Леська и Ко.

Леська сидела за столом маленького кафе и рассеяно помешивала ложечкой остывший кофе. Мыслей было слишком много, и все какие-то невеселые. Вроде она справляется с этой гоп-компанией, а вроде и …они все такие разные. И если двое «старших» - как она про себя называла парочку «иксов» - Алекс и Макс – проблем особых не доставляли, то отчаянно рыжий Кирилл и его вечный компаньон в диких проделках, свет Данила…эти двое могли дать фору кому угодно. Вообще-то разделяли мальчишек всего три года, но уж очень четко делились на категории по стилю поведения и жизненной позиции. Влипла же… Впрочем, она сама этого хотела, и эти четверо мушкетеров не были ей чужими и до того, как договор опекунства оказался у нее в руках и они вместе переехали в их маленький, но уютный дом. Тогда девушка и близко не представляла, что ее ждет. И даже право в любой момент наказать кого-то из мальчишек самым натуральным образом выдрав их, пока не помогало – Леська и не думала им пользоваться. Первый месяц был самым трудным: они привыкали друг к другу, и если мальчишки были давно слаженной, устоявшейся компанией, то Олесе пришлось несладко. Но она справилась. Сейчас они действительно были семьей. В смысле поведения мальчишек тоже пока все шло относительно спокойно и ровно, без эксцессов: они учились, занимались спортом, делали более-менее добровольно, домашние дела. И все же ощущений надвигающегося…чего-то, чего-то совсем не приятного и сложного, почти катастрофического, не оставляла Леську в последнее время ни на секунду. Внезапно в дальнем конце набережной послышался заполошный вой полицейских сирен и тревога взметнулась со дна души мутным облаком, хотя по всем прикидкам мальчишки сейчас должны были тихо-спокойно досиживать последние на сегодня лекции в своем колледже. Повинуясь все тому же тягостному предчувствию, Леска выскочила из-за столика и заспешила туда, где мелькали тревожные огни, теперь она рассмотрела – кажется спасателей – и собиралась толпа. Она уже почти бежала по набережной, когда удалось рассмотреть, что же там происходит, и коленки внезапно ослабели. На раскачиваемой ветром стреле старой парашютной вышки, давно закрытой на капремонт, висела, зацепившись за какой-то крюк, знакомая светлая куртка из выбеленной парусины. И висела не одна, а вместе с белым от испуга хозяином. За полчаса до описываемых событий Раздавшийся звонок был, как манна небесная. Правила в высшем колледже не включали одного – очень важного – в солнечную теплую весеннюю погоду все занятия должны быть строго запрещены. Под страхом исключения. Никаких конспектов, книжек, нудных преподов и курсовиков! «Cтану ректором – напечатаю это в правилах красным цветом и жирным шрифтом» – подумал Кир и рассмеялся, представив себе, как вытягиваются лица у всей кафедры. - Свобода, свобода, свобода – радостно пропел он. (последнюю пару неожиданно отменили) - Данька, лови! – заорал он уже во всю мочь и крутанул перед лицом последнего свою сумку на длинном ремне. Да так, что в первой мгновение могло показаться - он ее бросает. Данька вздрогнул и автоматически выставил руки, чтобы защититься от летящего на него портфеля. В следующую секунду он ударил по нему кулаком, сердито отбрасывая его в сторону. - Чё, совсем дурак, с башкой не дружишь? – Мальчишка в светлой парусиновой куртке вместо форменного пиджака попытался пнуть обидчика, но промахнулся. Настроение было ни к чёрту. В отличие от товарищей, успешно перешедших в старшую ступень колледжа, Даньке переводные экзамены только предстояли, и пропущенные уроки