясь из цепкой хватки Стива. Он жадно вдыхал воздух, глядя на него снизу вверх. — Совсем разучился, — недовольно поцокал языком Стив. — Тебе же всегда нравилось брать в рот, — он провел рукой по его волосам, и Баки отметил, что щеки Стива порозовели. Капитан Америка оставался самим собой даже сейчас. В груди стало тепло от умиления. Нет, сейчас от этого у Баки точно не встанет. — Может, потому что ты не пытался по-настоящему трахнуть моё горло? Давай, Кэп, я не вижу попытки выебать меня. За эти слова он получил звонкую пощёчину. Его отшатнуло в сторону, и он поднял на него ошалелый взгляд, механически прижав ладонь к щеке. Место от удара горело, и он почувствовал тяжесть в низу живота. — Следи за языком, — одернул его Стив. — Рот будешь открывать только по моему приказу. Это ясно? — Да. Ещё одна пощечина по другой стороне лица. — «Да» — что? — Да, сэр, — прохрипел Баки, понурив голову, и волосы посыпались ему на глаза. — Умница, — одобрил Стив и рванул его за чёлку вверх, приближая к своему истекающему смазкой члену. — А теперь будь послушным мальчиком, открой рот. Баки опустил нижнюю челюсть, наблюдая за тем, с каким удовольствием Стив входит в его влажный рот, запрокидывая голову. Несколько коротких проникновений, сопровождаемых хлюпаньями, и он резко отстранился, прошипев от боли. — Зубы! — прикрикнул он, вставил большой палец ему в рот и надавил вниз, одновременно с этим проникая глубже. Баки закашлялся и снялся с его члена, утирая слезы. Стив наклонился к нему и сцеловал слезинки с его лица, лизнул губы, заставил их раскрыться и завлек его в поцелуй, передавая ему солёный вкус. Баки начал активно отвечать на ласку, но Стив оттолкнул его. Он размазал капельку предэякулята по члену и провел по длине несколько раз. Жёстким захватом он притянул Баки к своей мошонке, чувствуя жар его дыхания. Тот не спешил начинать, водя по внутренней стороне бедра языком, впитывая аромат его кожи и упиваясь им до одури. — Оближи, — потребовал Стив, огладив его скулы, и влажно шлепнул член ему на лицо. Баки проигнорировал этот жест и всосал мошонку в рот, вытворяя языком немыслимые вещи, как он это делал всегда, и Стив ещё больше напрягался, теряя самоконтроль. Он тихо охнул, пропустил мягкие пряди волос Баки между пальцами и сжал в кулаке, фиксируя хватку. Надавил головкой члена на его губы и скользнул между ними, шалея от манипуляций его горячего мягкого языка. Баки нашёл удобную позицию, чтобы вбирать в себя его член, задав быстрый темп, и Стив издал протяжный стон, забывшись в ощущениях. — Давай, милый, постарайся. Разве не этого ты хотел? Он рванул его к себе и начал нещадно вбиваться в его глотку, ненавидя себя за то, что он получает от этого удовольствие. Баки кашлял, давился его длиной, но покорно принимал его. Вязкая слюна стекала по подбородку, из глаз ручьём брызнули непрошеные слезы, из горла вырвались не то стоны, не то всхлипы. Утробные звуки заводили ещё больше, и Стив не стал больше сдерживаться. — Прими все до последней капли, — рыкнул он, не сбавляя темп, и, игнорируя слабо выраженные попытки Баки остановить его, вжался в него, чувствуя, как сдавило горло. Баки рефлекторно сглотнул все, отстранился и задышал полной грудью, восстанавливая дыхание. Стив справился с этим намного быстрее и одобряюще взъерошил его волосы. — Хорошая работа, — сказал Стив, натягивая на себя джинсы. — А теперь подъем, смена декораций. Нам нужен стол. Оказавшись за его спиной, Стив наотмашь ударил его по ягодице, отчего тот едва ли не подпрыгнул на месте от неожиданности. — Вперёд, — он подтолкнул его в сторону кухни, и Баки вперил в него вопросительный взгляд. Ещё никогда они не занимались сексом на кухне. Да что там, Стив даже не разрешал поглаживать стояк через штаны, обычно всегда успевал дотащить Баки до спальни и уже там, за закрытыми дверями — все, что угодно. Иногда он сам подходил со спины и целовал Баки в шею, когда тот готовил завтрак или возился с посудой, и если он не присоединялся к нему с намерением помочь, то минутой позже соединялся с ним в спальне. Но чтобы на кухне — ни за что. Удивление Баки не прошло и в тот момент, когда он заставил его перегнуться через край стола и сдернул с него штаны. Ему было немного стыдно, непривычно и очень, очень горячо. В руке у Стива снова появился ремень. Было слишком тихо, он даже не стал рассекать воздух для пробы. Он долго молчал, прежде чем Баки услышал его голос: — Скажешь, когда мне остановиться. — В Г.