Девушка из рода Блэк

Вальбурга Блэк всегда пользовалась интересом среди мужчин. Изящная девушка с утончёнными чертами лица, ярко-синими глазами на мраморной коже, подчеркивающими пухлые алые губы, и чёрными кудрями, всегда уложенными в элегантную причёску, что открывала вид на обнажённые ключицы — от нее невозможно было оторвать взгляд. Стоило ей улыбнуться мужчине уголками губ — он готов был сделать всё, что угодно, лишь бы увидеть её чудную улыбку снова. Удивительно, но, несмотря на всё это, Вальбурга никогда не была любима. О ней мечтали, её желали, ей восхищались, но не любили. Ей так и не удалось найти своего суженного, потому то она и согласилась на брак со своим троюродным братом Орионом. Он стал ей надёжным партнёром и верным другом, однако так и не смог заполнить пустоту в её сердце. Её мир заиграл ранее невиданными красками, когда Вальбурга встретила Тома. Амбициозный юноша сделал её по-настоящему счастливой, проводя всё своё свободное время с ней. Орион никогда не жаловал Тома, хоть и не возражал, когда его жена проводила ночи вне дома. Блэки всегда сохраняли независимость в войне, что, вне всяких сомнений, повлияло на отношение Ориона к Тому. Он боялся, что Вальбурга поставит интересы Вальпургиевых Рыцарей выше интересов рода. Всё же, позиция нового Тёмного Лорда была слишком радикальной для Блэков, что ещё не до конца оправились после беспорядка, устроенного Гриндевальдом. Безусловно, Геллерт не затронул острова, ведя свою деятельность на континенте, однако многие рода там пострадали, потеряв глав или наследников, а также достаточно сильно обеднели, пытаясь откупиться от обвинений. Из-за этого им пришлось ограничить деловые связи с магами на островах, что также привело к сокращению доходов родов из Англии. Узнав о своей беременности, Вальбурга была вне себя от счастья. Чего нельзя было сказать об Орионе. Дело даже не в том, что это не его ребёнок. Дело в том, что это ребёнок Тома. Орион опасался, что из-за ребенка Том будет иметь слишком большое влияние над Блэками. Однако роду был необходим наследник, даже рожденный вне брака. Блэков и так осталось немного, молодых — ещё меньше. Девушки были отданы в другие дома, Сириус был изгнан из рода, а вот Регулус… Никто не рассматривал его в качестве будущего главы дома Блэк. Все полагали, что он слишком мягкотелый и ветреный для управления родом. Так или иначе, Орион не стал возражать против рождения ребёнка, лишь наказал Вальбурге не говорить Тому о беременности несколько месяцев, дабы тот не заставил её избавиться от плода. Вальбурга и сама понимала, что ребёнка Том не пожалует, поэтому на время переехала в дом в Париже, сославшись на опасность пребывания на островах. Вернулась Вальбурга через 3 месяца, уже с округлившимся животиком. Том воспринял новость о её беременности плохо. Пожалуй, тот вечер Вальбурга никогда не забудет. Тогда она впервые увидела другого Тома, настоящего. Он больше не смотрел на неё так, как раньше. И она понимала, что больше никогда не увидит того нежного любящего взгляда его прекрасных глаз, которые затягивали её в свой манящий омут раз за разом. Темный Лорд никогда не был дураком. Этот ребёнок был очень выгодным приобретением, Том понял это сразу. Однако это не повлияло на его отношение к беременности Вальбурги. Да, он сможет заполучить Блэков целиком и полностью, он будет контролировать каждый их шаг, но и цена велика. Его ребёнок будет безумно сильным магом, что не удивительно. Объединив в себе магию трёх могущественных родов, — Блэк, Гонт и Слизерин — этот ребёнок, пожалуй, сможет стать сильнейшим волшебником, что когда-либо существовали. Более того, он сможет оспорить право Тома на наследие рода Слизерин, да и пойти против самого Тома однажды. Заниматься воспитанием своего наследника Том и не думал. Он вообще не хотел участвовать в его жизни, ограничиваясь лишь официальными встречами касательно дел рода или самого Тома. Вальбурга же до сих пор грезила о счастливой семейной жизни вместе с Томом и малышом. Понимала, что это лишь мечты и фантазии, но никак не могла выкинуть их из головы. 1 декабря 1976 года Вальбурга родила чудесную девочку. Малышке молодой отец не обрадовался. Главами родов практически всегда становились мужчины, и Том надеялся, что его первенца сделают наследником. Теперь же он понимал, что род оставят Регулусу. Мириться с таким раскладом дел он не хотел, а потому был твёрдо намерен избавиться от Рега, как только он перестанет быть нужным Вальпургиевым Рыцарям. Девочку назвали Элизабет Беллатрикс Блэк-Гонт, дав второе имя в честь её кузины. Том признал дочь, чем магически узаконил её рождение, ранее признанное внебрачным. Оставаться в Англии было небезопасно, поэтому Вальбурга решила жить с дочкой во Франции. Девочка росла, не видя отца. Зная лишь, что тому на неё наплевать. Вальбурга пыталась дать ей детство, но после родов она начала сильно хворать, проводя большую часть времени в постели, иногда неделями не видя дочь. Она не хотела, чтобы малышка видела ее такой. Элизабет изолировали буквально от всех — она видела Ориона, которого для общественности назовут её отцом, лишь раз, когда Вальбурга решила посетить Лондон. Тогда же девочка познакомилась со своим братом и кузинами. В 1979 году Вальбурге пришло письмо с краткой весточкой о смерти ее сына Регулуса. Через неделю скончался Орион. Похороны устроили сразу для двоих на кладбище Блэков, недалеко от их семейного поместья на юге Англии. На похоронах плакали все: Беллатрикс скорбила по любимому кузену, всегда холодная и неприступная Нарцисса рыдала навзрыд у могил обоих, Вальбурга тяжело переживала потерю сына. И лишь маленькая девочка оставалась хладнокровной. Пожалуй, она еще не понимала, что такое смерть. В октябре 1980 неожиданно для всех Тёмный Лорд исчез. Все последствия — многочисленные аресты, суды, скандальные статьи — дались магической Британии нелегко. Это были трудные времена: многие Лорды погибли, уступив места Наследникам; многих Лордов отправили в Азкабан, оставив их детей одних. Для Блэков эти события стали особенно ужасными. Беллатрикс обвинили в убийствах и пытках — откупиться было невозможно. Сириуса без особых разбирательств признали виновным. Хоть Вальбурга и отсекла его от рода в порыве гнева, она все ещё любила его. От стресса и горечи от утрат состояние Вальбурги резко ухудшилось. В конце декабря 1980 года Вальбурга скончалась. Опекуном маленькой сиротки стала строгая и педантичная крёстная Кассиопея. Вместе с девочкой они пустились в бега, после того, как на поместье во Франции было совершено нападение. Кассиопея даже не стала выяснять, кто именно это сделал и почему. Они просто путешествовали по миру, нигде надолго не задерживаясь. Юная волшебница, как и предполагалось, оказалась чрезвычайно талантливой и способной. Она смогла одолеть взрослого волшебника в 5 лет, не имея в руках палочки и не используя заклинаний. Её самое большое преимущество — контроль над своей магией. Большинство волшебников не могут обуздать свою силу, не говоря уже об управлении ей. Элизабет могла направлять сильнейшие потоки чистой магической энергии на противников, оглушая их на долгое время. Наследница Блэк обучалась у великих мастеров. Её обучали даже не столько заклинаниям, сколько единению с магией. Разумеется, ей также преподавали зельеварение, трансфигурацию, человеческую анатомию, историю магии и многое другое. Кассиопея хотела, чтобы девочка была образована в разных областях науки.

