ЛЮБОВНАЯ ГОНКА

Вот уже целый месяц т/и исправно ходила в больницу и справлялась о состоянии Юнги. Врачи каждый раз твердили то, что он в коме и неизвестно, когда очнется. Сломанный позвоночник и сильное сотрясение мозга не оставляло ему шансов на то, что он когда-нибудь встанет на ноги, однако слабая надежда все же была. Врачи называли ее чудом. Девушке тоже очень хотелось поверить в это, и она стала постоянным посетителем храма, прося Высшие Силы о том, чтобы Мин выжил. Ее мольбы были услышаны и однажды, придя в больницу, т/и узнала, что Юнги очнулся и его перевели в VIP-палату интенсивной терапии. Однако вход туда был только для родственников, поэтому девушка пошла на хитрость. У входа в больницу она подкараулила родителей Мина и проследила за ними. Дождавшись, когда они уйдут, т/и осторожно открыла дверь в палату и тихонько вошла внутрь. Юнги лежал с закрытыми глазами, подключенный к капельнице и аппарату, измеряющего давление. Белые волосы придавали еще больше бледности его коже. Дыхание было ровным, поэтому девушка поняла, что он спит. Она осторожно села на стул возле кровати и всмотрелась в спокойное лицо парня. Пушистый веер ресниц, прямой нос, изящные линии губ и слегка заостренный подбородок делали его внешность привлекательной. Мощная шея, крутые плечи, широкая грудь и руки, увитые венами, подтверждали слова девчонок о его невероятной сексуальности. Девушке вдруг стало интересно, что было, если бы она согласилась на его предложение о свидании. На сколько бы его приличий хватило и закончилось бы все сексом или нет? Однако т/и была не из тех девушек, которые кидались парню на шею по первому зову. Ее гордость не позволяла хамам обращаться с ней, как с легкодоступной, поэтому они всегда получали жесткий отпор. Мин не стал исключением даже, не смотря на его популярность в универе и многочисленные победы в гонках. Т/и не желала извиняться за свое поведение, но чувство вины не давало спокойно спать по ночам. Сейчас Юнги выглядел таким беспомощным, что она невольно вспомнила себя на его месте. Отец ухаживал за ней и вселял веру в себя, но ночами ей все равно хотелось умереть. Девушка осторожно накрыла своей ладонью руку парня и тихо сказала: — Я знаю, что не виновата и мне не за что просить прощения. Ты плохо поступал, думая, что я такая же, как и все, поэтому у меня не должно быть чувство сожаления. Ты тот, кто и мизинца моего не стоит, но из-за тебя я теперь не могу спокойно спать. Зачем ты поехал за мной? Ты ведь и так выиграл эту гонку, что еще тебе нужно было от меня? Увидеть мои слезы и услышать, как я ненавижу тебя, чтобы потешить свое самолюбие? Да, я презираю таких мажоров как ты, потому как вы все безответственные и легкомысленные. Из-за ваших необдуманных поступков может сломаться чья-то жизнь, но вам плевать на это, ведь деньги родителей решат все проблемы. Но как быть тем, кто потерял близкого человека? Сколько денег надо заплатить, чтобы вернуть его? Т/и замолчала и только сейчас осознала, что слезы заливали ее лицо. Смерть матери оставила глубокую рану в ее душе и хоть со временем она затянулась, но иногда накрывало, как сейчас. Девушка искала ответы, которых ей никто не мог дать и безмолвный Мин снова спровоцировал в ней приступ безысходной горечи. Однако она все же понимала, что парень не виноват в случившемся с ней, поэтому она отпустила его руку и, вытерев слезы, тихо вышла из палаты. Юнги открыл глаза и повернул голову вслед закрывающейся двери. После ухода родителей он решил отдохнуть, но услышал, как кто-то вошел к нему. Врачи обычно сразу проверяют работу аппарата и слышно, как скрипит ручка по бумаге. На этот раз посетитель был очень осторожным, а уж когда парень услышал знакомый голос, то сильно удивился. Т/и была той, кто всегда ему отказывала, поэтому он никогда не считал ее легкодоступной. Однако он самонадеянно считал, что чем сложнее добыча, тем интереснее охота, поэтому надеялся когда-нибудь сломить ее сопротивление. Большим шоком было для него узнать, что это именно т/и была его соперником по гонкам. Как ни странно, но он помнил ее образ, когда на мгновенье очнулся после аварии. После того, как Мин пришел в себя, он много размышлял над случившимся. Юнги думал, что ему показалось и что это не может быть т/и. Эта девушка никак не вязалась у него в роли гонщицы, однако сегодня она сама развеяла все его сомнения. Странное дело, она ведь действительно не виновата, что Мин захотел узнать личность настырного соперника. Выходит, что т/и права и ей не за что извиняться, но почему-то все равно было обидно. Признайся она ему раньше, что тоже является участником стритрейсинга, всего этого можно было бы избежать. Почему девушка свалила всю вину на него? Ведь она могла просто остановиться и поговорить с ним, хотя стал бы он в тот момент слушать ее? Скорее всего, нет. Мин вдоволь поиздевался бы над ней и, возможно, силой вырвал поцелуй, после чего заслужил бы еще больше ненависти со стороны т/и. Глупо конечно, но он был даже рад, что этого не случилось, ведь теперь у него был шанс получше узнать девушку. Она каждую неделю наведывалась к нему и каждый раз Юнги притворялся спящим, чтобы услышать ее голос. Т/и же пыталась собраться с мыслями и попросить все же у парня прощение, но все снова сводилось к обвинениям. Она вновь уходила от него в слезах, все больше и больше углубляясь в воспоминания, которые причиняли ей неимоверную