И.Д.Р.е у меня не было права на стоп-слово. Доверюсь твоим ощущениям. — Для ясности. Говоришь сразу, если что не так. На это у тебя разрешение есть. Напомни-ка, для чего тебе рот? — Для того, чтобы сосать твой член, — с готовностью выпалил Баки. — Не только. Ещё? Баки не отвечал. Он нетерпеливо заерзал, издав стон, и совершенно не нашёлся с ответом. Думать о таких глупых вещах сейчас? Издевательство. Стив подошёл к нему вплотную, припечатывая к столу, дёрнул за подол майки, стащил и отшвырнул её в сторону. Он сжал его соски, и Баки вскрикнул, пытаясь уйти от прикосновения. — Помимо этого ещё для того, чтобы говорить "мне больно", когда тебе больно. Лёгкий свист, щелчок мягкой кожи — первый удар пришёлся по ягодицам, и Баки тихо прошипел от боли, напрягаясь всем телом. — Ты в порядке? — спросил Стив, покрепче сжимая петлю ремня в руке. — Ещё! — он перевёл дыхание, готовясь к следующему удару, который последовал незамедлительно. Баки закусил губу, сравнивая ощущения. Кожа начала зудеть, две полосы на ягодице слегка порозовели. Третий удар пришёлся поверх двух предыдущих и был ощутимее. Он сдавленно выдохнул, чувствуя жар в низу живота. Он обернулся на Стива, который, сдвинув брови, был сосредоточен на своём деле. Он отвёл руку с ремнем повыше, и Баки дернулся вперёд, выкрикивая, когда удар пришёлся поперёк первых полос. Стив заметил, что его глаза увлажнились, когда он снова посмотрел на него. — Нет, так не пойдёт. — Он намотал ремень на кулак. — Встань на колени, глаза в пол, руки за спину. Баки поспешил исполнить приказ, соскользнув с поверхности стола, и глянул на него из-под ресниц. — Я сказал, глаза в пол! — рявкнул он, и Баки уронил голову на грудь. — Вот так. Не шевелись, пока я не приду. Квартира, в которой он проводил бóльшую часть времени вне заданий и исполнения долга перед отечеством, теперь казалась ему незнакомой. Он не мог решить, чем завязать глаза Баки, бесцельно открывал ящики с бельём, рыскал по полкам с идеально сложенными футболками, зачем-то проверил на всякий случай идеально выглаженные костюмы, а потом недолго думая, снял с петли галстук. Жаль, не подумал о повязке раньше, когда заказывал набор юного садиста. Да разве ему приходило в голову, что он не сможет спокойно смотреть ему в глаза во время секса, как он это делал всегда? Обычно это заводило, но сейчас было странно и стыдно. Стив почувствовал, как его щеки краснеют. Ему не хотелось даже видеть разложенные на кровати атрибуты, не верилось, что он действительно купил все это. Но что-то заставило его не только посмотреть, но и подойти. Он взял три и поторопился вернуться к Баки. При виде его весь стыд и смущение снова куда-то испарились. Поза была той же, грудь медленно вздымалась и опадала. Баки не поднял головы, но взгляд переместился по полу к босым ступням Стива. — Встань и перегнись через стол. Баки молча выполнил приказ, не расцепляя рук за спиной, даже не обратил внимания на предметы в руках у Стива несмотря на то, что их было чересчур много. Его движения сковывали спущенные к лодыжкам штаны. Так даже лучше. Сначала Стив завязал ему глаза, крепко зафиксировав узел. Баки от нетерпения покусывал нижнюю губу и доверчиво выставлялся перед ним. Стив провёл ладонью по раздражённой коже ягодиц, ущипнул, и Баки охнул. Его щеки и кончики ушей стали ярко-розовыми. Стив провел ребром ладони по ложбинке между ягодиц и открыл смазку. Спина Баки напряглась, когда он приподнялся на локти. Стив выдавил содержимого достаточно для большой черной анальной пробки и распределил по всей длине. Конусообразная и рельефная, она была немного толще его собственного члена в