Вечное дитя Камар-Таджа

      Тсу-кун любит Древнюю. Она великодушная, терпит его детские выходки, и хоть Тсу-кун и не показывает этого, но ему стыдно за свои проделки. Правда, правда, ведь Тсу-кун большой мальчик, и он знает, что поступал нехорошо, когда отказывался от одежды, назвав её уродливой. Тсу-кун знает, что нехорошо было пугать других с помощью Натса. Натс милый добрый и невероятно нежный котик, заставив его пугать других, он подставил своего друга. Прости, Натс, Тсу-кун так больше не будет поступать. И Древняя сказала, что Тсу-куну физически пять лет, Тсу-кун понял лишь то, что ему пять лет, а затем Древняя добавила слово «физически». Тсу-кун не знает, Тсу-кун хочет знать. Но Тсу-кун побоялся спросить. Да, Тсу-кун слишком робкий, пугливый, никчемный…       На последней мысли ребенок, сидящий на корточках, пораженно расширил глаза.       Нет, Тсу-кун не никчемный. Мама говорит, что Тсу-кун молодец и что Тсу-кун милый. Мама… А у Тсу-куна есть мама? Да у Тсу-куна есть мама. Но тогда где она? Почему она не с Тсу-куном? Если у Тсу-куна нет мамы, то нет и папы? Но у Тсу-куна должен быть папа. Если не папа, то кто называет его Тсу-куна тунцом? Если не мама, то кто зовет Тсу-куна Тсу-куном?       Тсуна сидел на заднем дворе покоев Древней. Смотрел в никуда, глаза затуманены дымкой мыслей, водоворот которого становился все глубже и глубже, и тёмней.       Медленно в сознании ребенка появились темные силуэты, которые становились все четче и четче. Это были силуэты миниатюрной женщины и высокого мужчины.       — Мама.?       Тихий шепот, что сорвался с его губ был настолько тихим, что Тсуна сам его то толком не услышал.       — Тсунаеши.       Из моря мыслей его вывел самый любимый на данный момент голос. Резво подняв голову, он посмотрел в сторону той, которая отвлекла его.       Древняя стояла в паре шагов от него и улыбалась краешком губ. Его задумчивое лицо сменилось на радостное. Размеренными шагами она, дойдя до него, остановилась рядом с ним. Опустившись на корточки, она заглянула в глаза ребёнку.       — Что ты делаешь, Тсунаёши?       — Думаю.       Опустив взор на ноги, он начал теребить свои штанины.       — О? И о чем же? Расскажешь?       Нежным голосом спросила она с долей заинтересованности.       Нахмурив брови в задумчивости, он выдал.       — Хмм… Я забыл.       Сколько бы Тсуна не думал об этом, он не мог вспомнить.       Древняя улыбнулась шире в свой кулак, на который опирала голову. Но медленно в её глазах начала закрадываться горечь. Незаметно для нее самой ее губы опустились. Но она быстро пришла в себя и скрыла свою секундную потерю контроля над эмоциями. Вернув сардоническую улыбку на лицо, она встала с корточек. Протянув руку к мальчику, она обратила его внимание на себя.       — На улице холодно, давай зайдём в помещение.       Лицо с детским жиром озарила улыбка. С наисчастливейшим выражением лица он потянул к ней ручки. Вслед за ним ее улыбка тоже стала более счастливой. Как же странно то, как настроение одного человека может влиять на чужие эмоции.       На небе сгустились тучи, издалека приглушенно послышался раскат грома, обещая дожди.       — Близится зима. ***       — Хей, Натс.       Развалившийся на веранде огроменный огненный лев открыл один глаз, затем второй, повернул голову в сторону своего хозяина.       Тсуна, задумчиво лежащий на его брюхе, прыжком встал со своего живого лежака, возбужденно развернулся к своему другу и, со сверкающими глазами, которые по яркости могут затмить сами звезды, произнес:       — Мы идем гулять!       Лев вопросительно на него моргнул, как бы спрашивая куда и почему.       — Не беспокойся, мы лишь пойдем в лес. Нам никакие хищники не страшны!       Огненный котяра заинтересованно склонил голову. Видя заинтересованность друга, он с самым гордым видом выдал:       — Со мной самый настоящий хищник.       Котяра, почти копируя своего хозяина, весь гордо подобрался. Тсуна же взволнованно развернулся в сторону горного леса.       — Ну! Вставай, Натс!       Помогая себе передними лапами, лев встав потопал вслед за своим мини хозяином.       Хочешь, а подчиниться хозяину нужно. ***       В Тибете, на просторах зеленого покрывала леса и гор, расположен храм, неизвестный никому кроме самих обывателей этого самого храма. Здесь живут самые разнообразные виды животных и деревьев. Здесь рождались бесчисленное количество мифов и легенд, одно краше и увлекательнее другого. Невероятные по содержанию, наполненные мистикой и невероятной долей магии и разного рода силы. И в таком месте находиться наш главный герой.       — Натс… Похоже, мы где-то не туда свернули…       Стоя на крутом утесе высотой в почти ста метров, нервно переминались с ноги на ногу ребенок лет пяти и огромный лев с огненной гривой и с огненной кисточкой хвоста.       Когда их взгляды встретились, лев издал недовольное рычание в сторону своего хозяина. Услышав этот рык, Тсуна переполнился негодованием, будто бы он мог понимать льва.       — Э-эй! Откуда мне было знать, что игры в догонялки с белкой к такому приведут. Она была такой милой и играла куда уж лучше тебя.       Никто из них не хотел отступать. Они вперили свои упрямые физиономии друг на друга. Но Натс, решив быть более зрелым, отвел свой взгляд с недовольным рычанием. Радуясь своему триумфу, Тсуна вернул свой взгляд на утес.       — Реборн бы определенно не упустил шанса вспомнить былые времена.       Произнеся это, он поморщился от не самых приятных воспоминаний.        Витая в своих мыслях, мальчик не заметил то, каким странным взглядом посмотрел на него его компаньон.       — Ха, просто пойду куда глаза глядят.       Сопровождаемый тем же взглядом, Тсуна развернулся и потопал подальше от отвесного утеса. Тсуна особо не смотрел куда идет. Когда он хотел обогнуть куст, который встретился перед ним, он он хотел сделать это с левой стороны в последствии чего он бы также изменил траекторию своей дороги налево. Но в последний момент с задней части сознания пришла странная мысль повернуть на право. Он на это тоже особого внимания не обратил.       Пройдя некоторый путь когда, он понял, что иногда его мысли, ни с того ни с сего вдруг резко менялись. Они с Натсом остановились передохнуть. Только Тсуна.       — Яях, я устал.       Разминувшись, мальчик плюхнулся на живот своего лучшего друга.       — Я чувствую что осталось немного.       Его настроение неожиданно поднялось от его собственных слов.       Конечно он знает куда ему идти, сейчас он встанет, пройдет немного и вернется в храм к Древней.       С такими мыслями Тсуна, пошел влево, а Натс за ним, недовольно рыча себе под нос. ***       Где-то в чаще леса:       — Груа-а-арх!       Пространство заискрилось темно-красным цветом. Из искрящегося круга вышла искривленная животная конечность.       Очень жаль, что вселенная устроена так, что происходит то, что ты ожидаешь меньше всего.       В не подходящий момент, в не подходящем месте, происходит то, что по твоему усмотрению происходить вообще не должно.