the thing you can't hide

по-видимому, сильные грозы означают отмену практики экси, или как-то так было объяснено нилу. — но кевин идет! — попытался пожаловаться он рано утром, радуясь, что занятия тоже отменены, что было сообщено по электронной почте, но не радуясь, что застрял в комнате общежития. — кевин может дышать носом, — возразил эндрю, протягивая ему кружку чая. нил взял его, но он не был доволен этим, даже если это не было так плохо на вкус, когда он сделал глоток. — ты бы отпустил кевина, если бы он не мог дышать, — заметил он. эндрю демонстративно промолчал и вышел из комнаты, оставив нила одного на нижней койке под грудой одеял, чтобы унять озноб. он не любил болеть: раньше это мешало ему жить с матерью, и он всегда боялся, что не сможет хорошо бегать из-за заложенности носа или что случайный кашель выдаст его положение. мэри быстро привила ему метод лечения простуды “не обращай внимания, пока не перестанешь”, и до сих пор он прекрасно ему помогал. “сейчас” — это когда ты просыпаешься в дождливый день и не можешь дышать носом, а эндрю сразу это замечает. серьезно, все, что у него было — это какая-то заложенность носа и озноб. на самом деле он был в порядке. — я слышу, как ты думаешь, что с тобой все в порядке, — сказал эндрю, возвращаясь в комнату. нил надеялся, что удобный свет придаст его взгляду угрожающий вид, но эндрю едва моргнул, увидев его, так что, похоже, ему не позволят встать с постели в ближайшее время. самое неприятное в этом застое было то, что нил не мог сосредоточиться на выполнении домашних заданий, поэтому он отказался от математики, пока снова не сможет нормально дышать, и зарылся под одеяла. — так и есть, — утвердил нил, снова уронив голову на подушку и шмыгая носом. эндрю ничего не сказал, поэтому нил решил, что выиграл этот спор, и отодвинулся к стене, когда эндрю начал взбираться на койку. он прислонился к изголовью кровати и положил папку на колени, что заставило нила понять, что он на самом деле делает домашнее задание, в то время как нил застрял, не в состоянии сосредоточиться или хорошо дышать, раздраженный этим. он подтянул одеяло ближе к телу, чтобы побороть озноб, и снова положил голову на подушку, прямо рядом с бедром эндрю. — через час все наладится, — проворчал нил, — ничего страшного в этом нет. — мм, — промурлыкал эндрю, выглядя равнодушным. через секунду он убрал свободную руку от своей домашней работы и начал осторожно пробираться пальцами по волосам нила, что, вероятно, было отвратительно, потому что нил был почти уверен, что у него жар, если судить по ознобу, но эндрю не смотрел и не останавливался, и это было приятно. слишком приятно. нил чувствовал, как его веки опускаются все больше и больше с каждой секундой. это читерство, сердито подумал он. — если ты сможешь дышать, не кашляя и не шмыгая носом, я отвезу тебя на корт и потренируюсь с тобой, — сказал эндрю. — сделка? — спросил нил, внезапно почувствовав себя более бодрым. — да. нил сделал попытку, но едва успел наполнить легкие, как ему пришлось сесть и закашляться. эндрю схватил коробку с салфетками и протянул ее ему, прежде чем откинуться на кровать, при этом выглядя слишком довольным. это еще больше разозлило нила, но он ничего не мог сделать, кроме как снова лечь и заснуть, когда рука эндрю вернулась к его волосам. в конце концов он заснул, а когда проснулся, эндрю с ним в постели уже не было, и буря почему-то стала громче. в какой-то момент он откинул несколько одеял, теперь чувствуя себя слишком горячим и потным, чтобы чувствовать себя комфортно. нил медленно поднял голову и оглядел комнату в общежитии, несколько раз моргнув, прежде чем окончательно проснуться, когда заметил какое-то движение в дверном проеме. когда его глаза наконец осознали, на что он смотрит, нил понял, что эндрю подтягивается спиной к комнате на турнике, закрепленном там. это было интересное зрелище, если не сказать больше. эндрю снял свою толстовку в какой-то момент, и теперь на нем только черная майка и шорты. он также снял свои нарукавные