самой широкой части. Пока он не начал сомневаться в правильности своего выбора, он приставил её ко входу и начал медленно вводить. От холодного прикосновения Баки вздрогнул и инстинктивно сжался, получил от Стива увесистый шлепок и застонал, когда ещё слишком узкая дырочка растянулась вокруг половины длины пробки. — Молодец, что не подготовился раньше. Упиваясь его стонами, Стив медленно вытащил, а потом снова ввёл пробку, надавливая, продвигая вперёд, назад и опять вперёд, и на каждый миллиметр Баки отзывался все громче и громче. — Терпи, она почти вся в тебе, — сказал он, смочил палец слюной и погладил натянутую кожицу. — Почти. Вкручивающими движениями Стив протолкнул последние миллиметры толщины, узкие стенки расслабились вокруг основания пробки, и Баки захныкал, всем корпусом опускаясь на стол. Стив огладил его плечи, спину, чувствуя, как под его ладонями перекатываются мышцы, намеренно оставил ягодицы не обласканными, надавил на основание пробки и подвигал ею внутри. Неровности формы стимулировали простату, и Баки не сдержал надрывного стона. Пальцы скользнули под мошонку и сомкнулись вокруг его влажного от предэякулята и твёрдого члена. Стив растянул в пальцах ремешок для контроля оргазма, сжал им основание его эрекции и огладил обозначившиеся венки. Баки потянулся к своему члену, но Стив перехватил его запястье и завёл руку за спину. — Мне что, руки связать? — Нет, сэр, — тихо ответил Баки и сцепил руки вместе, обхватив предплечья. Железные пальцы впились в живую плоть, и Стив подумал, что после такой сессии Баки сам на себе живого места не оставит. — Тогда обе руки на стол перед собой, — он надавил на его плечи так, чтобы Баки лег на стол грудью. Стив огладил пальцами выступающие позвонки, снова покрутил пробку, заставляя его выгибаться навстречу его прикосновениям, и сжал в кулак мошонку. Баки чуть повёл бёдрами, подавив стон. Убедившись, что с его стороны нет протеста, Стив отошел, покрепче сжал ремень в руке и замахнулся для удара, отмечая, что первые полосы уже побледнели. Ремень с громким щелчком врезался в плоть, и Баки протяжно застонал. Вспышка боли пробила все тело, разгоряченная ранее кожа ещё не потеряла чувствительности. Последующие ощутимые тяжёлые, звонкие, хлесткие удары обрушивались с длинным интервалом. Стив рассекал воздух со свистом, бил по уже красным отметинам, оставлял новые, и Баки с благодарностью принимал боль, выдыхая с тихим стоном после каждого нового удара. — Дыши. Он выждал, пока Баки сделает хотя бы три вдоха полной грудью, затем его дыхание снова сбилось, когда Стив нанёс следующий удар. Мышцы сжались вокруг основания пробки, и, двигаясь внутри, она массировала нужное место. Губы Баки округлились в букву «о». Он прерывисто задышал и задрожал. Ещё один удар вырвал из его груди утробное рычание. Он чувствовал, как от возбуждения каменеет каждый мускул, разрядка была все ближе с последующими контактами ремня с кожей. И ещё эта штука внутри распирала, давила, растягивала… Но он не мог кончить. Стив был слишком жесток, когда надел чёртово кольцо на его член. Было слишком хорошо переживать столько оттенков боли от различных пыток одновременно. Пытаясь совладать с собой, Баки медленно выдохнул перед тем, как Стив добавил ещё один красный след к общей картине. Когда он это сделал, Баки прожгло огненной вспышкой, затем его бросило в холод. Выносить столько всего за раз становилось труднее. С его губ сорвался слабый стон от боли и безысходности. Стив провел языком по позвоночной впадине до самой шеи, чувствуя солоноватый вкус. От его дыхания по телу пробежали мурашки. — Я ведь так целый день могу. Просто скажи, если ты хочешь, чтобы я перестал. Он обрушил на него следующий удар, и Баки протяжно завыл, выгибаясь. Он покорно стерпел ещё два удара, которые ощущались, как если бы их нанесли раскаленной кочергой. — Ладно, — простонал Баки. — Но, — поспешил перебить его Стив, окинув голодным взглядом покрасневшую мошонку, — если скажешь «хватит», я отойду и не разрешу тебе кончить. Баки захныкал, потеснее