Дьявольская коммуналка

Калининград… Ах, Калининград, как много в этом городе для меня… Я, восторженный готический подросток-германист, приехала в этот город и была очарована им, моим дорогим и нежно любимым Кёнигсбергом… Кстати, неплохо было бы его переименовать обратно? Да и другие города тоже! А то бедные школьники жутко путаются, когда их на уроке истории просят показать город Тильзит, где был заключён Тильзитского мирный договор и делается великолепный сыр Тильзитер, а вместо этого там-бац!- и какой-то Советск! Ведь Санкт-Петербург переименовали обратно из Ленинграда и никто же в обморок не упал! Вот только властям всё не до этого… Ах, дорогой мой город, основанный дерзкими тевтонскими рыцарями! Да, следует отдать должное этим бойцам: они не только на Россию бочку катили (на мой взгляд исключительно из-за Ливонского ордена Польши и Литвы), но и умудрились создать один из самых красивых российских городов, маленький кусочек Германии в сердце России! Несмотря на то, что в советское время он методично застраивался типовыми и унылыми многоэтажными коробками-небоскрёбами, он не потерял своего очарования, особенно многочисленные кирхи и улица Амалиенау! Город, в котором творили мой любимый сказочник Эрнст Теодор Амадей Гофман и мой любимый философ Иммануил Кант! Глядя на вас, мне и самой хочется творить и писать, что я и делаю, пытаясь писать в свободное время фанфики и вести дневник!… А люди сновали по улицам, мимо машин, занятые делами, и конечно не замечали, двух всадников на мотоцикле, ловко проезжающих между машинами, играя в «шашечки» и дразня автомобилистов. Эта веселая девчонка с коротким каштановым хвостиком, одетая в чёрную футболку, чёрные шорты и такого же цвета мокасины- я. А всадник впереди, которого я обнимаю, высокий пухленький паренёк с чудесными светлыми кудряшками и тёмными, как южная ночь глазами- мой милый парень, мой дорогой Герман Шварц. Я ещё молода, неприлично молода. Я приехала в Калининград на каникулы из родной Москвы. Я влюбилась в Калининград ещё давно, а он радостно принял меня как родную, обняв и закружив в своих объятиях мимо древних кирх, замков и уютных домиков!… Он тянул меня сквозь улицы и заворачивал в переулки, пока окончательно оглашённую, не отпускал для передышки в коммунальную обитель на Инженерной улице. - Я иду меж холмов и пашен, перекрёстков, дворов и лиц. Между стен и дворцовых башен, познавая мир на холсте страниц. Должен ли герой победить злодея? Должен ли финал увенчать пролог? Должен ли сюжет оправдать идею? Это я спрошу у последних строк…- нежно мурлыкала я, пока наконец мы не причалили к нашему дому №2 на Инженерной улице. Переодевшись в домашнее(красно-чёрный комплект), я что-то лихорадочно писала в дневнике, а мой милый Гера в свободной чёрной футболке и чёрных штанах, увлечённо писал очередную картину за мольбертом, лихорадочно жуя бутерброд. Комната наша была довольно большая и вполне уютная. Старинные готические обои салатового цвета в мелкий чёрный рисунок, уютные деревянные полы, двухэтажная кровать, письменный стол и стулья в углу, шкаф с вещами и комод, моя химическая лаборатория и уголок художника специально для Германа- вот и вся обстановка. На стенах висели портреты известных алхимиков, художников и писателей, а на комоде стояла разная милая мелкая канцелярия и бюст Давида. В коридоре зазвонил телефон. Герман, не выходя из-за мольберта, крикнул: - Господин Лефйот, Вас к телефону! Тут же из самой дальней комнаты выбежал с криком: «Иду, благодарю!» наш сосед, господин барон Чарльз Лефйот. Это был высокий статный, необыкновенно изысканный и элегантный мужчина лет шестидесяти пяти, такой же демон как и мы. А голубые, пронзительные как лёд глаза, тонкие французские усики, очень обаятельная улыбка и заразительный смех добавляли ему ещё больше шарма. Одет наш сосед был (из-за того что рано встал), в шелковый чёрный халат, расшитый золотыми узорами, мягкие туфли, а на голове красовалась сеточка для волос. Почему же мы его называли «барон»? Все просто. Во время жизни с людьми, он уже тогда умудрился сколотить себе неплохое предприятие и обзавестись документами с титулом барона. А когда в Германии к власти пришли социалисты, он, сменив документы, укрылся на какое-то время в Париже, где тогда и укрывалась от произвола власти умнейшая, элегантная и чувственная интеллигенция. Помните, как говорил Шариков из «Собачьего сердца»: «Я не господин, господа все в Париже!»