Курить вредно

      С того момента как Пак покинул стены квартиры Кима прошло довольно приличное количество времени, а младший все еще сидел в коридоре, вглядываясь в закрытую дверь. Дикая усталость, опустошенность, нежелание что-то делать. Старший высосал из него все жизненные силы, словно действительно был вампиром.       А только лишь от него он так устал?       Сону вспомнил как начал чувствовать что-то примерно такое же рядом с Рики пару недель назад, потом ему стало тяжелее находиться в окружении одногруппников на занятиях, далее общение с Чонвоном ограничилось ровно до того момента, как Ян появился на пороге его дома прошлой ночью.       Но это было не так критично, как сейчас.       Сону сузил круг размышлений до одной конкретной мысли – он устал от людей. Ему нужно отдохнуть, набраться сил. Он лениво поднялся с насиженного места около стены и побрел в комнату, в надежде немного поспать и набраться сил, за ночь отдохнуть он мог вполне.       Мыслил блондин в правильном направлении, да только не учел, что его усталость имела свойство накапливаться со временем. Именно поэтому после вечера, что он провел в компании страшего, он вымотался катастрофически. Вся жизненная энергия его просто напросто иссякла до конца и на восстановление ему потребуется намного больше, чем одна ночь.       Наутро предсказуемо ничего не меняется, Ким чувствует себя бесполезным, ни на что не способным, любая мелочь выводит его из состояния равновесия. Хочется упасть посередине комнаты и завыть от собственной ничтожности, что он собственно и делает. Он запутался и не понимает, что ему дальше делать, как жить, слишком много мыслей в голове, много проблем, много всего, слишком много.       Его телефон буквально разрывают уведомления, он продолжает пищать на всю кимовскую комнату, а тот даже сил не имеет, чтоб их выключить к чертовой матери. Сону продолжает лежать на полу, разглядывая разводы на потолке, совершенно бесцельно размышляя о происходящем.       В голове не укладывалось, как за двадцать четыре часа можно так сильно загонять себя. Его снова перетряхивает как тогда у мусорных баков. Сону нужно срочно как-то разгрузиться, ничего лучше, чем отыскать старый скетчбук и какой-то карандаш, а после попытаться разрисоваться, он не нашел.       Рисование его всегда восстанавливало, и сейчас он жалел, что выкинул все свои принадлежности, может именно сейчас тот самый переломный момент, когда Сону сможет сделать что-то стоящее?       Собрав в кулак все свои последние силы, блондин поднимается с холодного пола и подбирается к небольшой тумбе – там точно должно было что-то остаться, сюда он не заглядывал тогда. Скетчбук находится быстро, как и карандаш, поэтому Сону сразу же усаживается удобнее рядом с тумбой, прислоняясь спиной к еще более холодной стене. Плевать, если заболеет, его физическое здоровье сейчас волновало в последнюю очередь.       Около часа он пытался что-то из себя выжать, но дальше каких-то одному ему понятных зарисовок не заходило. Он не может сконцентрироваться на картине в своей голове, образы менялись с такой же периодичностью, как он вырисовывал новые линии в блокноте. А то есть каждые две секунды. Это выводило его из и так шаткого равновесия еще больше, чем все еще пиликающий телефон.       Сону швыряет блокнот в противоположную сторону и откидывает голову назад, больно ударяясь затылком о стену позади себя. Ким шипит, глаза жмурит до слез в уголках, губы кусает, руки непроизвольно тянет к осветленным волосам и сжимает еще сильнее, чтоб боль от удара перекрыть.       Что с ним такое, почему именно сейчас, почему именно он?       Его телефон запиликал еще усерднее и Кима это в конце концов задолбало. Он поднимается с пола, все еще потирая затылок.       - Какого черта вам всем резко захотелось мне написать?       Он разблокировал устройство, зашел в мессенджер и увидел тучу сообщений от Рики и Чонвона. Пару смс от Чонсона с Хисыном. Но его внимание притянул диалог с контактом под именем «Сонхуни-хен».       Сону открывает чат и видит фото старшего. На нем тот сидит на каком-то хлипком табурете, вытянув свои километровые ноги вперед, а на худом теле полностью черный строгий костюм.       «Красиво»       Но вместо этого Сону пишет:       

«Зачем?»