и зачёты не добавляли ему уверенности в их успешной сдаче. А тут ещё этот... - Башкой? Друг мой, что Вы такое говорите?! Как можете Вы употреблять столь грубые, низменные выражения?! - Ответствовал Кир, тоном Анетт Моисеевны – старой девы и выпендрежницы. - Это же мо-вэ-тон! - продолжил он, уклоняясь от очередного выпада. - Анфан террибль! - выругался Данька словами, которыми чаще всего его награждала училка по французскому. - Щас дождёшься у меня! – будучи в свои 16 лет самым младшим в квартете, Данька был самым задиристым. - Же сви боимся! – Не растерялся собеседник. - В правом углу ринга всемирно известный французский боксер Даниил! - Кир дурашливо вскинул кулаки и запрыгал, изображая хук слева. - 18 выигранных боев только в этом сезоне! - Хватит уже! – Алекс недовольно поморщился – опять Киру неймется. Самый серьезный и собранный из всей компании, он неодобрительно относился к вечным склокам, а то и дракам «младшего поколения». Хотя и привык уже, что без этого ни один день не обходится. Макс усмехнулся чуть про себя и кивнул, соглашаясь с другом. Кир что-то разошелся, кажется, с Данькой они сегодня подерутся. Ну да не в первый раз. И не в последний. - Правда, завязывайте, а, - примирительно сказал он, обращаясь ко всем и ни к кому конкретно. – Кто колы хочет? Окрик старшего заставил Даньку утихомириться - получать по шее в такую жару страшно не хотелось. - Я хочу, - буркнул он. - Ведро! И кое-кого в ней утопить! - он сердито зыркнул на Кира. Кир похлопал себя по карманам, извлекая деньги. - Я к тебе по ночам являться буду, – заявил он, пересчитывая мелочь. – И взывать к твоей совести, пока ты окончательно не исправишься. А ты у нас неисправим, значит, твои муки будут вечными… - Ты если не заткнёшься, я СЕГОДНЯ к тебе ночью явлюсь, - пообещал недовольный собеседник. - Кола – этт хорошооо, - согласился на мировую Рыжик. – Тока я ещё есть хочу. Когда ещё домой попадём. - Да ну! Леська опять зелени накидает, - Данька поморщился. - Где она её берёт только! Я уже скоро ходить буду зелёным. – Махнул рукой самый младший и беспокойный член «банды». – И вообще, она сегодня поздно будет. Терпеть не могу, когда она задерживается! – Добавил он. Усевшись за столиком в кафе, Данька запнул портфель под стол и всем своим видом дал понять, что прислуживать за столом старшим он не собирается. И так вечно ему за всем бегать приходится... - Спасибо, - поблагодарил он Алекса за поставленный перед ним стакан. Залпом отпил половину и закашлялся от пузырьков. - Ну-ка скажи, какая кислота входит в состав колы? – Рыжий никак не мог уняться. - Фосфорная! - оживился Данька. - Я вчера в нете читал! Если кинуть в колу соду, она будет светиться, потому что там фосфор освобождается! Блин! - Данька со стуком поставил стакан на стол. - Мне кирдык! - объявил он собравшимся, открывая заседание "банды четырёх". - Василиса сказала, что мне зачёта не видать, как своих ушей, - он тяжко вздохнул и грустно добавил. - Опять Леська ругаться будет. Ну, не понимаю я эту химию! - он стукнул кулаком по столу. - Я чё, блин, Менделеев! Я вообще лётчиком буду! Нахрена мне эта химия! КИР! ОТВАЛИ! - рыкнул он в ответ на очередную каверзу рыжего и ударил того кулаком в плечо. Алекс смотрел на все это представление со смиренным неодобрением, но не вмешивался. Так уж повелось «испокон веку», что эти двое жить друг без друга не могли и в то же самое время умудрялись насмерть разругаться и помириться на всю жизнь по десять раз на дню. Так что ничего необычного в нынешней перепалке не было. Погрызутся да