сжал края стола живыми и железными пальцами и стиснул зубы. Он не сопротивлялся следующей наиболее жёсткой и быстрой череде ударов — вымученные стоны, рыки, крики, вой, рев — все смешалось в неистовстве адски прекрасной агонии. Он спрятал лицо в изгибе локтя, с удовольствием соединяясь с холодом левой руки. — Вспоминай, для чего тебе рот, — сказал Стив, тяжело дыша. Баки молчал, плечи тряслись, ноги отказывались удерживать его в таком положении. Стив ударил ещё раз, и Баки задохнулся воздухом. — Для того, чтобы сказать что? — подсказывал Стив, замахиваясь на следующий удар. Пряжка ремня выскользнула из ладони, но было слишком поздно останавливаться, когда она ударила в самый исполосанный отрезок кожи. — Больно! — вскинулся Баки, придушенно застонав. Из свежей царапины, оставленной язычком пряжки, выступила кровь. Стив отшвырнул ремень, тут же припал к ней ртом, жарко и влажно вылизывая, надеясь ускорить процесс заживления. Сыворотка — это, конечно, хорошо, но боль бывает яркой. Баки напрягал ягодицы, сжимая внутри себя пробку, от этого она шевелилась внутри него. Стив приставил к ней два пальца и надавил, прокрутив внутри. Баки издал сиплый стон и дёрнулся всем телом. С эрегированного члена свисала длинная ниточка смазки. На полу растекалась лужица предэякулята. — Вытолкни её из себя, — сказал Стив, и принялся облизывать чувствительную кожу другой половинки. — Что? — осоловело прохрипел Баки. — Я не смогу. — А ты постарайся. — Он нежно огладил округлости, убеждаясь, что краснота постепенно сходит. Баки напрягся, но тут же перестал. — Мне больно, — проскулил он, надеясь, что теперь это будет волшебным словом для Стива. — Тогда я сам. Он осторожно взялся за край, потянул на себя, видя, как мышцы плотно охватывают инородное тело. — Ты должен расслабиться и потерпеть, иначе ничего не получится, — спокойно объяснял он. Баки закивал, и Стив начал раскачивать огромную штуковину внутри него взад и вперёд, а Баки дёргался и прерывисто дышал. Когда самая широкая часть натянула мышцы, он громко вскрикнул, приподнявшись на носках. Стив добавил немного смазки, провел пальцами по входу и снова потянул. Самый сложный изгиб уже был вне, и Баки благодарно простонал, опускаясь на стопы и снова прислонился лицом к руке. Растянутые края входа ритмично сокращались, и Стив свободно протолкнул в него два пальца сразу. Баки захрипел, когда Стив прошёлся по простате. Он добавил третий палец, согнул их вместе, и Баки сжал его внутри. — Потрясающе, — проговорил Стив, убирая пальцы и зачарованно разглядывая покрасневшую и немного припухшую дырочку. Он принялся массировать уже без того мягкое и податливое отверстие, и Баки всхлипнул, задвигав бёдрами. Стив все же обратил внимание на его набухший, побагровевший член. — Я хочу кончить, — жалобно простонал Баки, сжимаясь, однако Стив был неумолим. — Не будь эгоистом. У меня ещё даже нормально не стоит. Поможешь мне с этим? — Да, сэр. — Хороший мальчик, — он сорвал повязку с его глаз, наклонился, помог ему выступить из штанов, поднял ремень, обхватил его сейчас уже гиперчувствительный член и повёл его в спальню. Баки кусал губы, с трудом перебирая ногами. Уж Стив знал, куда давить и что держать. Стив снял с него ремешок для контроля оргазма, и Баки едва не расплакался; затем он разделся догола, лёг на кровать и подозвал его к ближе. — Возьми в рот. Баки устроился на полу между его ног и вобрал в рот полутвердый член. Не успел он сделать нескольких движений головой, как почувствовал на своей шее ремень, которым Стив притягивал его, глубже насаживая на свой член. До ушей Баки донесся его приглушенный стон. Он расслабил горло и опустился ниже, утыкаясь носом в редкую поросль светлых волосков. Стив шумно выдохнул, приподнял бедра и начал короткими рывками толкаться в него. Слезы лились ручьями по щекам, но Стив не позволял ему сдвинуться с места, удерживая ремнем. Баки до боли сдавил его бедро левой рукой, и когда Стив ослабил хватку, он снялся с его эрекции и закашлялся, стирая влагу с лица тыльной стороной ладони. Стив