Сияние Падших

Пролог. Древнейшее царство пало уже как тысячелетие назад, и до сих пор никто не мог выяснить по какой же причине. В самый расцвет могущества королевской семьи оно словно сгорело дотла, не оставив ни единой зацепки. По крайней мере так считалось до нынешнего дня, пока археологи не нашли глубоко под землей запечатанную магией книгу. Лишь так она смогла сохранить часть информации, но, к сожалению, даже ей не подвластно время – страницы, где магия иссякла, раскрошились без возможности восстановления. Однако все-таки то, что сохранилось около 10% содержимого – поистине чудо. - Я не верю своим глазам!!! – девушка, наблюдавшая за медленной и трепетной процедурой переноса книги в лабораторию, все никак не могла успокоиться. Такая находка может без преувеличения называться одной из реликвий нынешнего времени, и наблюдать ее воочию самый волнительный момент в жизни историка, изучающего пропавшее царство – Кхаенриах. - Как жаль, что тебя не допустят до исследования этой книги. – парень, стоявший рядом с ней, так же с интересом наблюдал за огромной процессией. – Боюсь, доктор Джонатан допустит только своих ассистентов. - Это была бы слишком большая роскошь для нашей всего лишь пятой раскопки. Его команда занимается поиском Кхаенриах уже больше 30 лет. Представь, что творится у него в голове, когда сейчас он так близок к открытию тайны!!! - Знаешь, у меня и самого по спине мурашки бегут от этого осознания. Может и не самыми первыми, но спустя время и мы узнаем судьбу этого царства, понимаешь? В наш век! Ученые отмечают, что, если бы Кхаенриах дожило до нынешнего времени, это была бы самая передовая страна на планете. Ее технологии в совокупности с магическими способностями даже сейчас исследованы и изучены на малый процент. Без преувеличения можно сказать, что на данный момент лишь единицы исследователей могут хоть в небольшой степени понимать их. К сожалению, сейчас магия практически исчезла из современности. После падения трех великих держав, где по историческим данным было наибольшое сосредоточение магов, постепенно перестали рождаться люди, предрасположенные к магическим способностям. Сейчас доступны только простейшие базовые заклинания, которые используются в технологиях, но даже их нашли только 50 лет назад, восстанавливав несколько лет. - Ребята, на сегодня с раскопками закончили. – к парню с девушкой подошел один из профессоров, который тоже не мог сдерживать предвкушение от книги. – Завтра продолжаем в 10 утра. - Так поздно? - Скорее всего доктор Джонатан со своей командой будут осуществлять первичный разбор реликвии на протяжении всей ночи. Поэтому решили передвинуть время, чтобы они смогли хоть немного поспать утром. - На их месте я бы остался там безвылазно. – ухмыльнулся парень. - Безвылазно они будут сидеть в своем исследовательском центре, где намного больше инструментов и литературы. А пока нам стоит отдохнуть. После стихнувшего ажиотажа команда разбрелась по своим палаткам, но все-таки идеальной тишины даже в такое позднее время не было – обсуждение все еще продолжалось. Лишь тот самый парень молча обдумывал находку, листая единственную выпущенную историческую книгу про Кхаенриах. В ней описывались предположения историков, различные теории и загадки, оставшиеся закрытыми по сей день. Однако парню казалось, что было что-то особенное, то, что пока еще никто не нашел, возможно именно тот самый ключ ко всем дверям. - Может, мы его вообще никогда не найдем… - Хммм, интересная книга, читал. Правда, большая часть к правде не относится. Внезапный голос вырвал парня из размышлений и напугал до такой степени, что тот случайно подбросил книгу, отчего она шлепнулась прямо на постель. - Эй, поаккуратнее с книгами! – незнакомец подобрал книгу и сложил в первоначальный вид. – Литература – кладезь мудрости, знаний и… - Кто ты? Как ты сюда попал?? – парень вжался в угол палатки, пристально наблюдая за пришедшим «гостем». - А, я забыл представиться. Ну и ладно, имя мое ты не запомнишь по определенным причинам. Самое главное – я не враг тебе. Но и не друг. - Тогда… - Вести про найденную реликвию Кхаенриах разлетелись так быстро и далеко, что даже до меня дошли. – присев на кровать, незнакомец вздохнул. – Думаю, это мой дневник последних лет жизни. «Его дневник? Что? Может ли…» Выглядел незнакомец весьма странно. Одежда совсем не соответствует ни одной стране современности и больше похожа на нечто театральное. Однако синие орнаменты, протягивающиеся по всему костюму, что-то напоминали… - Забирать я его не буду, все равно большая часть написанного, и самые главные абзацы истлели, ведь даже наша магия не способна сохранить вещь навечно. Мы же не сущности мироздания в конце концов. – хихикнув, незнакомец довольно улыбнулся. – Мне нравится твоя тишина. Нас снаружи не услышат, так что говори спокойно. Только сейчас парень осознал, что кричал так громко, что на его шум могли слететься старшие и понадавать пинков за нарушение отдыха, но до сих пор никто не пришел. - Так… - парень не знал, с чего начать, с чего продолжать и что вообще говорить свалившемуся на его голову странному человеку. – Зачем ты пришел? Ты владеешь магией? И раз ты знаешь про реликвию неужели ты связан с… - Тссс. – незнакомец подошел вплотную и приложил палец к его губам. – Расслабившись ты задаешь слишком много вопросов. Давай теперь по порядку, но рассказывать буду я. Так что обещай сидеть тихонечко. Парень кивнул в знак согласия и палец незнакомца был убран. Расположившись на раскладушке, что играла роль постели, незнакомец продолжил. - Начнем с начала. Меня зовут Итер, я – хранитель Вечного Древа, источника магии. И да, родом я из Кхаенриах. Внутри парня бушевали различные эмоции начиная от сомнений и недоверия до полного ликования и восторга. А вот ему действительно никто не поверит. - Ты выглядишь младше меня… Это из-за магии? - Да. В момент, когда я перенял ядро Древа, мне было около... 