Детективное агентство "Анна и её духи". Новое поколение. История вторая.

— Бабушка подтвердила, что отец работал на спецслужбы? — Трегубов сел обратно на стул около кровати сестры. — Да, — горько сказала Юля. — Так и есть. Мама говорила правду. Юрий хотел сказать «не верю», но промолчал. Чему теперь верить, было неизвестно. — А дальше? — спросил он. Начало положено, но оно только разбередило старые раны, не давая понимания происходящего. — А дальше я вернулась в Москву, — объяснила Юлия. — Мама помогла с жильем. Я… дичилась её, что ли. Всё слишком запуталось. Потом стало легче. Я привыкла к ней. Это было удивительно — иметь мать. Я иногда даже была счастлива. — И что же, мысли об отце тебя не мучили? — Юра не мог не спросить. — Мучили, — кивнула Юля. — Мама видела это и однажды просто принесла мне то дело, из-за которого всё случилось. Именно тогда я поняла, что не знаю того человека, которым был мой отец. Он и тот, кто был описан в документах, не имели ничего общего. — Постой, постой, — Трегубов взмахнул рукой. — Наша мать принесла тебе дело, хранящееся под грифом «секретно»? Вот так запросто? Просто вынесла его, чтобы дать тебе его почитать? — Не официальное, разумеется, — усмехнулась Юля. — Она умеет… собирать данные. Юрий промолчал. Он решил пока ничего не говорить. Это было по меньшей мере странно. Но сейчас свои умозаключения он хотел держать при себе. Важнее было дослушать Юльку до конца. — И что же там было? — Если вкратце, то маме было поручено добыть определенную информацию с компьютера некого полковника. Операция была провалена, данные не были переданы, а сам след, ведущий к матери и отцу, чуть не был раскрыт. Странностей становилось всё больше, но Трегубов снова промолчал. — И после этого отец перекинул свои недоработки на неё? — Да. Она не могла больше оставаться в системе. Никто бы ей не дал и пол помыть около государственных объектов. Но у неё остались друзья, которым она могла оказывать услуги, если им это было нужно. — Юля, если ты и в самом деле работаешь в спецслужбах, то ты должна понимать, что это бред! Трегубов вновь наклонился вперед, разглядывая лицо сестры. Она не смотрела на него. — Понимаю, — кивнула она, поразив брата вновь. — Тогда все казалось мне весьма логичным. Когда я разобралась, было уже слишком поздно. Слишком много несостыковок. — То есть… — Юрий никак не мог понять, что творится в голове у Юли. Как можно жить, когда внутри такой кавардак? — То есть, ты признаешь, что то, что говорила тебе наша мать, — по сути ложь. — Не ложь, — покачала головой девушка. — Не до конца. Я не знаю, что произошло тогда между ней и отцом. Я не знаю, какую точку считать отправной. Они лгали оба. Я теперь понимаю, что это въедается под кожу. Профессия накладывает отпечаток. Трегубов сжал зубы так сильно, как мог, чтобы не выругаться от души, но в очередной раз промолчал. Сейчас нельзя этого было делать. — А как ты стала работать там, где ты работаешь? Ты же сказала, что мать боялась, что тебя мы втянем в подобные дела. Как же так вышло, что ты пришла к тому же, от чего бежала? — Я бежала не от этого! Нет! Я бежала от предательства, обмана и крушения иллюзий. А получила то же самое. Но это я понимаю сейчас. Тогда я думала совершенно по-другому. А по поводу работы… Сначала я помогала маме. Мелкие поручения, я была просто была курьером, если можно так сказать. А потом мама свела меня со своим начальником. И я стала работать официально. Не как мама. У меня должность и документы. Предвосхищая твои вопросы — то, что мне удалось узнать, подтверждает слова мамы. Я навела справки, когда немного втянулась в работу. — Я не верю, — твердо сказал Юрий. — А я теперь тоже, — криво ухмыльнулась Юля. — Я тут столько всего интересного нарыла за последнее время. — Рассказывай, — попросил Трегубов. — Ну что же. Всё началось с альбома.