? Вот-вот. Так что в это время барон подбежал к телефону и начал взахлёб рассказывать как сильно упали акции на бирже. А в это время на кухне хозяйничали ещё две наших соседки и подруги, стриптизерши из местного бара, Гелла и Наташа. - Вот чёрт…- бормотала Наташа, невысокая аппетитная блондинка с голубыми глазами, пытаясь испечь на завтрак блины- так, ещё один и хватит… Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь…- она считала время, за которое блин должен успеть пропечься на одной стороне, прежде чем его перевернуть на другую сторону. - Наташа!- крикнула я, не выходя из комнаты- Ты мои карандаши не видала? Нужно сделать одну зарисовку… Не переставая считать, Наташа быстро разыскала карандаши и помчалась мне их отдавать, не переставая считать на ходу. Затем бормоча себе под нос: «Сорок один, сорок два…». Вбежав на кухню, и закончив считать, она подкинула на сковородке блин вверх, как крутой шеф-повар, и… - Шлёп! - непропечённый до конца блин прилип к кухонной вытяжке. - Отличный бросок!- саркастично усмехнулась ее подруга Гелла, высокая изящная рыжеволосая девица со шрамом на шее, и поставила на стол кашу и творог. Вздохнув, Наташа также поставила на стол, оставшиеся блины, и в кухню торжественно зашёл их общий друг Кристиан, в которого были влюблены обе девчонки и на тот момент чуть ли не до ссор страстно делили его между собой. Так что проходя мимо этой троицы, я насмешливо подтрунивала над ней: «Ох, Крис, да ты у нас яблоко раздора, запретный фрукт!», чем раздражала девчонок и шумно веселила всех остальных обитателей коммуналки. - Ну что, девочки, давайте завтракать.- улыбнулся он и вся троица села за стол. Нужно было успеть побыстрее, ибо потом на запах вкусной еды спускались все остальные обитатели коммунального очага. Гелла тут же быстренько намазала бутерброд и протянула его Кристиану. - Спасибо- улыбнулся он, и заметив, как от этого слова скривилась Гелла, поспешил заметить: -Всё хорошо? - Да, да- улыбнулась она в ответ- все нормально, только можешь, если хвалишь, говорить «благодарю». - Хорошо- несколько удивленно промолвил Кристиан, принимаясь дальше за творог. Наташа же, насыпав сахар в чай, размешала его ложечкой и тихонько вздохнула. Да, эта, как я ее любя называла «шведская семья», несомненно, возбуждала мой живой интерес. Ох, простите, ненадолго отвлеклась. После нежной романтики и чтения книг с Германом, я решила зайти на минутку к ещё одному близкому мне в этой коммуналке человеку, господину Чарльзу Лефйоту. Кстати, познакомились мы с ним не так давно, неделю назад. Решила я прошвырнуться по торговому центру, вместе с Геллой и Наташей. Ну, нарядилась, накрасилась, надела любимую юбку с крутой футболкой, пошла в торговый центр. Десять минут жду, полчаса жду, час жду… Тут они мне звонят. Оказалось, их партнерша заболела, и им вдвоём пришлось вместо неё выступать, так как они в их баре местные «звёзды». Ну делать нечего, я расстроенная пошла по магазинам одна. И тут я иду мимо магазинов, и вижу казино под названием «Рассвет»! Ну думаю, была не была,- зайду, пожалуй! - Есть в Новом Орлеане дом, игорный дом «Рассвет»… Я знаю всё спустивших в нём, а тех, кто выиграл, нет… Маман портняжила не зря, загнав пятьсот штанов, Отец спёр деньги и застрял в проклятом казино…- мурлыкала я, входя внутрь. Обстановка была просто роскошная, в стиле начала двадцатого века. Красивые синие обои в золотой рисунок, блестящие полы, плюшевые диваны, керосиновые лампы, роскошный бар, просторная сцена и хрустальная люстра, свисающая с потолка. На душе у меня стало как-то спокойно, почти весело. И когда какой-то господин, выигравший в рулетку деньги, радостно вскрикнул: «Есть!», я тоже радостно засмеялась. Здесь я почувствовала себя удивительно хорошо, почти как дома. Но тут я увидела одинокого мужчину, стоящего у «однорукого