20 лет? Но у меня не было выбора. – взгляд Итера потускнел, когда он начал вспоминать события прошлого. Однако жажда выговориться делала свое. – Видишь этот браслет? Итер указал на ярко-синий браслет вокруг запястья, что источал некое сияние. С виду похоже на абсолютно новую татуировку, словно только сейчас набитую. - Это подтверждение причастности к королевской семье. Если бы не магия Древа, оно, конечно же, не сияло так сильно. А может и вовсе стерлось бы. Все-таки, люди столько не живут. - Так ты еще и принцем был?? – еще чуть-чуть и парень упадет в обморок. - Да… Но такой из меня принц был на самом деле. В делах государства я особо не участвовал, те недолгие года жизни посвятил науке. Кстати, сейчас у вас весьма интересные технологии! Сколько наблюдаю за течением временем, не перестаю поражаться! - А кто тогда стоял во главе Кхаенриах? - … – небольшое воодушевление Итера потухло, и он замолчал, погрузившись в воспоминания. Внутри себя он отметил, насколько сильно может влиять на память время. Он практически забыл образ своей сестры… - Ее Величество Люмин… Так звали мою сестру… - немного подумав, он продолжил. – Она была сильной девушкой, делавшей все для своего народа. Но, думаю, интереснее будет начать с самого начала, верно? Воспоминание 1. Мы с сестрой – близнецы, но абсолютно разные по своей природе. И это сыграло большую роль в нашей жизни. Когда мы родились, Кхаенриах проживал свой 1012 год с основания Света и Тени. Да, наша империя была одним из первых и центральных народов на континенте. Кроме нас существовали еще мелкие государства и две крупных страны – Энканомия и Сал Виндагнир. Знакомо, не правда ли? Сейчас о них мало что известно, как и о нашей империи. Однако несмотря на одинаковый конец этих трех великих держав, самая нераскрытая остается Кхаенриах. На это повлияли наши убийцы… А, кхм, я немного отклонился, давай по порядку. Казалось, мы родились в спокойный год. Наши родители, стоявшие во главе Кхаенриах, были мудрыми правителями, народ под их крылом процветал и чувствовал себя в полной безопасности. Но подобное спокойствие не может длиться вечно. Когда нам исполнилось по десять лет, отец серьезно заболел, и мать взяла обязанности обоих правителей в одни руки. Наше детство закончилось – Люмин и меня стали серьезно готовить к престолонаследию. И хоть в приоритете стоял я из-за давления аристократии, обучали нас с сестрой полностью одинаково: владение орудием, различные науки и манеры в обществе – все было необходимо и важно. Вот только… Я не блистал талантом. Мне больше нравилось изучение медицины, естественных наук, спокойствие… Спустя год наша разница в навыках стала ощущаться все сильнее, я сильно отставал от Люмин и из-за этого чувствовал давление приближенной к императору аристократии, что возлагала на меня надежды. Матушка успокаивала, говорила, что надо просто подождать больших результатов, но я видел порой ее усталость и разочарование. Только дражайшая сестра… Ее поддержка была самой главной. - Не слушай никого. Ты особенен в своих познаниях. Развивай их, не закрывая свое сердце миру. Я защищу тебя от любых нападок. Меня не интересовал трон, и сестра об этом знала. Поэтому в 14 лет, когда наш отец скончался от болезни, было созвано собрание о следующем преемнике. Как императрица Кхаенриах Люмин была лучшим кандидатом, она собрала все необходимые для этого навыки. Однако несмотря на очевидную разницу, часть аристократии все же противилась этому решению. Многие сошлись на том, что для принятия Люмин статуса правящей императрицы ей был необходим муж, и очевидно из семьи этой самой элиты. Но моя сестра была категорически против выходить замуж за человека из противоборствующих нам обществ. Поэтому аристократы собирались посадить меня во главе страны и манипулировать, как им это было угодно. Приближенная фракция не оказывала нам доверия и имела сильное влияние, поэтому матушка очень волновалась о нас с сестрой. Здоровье императрицы начало подкашиваться, но она держалась ради нас, ради любимой страны… Поэтому в ее советах всегда звучала фраза: «Не бойтесь показывать силу, когда это необходимо. Бойтесь показать слабость, которой легко вас уничтожить» Люмин всегда была старше меня в моральном плане… Порой я уничижал себя за свою слабость, так как не мог защитить себя в обществе так, как она. Но она ругала меня за это. - Ты не слаб, мой дорогой братец. Просто твоя добродетель не может достичь людей в стенах аристократической «мусорки». Подожди, просто подожди, и я «вырежу» весь этот змеиный клубок в стенах нашего дома. Чем старше я становился, тем менее меня любило высшее общество. Как идеальный наследный принц я не оправдал их надежд. Однако и мою превосходную сестру они не могли принять. Все ожидали, что ее выдадут замуж ради политической выгоды если не заграницу, так внутри страны. Лишь немногие дома поддерживали ее как наследницу престола. Но ее твердость и решимость оставались такими же сильными, как и желание защитить семью. В 1030 году погибла матушка. Нам исполнилось 18 лет. Я говорю погибла, потому что стойко уверен, что ее отравили. Но для общественности это выставили как смерть от инфаркта. Кульминационный момент практически настал. Помнишь я говорил, что стал хранителем Вечного Древа? До меня это место занимал мужчина, следивший за магическим порядком внутри всех трех великих держав. Его звали Дайнслейф, и он сыграл ключевой момент в нашем «театре». Что ж, наверное, стоит поподробнее рассказать о хранителе… Имя самого первого хранителя давно утеряно, но ходят легенды, что он являлся самой сущностью этого Древа. Дабы оно не погибло навечно и смогло переродиться в случае уничтожения инородной силой, второе ядро Древа закладывается в человека с сильным духом. Но главным критерием было