***

Когда Элизабет исполнилось 8, они с крестной жили в маленьком городке на севере Японии. Дни рождения юной Блэк они обычно не отмечали: крестная лишь поздравляла её на словах. В тот зимний день девочка смогла уговорить непреклонную крёстную прогуляться по улочкам города. Вернувшись поздно вечером в свой дом, они застали лишь погромы и остатки сожженных вещей. Кассиопея подумала, что их нашли маги с континента, и, собрав уцелевшие вещи, трансгрессировала вместе с девочкой в солнечный Египет. И только Элизабет смогла почувствовать едва заметный след магии. О, она узнает его из тысячи. Крупицы магии, так похожей на её собственную, могли означать лишь одно. Её отец обретает силу. Пусть он и потерял тело, он все еще был жив, она это знала. Чувствовала. Она не знала, был ли он призраком или осколком души. Да это и неважно. Он вернётся. И тогда Элизабет ждут адские муки. Нет, он не убьёт её, она ведь наследница Блэк. Напротив, он сохранит ей жизнь, если это можно назвать жизнью. Она прекрасно понимала, насколько влиятельный её род и насколько сильно её отец хочет заполучить Блэков. Девочка никогда не была глупой и, тем более, не питала иллюзий по поводу отца. Он явно дал понять, что уничтожит её. Отнимет всё, что ей дорого, сделает прислугой, пешкой. Сколько бы они не меняли места жительства, их всегда находили. Кассиопея негодовала, а Элизабет боялась. Ужасно боялась, что не успеет ничего предпринять ради спасения рода, сохранения собственной свободы.

***

Иногда Кассиопея с крестницей навещали семейство Малфоев. Элизабет очень любила своего маленького племянника, но безумно ему завидовала. Самой настоящей чёрной завистью. У него было все то, о чем ей было запрещено даже мечтать: счастливое детство, спокойная жизнь. Люциус смог откупиться от всех обвинений, из-за чего их род практически не коснулись ужасы того времени. Да, их финансовое положение оставляло желать лучшего, однако у них все ещё был значимый голос в Визенгамоте и некое уважение в обществе, пусть и лишь показательное. Когда юной Блэк исполнилось 11, она изъявила желание вернуться в Британию и напомнить о себе. И, разумеется, отправиться в Хогвартс. Не ради обучения, нет. Программа Хога была достаточно простой и незамысловатой. Элизабет хотела учиться в Хогвартсе ради налаживания связей и создания собственной репутации в обществе. Кассиопея эту идею отвергла сразу же. Однако девочку это не остановило. Она полагала, что у Кассиопеи нет власти над ней. В целом, она была права. Вот только Вальбурга и Орион сохранили в тайне ото всех, кто отец Элизабет, даже перед смертью Вальбурга не рассказала об этом Кассиопее. — Крестная, неужто Вы еще не поняли? У Вас сейчас нет права голоса, да и не было никогда. Я наследница трёх великих родов, мне необходимо показаться в обществе, — говорит с лёгкой улыбкой, без тени высокомерия. И Кассиопея понимает. Понимает, чья она дочь. Всегда хладнокровная Леди Блэк выглядит растерянной, озадаченной. Казалось, будто она никак не может принять тот факт, что её крестница на самом деле его дочь. До отправления в Хогвартс оставался всего месяц, и Кассиопея предложила девочке погостить у Малфоев. Элизабет не возражала. Она лишь усмехнулась, прекрасно зная, что крёстной невыносимо находиться с ней рядом. Кассиопея никогда в этом не признавалась вслух, но она боялась свою крестницу. И Элизабет могла её понять, из-за чего с легкостью согласилась пожить у кузины.