бандита». Высокий, статный, пожилой, но все еще довольно красивый, с длинными волосами, убранными в короткий хвостик, с пронзительными голубями глазами, одетый в строгий клетчатый костюм, он стоял с убийственно серьезным лицом и каким-то печальным взглядом. Ну Вы и сами знаете, что я за личность. Вот Михаил Калинин был всенародный староста, а я- всенародный психолог. Всегда готова утешить усталые души всех печальных и страждущих! Мне же больше всех надо, сами понимаете. Ну вот, подхожу я к этому мужчине и сочувственно спрашиваю: - Что, не везёт? - Ах, если бы- вздохнул незнакомец- мне-то с деньгами всегда везёт. Вот с жильем как раз не повезло… - Ну-ка, ну-ка- заинтересовалась я- расскажите, не бойтесь. Я всем помогаю, может быть и Вам смогу помочь. И тут он мне рассказал, что он только сегодня приехал в этот город, чтобы навестить своих дорогих племянников, Тима и Иду. Но видимо, самой Небесной Канцелярии не хотелось, чтоб он приезжал сюда, ибо по мистическому стечению обстоятельств, все гостиницы и хостелы оказались закрыты, а съемные квартиры- сняты. И теперь он решительно не знает, где ему переночевать. И тут меня осенило… - А в коммунальной квартире Вы переночевать не против?- хитро прищурившись, спросила я. - Нет, я уже согласен на любые условия…- вздохнул незнакомец. - В таком случае, милости прошу к нашему шалашу!- радостно воскликнула я. - Коммунальная квартира в доме №2 на Инженерной улице готова предоставить Вам спальное место на сколько угодно. Я сейчас все устрою!- я щёлкнула пальцами- Всё, теперь Вы свободно можете тут жить! - Благодарю!- пылко воскликнул незнакомец и в знак благодарности поцеловал мне руку. Я от нежности аж засмущалась - Ну что Вы, что Вы, благодарю… - Знаете, Вы очень интересная девушка…- хитро сощурив глаза, ответил он.- Я предлагаю Вам заключить со мной небольшой контракт… - Ооо…- я насмешливо фыркнула.- Со смертными девчонками такие фокусы проворачивайте, я-то с Вами в одной команде! - В одной команде?- переспросил незнакомец.- Неужели Вы… - Именно- хмыкнула я и в глазах моих загорелся огонь неугасимого Пекла.- Александра Булатова, работаю с грехом гнева. - Чарльз Лефйот, работаю с грехом жадности.- улыбнулся незнакомец и протянул мне руку, которую я с радостью пожала. - Ну что ж, Вы помогли мне, помогу и я Вам! Я дам Вам один совет: если соберётесь ставить деньги, ставьте их на число 13! Верный выигрыш!- Вот, возьмите- он протянул мне банкноту достоинством в 50 рублей. Ставьте эти деньги на число 13, и Вы выиграете, вот увидите! Я поставила эти деньги и выиграла пятьдесят тысяч! От восторга у меня закружилась голова. - Господин Лефйот! Господин Лефйот!- радостно воскликнула я, но его уже и след простыл. Я, положив деньги в сумку и прижимая ее к боку, чтоб никакой жулик даже не вздумал увести у меня деньги, собралась пойти к выходу. Вдруг я заметила, что караоке освободилось. Ну как не воспользоваться такой возможностью? Сегодня в нем играли блюз. Я взобралась на сцену, и заказала мой любимый блюз, «Соло на испорченной флейте». Затем глубоко вздохнула и начала петь: - Солнце мое спит за больной горой, Под чужой листвой, под чужой корой, Сетью ловит в озере свой покой, Вырывая боль, как зуб из десны. Ночь усталым гостем глядит в окно, Чьи-то гложет кости - ей все равно, Невзначай прольет на порог вино, Разольет из кувшина свежие сны. Пусть в кувшине том Да под тонким льдом Солона вода - Все ж налейте. Бог меня простит, А дьявол просвистит Соло на испорченной флейте. Бог меня простит, А дьявол просвистит Соло на испорченной флейте. Странные края, странный мир вещей - Вроде бы ты мой, вроде бы ничей. Сам себе и цензор, и казначей - Было так и, видно, будет всегда Тонких узелков неродная вязь, Смерть с косой танцует, легко смеясь, Ночь идет с кувшином да наклонясь, В том кувшине враз вино и вода. Пусть в кувшине том Да под тонким льдом Солона вода - Все ж налейте. Бог меня простит, А дьявол просвистит Соло на испорченной флейте. Бог меня простит, Дьявол просвистит Соло на испорченной флейте. Но вернёмся к нашим демонам. В этот момент наш господин барон уже переоделся в свой любимый клетчатый костюм со строгими лаковыми туфлями, и надев очки в элегантной оправе, увлечённо печатал что-то на пишущей машинке. - А? Александра, это Вы? Недоброе утро. Как спалось? - Недоброе, недоброе. Спалось хорошо. А Вы? - Не очень-то. Опять музыка допоздна мешала… А я, как видите, работаю над очередным контрактом… - Контракт!