отречение от связей. То есть хранитель обрекает себя на полное одиночество. Конечно, это не значит, что он вел отшельнический образ жизни, конечно нет. Хранитель мог даже быть экстравертом и путешествовать по миру. Однако из-за магии Вечного Древа хранитель не может погибнуть. Понимаешь, к чему я клоню? Человек видит, как сменяются столетия, видит ход времени не так, как обычные люди. Сильные привязанности и чувства… Только подавив в себе все это хранитель исполняет свои обязанности на высшем уровне без ущерба себе. Поэтому изначально Древо выбирает морально сильный сосуд, не имевший в своей жизни сожалений и привязанностей. Либо же уже потерявший связывающее его с собственным временем. «Человек» умирает, рождается хранитель. Если кто-то помнил о «человеке», то теперь эта память стерта из ума каждого. Больше того «человека» не существует. Что будет, если хранитель не сможет подавить в себе сторонние связи? Что ж… он обречен. Магия вечности не совместима с силой мгновения, то есть тем, чем существуют люди. Если не уничтожить самому инородную силу, то магия Древа будет медленно и мучительно растлевать тебя, пока ты не погибнешь. Процесс небыстрый, но испытывать на себе лучше не стоит… Особенно любовь. Она самая ядовитая и болезненная. Но, как показывает практика, хранители не сменялись столетиями, и передавали ядро, когда уставали от своих обязанностей, проживая остаток дней как обычный человек. Что? Ахах, да, так тоже можно – передать ядро. Однако не думай, что оставшееся время велико. Как правило, это максимум год, а то и несколько дней. В зависимости от внутренних ресурсов хранителя. У кого-то не остается и капли людской силы и тот погибает сразу же, как только передает ядро. А кто-то, видимо, находит смысл своего существования и стремится насладиться им как можно быстрее… Но их судьба в любом случае предрешена, как ни крути. Так вот, теперь ты понял чуточку больше о хранителях? Вернемся к восстанию. В наше время Дайнслейф, как хранитель, был весьма закрытым человеком. В великих державах была традиция – в день восхождения на престол хранитель дарует благословение императору и исполняет одно желание для благополучия своего народа. Дайн, как правило, исполнял только эту традицию, и не перешагивал социальную черту, как некоторые. Поэтому только несколько членов королевских семей знали о нем, для кого-то увидеть его один раз в жизни считалось удачей. Восстание аристократии как раз должно было произойти в первый день коронации, когда правителя признает элитарный слой общества. Второй день – для простого народа. И Дайнслейф, как и полагает традиции, пришел для благословения в первый день… Это было ужасающе, но я понимаю, что у сестры не было выбора. Как желание, Люмин попросила Дайна о помощи убить всех, кто стоит на ее пути. И он без колебаний согласился. Я… до сих пор не полностью понимаю причину, ведь после этого Дайн остался во дворце рядом с сестрой до самого конца наших дней. Люмин многое скрывала для моего блага, взвалив все бремя лишь на себя. Ее руки были запятнаны кровью, и она не хотела «касаться» меня… Но все так же любила, как и раньше. Для народа переворот был скрыт, не без помощи Дайнслейфа, конечно, и сестра взошла на престол. Он стоял подле нее, все так же показывая безразличие и отреченность от происходящего. Начался новый жизненный этап. Давай о нем поподробнее, пока эти картины в моей голове не потускли навек. Воспоминание 2. - Ты довольна итогом? Девушка не обращает внимание на вопрос и задумчиво идет дальше. Даже несмотря на высокую рядом с собой фигуру в темных одеяниях она все равно слово не видит его и игнорирует. - Не забывай кому ты обязана своим нынешним положением. - Ты можешь помолчать? Меня уже тошнит от твоих изречений. - Твой образ добросердечного правителя такая фальшь, кто бы знал это кроме меня. Сегодня был десятый день со дня коронации и впереди шла огромная работа по восстановлению государственной системы и ее, по сути, полной переработке. Благодаря оставленной прошлыми монархами качественной системе образования, Люмин имеет возможность найти талантливых людей среди простого народа, а не аристократии. Это упростит некоторые моменты реформ. - Сестра! Обернувшись, девушка с улыбкой встретила летящего к ней на всех парах братца. Ее единственная искренняя услада для глаз, для благополучия которого она сделает все, что в ее силах. - Итер, мое любимое солнышко, что ты хотел? – Люмин погладила его по голове, но тот «обиженно» отстранил голову. - Не разговаривай со мной как с маленьким, мы все-таки одного возраста. - Ах, да, прости. Но ты такой милый, как я могу иначе? Так зачем ты меня искал? Не хочешь провести время вместе? - Ах, нет, я… может позже. Я хотел уточнить по поводу формирования медицинской исследовательской башни… Когда вопросы касаются работы, Люмин сразу включает режим трудоголика и может уйти в процесс бумаг и совещаний на долгое время, поэтому обычно Итер старается не заговаривать ее с этим для ее же здоровья. Однако ему хотелось преподнести свои идеи, пока они еще могут быть актуальны, ведь строительство такого важного медцентра уже скоро завершится. - Я подготовил небольшой отчет, анализ и предложения для будущей работы моей команды. Впрочем, составляли мы с учетом того, что все будет направлено на благо народа… Пока сестра внимательно изучала бумаги, Итер как бы случайно скользнул взглядом в сторону Дайна. Мужчина с полным равнодушием в глазах всегда выглядел пугающе, а ощущение вблизи его убийственной ауры заставляло парня невольно съеживаться. Хранитель выглядел словно любое малейшие действие в его сторону может превратить весь дворец в полыхающий ад.

- Итер, я понимаю, что Дайнслейф не внушает хоть капли добродетели и доверия, но поверь мне – пока я жива, он не тронет тебя. С его помощью мы сможем поставить Кхаенриах на лучший путь.

