Последний месяц лета

22 июля 2009 год

— Саш, ты видел друга твоего из 5 подъезда мёртвым нашли, месяц лежал… — пробормотала мама Саши. — Кого…? — Ну Матвей, Мотя или как там его. Вы в детстве ещё вместе в садик ходили. — А этот… Не, не знаю. А чё когда? — Да не знаю. Говорят огнестрел. В траве нашли у школы. Воцарилось молчание, что не было привычным для шумной семьи. До Саши потихоньку начало доходить что к чему, вспоминая пугающую находку в выпускную ночь, пазл в его голове начал складываться. «Трофей», который Лёва оставил у себя, мог объяснить смерть бывшего друга. Хотя на самом деле, в его голове это были лишь догадки, которые он начал воспринимать как единственный вариант того как орудие могло оказаться у школы, да ещё и эта смерть лишь придавала уверенность.       Уйдя в свою комнату, Саня незамедлительно начал названивать Лёве, но тот не брал трубку. Спустя несколько попыток Саши дозвониться, Лёва ответил. — Алё, чё надо? — с хрипотцой произнёс парень, на фоне были слышны задорные крики и женский смех из-за чего в начале разговора были лишь неловкое молчание на другом конце трубки. — Чё у тебя там происходит? Торч помер, придурки какие-то застрелили месяц назад примерно у школки. — Ну и чё ты звонишь, убили и похуй, туда ему и дорога, я вообще наркоманов презираю — недовольно ответил Лёва. — Его нашли там же где ты ствол нашёл. Да и с каких пор ты нариков осуждать стал, а? Умник… Лёва в ту же секунду побледнел, его и без этого белоснежная кожа покрылась красными пятнами, его глаза стали размером с грецкий орех, было ощущение того, что в его мире случился переворот, всё внутри сжалось и дыхание начало учащаться…       Прошло около часа, Лёва уже был у Саши дома, расспрашивая о подробностях у тёти. Ребята смотрели друг на друга со страхом и осознанием в глазах, ведь не было ни малейшего сомнения в том, что если люди узнают о их «находке» никто не будет разбираться откуда у них оружие, где они его нашли и не убили ли они кого то. Парни понимали, что если это попадёт в руки милиции, то им будет очень тяжело. Ребята гоняли мысли о тюрьме, допросах и экспертизах, но не понимали, что в милиции всем было бы всё равно на жизнь какого то мужика, который сам себя и погубил, дело даже не открывали и замяли как несчастный случай… Никому не было интересно кто это был, зачем и при каких обстоятельствах, все понимали, что убили его из-за денег или наркоты. В прочем это никому было не интересно… — Вот, ну и родителей у него не было, поэтому на похороны с бывших друзей, да с соседей деньги скребут, ну не ахуевшие, а?.. — промолвила тётя Карина смотря на сидящих в шоке сына и племянника Лёву, она тогда ещё даже не понимала во что вляпались её сын и племянник, которые в её глазах были ещё совсем крохотными и глупыми. В прочем с последним можно было согласиться даже сейчас. — Да… Ну ладно, мам, мы в комнату пойдём… — произнёс Саня, спешно удаляясь с кухни за братом.       Тысячи мыслей и идей о том как не пойти под статью витали в комнате, но ни одна из них не была подходящей. Парни перерыли весь интернет в поисках хотя бы одной новости о убийстве знакомого, не тряя надежду на то, что преступника нашли и наказали, но всё было тщетно, находили они лишь новости о «Трупе возле школы». — Я сдам его в ментовку — уверенно, как гром среди ясного неба, сказал Лёва. — Шпак, ты адекватный? На нём твоих отпечатков больше… — не дожидаясь продолжения слов Сани, Лёва перебил. — Да мне похуй, я его сдам и больше я не хочу слушать твои блядские нравоучения.       Через ещё 10 минут споров Саня всё-таки согласился с обеспокоенным другом, понимая, что переубедить его практически невозможно.