помирятся, эка невидаль. Макс вовсе поначалу не обратил внимания на возню «мелочи». Парни жутко бесились, стоило употребить это словечко по отношению к ним, особенно самый младший – Данька. Так что Макс, который вообще не любил ни с кем ссорится, и всегда был миротворцем в компании, только лениво шикнул на бузотеров. - Что, с химией реально туго? - Как всегда добродушно спросил он. – Помочь? Или Алекса попроси, – глаза мальчишки смешливо прищурились – педантичность самого старшего в «банде» еще не перешла в занудность, но подбиралась уже близенько. – Кир, завязывай, я сказал! - Всё-всё-все! - вскинул Кир руки в притворно примирительном жесте. – Возьмите себя в руки, Даниил Батькович. Таких нервных в летчики не берут. - Кир вдруг испуганно округлил глаза. – Данька, я же забыл… - КИР! ЛУЧШЕ! ЗАТКНИСЬ! - Такие намёки всерьёз выводили Даньку из себя. НИКТО не имел права ставить его мечту под сомнение. - А чё такого-то! - с самым невинным видом продолжал рыжий. – Я просто напоминаю. Ты вот в пилоты собираешься – молодец! А на боязнь высоты у тебя тренировок ещё не было. А вдруг ты высоты боишься? - Может спорнём? – мрачно прорычал Данька. - Смотри сюда, - Кир открыл портфель и достал оттуда потрёпанную книжку. Данька приподнял бровь, читая название. В следующую секунду он рванулся вперёд, чтобы взять у Кира книжку. Однако Кир отдёрнул руку и упёрся Даньке в грудь. - Спокуха! Сладкое надо заслужить, – он широко улыбнулся. - Кир, дай! – взмолился Данька. И добавил совсем уж непривычное: - Пожалуйста. - Дай уехал в Китай. Нужно ставить конкретные цели и их добиваться! – с умным видом изрёк Кир. – Видишь башню? – он ткнул пальцем в старую ржавую конструкцию у берега. – Залезешь наверх - получишь книжку. Заодно вестибулярный аппарат потренируешь. Макс неодобрительно покачал головой: - Делать вам нечего. Кир, да отдай ты ему. – Но больше никаких активных действий не предпринял. Тем более, что по набережной в этот момент проехала ТАКАЯ тачка! Помешанный на всем, что имеет хоть одно колесо, Макс не счел нужным отвлекаться на глупые игры малышни. Через пару минут Данька вылетел из-под зонтика летнего кафе как из пушки выпущенный, бросив даже сумку, и устремился к поскрипывающей на ветру шаткой конструкции. Сегодня он действительно был на взводе, и каждая шпилька Кира точно попадала в цель, отчего парень бесился еще больше. А уж книжка…за ней Данька полез бы и в открытый космос, не то, что на эту ржавую этажерку-переростка. Макс с Кириллом вышли следом, Алекс на минуту отстал, расплачиваясь у стойки и подхватывая с пола забытую сумку «шила в заднице». Мальчишки спокойно смотрели на стремительную Данькину пробежку к башне. Тот остановился возле первой опоры, чуть неуверенно потоптался, и… забрался на основание крана. Он глянул наверх. Ни фига себе! Высоты будущий покоритель небес не боялся, но лезть так высоко... Первую секцию Данька одолел легко. Вторая далась тяжелее, но тоже особых проблем не составила – не зря его тренер хвалит! Да и на вступительных экзаменах в лётное училище физподготовке уделяют немалое внимание. Кир прищуренным взглядом проводил взъерошенного мальчишку, и достаточно громко пропел вслед: - «Потому, потому что мы пилоты…» Делаем ставки, господа! Спорим, и до середины не долезет, - и тут же получил звонкий подзатыльник от потерявшего, наконец, терпение, Макса. – АЙ! Попрошу без рукоприкладства! - Ты сегодня допросишься! – Макса обычно рассердить было трудно, но что-то в нарождающейся ситуации ему активно не нравилось, правда, он сам не мог понять, что