Хоть так и говорила Люмин, парень все равно не мог перестать бояться хранителя. Он верил сестре, но не верил в надежность ее отношений с ним. На какой основе они держаться, что она настолько уверена в Дайне? Вдруг он предаст ее? Хранителям чужда привязанность к чему-либо, поэтому Итер не верит ему даже на половину. Но все, что остается ему сделать – продолжать верить Люмин. «Самое главное, чтобы сестра была в безопасности…» - Мне нравится проделанная тобой работа. После более подробного изучения твоих документов я приму окончательное решение. Но можешь не беспокоится, решение поставить тебя во главе научного центра остается в силе. Уверена под твоим руководством мы добьемся высоких результатов. Разойдясь снова по делам, девушка снова осталась наедине с Дайнслейфом. Она единственная из всего дворца, кто могла смотреть, не отводя от него взгляд, и разговаривать уверенным тоном, даже если иногда ее дерзость была ему не по душе. Однако ни разу хранитель не переступал границу, угрожая Люмин даже простейшим уходом. В связи с этим уже зарождались слухи об их особенных отношениях, но рассуждать об этом, не зная, кто перед тобой, весьма просто. Только близнецы знали об истине Дайна, поэтому Итер никогда не рассматривал этот вариант. Но не Люмин. Дело не в земных поверхностных чувствах, а нечто более глубоком и неизведанном. В том, что заставляет хранителя преклонить пред ней колено и замереть с опущенной головой, пока она сжимает его крупные плечи и шепотом молвит стать ее самым страшным орудием. Его особая привязанность, без проявления эмоций, чувств, основанная на чем-то личном…

- Я помогу тебе даже больше, чем ты желаешь. День восстания. - И что же ты хочешь в ответ? Что требуется хранителю, прожившему уже более 500 лет? - Быть подле тебя. - И… все? - В моих руках сосредоточена магическая власть, помни об этом. Но мне нужно быть рядом с тобой. Постоянно. - Ты хочешь стать моим псом? Ответа не последовало, но молчание подразумевало под собой именно этот смысл. Дайн готов протянуть ей руку могущества, кое еще никому не позволял даже помыслить об этом. Что кроется за этим, Люмин было сложно даже представить, однако упускать такой шанс – непростительно. - Обещай, что мой брат будет так же под твоей защитой. - Обещаю.

На самом деле она видела, как они похожи. Дайн отрекся от себя для служения Вечному Древу, полностью погрузившись в свое одиночество. Люмин же отбросила собственное благополучие и счастье ради других, а в первую очередь ради своего брата. Может, именно поэтому она чувствует себя рядом с ним так спокойно? Словно смотрит в зеркало и видит желаемый образ… Ей необходимо быть еще жестче, еще сильнее, чтобы никто не мог даже заикнуться в сторону Итера. Только так она сможет сделать для него безопасный мир, где все будет хорошо и спокойно… «Прямо как он и мечтал… Ах, братец. Ради тебя я пойду на любые жертвы. Только живи и сияй на нашем жизненном небосводе» Воспоминание 3. Несмотря на чистку во дворце и некоторое спокойствие мое окружение было пустым. Ни в работе, ни в исследованиях, ни в любом другом окружении не могло найтись человека, понимающего меня хоть на йоту. Многие до сих пор боялись приближаться ко мне, боясь ненароком навлечь гнев новой императрицы. Даже если я мог не сказать о чем-то, каждый понимал – Люмин видела все, что происходит в стенах дворца. Поэтому мои отношения с людьми были в основном только рабочие. Меня никто не укорял, не трогал. Я стал словно красивым цветком за толстым стеклом. Разрешено только любоваться, заботиться и охранять. Я понимал причину такого отношения, но не просил сестру о чем-либо. Признаться честно, мне нравилось быть ее единственным любимцем. Наши встречи были по-настоящему теплыми, и я видел, как сильно она заботится обо мне. В эти моменты даже Дайнслейф словно переставал существовать для Люмин, ее внимание полностью было моим. Боюсь ошибиться, но, быть может, в глазах хранителя отражалась именно зависть… Она никогда не одаривала его искренними чувствами. Дайн старался либо отвести взор, либо закрыть глаза, но, когда наши взгляды пересекались, мое сердце пропускало удар от напряжения. Настолько уничижительно он на меня смотрел. Когда хранителя не было рядом с ней, я мог вздохнуть от облегчения. - Дайн настолько сильно тебя беспокоит? – в этот раз мое волнение не смогло укрыться от сестры. - Нет, просто… Впервые сталкиваюсь с таким человеком… Не знаю, как себя вести. – объяснять было сложно. Существуют абсолютно разные люди, но Дайн кажется чем-то сильно искусственным. Неодушевленным. Пугающим. - Он не человек. – серьезно ответила Люмин. – Поэтому не беспокойся о его чувствах. Если боишься его, скажи мне, и Дайнслейф не будет появляться в твоем поле зрения. Лишь бы тебе было комфортно, братец. Я ничего не ответил, лишь отрицательно мотнул головой, мол все в порядке. Боялся напрячь и ее, и хранителя своими глупыми эмоциями, коих и так хватает во дворце. Однако, чем больше проходило времени, тем сильнее становилась моя жажда внимания. Наверное, отсутствие близких людей, кроме сестры, действительно плохо на меня влияло. Все свободное время я старался провести там, где была она. Многие вопросы, легко решаемые мной и коллегией магической башни, поднимались в диалоге с Люмин. Мне было стыдно, и в то же время так приятно видеть и ощущать ее добродетель по отношению лишь ко мне. Особенно тогда, когда это видел Дайнслейф. Поистине блаженные минуты. Хотя, однажды он все-таки вывел меня на откровенный разговор, попросив не докучать настолько сильно с пустяками, когда Люмин занята. И после того, как сестра серьезно свалилась с болезнью от перенапряжения, мне пришлось сильно оградить себя, дабы не навредить еще больше. - У тебя сестринский комплекс? – пренебрежительно бросил Хранитель. – В последнее время ты постоянно крутишься рядом с ней. Угомонись. - А