ночь с 12 июня на 13 июня 2009 год

             Мотя, ну или без прозвищ — Матвей проводил свой вечер как обычно, в квартире своих «кентов», со своим лучшим и единственным другом — шприцом. Время на телефоне 23:17, Матвей, выходя на улицу, в любимом состоянии «трипа» не думал ни о чём, он считал, что его тело пархает над городом и он будто бабочка радует всех прохожих и озаряет их яркими «крыльями», но радовать он мог только таких же как и он.       Мотя, падая, в очередной раз споткнувшись о воздух, вновь не заподозрил ничего странного, что не удивительно для его размякшего тела, которое даже не было создано для мыслей. Вдруг, в один миг, его дыхание прервалось. Он почувствовал что его толкнули, ну или кинули камень, а может даже пнули…       Перевернувшись на спину, всё так же лежав на траве он увидел лишь тёмный силуэт, сидящий на нем, с чем-то острым в руках, с чем-то, что быстро и резко вонзалось в его плечо несчитанное количество раз. Колото-резаные раны источали огромное количество крови, внутренняя сторона была изрезана на куски; кожа вместе с мышцами мелкими ошметками отваливалась на землю, оставляя после себя небольшие дыры, через которые было видно окровавленную кость. Убийца по неопытности не мог найти нужное место в темноте, поэтому решил исполосовать всё что видел. В голове по прежнему было мутно, только боль помогала разуму прийти в норму, и не сразу. Тело было до сих пор ватным — не смотря на удары, потерю крови и происходящее в принципе. Был ли это эффект наркотиков или болевой шок — не понятно… Полуживой Мотя даже пытался что-то сказать, но рот не слушался, ему оставалось только молчать и тихо мычать от боли.       По прежнему находясь в трипе, но осознавая ужас происходящего, он предпринял попытку пошевелить пальцами, всё было тщетно — нож задел нервный канал, теперь руку он не чувствовал. — Ноги! Нужно стряхнуть его с себя. — внезапная мысль врезалась в голову, хотя даже тогда он понимал, что это нереально. Неизвестный, предвидя его действия, тут же одной ногой преградил движение ногами лежащему, а другой наступил на запястье ещё здоровой руки.       Держась за шею свободной рукой и слегка сжимая её, неизвестный водил ножом по ребрам, слегка надавливая и царапая. Постепенно полосы начали кровоточить. Ладонь оставила фиолетовые следы на шее, а нож красные на груди. Каждый разрез становился все сильнее и глубже, более неаккуратным и рваным. Матвей готов был попрощаться с жизнью еще несколько минут назад и мысленно констатировал свою смерть: наслаждаясь видом и лежал с ожиданием смерти, ведь ничего кроме этого он не чувствовал, его тело полностью палолизовало и потеряла абсолютно все ощущения, неизвестный занес руку за голову.       Прошло около получаса, Матвей уже был без сознания. Пульс давно не ощущался, но сердце до сих пор едва билось. Убийца, медленно поднимаясь с обмякшего тела, стряхивал капли крови и кусочки мяса с лезвия. Клинок в шахте рукояти, а рука в кармане куртки ощупывает спусковую скобу нового пистолета, выданного начальством. Проверяясь на улики, очевидно забыв о шее, и собираясь уходить, неизвестный слышит звук, средне напоминающий скрип и стон на одном протяжном выдохе. Убийца, не ожидая столь громких звуков, подумал что Матвей жив и в растерянности схватился за пистолет в кармане. Не придумав ничего лучше, снял его с предохранителя и стрелял в упор, пока звук не прекратился, попадая в основном в переносицу, будто размалывая её в крупную крошку. Шокированно уставившись на тело и собственные дрожащие от страха руки, мужчина выронил пистолет и попятился назад, окончательно упав и испугавшись воя сирен и мигалок, светящих за поворотом. Понимая что пора уходить, неизвестный собрался с мыслями и быстрым бегом дрожащими ногами направился в противоположную от мигалок сторону, в то время как они проехали мимо на другой вызов.

