Не время для драконов

— Братишка-а, с добрым утречком! Природное бедствие в виде Тони врывается в комнату без стука и живо приземляется на кровать, лишь чудом не переломав ещё спящему Тарталье ноги. — Ой, извини! — она суетливо сползает на край постели, когда Аякс сквозь сон вскрикивает, вскакивает с постели и ошеломлëнно смотрит на неё ещё затуманенным взглядом. — Не смотри на меня так, нечего столько дрыхнуть! Не додумавшись задать логичный вопрос «а сколько время?» он вертит головой, заглядывая сначала в окно, а потом играя в гляделки с давно остановившимися часами, показывающими семнадцать часов тридцать четыре минуты уже примерно два месяца. Из-за чего младшая сестра последовательно хихикает. — Уже полдень! Матушка в ярости и вот-вот заявится сюда с полотенцем… или даже с поварëшкой. И заявилась бы давно, если бы её так сильно не занял твой новый гость, — она ехидно улыбается и загадочно прижимает палец к подбородку. — Интересно, о чëм можно разговаривать с незнакомыми человеком уже почти два часа?.. Она заливается смехом, когда Тарталья испуганно скидывает одеяло и вскакивает с постели, наспех приглаживая умершие и в трупном окоченении застывшие влево и вверх волосы, и успевает лишь крикнуть вслед вылетевшему из комнаты брату: — Не забудь увернуться от смертельного подзатыльника! Девушка ещё с несколько секунд улыбается, глядя на медленно закрывающуюся дверь, и уже почти покидает комнату, когда замечает на столе пустую бутылку из-под водки и две стопки с недопитой прозрачной жидкостью. — Вай-вай, а наш гость не промах… К чему же такому могла привести огненная вода, что господин Ли остался без рубашки?.. Тарталья замедляет шаг лишь на самой последней ступене, принимает абсолютно невозмутимый вид и вальяжно облокачивается на дверной косяк. — О, смотрю, вы нашли общий язык? Всем доброе утро. Матушку и Чжун Ли Чайльд обнаруживает не на диване или за кухонным столом, как ожидалось, а за плитой. Женщина что-то радостно лепечет, перебегая от конфорки до конфорки под размеренный тихий голос консультанта и его редкие движения. Как вдруг она коршуном оборачивается на появившегося на пороге сына и упирает кулаки в пухлые бока. — Пока все занимаются делами, ты всё вылëживаешь, да?! Пригласил в дом гостя, а сам спишь без задних мыслей до полудня! «Так официальное занятие Тони — издеваться надо мной?» — Мам, у меня ведь отпуск, — Аякс игнорирует напускное недовольство, подходит к женщине ближе, обнимает её и целует в лоб. — К тому же, я уверен, господин Ли находит твою компанию очень приятной, не так ли? — он подмигивает, с наслаждением рассматривая мягкую, почти прозрачную полуулыбку консультанта. — Как Вам спалось? — О, намного лучше, чем в последнее время спалось в Ли Юэ, спасибо, — его глаза несколько удивлённо округляются. — Чайльд, а почему ты-… — М-м, какую вкуснятину вы тут наготовили! — он показательно втягивает носом воздух, в сердцах молясь, чтобы Чжун Ли понял намёк и перестал пытаться задавать вопросы. — Я ведь не проспал обед, да? Предлагаю накрывать на стол! Аякс громко чмокает не скрывающую удовольствия мать в щëку, ловко подхватывает пальцами тарелки и неспешно расставляет их на всё семейство, не забыв и про одно дополнительное место. Теперь, когда все, даже два главных повара, устроились на своих местах, Тарталья выносит коронное блюдо, именно то, что так вкусно пахнет даже сейчас, когда, казалось бы, нос должен уже привыкнуть к аромату, и застывает на месте, стоит увидеть Тоню, усевшуюся под боком Чжун Ли. Полагая, что совершенно не выдаёт своего смятения, Чайльд ставит огромную кастрюлю посередине стола, не забыв метнуть в сторону сестрицы убийственный взгляд. «Дьявол в девичьем