сел в кровати, наклонился к нему и лизнул соленые дорожки, провел языком по влажным щекам, мягко укусил припухшую нижнюю губу и сунул язык ему в рот, завлекая в глубокий поцелуй. Баки тронул его влажный возбужденный орган, провел по нему кулаком вверх и вниз и шепнул ему в губы: — Вставь мне. — Иди сюда, — скомандовал он, слезая с кровати и устраивая его на четвереньках спиной к себе. Он обернул ремень вокруг его шеи, затянул потуже, крепко обмотал кулак свободным концом и шлепнул по ярко-розовым полосам на ягодице. Баки дернулся вперёд, натягивая имитированный поводок, и закашлялся, когда пряжка сдавила кадык. — Не дергайся, давай без лишних движений, — Стив потянул его назад, вжимая его спиной в свою грудь, сцепил зубы на его плече, и тут же зализал укус. Баки тихо выдохнул, отрезвленный небольшой порцией боли, но Стив не дал ему расслабиться. Он надавил ему на поясницу. — Спину ровно. Добавив смазки, Стив пошлепал членом о его ягодицы и одним уверенным движением вошел в него на всю длину. Баки хмурил брови и жмурился, пока принимал его в себя полностью, привыкая, и боли не было даже тогда, когда Стив начал ритмично входить и выходить из него, наращивая темп. Слышались влажные шлепки плоти о плоть, кожа ягодиц саднила от каждого прикосновения, и по всему телу разносились импульсы. Баки хватал ртом воздух и стонал в такт толчкам. Стив натянул поводок, заставив его изогнуться. — Ну, теперь ты можешь сказать, что тебя волнует? — Только твой член во мне, — выпалил Баки, начиная толкаться навстречу ему. — И все? — То, как ты берёшь меня. — Отлично. Хочешь большего? — Да, — сдавленно простонал он, когда Стив изменил угол входа и задел нужную точку. — Скажи, что тебе нравится кончать с моим членом в заднице, — рычал он, вытряхивая из него стоны в вперемешку с попытками сказать слово. — Мне нравится кончать с твоим членом в заднице, — скороговоркой проговорил он, хватая воздух между быстрыми толчками. — Вот так, — прошипел Стив, крепче стиснув его талию, рывками насаживая его на себя. — Сжимай меня изнутри. Сильнее! Баки вскрикнул от точного попадания по простате, когда Стив смиловался и посчитал нужным, наконец, довести его до пика. Баки хотелось выть в одну ноту от накативших ощущений. Они душили, росли внутри, заполняли каждую мышцу, обездвиживая, как лучший сорт наркотика, который сулил блаженство и муки одновременно. Уверенным движением Стив снял с его шеи ремень и откинул в сторону. — Расслабь ноги, — бросил Стив, стянув его с кровати, не выходя из него, стальной хваткой удерживая за талию, и Баки остался висеть в его руках. Однако расслабиться сейчас было невозможно. — Выполнять, если хочешь, чтобы я продолжил. Расслабь ноги и сжимай меня своей узкой дырочкой. Слова возымели нужный эффект, Баки приложил все усилия, чтобы сделать, казалось бы, простые вещи, и не пожалел. Стив тянул его на себя, одновременно с этим проникал глубоко, поза совершенно не ограничивала. Чёлка дождём сыпалась ему на глаза, влажные губы с налипшими длинными прядями раскрылись в немом крике. Стив прижал его к себе и двинул бёдрами по кругу, и стон Баки сорвался на октаву выше. Лёгкие горели от недостатка кислорода, который не восполнялся чередой быстрых вздохов, а оставшийся в них воздух Стив продолжил выбивать быстрыми толчками. Перед глазами заплясали пятна. Напряжение внутри сконцентрировалось в одной точке, росло, парализуя тело. Оно разрасталось, пока не выплеснулось наружу белесыми каплями семени. Стив не думал останавливаться, когда Баки сжал его до предела. Ему было приятно ощущать под собой трепет Баки, держать его в руках, как безвольную куклу. Он знал, что Баки принадлежит ему не только телом, но и душой, и все же ему хотелось ещё раз подтвердить это. Он мелко задрожал и излился в его жаркую глубину, заполняя его короткими рывками. Баки тихо отзывался на его движения, уткнувшись лицом в простыни. Отдышавшись, Стив выпустил его, и тот обессилено рухнул на кровать. Большими пальцами раздвинул его половинки, глядя на вытекающую сперму. Он