Ошибка

Всё началось, когда парень окончательно перестал появляться дома. Практически переехав к одному из старших в компании, который в силу возраста и финансового положения жил один, чему парень по-черному завидовал, так как в квартире было мертвецки тихо. Блондин появлялся дома либо забрать некоторые вещи, переезжал довольно медленно и как можно незаметнее для домочадцев (что, конечно, было бесполезно перед крайне наблюдательным отцом, который почему-то ещё ничего не сказал), либо просто поменять учебники, и то не всегда. Имея деньги с помощи в домашке особо тупым школьникам, блондин спокойно мог купить себе всё, что хотел, но планировал накопить денег на платный универ. После окончания учёбы они вместе со старшим либо сидели дома за книгами, иногда могли поговорить или посмотреть какой-нибудь фильм, либо собирались со всей компанией, чтобы покурить. В квартире, как ни странно, никто из них не курил, просто не хотелось. Почему так? Никто не понимал. — Успокойся, всё нормально, ты сдашь, как всегда, без проблем, — хрипло хохотнув, парень прижал дерганого подростка к себе, закатив глаза на слабые попытки вырваться. — Тебе легко говорить, — устало выдохнул блондин, пытаясь последовать совету старшего и успокоиться. — Ну как? Нормально ведь всё? Во время экзамена ещё никто не умирал, — слабо улыбнувшись, быстро глянул на дверь школьного туалета, надеясь, что никто сейчас не зайдёт. — Да-да, не умирал, всё, отпусти, если застукают — отец мгновенно узнает, а если Хэви, так вообще пиздец будет, — ворча, выпутался из мгновенно ослабших объятий, отходя к раковине и начиная проверять привычный «боевой окрас», как выразился один раз брюнет, стоящий сейчас за спиной и насмешливо глядящий на блондина через отражение в зеркале. — Ну, успокоился и на том прекрасно, пошли, твоя очередь скоро, — ободряюще улыбнувшись подростку, вернул на нос солнцезащитные очки, выходя вслед за подростком в коридор. Вечером того же дня, завалившись всей компанией в ближайший от квартиры парней бар, подростки, наплевав на то, что их могут посадить под контроль родные, напились в драбадан, абсолютно все и абсолютно до полного пиздеца, еле стоящего на ногах. Почти вся компания состояла из выпускников, лишь несколько десятиклассников и непьющих девушек остались не у дел. Смирненько хлебали сок и энергетики, как моральную компенсацию, так как брюнет, на правах самого старшего, строго контролировал количество выпитого почти у всех, хотя некоторые особенно изощрённые умудрились, если не напиться сами, так напоить блондина, которому сегодня было разрешено почти всё, по причине полного морального и физического истощения. — Вот ведь пьянчуги, — тихо выругавшись, брюнет запихнул последнего юного алкоголика в очередное такси, которое великодушно заказывал, так как пили за его счёт, а значит, он должен был хотя бы обеспечить им безопасную дорогу домой. — Ну не дуйся, Руи, солнышко, — дождавшись пока машина отъедет, повис на шее раздражённого старшего, пьяно улыбаясь во все тридцать два, — ты сам разрешил нам пить, теперь не жа…жал…жалуйся — Да я спокоен, маленькая пьянь, уже языком еле двигаешь, — устало выдохнув, поднял глаза на пасмурное ночное небо, мысленно взвыв от понимания того, что сегодня парень крайне настойчив. Обычно он был более рассудителен и сдержан, но после первой же банки пива всё смущение пошло к ебеням и рука блондина пробыла на его ширинке весь вечер, искушая отыметь его прямо на том ебанном столе довольно оживлённого бара, и было бы похуй на чужое внимание и последующий стыд протрезвевшего подростка. — Так, домой, хватит с меня на сегодня, — подхватив парня на руки, брюнет быстрым шагом направился к многоэтажке, находящейся в нескольких сотнях метров от бара, старательно игнорируя целующие шею губы. — Аааа, как же хуево, — ввалившись на кухню, подросток, сжимая руками будто разрывающуюся на части голову, посмотрел на тихо смеющегося за столом брюнета с бутылкой пива в руке. — Проснулся, алкоголик? — оскалившись на тихую ругань плюхнувшегося на стул парня, качнул головой, снова утыкаясь в телефон. — Смешно, ёб твою мать, — зажмурившись, забрал у старшего бутылку, краем глаза глянув на висящие над входом на кухню часы, — чего?! Пять вечера? Сколько я, блять, валялся? — Распахнув глаза, уставился на хохочущего сожителя, слабо морщась от усилившегося звона в ушах. — Пять, пять, успокойся, всё равно каникулы, — закатив глаза, встал из-за стола, уходя в комнату, — салат в холодильнике, пицца в духовке, если что — сам приготовишь. — Спасибо, папочка, — слабо улыбнувшись, довольно выдохнул, приложив прохладную бутылку к щеке, — завтра я готовлю, — расслабленно выдохнул, откинувшись на спинку стула. — Заметано, малыш, — хохотнув, прикрыл дверь в комнату, садясь за компьютер.