именно. Он уже жалел, что не присмотрелся внимательнее, когда это началось. В этот момент Алекс, наконец, догнал свою гоп-компанию и слегка удивился: - А Данька где? Чё, совсем с глузду съехал! – он увидел Даньку, штурмующего башню. – Она ж под ним рассыплется! – самый старший и рассудительный из веселого квартета пока и в мыслях не держал, что кому-то может понадобиться доказывать всему свету и персонально одному рыжему гаду свою крутость. В ответ Макс пожал плечами и пояснил: - ДОСТАЛИ они меня. Один треплется, второй ведётся, – он еще раз прицельно глянул в сторону Кира, за неимением Даньки примеривая второй подзатыльник к рыжему загривку. – Да не боись. Сейчас вернётся. Давай им сегодня холодный душ устроим, а? – попросил Макс с деланным отчаянием на лице. - Забились, – твёрдо кивнул Алекс. - АЛЁ! Себе устраивайте, педагоги, бл... – возмутился Кир. Он внимательно следил за Данькиным восхождением. – Капитан сборной инвалидов… - проворчал он, отскакивая на всякий случай в сторону и косясь на Макса. - Хана тебе, - обычно невозмутимый и спокойный Макс сегодня, похоже, всерьез намерился «намять холку» рыжему паразиту. Пока он пытался этого самого рыжего отловить для сего полезного дела, Алекс со всё возрастающей тревогой следил за Данькой. - Бляха-муха! – воскликнул он. - Куда он лезет-то! Твою мать, совсем охренел! Он же наверх полез! А Данька действительно и не думал останавливаться на второй перекладине, и уверенно, с упорством муравья на марше, полз по скрипучим железным балкам все выше. - Да ладно... - Макс вовсе не был так уверен в своих словах - Сейчас спустится... – он оставил рыжего в покое и теперь тоже не отрывал от Даньки взгляда. – Ну, не такой же он дурак, - еще более неуверенно пробормотал он. Обезопасивший свой затылок Кир глянул наверх, и прикалываться ему сразу расхотелось. - Э! АЛЁ! Ладно, верюююууу! Давай обратно! Я ж пошутил, ты, придурок! Забирай книгу! – крикнул он во весь голос. - Он не слышит, - Вот теперь Алекс всерьез испугался. – Мать твою, там же ветер! Он не слышит!!! Наверху ветер действительно был гораздо сильнее, чем внизу. Данька глянул вниз. В принципе, можно было спокойно слезать. Но не таков был будущий воздушный асс. Он смело шагнул на балку стрелы, вытянутую далеко вперёд в сторону моря. Ветер начинал сдувать с ног, куртка развевалась позади и мешала продвигаться. Данька застегнул куртку и продолжил осторожно идти вперёд. Люди внизу казались мошками. Причём внизу его явно заметили. Люди показывали вверх, собралась небольшая толпа. Ему что-то кричали, но слов было не слышно. - Идиот. Убьётся же, - Макс произнес это так, словно сам не хотел в такое верить. Кир озадачено глянул на Алекса, на Макса, потом на Даньку, потом... потом в два прыжка подскочил к башне и уцепился за перекладину. - СТОЯТЬ! - первым опомнился самый старший, живо подскакивая ко второму верхолазу, и успевая схватить того за пиджак. – Тебя там не хватало! Куда он лезет, твою мать! – Данькина, уже пугающе маленькая фигурка как раз уверенно переползала по башне к стреле, вытянутой в сторону моря над самым пирсом. - Да пусти ты! Я его стащу! - Кир безуспешно задергался в стальных объятиях Алекса. - КУДА ТЫ ЕГО СТАЩИШЬ! ЧТОБ ОБА НАВЕРНУЛИСЬ!? - Обычная миролюбивость сейчас Максу изменила, он тоже подбежал к самому подножию башни и схватил Кира за свободную полу пиджака. Тут Данька добрался до основания стрелы и двинулся дальше. - Ой, дурааак, ой, дебииил! - у Макса в момент пересохло во рту. Кир поднял голову кверху и замер на месте, растеряв враз все