ЧАСТЬ 2. ГЛАВА2

22 июля 2009 год

      Парни всё так же сидели в комнате, но уже в полной тишине. Молчание прервало оповещение из «аськи», Саша подбежал к компьютеру и увидел сообщение от знакомого, в котором было написано «Сегодня вечером на сцене ночного клуба «IDOL» лучший DJ города «DI JANE»! 22:00 ТЦ «Бочка» Ждём всех!». Сообщение было явным спамом, но несмотря на это парни сиюминутно начали договариваться о времени, как будто забыв о том, что было буквально пару минут назад. — Так, берём ягу. Две банки, хотя нет… Шесть. Я думаю на двоих вообще кайф. — Чувак, мы чё в шестом классе, чё так мало? Да и вообще нахуй эту ягу, это пойло для чижиков всяких, да педовок. Мы взрослые люди, зачем набухиваться дешёвым бухлом на заброшке, если можно пить прямо в клубе — уверенно сказал Лёва. — Дорого, у меня итак осталась сотка на неделю, мне ещё сиги купить надо. — Чёёё… Ты же бросил курить?! Это же вредно, сам говорил — издеваясь над Сашей приговаривал товарищ. — Не твоего ума дела, сам то чё? Да и тебя не смутило то, что я с мая курю по пачке в день, ты почти всегда со мной… Ты либо слепой, либо тупой. — А чё я, не курю, не пью, матом не ругаюсь! — Ага, за то колёса жрёшь как не в себя и ебёшь всё что не приколочено, а потом бегаешь и орёшь, что чешешься весь — возразил Саня.       Не смотря на то, о чём они говорили, тем же вечером парни стояли около «их» заброшки и ждали бывшего одноклассника, Стаса. Ну как ждали, Саня даже представить не мог, что в этот день произойдёт такая встреча, а вот у Лёвы были свои планы на этот вечер, да и ночь в общем…       Стас, ну или как его называли «Царь» весьма умный, но в то же время совершенно необразованный парень, при этом даже имел весьма высокооплачиваемую работу, которую совмещал со своим «хобби». Стас торговал лёгкими наркотиками, ну или на простом языке был барыгой.       Ребята прождали Лёвиного «спонсора вечера» около часа, Стас всё же пришёл, Саня допивая 3 банку «strike» не промолвил ни слова увидев лицо этого гада.       Почему гада? Пару лет назад у Сани и Стаса произошёл ужасный конфликт, который закончился тремя выбитыми зубами Стаса и сломанной коленной чашечкой Сани. Юля — бывшая девушка Саши и действующая мать ребёнка Стаса, придавалась плотскими утехам, ну или просто трахалась прямо в школьном туалете с ненавистным даже тогда со стороны Сани Стасом. Саша около года бегал за «блядью», «шлюхой» и «шалавой», если описывать данную особу словами Лёвы и других друзей, освящённых подробностями этой истории, пытаясь вернуть всё на свои места, но Юля уже тогда носила под сердцем ребёнка Стаса, а так же по совместительству плод подростковой ошибки. — Чё смотришь? — обратился к Саше Стас. Продержав длительную паузу Саня лишь промолвил один единственный вопрос, который даже не был интересен ему… — Как сын? — спросил Саша. Его голубые глаза будто стали белыми, его взгляд был стеклянный, казалось, что это «стекло» сейчас просто разобьётся на тысячи осколков. Зубы сжались до скрипа, а кожа будучи смуглой стала «белее белизны». — Нормально — ответил Стас, передавая пакетик с «колёсами». Буквально через пару минут он попрощался и просто ушёл. — Сука, он ведь даже не знает, что у него дочь, как блять такие по Земле ходят… — со злостью и разочарованием кричал Саня сжав руки в кулаки, забыв о том, что в его руках была уже практически докуренная сигарета. Обжигая ладонь Сани, которая впопыхах была залита вышеупомянутым напитком, рука пульсировала от боли, но как это может остановить совсем разгорячённых парней? Правильно, никак.