ты с ней практически круглосуточно, но я что-то не жалуюсь. – не в моей манере разговаривать с людьми раздраженно, но здесь я не мог сдержать чувств. – Ты с нами всего-ничего, а обязанности себе приписал супружеские… Мне резко заткнули рот. Презрительный взгляд Дайнслейфа впился в меня, как самый острый меч в империи. В глазах поплыло от вспыхнувшей яростной маны – всегда спокойному хранителю контроль давался с большим трудом. - Не будь ты ее братским щенком, я бы порвал тебя на лоскутки, слушая предсмертную агонию. Это первый и последний раз, не выводи меня больше из себя и прислушивайся к советам. – рука медленно разжалась, и я жадно хватанул воздух. Это было поистине страшно. Но подобная сцена произошла в первый и последний раз. С Дайном делали вид, что ничего не произошло, и отношения снова свелись к нулю, изредка разговаривая только о сестре. Воспоминание 4. Прошел год, как Люмин встала во главе Кхаенриах. Государственное управление было восстановлено, первые реформы уже дали плоды, несмотря на несколько болезненный промежуточный этап. Однако теперь все больше чувствовалась твердая почва под ногами, это радовало и высшее сословие, и обычных людей. Работа над улучшением страны двигалась полным ходом. Особенно Люмин была горда за исследовательскую башню, где под руководством Итера были разработаны многие лекарства и разработки, облегчающие жизнь людей и делающие медицину более доступной. Несмотря на то, что Итер практически полностью отошел от государственных дел и полностью ушел в науку, статус принца позволял ему беспрепятственно помогать сестре напрямую, а не через высших чиновников, как это происходит у других. После стольких лет положение Итера в высшем свете улучшилось, и он зарекомендовал себя блестящим ученым, на которого возлагали надежды. К счастью, когда все твои недруги, желавшие подчинить тебя с самого детства, мертвы, появляться на светских мероприятиях стало намного приятнее. - Эх… Это вино довольно неплохо. Люмин не ответила, лишь отстраненно покачивала бокалом из стороны в сторону. Темные оттенки алкоголя напоминали ей события прошлого, но хуже от этого она себя не чувствовала. Главный сторожевой пес императрицы отсутствовал. Несмотря на главное обещание всегда быть рядом, иногда все же Дайну приходилось отлучаться по причине более высокого долга. Когда где-то чувствуются нестабильные всплески магии, он уходит на проверку происходящего. Иногда маги, желающие большей власти над силой Древа, проводят запретные ритуалы, которые могут пагубно отразиться на балансе энергии. Хранитель в таком случае обязан устранить угрозу любыми способами. - Сегодня тебе лучше не оставаться в замке, братец. Итер удивленно взглянул на сестру. Ее лицо отражало спокойствие, но взгляд бегло изучал всех присутствующих на банкете. Видимо, снова. - Прошу, не оставайся одна, возьми с собой охрану. Слегка улыбнувшись, Люмин кивнула, но прислушаться к совету братца она не может. Тогда ее «рыбка» сорвется с крючка. Не стоит недооценивать императрицу только потому, что она не император.

Время правление моей сестры характеризовалось довольно жестоким режимом по отношению к ее врагам и всем, кто высказывал хоть толику недовольства. Многие забывали, что с 10 лет нас учили обращаться с оружием, а вот про превосходные навыки убийства Люмин на короткое мгновение знали те, кто погиб от ее рук. Не от ее слов я это знал – от Дайнслейфа.

Сотрудничество с другими странами было разным. Энканомия единственная полностью соглашалась на все условия Кхаенриах и не претендовала на более. Остальные жаждали и власть внутри страны через политический брак, и особые природные богатства для магических исследований… Только потому, что Люмин не вела внешнюю политику напрямую, а через доверенных лиц, многие думали о ее неспособности к управлению государством. А значит и подчинить ее будет легко. Или же устранить с трона. - Как всегда превосходно. - А ты как всегда поздно. Парадные одеяния запятнаны, а в руках под светом луны сияет уже протертый кинжал. По своей привычке орудие всегда должно держаться в чистоте даже сразу после сотворенных грехов. В полумраке лежали пять трупов, но Дайн, даже не взглянув на них, по прямой прошел к отдыхающей Люмин. Послышался хруст чьих-то пальцев. Это было сделано специально. - Тяжелые ранения? Девушка мотнула головой. - Неделя лечения. - Ясно. Дайн вытер с ее лица чужую кровь и, взяв Люмин за руку, передал часть своей магии для заживления ран. Лучше уж так, чем она будет работать целую неделю без продыху в таком состоянии. - На этот раз Натлан? - У них искусные воины, знай. Мне даже понравилось. – Люмин холодно улыбнулась и села в кресло напротив открытого окна. Свежий воздух так приятно ощущается после таких «забав». Для него же нет второго кресла, поэтому по своей привычке он присел на колено, чтобы быть на одном уровне с Люмин. Хранитель молча смотрел в ее золотые глаза, такие же бездушные, как и его собственные. Очарование одиночества и боли… Это отражение прекрасно настолько, что дыхание мужчины застыло в это мгновение. Бледные губы девушки дрогнули, словно она хотела что-то сказать, однако тишина нарушена не была. Люмин запрокинула голову назад. - Итер волнуется о тебе. – негромко заговорил Дайнслейф. Ответа не последовало. - Я сделаю вид, что тоже. Бережно взяв королеву на руки, Дайн вышел из комнаты. Мусор, как всегда, уберут «падальщики», ему же необходимо позаботиться о более хрупкой вещи. До того дня она должна быть в цвету, так, чтобы не один лепесток с нее упал. Но после уже ничего не будет иметь смысла – ни она, ни он, ни Кхаенриах… Воспоминание 5. - Посол срочно требует вашего присутствия, Ваше Величество. Говорят разговор не терпит отлагательств. Напряжение в замке после приезда делегации из Энканомии выросло с неимоверной скоростью. В последнее время среди трех великих