слова. Мысли, правда, остались, но метались они, как перепуганные овцы во время пожара «Дол…ёб! Эквилибрист хренов! Надо было в «бубен» ему дать! Слезай… ну, хватит уже… пожалуйста… Я тебя дразнить не буду! НИКОГДА! Только слезь! Только бы знакомые в толпе не попались… ну, ты спустись только, «летчик»… я тебе первый врежу!» Дойдя до края стрелы, Данька решил повеселить публику. Он крепко упёрся в балки ногами и поднял руки в победном жесте. Потом, разглядев внизу Кира, Данька показал на него пальцем, согнул левую руку в локте и хлопнул ладонью по согнутому локтю правой – ПОЛУЧИЛ? Однако хлопок получился слишком сильным. Данька покачнулся. - Спасатели! - Алекс показал пальцем на толпу на пирсе и «мигалку» дежурной машины. – Ну, мы попали! Они сейчас за ним..! Окончить фразу он не успел. Будущий «ахтунг в воздухе» решил поприветствовать благодарную публику. Потом пошатнулся… Мучительно длинное мгновение мир вокруг замер, а потом резко рванул с места в карьер: Данька покачнулся, взмахнул руками в воздухе, и… Сначала он не почувствовал опасности и попытался ухватиться за одну из перекладин, но коварный ветер дунул чуть сильнее и до перекладины Данька попросту не дотянулся. Стараясь восстановить равновесие, Данька взмахнул в воздухе руками. Ноги в выходных ботинках соскользнули с балок. Данька зажмурился, в первый раз по-настоящему испугавшись. Пролетев едва ли полметра, он почувствовал, что кто-то схватил его за шиворот. Данька повис на воротнике полусвалившейся куртки. - БЛ*ТЬ! – Он выругался и попытался дотянуться до хреновины, за которую зацепилась куртка. За жизнь Данька боролся как настоящий лётчик – хладнокровно и уверенно. Вода внизу придавала ему сил. Вот только спасительной катапульты и парашюта у него не было. * * * Леське, подоспевшей как раз к самому драматическому моменту высотной эпопеи вдруг показалось, что все это не на самом деле происходит, все это просто дурной сон, и надо только проснуться. Спасатель в оранжевом жилете уже почти дополз по шатким фермам до висящего на куртке мальчишки, когда ткань угрожающе затрещала, и…Олеся зажмурилась от ужаса, ослабевшие ноги подогнулись, и она почти рухнула на пыльный газон. - НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ! - Кир мгновенно охрип от дикого крика. Он вцепился руками в основание башни и перед глазами у него поплыли цветные круги. Ему казалось, что из него выкачали весь воздух. Он все еще стоял, задрав голову, хотя наверху смотреть уже было не на что. Посидев пару секунд, Олеся осознала – так еще страшнее. С неожиданной силой вскочив, девушка растолкала загораживающих обзор людей, и первые, на кого она натолкнулась, пробившись сквозь толпу, были Алекс, такой же бледный, как она сама, и окаменевший от страха Макс. Кир… - Леськины глаза заметались в поисках него и впились в тощую понурую фигурку возле самой башни. Олеся боялась отвести взгляд от этих троих, боялась посмотреть туда, куда упал Данька. Голова кружилась, во рту было сухо и горько… Треск ткани был последним, что Данька услышал. Потом он ухнул вниз. Мгновение приятной невесомости, резкое приближение воды. За секунду Данька, казалось, успел сосчитать все барашки на волнах. Разглядеть уж точно успел. Свист ветра в ушах сменился бульканьем. Данька обнаружил, что он погружается в воду в окружении огромного количества пузырьков. Он заработал руками и ногами, пытаясь выплыть на поверхность. Но в первые секунды инерция падения увлекала его вниз. Потом руки почувствовали пустоту – он выплыл-таки на поверхность. Тут же несколько сильных