Ночь с 22 июля на 23 августа 2009 года

      Толпы людей с явными признаками сильного алкогольного опьянения стояли у клуба пририкаясь с охраной не впустившей их тела в заведение, огромная очередь из людей всё набирала и набирала обороты, пятьдесят человек перешло в сотню, а сотня в нескончаемое количество, которое было не видно даже из-за угла клуба. Парни находящиеся в середине очереди всё пытались привести себя в порядок, привести в трезвость Саню, который будто влил в себя канистру самогона, стоявшего со второй мировой в гараже. Очередь всё приближалась, людей становилось всё меньше и меньше, кого то не впустили, а кого-то уже выносят из клуба. Прошло около получаса, музыка орала из окон и открытых дверей, Саню с Лёвой допрашивала охрана, ведь их явно не хотели впускать… — Он хоть не обдолбанный? –спросил охранник у Лёвы. смотря на еле стоявшего на ногах Сашу, дабы удостовериться, что хотя бы второй из парней трезв. –Да вы чё, он как огурчик, да, Саш? –Чё, иди нахуй… –пробормотал Саня себе под нос не желая слушать ничего что говорит Лёва, бьющий и трясущий его час, надеясь, что друг придёт в состояние человека, а не овоща. Охранник положительно махнул рукой указав на вход.       Шли часы, ребята всё сидели у бара, Лёва пытался напиться шотами, ну как, денег ему хватило всего на 3, но он усердно пытался быть пьянее, чем было на самом деле. Саня к тому времени полностью отрезвел и просто слушал, что говорил Лёва. –Здорова, угости сигареткой — послышался голос со спины парней. Единственное, что подумали ребята, что это было адресовано не им, из-за этого они даже не повернулись. –Ау, вы чё оглохли? — прозвучало вновь из-за спины, но уже более грубым голосом. Стало ясно, что всё-таки слова прозвучали в адрес парней. Саня медленно поворачиваясь на стуле и в тоже время вставая с него, оглядел холодным взглядом незнакомца так же грубо и холодно ответил: –Слышишь, шелуха ебаная, съебался по-хорошему, пока видишь. В глазах Сани будто загорелся огонь, он расправил плечи, выпрямил спину и двинулся к потенциальному противнику ближе. Подобные стычки часто случались в жизни парня, чаще всего они были бессмысленны и были забыты на следующий день. –Да ты чё, я ж по-хорошему, познакомиться хотел, чуваки, может к нам за столик, а то вы сидите скучаете, у нас там кальянчик, девочки, мальчики, может чё покрепче найдём — с явным смешением ответил незнакомец, слегка в шутливой форме, со странными смешками между слов, которые он еле произносил. –Да-да, идём, я Лёва, это Саня, спасибо, что позвал — бодро, не давая никому вставить даже звук, ответил парень. –Так, я, к сожалению, вам компанию не составлю, там знакомая моя, пойду пообщаюсь. Парни уже собирались отходить от Сани, как вдруг Саня дёрнул Лёву за рукав кофты и тихо сказал: — На связи будь. — Да нормальный он, чё ты дёргаешься, расслабься, может поебёшься сегодня, думай об этом, а не мозг мне выноси. –ответил Лёва на предупреждение товарища и удалился в VIP зону клуба.

            Лёва:

      Идя по длинному коридору из танцующих и выпивающих людей, в самом конце зала Лёва увидел небольшое помещение чуть завешанное шторами, большие красные диваны покрытые шёлковой тканью, стол, на котором находилось огромное количество алкоголя и еды, что явно давало ему надежду на хорошее продолжение вечера… –Я Кирилл, это Миша, Настя… –Приветик-кокетливо вскрикнула Настя, показывая явный дефицит внимания, пытаясь вызвать ревность у всех находящихся рядом людей. –Рудик, Ванёк, Маша, Юля-моя девушка, ну и эта, как тебя… –Ксюша! Привет –с улыбкой произнесла девушка. Компания была большой, шумной, парень быстро влился в разговор. –Наливай нашему новому знакомому за знакомство! — выкрикнул кто то из парней. Лёва находясь уже в той самой кондиции, про которую он так часто слышал от отца и матери-алкоголиков, почти ничего не слышал, пил через силу, чтобы не показаться слабаком, в глазах всё начинало плыть, уши закладывало от громкой музыки, а тело не слушалось. –Так, ваш кальян? На травах. Всё верно? — спросил официант у компании. –Да-да, ставьте ближе к парню в синей кофте. Ребята буквально заставляли пить всё больше и больше. Текила, шоты, водка, ликёр, пиво… Всё перемешалось в организме, всё доводило до тошноты, но Лёва продолжал пить всё больше и больше, ловя себя на мысли о том, что всё это бесплатно. Лёва начинал буквально падать даже в сидячем состоянии, глаза не открывались, он засыпал, буквально уткнувшись лицом в свои колени, но ребята продолжали настаивать на своём. –Всё, всё, нет…-невнятно, перебирая все буквы пробормотал парень. –Покури, легче станет, правда- уверяла Настя, поднимая парня за воротник. Через силу он вдохнул в свои лёгкие едкий дым, буквально разъедающий мягкие ткани изнутри. Запах был весьма специфичен, особенно для человека никогда не курившего кальян… Было ли дело в самом кальяне? Не известно, но тошнота подходила всё ближе и ближе к горлу. Едва приоткрыв глаза, он услышал самый знакомый голос из всех, самый добрый, чистый и нежный. Голос своего младшего брата, который находился с самого своего рождения в реанимациях и приёмных покоях… –Уйди — звонким голосом требовал брат в его голове. Голос с каждой минутой становился всё громче, мысли всё мутнее, а состояние так и оставалось-состоянием овоща. Слёзы на глазах наворачивались всё сильнее и сильнее, он не мог сдержать своих эмоций, как минимум, он был не в состоянии это сделать.        Хоть Шпак и был бессердечным разгильдяем, не имеющим в жизни никаких целей, кроме денег, женщин и как бы уйти от ответственности, больше жизни любил своего брата-Костю. Косте было всего пару дней как его бросили его собственные родители. Лёве же сказали, что его брат умер при родах. Но буквально через месяц из коридора был слышен детский крик и голос матери, которая пыталась успокоить младенца. Лёва незамедлительного выбежал из комнаты в коридор. Ошарашенный, в полной растерянности он задал лишь один вопрос: — Ты его украла? Мать так и не дав ответ, резко ударила сына по губам и понесла малыша на диван. Как позже оказалось это был тот самый «умерший при родах» Костя. Больницы, обследования, анализы, реанимация, операция, приёмный покой и так всё по кругу три года, ровно три года настоящих мучений и ада… Каждую неделю Лёва приходил к брату в больницу, дарил ему мягкие игрушки, машинки, сладости и шарики, чтобы хоть как то повеселить младшего… Слёзы, слёзы, слёзы-это то чем наполнена яркая и весёлая жизнь Лёвы…

Саша:

–Привед, Медвед! — задорно подходя со спины к своей подруге детства-Ане крикнул Саша. –Санька! Аня сразу поняла кто это, не замедляясь ни на секунду кинулась в объятия к тому кто когда то скрасил ей жизнь и детство. –Ты же мой уёбок! Ты же мой лошара! –Иди ты нахуй! Я скучал! Обменявшись неприятными высказываниями в адрес друг друга, как это было заведено в их компании с самого детства, ребята направились к диванам стоявшим у самого выхода. –Ну чё как у самого главного лошары дела, где он сейчас, учится? Работает? –Вон, видишь торчков в випке? –Ну да… –Вон в синей кофте ненаглядный твой сидит. –Чего? С этими придурками? Там девки чего стоят, одна залетела от цыгана, другие просто сосалки… –Так, поподробней, кто там от цыгана залетел? –Юлька. Вон в розовой кофте сидит, от Стаса залетела, ну ты наверное его не знаешь… –Знаю, знаю, слушай, мне чёт не нравится просто сидеть, пошли покурим. Около получаса Аня с Саней стояли на улице разговаривая о будущем, вспоминая прошлое и удивлялись настоящему. Вдруг подъехала бригада скорой помощи, из машины выбежал врач и побежал ко входу в клуб. Ребята сохраняли полное спокойствие, сочли это за обычное времяпровождение в клубе, но позже подъехала и милиция.       Буквально через пять минут из клуба выносили Лёву. Он не двигался, не отвечал на вопросы и никак не реагировал на происходящее. Аня и Саша побежали за врачами, расспрашивая о состоянии друга, не понимая происходящее… –В реанимацию везём, всё. Либо с ним едите, либо уйдите от сюда вообще–указал врач. Друзья не задумываясь сели в машину молясь о том, чтобы Лёва выжил, несмотря на то, что они даже не представляли, что с ним и почему они сейчас трясутся в машине скорой помощи с другом на кушетке и слезами на глазах…