повязки, что означало, что общежитие должно было быть пустым, и на его раскрасневшейся коже было достаточно пота, чтобы сказать нилу, что он, очевидно, делал это продолжительное время. вероятно, потому что нил спал, и подтягивания не было трудно сделать тихо. эндрю почти не издавал ни звука, когда подтягивал свое тело вверх, согнув руки, чтобы поднять голову к верхней части дверного проема, а затем снова вниз, снова и снова, в легком повторении. у нила была “плохая привычка” смотреть на эндрю, когда он тренировался. он не мог припомнить, видел ли он когда-нибудь, как эндрю подтягивается, но знал, что мог бы смотреть часами, если бы эндрю продолжал это делать. эндрю любил быть сильным, и это проявлялось в том, как он заботился о своем теле. у него были хорошо вылепленные бицепсы и широкие плечи, легко способные поднимать большие веса, в том числе и свой собственный. дни в спортзале всегда были такими, которых можно было ждать с нетерпением. нил был слишком занят, глядя на то, как двигаются мышцы на плечах эндрю каждый раз, когда он тянет свое тело вверх, чтобы сосчитать, сколько повторений он сделал, прежде чем упасть на пол с мягким стуком и сделать глубокий вдох. он поднял одну руку и откинул плечо назад, потянувшись на секунду, прежде чем снова подпрыгнуть и сделать еще несколько повторений. нил не осмеливался пошевелиться, не желая привлекать к себе внимание и нарушать концентрацию эндрю или пугать его. очень внезапно покалывание распространилось по всему носу, и он чихнул. эндрю снова встал и быстро обернулся. он, казалось, совсем не устал от своей короткой тренировки и не беспокоился о том, что его прервали, подойдя к коробке с салфетками и протянув ее нилу. — какие симптомы? — спросил он. — сопли, — сообщил нил, высмаркиваясь, — жарко. горло немного болит. коробка из-под салфеток осталась на кровати, когда эндрю вышел за дверь и через минуту вернулся с большой бутылкой воды. он стоял у кровати, пока нил не выпил почти все, опустил голову и снова шмыгнул носом. он хотел принять душ, но в то же время не хотел двигаться. может быть, если эндрю снова начнет подтягиваться, загораживая таким образом дверной проем, нилу придется остаться на месте, и ему нечем будет заняться, кроме как снова смотреть. — ты занимался спортом? — спросил он. — больше нечего делать, — сказал эндрю, когда снаружи прогремел гром. — подтягивания? — сила, — объяснил эндрю, снова повернувшись к двери. — хочешь попробовать? — ха, — невесело фыркнул нил, отбрасывая еще несколько салфеток, — думаю, я просто посмотрю. эндрю закатил глаза, но спорить не стал. — иди в душ, — приказал он, слегка подпрыгивая, чтобы снова ухватиться за турник. нил не мог сосредоточиться на мгновение, наблюдая, как эндрю снова начал двигаться. — я бы с удовольствием, — сказал он, когда его лихорадочно соображающий мозг заработал, — но кто-то загораживает дверь. — ты умеешь нагибаться.

~*~

три дня спустя нил вернулся с занятий и застал эндрю сидящим на столе у окна и курящим. он остановился прямо перед столом и демонстративно глубоко вздохнул, ухмыльнувшись про себя, когда эндрю поднял бровь. — я могу дышать, не кашляя и не шмыгая носом, — заявил он. — поздравляю, — скучающим тоном пробормотал эндрю, затянувшись сигаретой. — у нас была сделка, — напомнил нил. глаза эндрю вспыхнули, когда он ясно вспомнил упомянутую сделку. нил не спрашивал о том, какие ограничения существуют для такой ситуации, потому что эндрю не отказывается от своих сделок, чего и хотел нил. — сегодня день отдыха, — попытался эндрю. — это значит, что на площадке больше никого не будет, — сказал нил, поднимая ключи. — а у кевина сегодня пары допоздна. только ты и я. эндрю протянул руку, чтобы взять сигарету. нил легко схватил его и решил сделать затяжку. он знал, что выиграл, когда увидел, как глаза эндрю снова вспыхнули, и он быстро, выпрямляя ноги, слезал со стола, направляясь к двери. — хорошо, раз уж ты так хочешь, чтобы тебя сильно избили. — рассчитываю на это, — поддразнил нил, бросаясь за ним.