рук ухватили его за всё сразу, и уже через секунду Данька, отплёвываясь и ошалело моргая, лежал на дне лодки спасателей. - ТЫ СОВСЕМ ОХРЕНЕЛ, - заорал здоровенный мужик, добавив несколько особых выражений, которые спасателям по штату знать не полагалось. Он резко встряхнул Даньку. - ТЫ ЧЁ, ДЯДЯ! – рыпнулся Данька. - Я ТТЕ ДАМ ЩАС ДЯДЮ! – рявкнул спасатель. – Лежи и не рыпайся! Данька вдруг почувствовал боль во всём теле. Болело между ног – в воду с такой высоты он вошёл ногами вперёд. Болела спина – фиг знает почему. А ещё почему-то болело ухо. Данька пощупал его и посмотрел на пальцы. - У МЕНЯ КРОВЬ! – заорал он с перепугу, заставив всю бригаду ринуться к нему. - Живой, тля! – вдруг крикнул кто-то над самым ухом Леськи, и толпа зашевелилась, пришла в движение и отдернулась в сторону, словно занавес. На образовавшемся пятачке пирса кашлял и возился мокрый с головы до ног Данила, рослый и тоже мокрый дядька в форме спасателя держал его за шиворот той самой куртки, а лицо у Даньки было в крови. - В рубашке родился, паразит, – громко прокомментировал кто-то рядом. – У самого пирса упал, надо же! «Живой!», - была первая Леськина мысль, от которой бешено застучало сердце. – «Боже, голову разбил!» - Была вторая, от которой то же самое сердце снова замерло. Толпа качнулась в сторону и кто-то (кажется, Макс) увлек застывшего Кира за собой. «Жив… значит будет летать… если…» Из водоворота мыслей Кира выдернуло лицо Олеси. Странно, но Кир этому совсем не удивился. Девушка метнулась к Даньке, и Кир успел заметить только её перепуганное, будто бумажное лицо. «Я себя чувствую хуже, чем вы выглядите» - Киру откуда-то вспомнилась затасканная шутка. – «Интересно, я тоже сейчас так выгляжу?» Данька, как во сне, наблюдал за подбегающими врачами, слышал вой сирены «скорой», как сквозь вату. Ему светили в глаза, куда-то несли, потом везли. Потом была скорая, Бледные от пережитого страха мальчишки на узкой скамейке у самого борта, эмоциональный дядька-бармен из летнего кафе, который, оказывается, слышал каждое слово и теперь охотно в десятый раз повторял все с самого начала, мокрый Данька с круглыми шалыми глазами – кажется, он сам еще толком не понял, что же произошло. Дюжий спасатель, забыл, что перед ним дама, и через слово поминал всех полоумных пацанов такими словами, что в другое время у Леськи бы уши точно завяли. Его громкие пояснения, на предмет того, что некоторым олухам просто фантастически везет – это надо ж было пролететь буквально в паре сантиметров от каменного края пирса и бултыхнуться в единственное глубокое место у всей набережной! Только ухо об камень и ободрал, парашютист ………й! Даньку оперативно выгрузили в приемном покое, разрезали на нём одежду. Потом засунули в какую-то трещащую трубу… Леську постепенно отпускал тот запредельный ужас, что ледяным панцирем сковал грудь и мешал дышать с того самого момента, как она увидела белую парусиновую куртку на стреле башни. Вот уже и врач успокаивающе гладил девушку по руке, объясняя, что пациент родился даже не в одной рубашке, а как минимум в двух – даже синяка ни одного нету, только и имеется, что царапина через все ухо. И по мере того, как уходил этот ужас, его место занимало совсем другое чувство. В отличии от ледяного холода, оно было такое горячее, что в какой-то момент Олеся буквально чуть не задохнулась от подступившей к горлу смеси дикой злости пополам с кипящим бешенством. С трудом удерживая себя в руках, Леська сквозь зубы отправила троицу героев ловить такси, а сама занялась четвертым… покорителем небес.