использовал её как смазку и ввёл сразу три пальца, чтобы не дать ей вытечь. Баки слабо застонал и получил звонкий шлепок по ягодице. Стив перекатил его на спину и впился в его губы как в единственный источник жизни на земле. — Ничего не хочешь мне сказать? — Спасибо, — еле слышно пролепетал он, и на этот раз Стив не стал допытываться до членораздельного звукоизвлечения. — Пожалуйста, дорогуша, — ответил он, отводя влажные волосы от его лица невесомыми прикосновениями. Он спустился дорожкой поцелуев от шеи до груди и прикусил кожу рядом со шрамом, присоединяющим бионику к телу Баки. Внезапно он отодвинулся от него, лишая его тепла, и Баки нашёл в себе силы разлепить веки, когда кровать перестала прогибаться от тяжести его веса. Стив стоял перед ним, голодно взирая, и водил кулаком по эрекции. Стив правда больше не собирался истязать его, но, заметив панику в его глазах, передумал. Намёк на безобидную игру вдруг перерос в дикое желание продолжить. Реакция Баки возбуждала, Стив ничего не мог с собой поделать, а вот задаваться вопросом нормально это или нет он будет после. — Я думал, что наши сыворотки работают одинаково, — покачал Стив головой, глядя на его опавший член. Баки приходил в себя после очередного пережитого оргазма. — Мне нужно немного… — Что? — прошипел он ему в ухо, дернув его за волосы. — Отдохнуть? Мне кажется, ты не заинтересован в процессе. — Я… Нет, я… — Молчать! Поднимись. Баки на дрожащих ногах встал, но не найдя опору, пошатнулся, теряя равновесие. Стив удержал его, подтащил к стулу, и Баки тяжело опустился, опасаясь, что мебель не выдержит его веса и разломится под ним, так как ощущал себя несколькими тоннами отбивной. Баки засмотрелся на Стива, и влажные губы раскрылись, когда его взгляд упал на крупную головку его члена прямо перед собой. — Хочешь меня? — Да, — одними губами произнёс он, словно загипнотизированный. — Не вижу, — он опустился перед ним и провел рукой по его члену, Баки дёрнулся и подался навстречу его прикосновению. — Давай исправим? Баки согласно закивал и откинулся назад, когда Стив ощутимо хлопнул его пальцами по мошонке. Баки вскинулся, издав удивлённый возглас, и рефлекторно потянулся к паху, но Стив перехватил его запястье. — Руки за спину в замок, — жёстко произнёс Стив. Он подчинился, сплел пальцы за спиной и поднял на него глаза. Он был восхитительно беспомощен, и почему-то от этого Стив возбуждался ещё больше, смазка выступала крупными каплями, он еле сдерживал себя, чтобы не отыметь его по полной программе прямо сейчас. Нетерпеливый стон Баки привёл в чувства. Он подхватил его под колени и придвинул ближе к краю, широко развёл его ноги, предоставив себе больше свободы и дразняще огладил нежную кожу внутренней стороны бёдер. Медленно переместил ладонь вверх к его члену и услышал над собой сопение Баки. Тот затаил дыхание в ожидании, и Стив звонко ударил его по мошонке. Баки дёрнулся и выстрадано замычал. Конечности словно бы пробило током, разряды оживили каждую клеточку его тела. Наверное, это больше всего напоминало перепрошивку мозга в Г.И.Д.Р.е, но осознание того, что перед ним Стив, заставило его член встрепенуться. Он свёл бедра и наклонился вперёд, защищая причинное место. Стив пихнул его в грудь, возвращая в позу. — Ноги шире! Переждав момент, пока Баки немного оклемается, он щёлкнул ногтем по мягкой кожице, с извращенным упоением наблюдая за тем, как пульсирует его член, набирая в размере. Место, куда ударил ноготь, начало краснеть. Он повторил манипуляции, и Баки согнулся, захныкав, однако Стив заставил его с размаху откинуться на спинку стула, мягко шлепнув по наполовину твёрдому члену. Баки зажмурился, глухо простонав, медленно выпуская воздух сквозь стиснутые зубы. Его желание заметно росло. — Сядь ровно. Он выпрямился, насколько это было возможно, и Стив ударил ещё раз. Член шлепнулся о кубики пресса, отскочив с влажным звуком, потянув блестящую ниточку смазки. С губ Баки сорвался громкий стон от острых ощущений до звёздочек в глазах, невидящим взглядом он смотрел в потолок. Он