Серебряная клетка (дилогия Серебряная клетка #1)

Как только мы доехали, Кэл, сказав, что хочет пробежаться, стремительно пронесся на чердак, а затем вернулся в беговой экипировке. Я не получил приглашения присоединиться. Просто сел на диван в его безумно тихом доме, и вдруг все стало на свои места. Джейми Фауст. Кратковременный брак Кэла. То, как он уклонялся от меня, не мог находиться рядом. Тот момент, когда писатель приложил меня о стену за прикосновение. То выражение ужаса на его лице, когда я застонал от восхитительного вкуса груши, или когда снимал пару предметов одежды, чтобы пробежаться с ним. Его предложение однажды вызвать мне такси и снять номер в отеле. Конечно, чтобы я не оставался здесь. И прошлой ночью, единственный момент, когда Кэл на самом деле потерял контроль – это не когда Кристин языком прокладывала себе путь вверх по его шее, а когда я вышел и увидел это. Я. Всего-навсего я. Раскат грома эхом прокатился по дому, и я подпрыгнул. Настолько погрузился в свои мысли, что не заметил надвигающейся бури. Был всего лишь полдень, но небо почернело, как вечером. Ливень застучал по веранде и окнам. Я поднялся, чтобы посмотреть, как пелена дождя накрывает озеро. Ветер ревел среди осин и сосен, и они качались, как полевая трава. Кэл рывком открыл дверь веранды. Я отшатнулся назад так резко, что чуть не упал. Одежда автора была насквозь промокшей, и оставляла лужи на кухне. Я не мог придумать, что́ сказать. Не мог поверить, что не понял всего этого раньше. Он сбросил туфли и быстро исчез наверху, чтобы принять душ. Вернулся спустя час. Шторм все еще бушевал за стенами дома, погружая день противоестественную темноту. А Кэл вдруг отправился во флигель. Я последовал за ним, пораженный. Свет так и остался выключен, и Калеб сидел в одном из двух больших плетеных кресел, отодвинув мольберты в сторону. Стены были почти полностью стеклянными, и поэтому в этой комнате буря с громом и молниями была похожа на световое шоу, пульсируя белыми вспышками в синих и пурпурных облаках. Я подвинул другой стул вплотную к его и сел. Я мог слышать лишь стук своего сердца, затем раскат грома, и снова стук. Не глядя, потянулся к руке писателя и переложил ее на свое бедро. А затем, чтобы он правильно расценил мои намерения, провел его рукой между своих ног. Я вздрогнул и сжал его пальцы своими. Когда посмотрел на него, обнаружил, что глаза мужчины закрыты, в экстазе или от боли, не мог точно сказать. Я перемещал его ладонь по своему твердеющему телу. Кэл пошевелил ею, потирая, мы вскочили с кресел, и он толкнул меня к стене. Рука мужчины больше не покидала мою промежность. Я вцепился в запястье писателя и стал отчаянно вжиматься ширинкой в его ладонь. Другой рукой Кэл обхватил меня за шею, но не сдавливая, а просто прижимая к стене. — Майкл, — прошептал он. — Как же это хорошо. Я осмелился взглянуть на него. Мужчина смотрел на мое тело и свою руку на нем, наблюдая, как я неистово потираюсь своей ширинкой. Уже было собрался кончить вот так, но Кэл отстранился. Я автоматически потянулся за ним. — Пожалуйста. Я коснулся его лица, шеи. Писатель снова прижал меня к стене – мягко, но решительно удерживая на месте. — Нет, – сказал он. — Ты не хочешь этого делать. У тебя есть девушка. Поверь мне. Он встряхнул меня, а потом отпустил и сел обратно. Мой стояк так плотно вдавливался в ткань джинсов, что стало больно. Колени дрожали. Кэл был прав, когда имел в виду, что я не хотел обманывать Николь, но я знал только один способ избавиться от этого чувства. Я коснулся передней части моих штанов. Захочет ли он смотреть? — В ванну, Майкл. Тихим голосом он приказал мне выйти, и я подчинился.