боль. Мин был далеко не глупым и понимал, что эти слезы вовсе не из-за его состояния. Скорее всего, девушка когда-то пережила сильный стресс, поэтому так болезненно реагировала. Т/и подтвердила его догадки и однажды рассказала ему свою историю, думая, что тот спит и не слышит ее. Юнги был поражен до глубины души и, когда девушка ушла, еще долго не мог прийти в себя. Ее рассказ заставил всерьез задуматься над своей собственной жизнью и Мин сделал неутешительные выводы. Он действительно жил как мажор, не задумываясь о завтрашнем дне. Скорость и девушки — вот две главные страсти, что жили в душе парня. Будучи равнодушным и высокомерным, он и не ведал, что мог своим отношением причинить кому-то душевные страдания. Бешеная популярность тешила самолюбие, а взыгравшие гормоны затуманили разум, поэтому ему было плевать на мнение остальных. Стремление быть первым притупило чувство опасности и что в итоге? Юнги чудом выжил и теперь прикован к кровати на неопределенный срок, а возможно, даже навсегда. Все, что он может сделать в этой ситуации, так это выслушивать непонятные диагнозы врачей, стенания матери вперемешку с упреками отца и слезные обвинения т/и. Авария дала ясно понять, что у парня нет друзей, лишь завистливые соперники, лицемеры и желающие покутить за чужой счет. Никто из якобы «друзей» не пришел навестить его в больнице и в соцсетях только и говорили о том, что наконец-то избавились от главного мажора и у многих появился шанс занять его место. Даже девушки, которые сохли по нему, уже делали ставки на новых фаворитов. «Шлюхи! — пронеслось у парня в голове. — Подстилки сраные, готовые лечь под каждого, у кого есть счет в банке! А эти ублюдки тоже хороши. Заискивали передо мной, а за спиной ненавидели. Трусы и слабаки, которые только и могут врать. Деньги — вот все, что их интересовало во мне. Как человек я реально не был никому нужен». Тут Мин услышал, как открывается дверь и поспешил закрыть глаза. По тихим крадущимся шагам он уже понял, что это т/и. Девушка как всегда села на стул рядом с ним и по обычаю взяла его за руку. Она сама не понимала, почему так делала. Ей казалось, что таким образом между ними устанавливалась связь, да и так было легче выговориться. — Привет, спящий красавец, — тихо сказала она. — Я снова пришла проведать тебя. Врачи говорят, что ты идешь на поправку, так что я буду продолжать молиться за тебя. На этот раз парень не выдержал и, крепко сжав ее руку, открыл глаза. На лице т/и отразилось удивление вперемешку с паникой. Она всегда приходила в то время, когда Юнги должен был крепко спать, поэтому не понимала, что его могло разбудить. — Привет, т/и, — сказал он. — Юнги? Почему ты не спишь? — А разве я должен? Хотя ты права. В это время тихий час в больнице. Как же тебе удалось пробраться незамеченной мимо охраны? — Это неважно. — Правда, а мне казалось, что для тебя является важным то, что ты мне говорила. — Ты все слышал? — Да. Я с детства не любил спать днем. — Но почему тогда притворялся? — Не скрою, ты мне давно нравишься, и я хотел с тобой поближе познакомиться. Тогда я не понимал, что своим дурацким поведением лишь отталкиваю тебя. Признаться, я очень удивился, когда узнал правду о случившемся. Как давно ты занимаешься стритрейсингом? — Это не важно. — Ты мне так много рассказала о себе. Я и не знал, что у тебя все так фигово. — А что ты вообще мог знать? Ты ведь дальше своего носа ничего не видишь. Для тебя лишь слава имеет значение. Важно, чтобы все говорили о тебе, восхищались и преклонялись. Разве ты хоть раз задумывался над чувствами других? Сколько сердец ты разбил своим эгоизмом? Сколько боли и унижения причинил окружающим? — Т/и, ты прям из меня монстра какого-то делаешь. Да, возможно, я многого не замечал, но никого не обидел намеренно. На счет разбитых сердец, так я не виноват в том, что эти дурочки напридумывали себе невесть что. Их никто силком не тащил в кровать, и я им ничего не обещал. К тому же, с чего бы тебе их жалеть, ведь ты сама говорила, что не считаешь пристойными отношения, начатые в постели. — Да не важно, что я говорила, важно, что ты не изменился: все такой же надменный, даже не смотря на свое беспомощное положение. — А ты решила им воспользоваться и отомстить мне? Втираешь мне тут о морали, а сама, думаешь, правильно поступаешь? Зачем ты вообще пришла сюда, а т/и? Думала разжалобить меня своими слезливыми историями, чтобы я взял всю ответственность на себя за аварию? — Ты хуже, чем монстр, — и девушка силой вырвала свою руку из цепкой хватки Мина. — Я думала, хоть какой-то урок извлечешь из того, что услышал, но нет. Тебя, видимо могила только исправит. — Да я и так одной ногой там. Думаешь, легко лежать наполовину обездвиженным и ощущать всю беспомощность врачей? Ах, да, я забыл, ты ведь тоже такое пережила, но что-то я не почувствовал в твоих словах и капли сострадания. Ты такая же фальшивая, как и все, кто меня окружал. — Наконец-то ты понял, каково это быть на месте тех, кого ты когда-то унижал. Думай обо мне что хочешь, но мне правда жаль тебя. — Я не нуждаюсь в твоей жалости и даже не надейся уйти от ответственности за случившееся. Не смей больше приходить сюда, слышишь? Т/и выбежала из палаты, чтобы Мин не увидел набежавших слез. Парень же швырнул ей вслед телефон, который разбился о дверь и зло закричал. На его крик сбежались врачи и девушка смогла незамеченной выйти из корпуса.