      Ответ пришел через минуту, не то чтобы Ким считал. Да, он считал и что вы ему сделаете?       «На контакт поставишь. Или на обои, как захочешь.»       Чертов Пак Сонхун. Ему можно уже писать пособие с громким названием «50 и 1 способ довести Ким Сону».       

«Тебе никто не говорил что ты очень самоуверенный?»

      «А тебе не говорили, что ты милый, когда злишься?»       

«Хотя б зеркало протер бы, прежде чем фотографироваться.»

      «Хах, так задумано.»       Сону откидывает телефон, после того как отключает звук, даже эти четыре смс дались ему слишком тяжело. Он снова укладывается на пол и пытается отключить разум. Перспектива сейчас строить из себя нормального в общении с друзьями его не радовала, каждое слово его раздражало, а идти куда-то он хотел сейчас меньше всего на свете. Но и заставлять других волноваться ему тоже не хотелось. Если он не ответ на сообщения, то Ян Чонвон припрется к нему домой и заставит написать объяснительную по причине игнорирования его важных смс-ок.       - Ну и пусть приходит, я ему дверь не открою.       Сону поднимается и плетется в коридор, чтоб выудить из куртки пачку с сигаретами, а после топает на балкон. Он удобнее усаживается в кресле, закидывает ноги на подоконник и закуривает. Его снова ведет, тело обмякает, и Сону чувствует легкость в каждом сантиметре. Сейчас для него это кайф в чистом виде. Кайф чувствовать горячий дым в легких, смотреть на город расфокусированным взглядом, испытывать дрожь по телу от наиболее глубоких затяжек. Но надолго ли и как эффективно это помогает?       - И сколько же нужно курить, чтобы в голове вообще ничего не осталось? – Сону задумчиво смотрит на сжатую между длинных пальцев сигарету, а пепел падает ему на домашние штаны потому что руки немного потряхивает.       Он сидит еще минут двадцать, прежде чем пойти и написать все-таки своим друзьям, что с ним все в порядке, а после решает выпить чая. Время близится к обеду, а он еще ничего не ел. Да и не хотелось.       Руки все еще трясутся, и Ким молится на то, чтоб ненароком не разбить кружку. Но по закону подлости в дверь громко стучат, а от неожиданности блондин роняет кружку с кипятком на пол. Кружка ясное дело грустно разбивается, а вода ошпаривает тому колени, от чего он отпрыгивает в сторону, шипя как дворовая кошка на пробегающую мимо собаку. Сону подбегает к двери, резко распахивает ее и на пороге конечно же никого не оказывается. Кажется соседи снова случайно слишком широко открыли дверь, что та долбанулась об его собственную.       Планировка лестничной клетки у него не ахти.       На кухне юноша присаживается на корточки, совсем не обращая внимания на щиплющие колени, и пытается собрать стекло. Руки все еще трясет, а ноги внезапно подкашиваются и он опирается ладошками прямо в осколки.       - Блять, как же все заебало.       Сону подносит окровавленные ладони к лицу и начинает рассматривать на наличие стеклышек в порезах. Благо ничего не обнаруживает. Блондин устало плетется в ванную, чтобы промыть раны, а после обработать. Ему еще заражения не хватало для полного счастья. Сегодняшний день явно хочет добить его окончательно, юноша смотрит в зеркало на свое отражение и уже не может сдержать в себе все те эмоции, что накопились за такое короткое время.       Слезы вновь обжигают щеки, а дышать становится труднее, он не видит свои ладошки из-за влаги, но чувствует, что делает все правильно и кровь смывается успешно. Рукавом кофты стирает слезы с глаз, снова смотрит в отражение и вздыхает.       Из зеркала на него смотрит ужасно уставший Сону, с синяками под глазами, чернее чем ночи в январе, его волосы торчат в разные стороны, а кожа, что и так была довольно бледной, стала будто синей(или так кажется из-за холодного света в ванной?), нижняя губа дрожит, глаза стали еще краснее, брови сошлись у переносицы, делая взгляд еще более затравленным.       Сону обматывает старым бинтом ладони и спешит выйти на улицу, на свежий воздух, чтоб подышать и привести себя в нормальное состояние хотя б немного. В этих четырех стенах Ким начинает сходить с ума.       На самом деле он не знает куда ему пойти, он не чувствует себя спокойно нигде. Дом перестал быть домом.