- весело усмехнулась я и пропела: Не смотри с презрением на листы бумажные, Не смотри с презрением, а имей в виду: Есть контракты важные-важные-важные И тот, кто их нарушит, попадёт в беду! - Вот именно- обаятельно усмехнулся в ответ господин Лефйот и продолжил печатать: «1. Этот контракт заключён 16 июля сего года, господином Ч.Лефйотом с одной стороны, и господином Михаилом Афанасьевым с другой стороны и подписывается обеими сторонами в двух экземплярах. 2. Господин Михаил Афанасьев передаёт свою душу в полное владение господина Ч. Лефйота. 3. В порядке вознаграждения за душу господин Ч. Лефйот обязуется заботиться о том, чтобы господин Михаил Афанасьев смог на два срока стать депутатом Госдумы. Этот пункт не имеет никаких ограничений. 4. Обе стороны обязуются хранить полное молчание о настоящем соглашении. 5. В случае, если одна из сторон упомянет какому-либо третьему лицу об этом контракте и нарушит оговорённое в пункте 4-м условие о сохранении тайны, другая сторона навсегда сохраняет за собой право: а) иметь при себе душу или б) иметь статус депутата в то время как сторона, нарушившая условие, окончательно теряет право: а) на душу или б) на статус депутата 6. В случае, если господин Михаил Афанасьев сойдёт с поста депутата, господин Ч. Лефйот обязуется возвратить ему его душу. Но при этом господин Михаил Афанасьев окончательно теряет право на выборы в депутатский корпус. 7. Это соглашение вступает в действие с того момента, как обе стороны поставят свою подпись под двумя экземплярами. …числа…года.» - Вот и всё!- лучезарно улыбнулся господин Лефйот, и хотел уже было вынуть листок из пишущей машинки. Но тут из соседней комнаты послышалась громкая гитарная музыка и не менее громкий голос: - Валентин говорит о сестре в кабаке Выхваляет ее ум и лицо, А у Маргариты на левой руке Появилось дорогое кольцо. А у Маргариты спрятан ларец Под окном в зеленом плюще, Ей приносит так много серег и колец Злой насмешник в красном плаще. Чарльз тут же помчался к двери комнаты и отчаянно заколотил в неё: - Михаэль! Михаэль, голубчик, ну имейте совесть, хотя о чем это я!… Ну прошу Вас, УМОЛЯЮ, играйте потише!… Из-за двери высунулось лицо мужчины лет тридцати, с острыми скулами, острым носом, большими чёрными глазами, чёрными взъерошенными волосами и бородкой клинышком. Это был мой последний сосед, Михаэль Циннобер, гитарист и рок-музыкант, выступающий с каверами на известные песни в местном клубе. Было у нас ещё двое соседей, кажется, смертных: бабушка-кошатница и сосед с перфоратором, живших сверху. Самое странное, что они практически не выходили из комнат, но умудрялись отравлять жизнь всей нашей коммунальной квартире. - Ик!… Ой, Чарльз, братан, дико извиняюсь… Старик, не одолжишь сотку на опохмел?! К пятнице верну, обещаю!… - Какой я Вам братан?!!- возмущённо заколотил в дверь пожилой демон.- Меня зовут Чарльз! И денег я Вам дать не могу, все соседи уже жалуются, что Вы напьётесь, а потом песни горланите пьяным голосом! И бутылками из-под пива уже весь коридор заставили, а ведь боремся за звание самой культурной коммунальной квартиры района! - Старый жмот…-донеслось из-за двери.- У самого денег завались, а туда же, соточку одолжить не может… - ЧТО ТЫ СКАЗАЛ?!! - полыхнуло пламя в глазах Чарльза. - Ну я тебе сейчас устрою!… Тут уж пришлось вмешаться мне. Пришлось дальше разруливать конфликт между этими двумя, строго взяв с Михаэля клятву выпить только ОДНУ полторашку, и просьбой к господину барону таки дать этому «барду недоделанному» денег. Наконец, все мы- демон гнева, демон чревоугодия, две демонессы похоти, демон алчности и демон гордыни- выбрались на нашу настоящую работу, попутно выслушав перепалки между последними двумя (Чарльзом и Михаэлем, разумеется!), и помчались на нашу настоящую работу: искушение людей! А день только начинался!…