обличии». «Чтоб я ещё раз поверил этим невинным глазкам!» «Ну я тебе устрою снежную бойню». Он натянуто улыбается Чжун Ли в ответ на его вопрошающий взгляд, плюхается на место рядом с отцом и с упоением хватается за половник. — Что ж, сегодня я, кажется, ваш официант, — усмехается Чайльд, разливая ну просто божественно пахнущий свиной суп по глубоким тарелкам. — И Вы, Чжун Ли, прекращайте воротить нос и ешьте. Здесь некого стесняться. Теперь убийственный взгляд достигает самого Аякса, но он лишь тихо хмыкает, скользя взглядом по растянутому вороту собственной футболки на чужом теле. — Когда мы приветствуем в своём доме гостей столь интересных, не грех и выпить за такую встречу, — мудро подмечает отец, вынимая из-под стола серебристый графин и показательно избегая взглядом главу матриархатной семьи. Домашний самогон достаётся, помимо владельца, присутствующему за столом старшему сыну, новому гостю, Антону и, что удивительно, жене разливающего. Туманно и размыто вспоминая, что вчера Чайльд явно перебрал, он пьёт самогон медленно, медленно настолько, чтобы никаким любителям тостов не вздумалось подлить ему ещё. — Очень интересный вкус. Кажется, вишня? — А наш гость разбирается в хорошей выпивке! — кажется, мужчина пожалел, что не занял место рядом с господином Ли. — Все в Ли Юэ такие ценители? — Не все, но многие, — уклончиво отвечает Чжун Ли, без лишней спешки принимаясь за суп. Он тянется за ломтем хлеба, и Чайльд впервые обращает внимание на его руки. Без перчаток. Впервые. — А скажите, Вы давно живëте в Ли Юэ? — вклинивается в зародившийся диалог Тоня, бросая краткий взгляд на смущённо примолкнувшего Тевкра. — Достаточно давно, — кивает он, промакивая салфеткой губы. — А расскажите, бывают у вас там, скажем, ходячие роботы? Тевкр заметно оживляется и вытягивает шею, боясь пропустить хоть одну деталь разговора. — О, да, в тамошних руинах обитает множество древних механических стражей… Аякс рассказывал мне, что один из его братьев увлекается этими… роботами. — О да, ещё как увлекается! — Дети, а ну дайте гостю спокойно поесть! — тявкает матушка, когда Чжун Ли опускает ложку в ещё почти полную супницу и складывает руки на коленях. — Женщина, не мешай детям познавать мир! — тут же вступается отец, сам начавший одним ухом слушать рассказы о другом регионе. — Никуда твой суп не убежит! Матушка недовольно поджимает губы, но бросает спор и начинает медленно потягивать отцовский самогон, откинувшись на спинку стула. — А там, в Ли Юэ, есть каменные люди? Или какие-то другие существа?.. — тихо спрашивает Антон, смущённо разглядывая собственные пальцы под столом. Чжун Ли подносит руку к подбородку, будто бы глубоко задумавшись, а потом отвечает так серьёзно, словно вспоминал какое-то исследование из Академии Сумеру: — Касаемо людей, нет, каменных нет, по крайней мере, я их не встречал. Но по сей день в Гавани ходят легенды о гигантском каменном драконе, спящем глубоко под землëй, там, где выросло огромное дерево, впитавшее в себя его кровь и слезы и покрывшееся самым чистым кор-ляписом и самым ярким полуночным нефритом. Небольшие элементальные осколки, отделившиеся от него, приняли собственную форму и стали геовишапами, которые, в общем-то, состоят по большей мере из камня… — Я так и знал! — он восторженно ударяет ладонью по столу и самодовольно откидывается на спинку кресла. — Ой, а ещё, мне пора бежать, всем спасибо за обед, было очень вкусно! — он выскальзывает из-за стола, в мгновение ока собирает и моет свою посуду, после чего с немного виноватой улыбкой удаляется из гостиной. — Странно, — тянет Тоня, ковыряясь ложкой в почти опустошённой супнице. — В последнее время часто так убегает, да? — Ой, а