держав пошли страшные слухи о внезапно выросшей ненависти Небесного порядка по отношению к ним, несмотря на их изоляцию от стран параллельного континента, где в отличии от здешних порядков процветают религии и божья благосклонность. Пока маги трех держав работали сообща и «закрывали» родину от взора Небесного порядка все было спокойно, однако никогда не бывает дыма без огня… - Артефакт, главным образом защищавший Энканомию, начал слабеть. Такая же ситуация происходит и в Сал Виндагнир. Из-за этого магический барьер нашего материка дал трещину – Небесное око не могло не заметить этого. Скажите честно, как обстоит ситуация с артефактом Кхаенриах? Во времена становления магии в трех великих державах между ними был заключен договор об объединении сил для защиты континента от Небесного порядка, ведь Боги очень не любили, когда люди полагались на сторонние силы и обосабливались от них. Однако просто уничтожить Вечное Древо им было не под силу, поэтому они шли по пути меньшего сопротивления – уничтожали нации и королевства, когда их могущество достигало определенных высот. Если бы не создание артефактов и некоего «купола» над континентом, то все королевства, даже самые небольшие, не имеющие связи с магией, были бы уничтожены. Такова цена покровительства. - Часы Бесконечных Течений сильны так же, как и несколько сотен лет назад. «Купол» с нашей стороны цел и невредим. Но пройдет немного времени, прежде чем он рассеется, если не будет решена проблема с Цветком Забвения (артефакт Сал Виндагнир) и Короной Исповеди (артефакт Энканомии). - Да, именно поэтому мы и прибыли…, - советник искоса взглянул на Дайнслейфа, боясь заговорить о самом главном. – Мы знаем, что хранитель здесь. Он может помочь нам. - Что вы хотите от меня? – Люмин холодно взглянула на присутствующую делегацию. – Хранитель Вечного Древа – не моя зверушка. Спрашивайте его, если посмеете. - Ваше Величество! – главный советник Энканомии подскочил, но тут же испуганно вжал плечи, увидев яростный взгляд Дайнслейфа. Однако молвить продолжил. – Если защитная магия падет, ничто не спасет континент от Небесного порядка. Будут уничтожены все наши достижения за многие века. Только хранитель может в кратчайшие сроки восстановить барьер, и только вы можете повлиять на него! «А у тебя кишка не тонка говорить все это прямо при Дайне…» Люмин знала, насколько сейчас Дайнслейф кипит от злости, борясь с желанием вспороть всю делегацию и отправить останки обратно в Энканомию. Мало того, что кто-то пронюхал о местоположении хранителя и его личности, так еще и внаглую приказывают пойти и бескорыстно помочь куче бесполезных людишек. Дайна не прельстит ничего, что может предложить человек, поэтому без равноценной цены слова советника лишь пустой звук. Однако что произойдет, если об этой просьбе попросит она?... Дайн пропустил мимо ушей завуалированное обращение к нему как к королевской «псине» только потому, что понимал – это правда. Как бы он не старался показывать свою отчужденность и пренебрежение этой страной люди при правительстве видели его особое отношение к Люмин, и то, как именно она может им манипулировать. Разве запретно попытаться повлиять на их отношения во всеобщую пользу? - Я отправлю лучших магов для решения проблем с артефактами и дальнейшей разработки по укреплению защиты континента. Все вопросы по этой теме передавайте через связную башню. На этом все. - Н-но Ваше Величество… - Больше я ничем не смогу вам помочь. – девушка устало потерла переносицу, обдумывая всю ситуацию. – Моей маны не хватит на поддержание еще одного артефакта, или создания нового. Вы прекрасно знаете объем сосуда мага в 20 лет, даже из королевской династии. И именно вы, полнокровные маги, посвятившие свою жизнь изучению течения жизни, обязаны решать такие проблемы, а не хранитель!!! Внезапно разгоревшаяся волна раздражения захлестнула всех присутствующих в кабинете людей. Повисла тишина, и лишь Дайн довольно ухмыльнулся, отведя взгляд в сторону. Как же ему льстила эта ситуация – она могла всего лишь попросить его, и он бы пал к ее ногам, восстал против Небесного порядка и защищал глупых отвратительно ненавистных людей, от которых его уже так тошнит… Но Люмин прекрасно помнит главное правило хранителя. Любое действие, хоть как-то касающееся Богов – табу. Вечное Древо и хранители для них как бессмертный сорняк в райском саду. Никак его не выполоть, не сжечь, не растоптать, он все равно появляется вновь. Но повлиять обе стороны на друг друга никак не могут. А хранителю такие попытки могут стоит жизни. Собрание закончилось на спокойной, но печальной для делегации ноте. Как бы они не хотели привлечь к проблеме хранителя, ничего не вышло. - Эй, Дайн. Королева оголила правую руку, на которой вырисовывался магический синий узор как подтверждение принадлежности к королевской семье. Мерное сияние с иногда с более яркими всплесками показывали некую нестабильность в теле девушки. - Что такое? - Когда… они придут? Дайнслейф подошел к Люмин со спины и аккуратно коснулся ее шеи, поправляя прядь волос. И хоть девушка не реагировала негативно, мужчина чувствовал себя виноватым. Словно он не достоин думать даже о миллиметре ее обнаженной кожи. Он знал ответ, давно знал, еще до коронации, до ее рождения. Просто сильных людей ненавидят не только люди, даже Боги с презрением относятся к стремлению жить и развиваться. Они ненавидят скрытые от них уголки мира, где может произойти все, что угодно. Истинные узурпаторы, противившиеся неподконтрольным вещам. Если можно назвать это судьбой, то так оно и было. Континенту было суждено погибнуть в этот промежуток времени. И было бы Дайнслейфу абсолютно плевать на гибель стольких людей, если бы не она. Никакая магическая власть не способна изменить этот итог… Ему придется увидеть, как жизнь Люмин и ее брата оборвется столь трагично. - Через полгода.