ЧАСТЬ 3. ГЛАВА 2

–Я могу сказать, результаты анализов совершенно неутешительные, передозировка. У вас два пути либо семья на учёте, либо Лев на учёте в диспансере. –А без этого никак? Мы и так уже на учёте стоим, может вы не будете усугублять ситуацию? — ответила мама Лёвы врачу. –Я вижу вашу проблему, но даже если вас поставят на учёт ничего не изменится, от слова совсем. Ему 17 лет через месяц, я думаю всем всё равно будет… –Пожалуйста, ну поймите вы нас, меня… –Ксения Васильевна, ну вы и меня поймите, я не могу об этом не сообщить. Я конечно попробую сделать всё что могу, но я ничего обещать не буду! — перед выходом из палаты сказал врач. –Господи, спасибо вам! Здоровья вам! Счастья! –кричала мама Лёвы в след врачу.       Лёва просыпался и сразу засыпал. Он лежал под капельницами около двух суток, из которых сутки Саша и Аня провели в коридоре больницы. Их не впускали в палату и даже не говорили о состоянии друга…       Ночь. День. Ночь. И опять день. Именно столько времени провела мать у кровати своего сына, она боялась, что он не выживет. Состояние парня было мягко говоря ужасным, в последнее время он даже не приходил в сознание, она рыдала, клялась, что жизнь станет лучше, ему остаётся лишь прийти в сознание. Саша со своей мамой Кариной пытались попасть в больницу, звонить маме Лёвы, но всё было тщетно, она не выходила на связь. То как переживали близкие и друзья невозможно описать, передать словами…       Прошло около двадцати часов, Лёву перевели в общую палату, он так же лежал под капельницей и почти не разговаривал. –Как тебя зовут? Давай дружить. Меня Арина зовут.– послышался девчачий голос в палате. –Чё… Ты кто? –Я же говорю, меня Арина зовут, мне 6, а тебе? 12 наверно, да? Взрослый такой… Меня вот отсюда из детского дома привезли, меня мамочка туда сдала, ну там весело, у меня там друзья. А у тебя есть друзья? Если хочешь можешь быть моим другом…- поток информации был беспрестанным, Арина всё говорила и говорила, даже теряла мысли, но её это точно не останавливало. Лёва же периодически ей отвечал, открывая глаза.       Помещение было очень тёмным, стены зелёного цвета, заляпанные жирными ладонями создавали лишь ощущение полного мрака, давящее на психику настолько сильно, что единственные положительные эмоции, которые появлялись в голове это мысли о скорейшей смерти… Единственное, что видел Лёва это отвалившиеся куски краски на стенах и плитку на той же стене, которая к сведенью, была разбита, в чём то красном или жёлтом… А может даже чёрном… Мысли собирались в кучу, в глазах двоилось и единственное, о чём мог думать парень это о том как бы не захлебнуться в своей же рвоте. Это была бы очень глупая смерть. Капельницы будто падали прямо на его лицо, а кровать проваливалась сквозь этажи, тело немело, врачи и медсёстры ходили по палате, выглядело это так как будто миллион маятников крутилось перед его глазами. Белые простыни, хотя… Жёлтые. Лишь создавали впечатление отчаяния.       