приподнялся на носочках, садясь в ещё более раскрепощенной позе, и получил от Стива поощрительный шлепок по уже каменному члену. Баки застонал в голос, наклоняя корпус вперёд. — Так ведь лучше, правда? — Да, сэр, — проскулил Баки. Взяв в кулак его эрекцию, Стив хмыкнул, любуясь своей работой. Баки просяще толкнулся в его руку, но тот сразу же её убрал. — Нравится, когда тебя используют? — Да, — жарко выдохнул Баки, пытаясь справится с тяжестью в конечностях, а потом спохватился, когда Стив сжал свои пальцы на его шее, и добавил, — сэр. — Я грубо натяну тебя, — предупредительно заявил Стив, и Баки почувствовал его дыхание на своих ресницах. — Себя трогать нельзя, кончить можешь только от меня. Это понятно? Баки утвердительно кивнул, и на глаза упали непослушные пряди. Стив провел пальцами по его волосам на манер расчески, вызывая волны мурашек, завёл за уши и отошёл. — На кровать, ляг на спину. В несколько шагов Баки добрался до кровати и рухнул, спружинив на матрасе. Сил с трудом хватило на то, чтобы оторвать ноги от пола. Стив с удовольствием помог ему, подтянул к себе, на весу удерживая за бедра, и плавно проник внутрь него. Баки почувствовал, как преодолевает сопротивление мышц упругая головка члена. Он закусил губу, когда Стив вошел глубже, вместе с тем приподнимая таз Баки на нужный уровень. — Не сдерживайся, — сказал он и начал грубыми толчками входить в него. Баки стонал в ритм его движениям, цепляясь за простыни. Его член подскакивал на животе от каждого резкого проникновения, и не было даже мысли о том, чтобы тронуть себя, потому что в такой позе Стив бил точно по простате. Не было смысла просить о большем, так как вселенная под его веками уже взблескивала неизвестными созвездиями, творцом которых был Стив. Лишь бы он не останавливался! — Грязная просящая дырка, вот кто ты. Это было последней каплей. Баки всего тряхнуло, когда оргазм накрыл его волной, световой вспышкой разнося жар по всему телу, а затем с такой же скоростью отнимая последние крупицы силы. Всё ещё реагирующей на происходящее частью мозга он зафиксировал, как Стив делает последние рывки, изливается внутрь него, скалясь по-звериному и так сексуально. Он помнил, как прошептал «Спасибо». Тяжесть Стива, который навалился на него и сгреб в объятия. Поцелуй в висок, влажный от пота с налипшими прядями. Всё остальное перестало существовать. Всё остальное было не важно. О чем были их споры до? Плевать. Ему было хорошо и без разъяснений и предпосылок. Главное, что Стив был здесь и сейчас, понимающий и надёжный. — Вольно, солдат, — голос Стива определил пространство и время, послужив якорем среди измерений. Однако Баки молчал, переводя дух, вперившись в потолок. Это встревожило Стива, и он тут же вышел из роли, превратившись в самого заботливого любовника на свете. — Баки, ты как? — Охуеть, — выдал тот, пытаясь сфокусировать взгляд, тяжело и громко дыша. — Не до такой степени вольно, — изрёк Стив, все же ухмыльнувшись. — Ты трахнул мне мозг. Тоже мне, скромняга. Да если бы я знал только… — Слишком много говоришь, для человека, из которого вытрясли душу. — Точно, ты из меня всю душу вытрахал, — он нащупал ладонью его грудь и ткнулся носом в плечо, словно проверяя, реальность ли это. Стив в ответ провел пальцами по его животу, размазывая влажные дорожки спермы. — Почему тогда раньше мы не… Ты не трахнул меня так раньше? Ты… ты зверь. Казалось, весь его словарный запас сейчас преимущественно состоял из слов «ты» и «трахнуть», но Стиву даже в голову не пришло делать ему замечание по этому поводу, так как он сделал то, что хотел — вытрясти из него весь негатив и засунуть его (как некультурно!) куда подальше (так оно и вышло), хотя бы на время. — Всё для тебя, — самодовольно ответил он, но все же зарделся. Поцеловал его в уголок рта. — Спи. — Я обязательно отыграюсь на тебе, всеми вариантами, — пообещал Баки, устраиваясь на его плече поудобнее. — Осилишь? — Стив коротко чмокнул его в губы, убрал пряди от лица, и он закрыл глаза. Ответа не последовало, Баки уже спал.***