***

Когда я стал хранителем, его воспоминания разом наполнили меня, заставляя испытать мириаду различных чувств. Простой человек не мог сохранить столько всего лишь за одну жизнь – он копил их несколько сотен лет. Но самые ужасные и одновременно прекрасные появились в последние годы его жизни, когда Дайн встал на сторону моей сестры. Многое было утрачено по прошествию моих долгих лет, однако я до сих пор помню его безвозмездную любовь… Он даже не понимал своих чувств. По осколкам воспоминаний я понял, что в своей человеческой жизни Дайнслейф был капитан королевской армии нашей страны. Тогда зародились его первые чувства верности и покорности. Быть может, это была одна из причин, почему он так долго наблюдал из тени за Кхаенриах. Моя дорогая сестра… Она всегда отвергала попытки стать счастливой. «Самое главное в моей жизни – это ты, Итер. Мне ничто не нужно так, как твоя улыбка. Никто не нужен так, как ты… Итер. Я всегда буду за тебя и твою жизнь, всегда буду помогать прокладывать дорогу в светлое будущее, убирать все преграды с твоего пути. Пока счастлив ты, мне ничего не нужно» Люмин… Ради меня она отвергала само свое существование как личности, поставив в центре лишь монарха, отвергала Дайнслейфа и его попытки спасти лишь ее. Если бы я знал заранее, я бы без сожалений позволил увести ему сестру из тонущего в адском пламене страны… Я до сих пор живу, живу, живу, стараюсь чувствовать этот мир за двоих и постигнуть хоть капельку того, что могла бы обрести моя сестра… Люмин… Я – словно грех самому себе, но по итогу этого страшного рока я должен жить, пока не придет время покинуть этот мир. Кто же решает это? Древо? Оно лишено человечности, гуманности, его невидимые ветви крепко обвивают никому ненужных хранителей и крепко держат, заставляя выполнять его волю. Дайнслейф… Насколько сильно ты был близок к смерти от Вечного Древа, которому поклялся в бессмертной верности, раз отрекся от него ради смерти вместе с моей сестрой… Насколько же сильно твоя любовь к ней разгорелась, раз ты спас меня – главный смысл ее жизни… Сколько бы я не задавался этим, я никогда не смогу найти ответа. Моя душа слишком мала для понимания его глубоких чувств. Воспоминание 6. Та дата даже по моим воспоминаниям была самым страшным днем в нашей, казалось бы, спокойной жизни. Я в первый и, наверное, последний раз увидел Богов Небесного порядка. Точнее… Сложно описать их так, чтобы человек смог представить их максимально правдоподобно. Я помню чувство ужаса, страха, благоговения перед ними… Отвратительно. Хотелось провалиться сквозь землю и никогда больше не встречаться с ними. Однако это было лишь начало. Думаю, если бы хотели, то Боги уничтожили мир по щелчку пальцев. Но это слишком легко для них, не интересно. Ведь намного лучше наблюдать как гибнут люди, которые были так ненавистны все это время. Теперь их былая сила ничто перед лицом смертельной опасности. Конец света для Кхаенриах – самый уничижительный из всех трех держав. Я с Люмин помогал спастись жителям столицы, но их количество от общего населения настолько ничтожно, что сейчас наверняка не осталось ни единого человека, который был бы хоть на малую долю похож на Кхаенриахца. Если бы магический портал на параллельный континент проработал чуть дольше… Боги знали, кого убивать в первую очередь – магов. Тех, кто мог попытаться спасти свою нацию, свой народ… Надеяться на другие великие державы было бессмысленно, ведь они уже были уничтожены. Проще, быстрее, так, что в итоге в современное время там находится намного больше исторических реликвий, чем в Кхаенриах. Наша страна… Ее сожгли в пепел, как и наших людей. И мою сестру с Дайнслейфом тоже. Я должен был погибнуть, но судьба распорядилась иначе.

***

Ноги уже не чувствовались под огромной тяжестью каменной глыбы, и онемение переходило все выше и выше по телу. Еще немного и дыхание бы остановилось навсегда. Итер лежал в полусознании, слушал пробирающие до глубины души людские крики и думал о собственной ничтожности. Пока сестра выкладывается на полную, осознавая неизбежность собственной страны, брат умудрился умереть, не сделав толком ничего. Так он считал. «Сес…тра…» Но в глазах сверкнула вспышка и, сделав резкий вдох, Итер очнулся на руках Дайна. Ничего не понимая, он смотрел на хранителя и с каждой секундой осознавал произошедшее – его спасли особенной ценой. В глазах парня виднелось невероятное отчаяние, но Дайнслейфу не было жаль. Мужчина сделал последний выбор в своей жизни. - Я не надеюсь, что ты поймешь и простишь меня. В груди парня новой силой пульсировало ядро, заставляя испытывать сильнейшее отвращение, какое только могло предстать в человеке. Новые знания и воспоминания вихрем, проносились перед глазами Итера, что не поспевал за сменой чувств и эмоций. Он даже не мог понять, почему именно плачет. Настолько сильно ощущалась душевная боль. В этот момент я подумал, что оглох – все вокруг замерло в звенящей тишине, у меня не было никаких сил, чтобы спросить хоть один из множества вопросов, что роились в моей голове. Мне уже не было никакого дела до смерти моего народа, невинных людей, что извивались в агонии на смертном одре. Я чувствовал, знал… Моя сестра мертва. Именно поэтому жив я. - Где… она? Дайнслейф не ответил, но молча пошел в сторону, где некогда была площадь нашего города. Потеряв главный источник поддержания жизни, шаги давались с трудом, а тело сотрясали судороги. Лицо искажала боль сравнимая с мучительными пытками, но мужчина не издал ни звука, до крови прикусив губы. Похоже, его время вот-вот закончится. В страшных руинах лежало тело Люмин, непохожее на саму себя. Стоило только узнать ее некогда яркие светлые волосы, как Итер снова начал плакать. Кожа обуглилась от пламени, а сохранившиеся участки покрыты грязью и копотью. Особенно ужасали руки, покрытые кровью – тлеющие магией кончики пальцев указывали на то, что вся ее магическая сила была израсходована настолько, что из-за сильнейшего перенапряжения тело начало разрушаться не только из-за внешних факторов, но и внутренних. Люмин пожертвовала собой ради тех, у кого не было шанса на выживание. Ужасающая участь. Нигде невозможно спрятаться от этого кошмара, бесконечного сна, порождающего все новые и новые пытки твоего сознания. - Твоя сестра хотела, чтобы ты остался жив. Но теперь мне… Нет смысла держаться. В моей жизни не было никого, кто хотел бы мне счастья. Так что позволь покинуть этот мир рядом с ней. Это мое последнее желание, как человека. Он умер со слезами на глазах, бережно держа ее в объятьях. Плакал ли он от счастья, что смог наконец-то обнять ее? Может он