Прошло около десяти часов Лёва впервые за несколько дней смог встать с кровати, всё с той же тошнотой, головокружением и ощущением скорейшей смерти… Кудрявые рыжеватые хвостики так и бегали по палате, голубые глазки бегали по комнате, а на всё помещение раздавался всё тот же звонкий голосок… — Кабы не было зимы к городах и сёлах…- кричала Арина. Ощущала ли она себя певицей? Весьма вероятно. Но даже это не останавливало негативной энергии, давящай на психику… — Не ори, пожалуйста…- рявкнул на девочку Лёва, что то мыча себе под нос, перебирая ногами по полу ища тапочки, носки зацеплялись за гвозди торчащие из подполы, стягивая их с ноги… -Ой, Я Арина, давай я тебе помогу, позвать тётю Жанну? — протрещала девочка, доставая тапки из-под кровати Лёвы, параллельно рассказывая о том кто такая Жанна, а позже ещё и надевая тапочки на его ноги. -Зови… Я ссать хочу! — пытаясь встать с кровати молвил Лёва, так же мыча себе под нос что то.       Прошло около пяти минут, мама Лёвы уже ехала в больницу, а сам Лёва уже пытался «склеить» медсестру. Как говорится… Сколько волка не корми…а в прочем это не так важно. — Знаешь… Я никогда не ощущал что такое любовь с первого взгляда, но увидев тебя…- говорил Лёва той самой медсестре. Эх… Как сладки были его уста и как приятны были слова, которые эти уста произносили… — Я убирала за тобой рвоту, иди отдыхай.- резко отвечала Жанна, не желая слышать ни про любовь ни про взгляд. К слову, Жанна была красива, как греческая богиня, даже в халате и несуразном платке. Или что это было? Её губы были сладки, как клубника, а в глазах было воодушевление и влюблённость. Ну по крайней мере так считал Лёва. — Не переживай, милая…- не успев договорить, он услышал крик с самом начале коридора. — ЛЁВА, ГДЕ ЛЁВА, ГДЕ МОЙ СЫН — кричала мама, пробегая из палаты в палату. То ли пьяная, то ли от шока, что сын жив — не понятно. Ладно хоть приехала параллельно с удивлением думал Лёва. Увидев сына она бежала и рыдала одновременно, вдоль облезлых стен, десяток деревянных дверей и лавок. -Привет, мам…-сквозь зубы пробормотал Лева видя налитое кровью красное лицо матери, которое было в каких то ссадинах и слезах, сама она выглядела весьма странно, в рваных штанах и грязной куртке, было впечатление, что она живёт и одевается на улице… -Сволочь, ты мелкая сволочь, зачем я тебя родила, ты конченный наркоман и тварь! -кричала мама Лёвы вцепившись мёртвой хваткой в футболку Льва, будто бы хотела его поднять, но лишь трясла его и говорила одно и тоже, раз за разом. -Так, женщина, вы чё творите, у вас есть совесть, он только в себя пришёл, вы вообще адекватная?! -пытаясь разнять Лёву с матерью, кричала медсестра. -Ну сейчас менты приедут, посмотрим кто здесь адекватный — почти просебя говорила мать, доставая телефон из кармана трясущимися руками. -Мама, какая милиция, ты че?! — глаза Лёвы, начали заливаться слезами, лицо стало покрываться какими то пятнами и парень будто начинал терять сознание на секунды, которые казались вечностью, вероятно это было он шока и тряски, которую создала мама парня… -А ты какого хуя, тварь ты мелкая, стрелял в блядушнике твоём — кричала мать на парня. -Я ничего не делал…- не успел договорить как из-за двери вышли два «принца в синем». Подойдя к Лёве и его маме милиционеры лишь произнесли одну фразу, переломную… — Ксения Васильевна? — Да. — Пройдёмте, и гражданина Шпака с собой захватите…