будто ты так от нас не убегала, — по-доброму усмехается Чайльд, скрещивая руки на груди. — Можешь похвастаться, что научилась встречаться со своим парнем так, чтобы это не бросалось в глаза каждой пролетающей мимо мухи. — Бла-бла-бла, — качает она головой из стороны в сторону и изгибает одну бровь. — Не завидуй, некрасиво. — Аякс! — кричит Антон из сенок. — Пойди сюда, к тебе пришли! «О нет, проклятая заноза!» Он виновато улыбается, неосознанно пародируя среднего брата, и встаёт из-за стола, молча покидая кухню. И совершенно теряется, когда открывает дверь. «О нет, проклятая ведьма!» — Здравствуй, Тарталья, — сухо здоровается Синьора. — Здравствуй, Восьмая, — не менее сухо отвечает Чайльд. — Не пригласишь в дом? — Пожалуй, нет. Что-то срочное? — Достаточно, — резко отворачивается она, хлëстко ударяя его по щеке волосами. — В отчëтах о проведённой операции слишком много несостыковок и незакрытых дыр. И все они связаны с тобой, — она пренебрежительно осматривает собственные ногти. — Сначала нам с тобой выдвинута встреча с Панталоне. Если не закроем все вопросы, придётся изворачиваться перед непосредственно Царицей или Пьеро. Я ясно выразилась? — Предельно ясно, — кивает Чайльд, подпирая плечом столб веранды. — Но я-то что могу добавить? — Постараешься объяснить своё волшебное исчезновение и не менее интригующее появление, — она злобно скалится, явно наслаждаясь моментом. — Солгать не выйдет, в силах Фатуи отследить каждый твой шаг, и ты это прекрасно знаешь. — А как же, — простодушно чеканит он. — Когда встреча? — Через два дня, в шестнадцать часов, — она поджимает губы и вздëргивает нос. — Из-за тебя меня отстранили от операции в Инадзуме, ты в курсе? — Разумеется, нет. А должен быть? — Это должно быть в твоих интересах. Никто бы не полез в отчёты, вернись мы вовремя. Что ж, — она вновь отворачивается и отходит на пару шагов, оставляя каблуками следы на свежевыпавшем снегу, — предлагаю завершить этот диалог. До скорого, — она горделиво взмахивает рукой и уходит, даже не оборачиваясь. — Век бы тебя не видел, — тихо шипит Тарталья и возвращается в сенки. «Вот так и настанет мой конец». Он грустно усмехается и садится на деревянную скамью, подпирая голову руками. — Что-то случилось? — этот голос сейчас, пожалуй, единственное, что хочется слышать. И одновременно не хочется, потому что придётся отвечать на вопросы. А вопросы наверняка будут неудобными. — Несостыковки в отчëте. А крайний я, — выдыхает он в потолок, запрокидывая голову назад. — Не стойте на пороге, садитесь. Чжун Ли послушно садится рядом, не отводя обеспокоенный взгляд. — Мне показалось, что ты меня избегаешь. — А? А-а, ты про то, на кухне. Нет, просто побоялся, что Вы скажете что-то из ряда вон выходящее, а раскрывать какие-то щепетильные детали родителям, да и остальным, не хочется, — Тарталья трëт переносицу пальцами, снова ругая себя за всё то, что вывалил Тоне. — Почему на «Вы»? — Что? Так было всегда, разве нет? — Вчера не было. — Вчера я был на эмоциях. — Хм. Вот как… — Чжун Ли немного опускает голову, задумавшись. — Я понимаю. — Это так важно? — Я не хочу стоять выше тебя. Мы ведь на равных. Чайльд почти давится воздухом и явно ощущает вспыхнувшие краснотой уши. — Ну, если Вам так больше нравится… — он нервно сглатывает, не находя слов. — У тебя будут проблемы из-за этого отчёта? — А, нет. Вернее, может быть. Но я обязательно всё улажу, — он фальшиво улыбается и склоняет голову набок. — Не забивай-… кхм, этим голову. — Хорошо. Несколько минут они сидят молча, пока в голове Тартальи не вспыхивает чересчур заманчивая идея. — Прогуляемся? — Хм? Да, конечно. Тебе куда-то нужно? — Нет, просто теперь моя очередь задавать вопросы.