плакал от осознания, что это последнее касание к Люмин в его жизни… В тот момент я видел его трясущиеся пальцы, подрагивающие губы и закрытые веки… Дайнслейф снова стал человеком в свой последний вспыхнувший момент судьбы, который погас так же быстро, и возник. Я так завидовал ему. Дайн умер рядом с моей сестрой… Мне было неимоверно завидно. Они ушли в одно время, оставив меня совсем одного, обреченного на вечное одиночество. Зачем… Я так хотел умереть. Я так хотел исчезнуть из этого мира вместе с Люмин!!! … Я не хотел… такой судьбы. Воспоминание 7. Когда я очнулся, я находился в пространстве Вечного Древа. Что-то вроде обители хранителя, если вдруг ему не захочется жить в реальном пространстве. Шокированный своей судьбой я впал в нехилую такую вспячку. Что ж, раз Древо позволяет, значит все можно. Зато как очнулся так ничегошеньки не чувствовал. С этим повезло, видимо, так повлияла сила хранителя. Теперь я понимаю, почему Дайн все время был таким равнодушным. Что ж, с того инцидента прошло около… 5 лет. Да, меня не было там 5 лет. Я просто не мог вернуться на место, насквозь пропитанное кровью. Разбитое сердце лечилось долго, однако теперь я могу вздохнуть полной грудью. Континент был полностью зачищен. Ни одно королевство не выжило. А на месте Кханериах осталась выжженная земля, даже пепел унесен ветром в морские дали. Небесный порядок, видно, был так счастлив, избавившись от еретиков, что земли моей родины до сих пор не поросли даже травой – уж так постарались Боги. Территории других держав выглядели повеселее, там природа осталась практически нетронутой, остались лишь далекие признаки существования людей. Эта трагедия забрала так много… Я ощущал в себе жизнь, которая и не была моей, и это меня первое время очень гложило. Но даже если остатки моего «Я» и пытались воспротивиться своей судьбе, пытались воспылать слишком болезненными чувствами, магия Древа заглушала их и заковывала меня в крепкие кандалы. Мне остались доступны лишь поверхностные, легкие ощущения. Что-то вроде счастье от съеденной вкусной еды, или печаль от плохой погоды. Ты забываешь все это так быстро, что уже и не можешь вспомнить, ощущал ли это пару мгновений назад. Не знаю к счастью ли, или к сожалению, но все мои накопленные научные знания остались со мной. Но что с ними делать? Развивать дальше? Просто оставить, пока разум не утопит их в небытие? Изначальная моя цель – помощь моей стране, сестре, открытия во благо цветущей жизни. Но теперь в этом ведь нет смысла… Сложно понять что-либо, голова пока еще тяжело работает… Перестраиваться с человеческой сущности на бессмертный магический сосуд оказывается дело непростое. Но впереди у меня много времени.

***

Более-менее свыкнувшись со своим новым «Я», я отправился в путешествие на параллельный континент, где в отличие от их родины жизнь процветала прямо под божественным крылом. Здесь в различных странах почитали Богов, строили храмы, церкви, молились и любили своих покровителей. И совершенно не знали про Небесный порядок и их истинную ненависть к людям, не знали про существование великих держав, которые пали только из-за желания быть независимыми. Здешние люди так слепы к истине… Как давно они промыты лживой верой, построенной на реках крови безвинных жертв? В воспоминаниях хранителей этот континент зовется Тейват, но никто из них не любил его, находится здесь тяжело душевно. Вся твоя магическая сущность отрицает этот мир, заставляет ненавидеть так сильно, что кровь вскипает, как раскаленное железо. Однако я уверен, что смогу укротить эту жажду и жить, как «обычный» человек. Я – новый хранитель. И я – Итер, бывший принц Кхаенриах… Ни за что не позволю древу разорвать последнюю нить, связывающую меня с моей родиной. Я – брат Люмин, самой лучшей сестры. Ни за что не позволю себе забыть это… Эпилог. - Стой, стой. Ты говоришь, что после становления хранителем перешел на параллельный континент, так? - Безусловно. – механическая улыбка Итера иногда несколько пугала. - Так… Сейчас этот континент люди зовут Агрейв, и он практически весь заселен, к тому же, хоть и не в полной мере, мы частично владеем магией. Как это произошло? Как люди попали сюда вновь после абсолютной зачистки Небесного порядка? - На тот момент цивилизация Тейвата не была готова к новым знаниям, что были выше их на несколько голов. Мне пришлось ждать 300 лет, прежде чем начать возрождать родные земли. Поэтому все, что ты видишь вокруг себя – моя работа на протяжении нескольких веков. Сначала внедрение науки на Тейвате, а после информирование о невиданных землях на другой стороне океана. И вот, люди, увлеченные неизведанным, прибыли на мертвый континент и остались там жить. В исторических книгах упомянуто имя одного ученого – Арен… - Да-да, он был одним из влиятельных людей, который внес огромный вклад в период географических, медицинских и…, - до парня доходило долго, но Итер терпеливо улыбался и ждал того самого озарения. – Погодите, так это вы?? - Бинго. На самом деле у меня было много имен в зависимости от эпохи, но это самое распространенное и известное. Лишь сотню лет назад я решил, что моих наставлений хватит и теперь современность справится без меня. - Почему вы решили помогать людям? Не боялись, что Боги снова возьмутся за старое?... - Именно поэтому я не допускаю развитии магии – это самое главное. Эти земли благоволят магам, поэтому в первые века переселения все чаще замечались случаи рождения с большими жизненными сосудами. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы Древо перестало даровать их людям. То, чем пользуются люди сейчас, не опасно. Такой процент магии Боги даже не видят. Так что сейчас все прекрасно. – устав сидеть, хранитель подошел к столу, на котором лежали различные вечерние закуски, и взял шоколадный батончик. - Скажите, почему вы мне все это рассказали? Не боитесь, что я могу все рассказать? - О, не переживай на этот счет. Тебе никто не поверит. – Итер щелкнул пальцами, и парень впал в глубокий сон. – Потому что ты ничего не вспомнишь. Близилось утро, а значит пора было уходить – свое желание поболтать хранитель исполнил с лихвой. Я уже и сам стал забывать, сколько живу в этом затхлом, одиноком мире. Наблюдать за движением людей довольно забавно, они столько интересного придумывают и изобретают, я даже помог немного. Может быть, однажды, они смогут противостоять даже Небесному порядку… Если в тот момент я еще буду хранителем, обязательно присоединюсь к этому веселью. А пока… Я продолжу свое бесконечно долгое путешествие. Как хранитель Вечного Древа. Как последний принц Кхаенриах. Как брат самой лучшей сестры.