Кое-как разлепив веки, Баки сощурился на дневной свет. Сколько времени он проспал? Кажись, много, так как солнечные лучи косо падали на металл бионики, и пластины ярко отсвечивали бликами ему в лицо. Стива рядом не оказалось. Желудок вдруг свело от накатившей тревоги. Он весь напрягся, пытаясь различить хоть какие-то звуки, и облегчённо выдохнул, когда слух уловил тихую возню на кухне. Все было хорошо, ведь так? Сначала в душ, а потом он собирается это выяснить. Чуть не потеряв равновесие, он удержал себя, брякнув рукой о дверной косяк. Тихо выругался, выйдя из спальни. Когда-нибудь он точно все переломает. В душевой он даже не потрудился настроить температуру воды — она была не совсем тёплой, струи били в лицо. Из руки выскользнул гель для душа, врезался в бортик, и громкий звук пробудил его окончательно. Вода теперь стала премерзко холодной. Мятная свежесть заполнила ноздри. Баки не совсем понимал, ему стало холоднее из-за неё, из-за воды или из-за неприятного ощущения, разливающегося внутри. Нужно поговорить со Стивом. Он вышел из душевой кабинки и обнаружил его напротив себя. В руках он растянул большое махровое полотенце, и Баки с удовольствием шагнул в приветливо-тёплые объятия хлопка и рук Стива. Стало уютно и тепло — полотенце было только что из-под утюга. — Весь холодный, — констатировал Стив. Вода капала с волос Баки ему на футболку. — Отутюженное полотенце — очень оригинально. — Слышал, как ты встал, — прошептал он ему в плечо, согревая. — И, кажется, обругал дверной косяк. Баки усмехнулся, прижимаясь к нему. —Утро не задалось? Баки отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть ему в лицо и покачал головой. — Просто… Стив, то, что было вчера… — Что-то не так? — морщинка беспокойства прорезала лоб. — Это я и хотел спросить. Всё ведь по-прежнему? Между нами. — А что могло измениться? Разве что мы лучше узнали друг друга. Стали… ближе? — Тебе, — Баки набрал в грудь побольше воздуха, — понравилось? Стиву понадобилась секунда длиною в вечность, чтобы ответить. — Да, — смущённо улыбнулся он и притянул его к себе, сжимая в пальцах мокрые пряди. — Мне понравилось. Баки облегчённо выдохнул и уткнулся носом ему в шею. — Мне даже больше. Но как ты так… Как будто всю жизнь только этим и занимался. — Сочту за комплимент, только все вопросы потом. Завтракаем, а потом мы едем на базу. — О, черт, — простонал Баки ему в плечо. Сэм. Ещё немного, и он бы подрался с Сэмом. — Не выражайся, — одернул его Стив. — Вдруг я хочу, чтобы ты меня наказал? — А у тебя остались на это силы? Никаких. — Ладно, потом. Стив прыснул и взъерошил его волосы.***
Баки чувствовал себя провинившимся школьником, который под надзором строгого родителя пришёл просить прощения за драку с одноклассником. Увидев парочку с другого конца зала, Сэм приветливо помахал рукой. Привычное рукопожатие со Стивом, когда они приблизились, затем Сэм также крепко без колебания пожал руку Баки. — Как дела, старина? — Надеюсь, по-прежнему, если не будешь пытаться лечить меня. — Да пошёл ты. — Мир? — Забудь, все в порядке. Что насчёт спарринга? — Да я же тебя одной левой. — Так я в броне. Как тебе такое? С удовольствием наподдал бы тебе за вчерашнее. Баки невольно поежился от его взгляда. Сэм щурился, улыбаясь уголками губ, как будто бы он что-то знал, что-то личное, что-то постыдное, например то, что было вчера. Но не мог же. Щеки заливала краска смущения. Закусив губу, Баки повернулся за поддержкой к Стиву, который с невозмутимым видом наматывал эластичные бинты на костяшки пальцев. — Или меня уже кто-то опередил? Набрав в лёгкие воздуха, он раскрыл рот, чтобы сказать что-то, а потом снова закрыл. Сэм отвернулся, освобождая его от обязанности отвечать на вопрос, а потом обернулся через плечо, по-прежнему улыбаясь. — Так ты идёшь или нет? — Я сотру эту ухмылку с твоего лица, — принял вызов Баки. Он снова посмотрел на Стива, который заматывал второй кулак, поджимая губы, чтобы скрыть улыбку. Этот метод имел в виду Сэм или нет, Баки не знал. Главное, что он подействовал.
