Игры Рафтеля

      Бывает, сон, что тебе снится, можно отличить от реальности лишь по количеству пальцев на руках и невозможности прочитать буквы. Снам не присуща статика, они динамичны, нестабильны, — кривое зеркало, сквозь которое познаешь себя и мир.       Зоро видел много снов за свою жизнь, и не один раз ему прилетало за это от их рыжеволосой зазнобы. Нами терпеть не могла, когда он спал посреди чего-то важного. Особенно если предмет разговора — их стремительно готовящийся пойти ко дну корабль, напавший враг или дикий шторм. Для нее это было настоящей дикостью: как вообще человек может спать, когда происходит что-то подобное? Она и сама не могла уснуть, если у них были проблемы. Сначала разобраться со всем — а уже после отдыхать.       Наверное, поэтому она разбудила его.       Зоро смотрел в ее глаза, лежа на боку рядом с бессознательными Луффи и Ло, а она не мигая смотрела на него. Глаза были тусклыми, темными в свете молодой луны, медленно сменяющейся наступающим утренним сумраком. Небо у кромки горизонта только-только начинало окрашиваться темно-синим. Под глазами у нее виднелись багряные круги, Нами давно уже не спала нормально. Лицо, грязное, испачканное кровью, порванная светлая блузка, в которой она была в последнюю их встречу, безобразная юбка, и взгляд. Усталый тусклый взгляд, полный боли и пустоты.        — Как ты можешь спать? Сны — это все, что тебе нужно? — тихо спросила она.       Зоро смотрел прямо на нее, следил за слабыми движениями губ. Она тоже лежала на боку, прямо перед ним, лицо-к-лицу, нос-к-носу. Не касалась его, а ему хотелось. Сам бы потянулся, схватил за плечи, встряхнул: вот ты где, нашел тебя, что с тобой было, где была, простишь меня за все, что сделал?!       Внутри бушевал ураган из эмоций. Спутанный клубок, Георгиевой узел тоски, боли и чувства вины. Жажда сцепила горло, мешала ему говорить. Тело, будто чужое, не слушалось.        — После всего, что ты сделал, как ты можешь спать? — все говорила она. Не рыдала, но слезы бесконечным ручьем лились из глаз. — Я надеялась на тебя… думала, тебе хватит сил. Почему ты не спас меня?       Зоро попытался что-то сказать, но язык не послушался.        — Мне так холодно, — вдруг сказала Нами, — у меня все болит. Я… ненавижу тебя.       Он злился. Собственное бессилие, ненависть к тому, как все обернулось, к самому себе, лавой бурлила внутри, раздирала внутренности. Сердце так колотилось в груди, нет-нет, да разорвется на части. Ненавидит? Да, все правильно. Она должна его ненавидеть, пусть ненавидит. Всю дорогу он слушает, как бесит ее, как она его ненавидит, так что с того? Только бы была жива. «Где ты?! Умоляю, ведьма, скажи, я…»        — Ты надругался надо мной. Ты сломал меня. Как ты можешь спать? Почему ты так поступил со мной? Я же верила тебе…       Почему? Почему?! Да если бы он только знал, почему это сделал!        — Я ненавижу тебя. Не появляйся больше в моей жизни, не подходи ко мне ни на шаг, ведь все, что ты когда-либо даровал мне, это долг и боль. Я хочу, чтобы ты страдал.       Нами говорила медленно. Ее губы едва ли шевелились, язык двигался с трудом. Не моргала, смотрела на него в упор, — сердце разрывалось, как плохо она выглядела. Это все из-за него. Это он виноват. Что он натворил, что наделал? Как теперь исправить все, как найти ее и как выбраться отсюда?! Мозг играл с ним злую шутку, путал иллюзию и реальность. Зоро хотелось снова вцепиться в собственное запястье, закричать, но он и этого не мог.       «Слабак. Ни на что не годный мусор. Лучший мечник всех морей? Не смеши меня! Посмотри, что ты наделал с нею?!»        — Быть может, тебе лучше умереть?        — А ну очнись, глупец! — вдруг громко услышал он мужской голос. В голове за секунду прояснилось, поток ледяной воды резко выдернул его в реальность.        — Проклятие! — Зоро закашлялся, пытаясь избавиться от воды, что попала прямо в глотку. Он подскочил, завертел головой по сторонам, оглядывая траву, но Нами рядом и в помине не было. Зато в руке у него была Энма, пропитанная волей от края до края, а на животе кровоточил порез, что он успел сделать, пока спал.       Злость бурлила в крови, сумасшедшая, неконтролируемая. Одураченный, растерянный тем, что кто-то так запросто влез к нему в голову, Зоро готов был пол леса снести к чертям собачим, лишь бы найти то паскудное чудовище, что сделало это. Может ли быть, что Тэль может влезть ему в голову даже на расстоянии? Что, если он теперь точно знает, где они и о чем думают, и вот-вот провернет что-то еще?! Достаточно только чуть-чуть изменить ход какого-нибудь боя в их прошлом, и они оба — и он, и его капитан — самые что ни есть настоящие мертвецы. Будто мыши, с которыми играется сытый кот. Одно ловкое движение лапкой — и играм конец.        — Какого хрена вы здесь валяетесь, парни?! — рявкнул Рэйли. — Самоубийца, грибоед и… ну хоть Трафальгард нормальный, — добавил он, окинув поляну взглядом.        — Чоппер-я… — прохрипел Ло, пытаясь подняться на колени. Голова гудела, как дурная. — Он усыпил нас.        — Конечно, он вас усыпил, — хмыкнул Шанкс. — Что за йонко даст себя та легко одурачить? Луффи!        — Буэ-кхе-кхе-кхе! — в ответ, тот только зашелся тяжелым кашлем, со всех сил пытаясь удержать содержимое желудка при себе. Во рту будто кошки нагадили, обычное дело, когда ешь в лесу все подряд, но вот ощущение тяжелого тумана в голове оказалось чем-то необычным. Луффи, было, уже подумал, что сбрендил, и Шанкс ему только мерещится, но потом заметил Эйса, и сразу пришел в себя: — Эйс, а ты тут каким боком?! Я твою библикарту потерял где-то, есть новая? Я же говорил вам, парни, он еще как жив! И вы, Рэйли-сан, Марко! Шанкс!       Рэйли протянул руку Зоро, и сразу за этим подал флягу Трафальгару Ло. Окинул всех их взглядом, полным хладнокровного интереса, и тот час нахмурился. Ошибки быть не может, как минимум у двоих из них Рафтель уже хорошенько покопался в мозгах. Чего стоил один только Зоро, во сне чуть не вспоровший себе брюхо — пара минут, и его бы сам бог уже не спас.        — Чоппер, говоришь, — спросил он у Ло. — Давно это было?        — Да черт знает, может, полчаса назад, — ответил тот. — Темно еще было. Он явно пытался уговорить нас не уходить глубже в лес.        — И далеко мы от лагеря?        — Минут сорок пути, если спешить. А что?       Минут сорок пути, отлично. Может, еще успеют скрыться, пока их никто не нашел.        — Слыхал, рыжеволосый? Если повезет, у нас десять минут, чтобы скрыться.        — Понял, — Шанкс вздохнул, мгновенно прекращая слушать радостное бормотание Луффи. Тот все без умолку продолжал рассказывать и спрашивать про все подряд: и двух минут не прошло, а они уже точно знали, почему двое йонко и лучший мечник всего Гранд Лайн рыскают по острову посреди ночи, словно свора неугомонных детей. И прежде чем Эйс успел с нервной улыбкой сообщить, что тоже должен быть мертв, стукнул того по загривку, и рявкнул: — Вы как блаженные без памяти, разболтаете все без утайки! Заткнитесь оба на минуту, мы приплыли не просто так. Вы в дерьме, парень, в большом дерьме! Шанкс схватил Луффи за грудки, и пусть тот мгновенно притих, тон снизить Красноволосый даже не подумал:        — Все твои накама могут умереть к утру, ты понимаешь это?! Ты уже забыл одну из них, малышка Нами пропала бог весть куда, Чоппер потравил вас к чертовой матери. А ты тут мне радостно рассказываешь, что за приключения случились с вами за последний день?!        — Да что ты хочешь от меня?! Что я сделал уже?       Рассказывает, и рассказывает — что в этом такого? Луффи набычился, и сам схватил Шанкса за грудки. Прицепился, проклятый, будто Луффи и сам не знает, что творится что-то не то. Радость, отчего-то дико сильная, неудержимая, что овладела им, когда услышал голос брата, в одночасье сменилась необъяснимой тоской. Живот стянуло тугим узлом, и спазм плохого предчувствия охватил все внутренности. Луффи смотрел на Эйса за плечом у Шанкса, и все никак не мог отделаться от чувства, что хочет зарыдать: лицо свело, так он сильно ему улыбался.       Что-то неправильное происходило. Что-то совершенно неправильное.       Вытянув шею и широко раскрыв рот, совершенно спонтанно и инстинктивно, он возьми да и укуси себя за предплечье. Так, чтобы аж кожа под зубами треснулась, и старый бинт заново покраснел.        — Что ты… — оторопел Шанкс. — С дуба рухнул, чего кусаешься?!        — Не порви сухожилия, йой! — бросился к нему Марко. — Что это с вами, что ты, что Зоро-кун!        — Будто бы я знаю, — не расцепляя зубы, просипел Луффи.       Зато ответ на этот вопрос отлично знал Зоро. Спрятав руки в карманах плаща, он еще раз глянул на место, где лежал, и злой, одураченный собственным мозгом, заставил себя нацепить маску хладнокровного спокойствия. И Рэйли, и Шанкс, и Марко с Эйсом — все они, похоже, хорошо понимали, что именно происходит и куда они приплыли. Да и сумка, которую Шанкс держал в руках, была от и до наполнена изолированным кайросеки — такое мог использовать даже фруктовик. Может, теперь дело пойдет проще. Может, они даже выберутся отсюда целиком.        — Боль вставляет мозги на место, не так ли?       Рэйли был еще как прав. Только это и помогало. Раны — что у него, что у Луффи — тянулись еще с первого дня на этом чертовом острове, и без устали напоминали о том, что было.        — Ладно… надо уходить, — закинув сумку на плечо, Шанкс приготовился уходить первым. По-хорошему, просто шарахнуть бы Рафтеля королевской волей прямо отсюда, но что они будут делать, если так больше никогда и не найдут малышку Нами?        — Поймаем какую-нибудь ватари, эти глупые создания очень даже могут знать, где их хозяин прячет свое чертово дерево. И если нам повезет — если нам ну очень повезет, — он не переделал ваше прошлое так, чтобы вы вообще никогда не встречали Нами. Есть у кого ее библикарта? Как она себя ведет? — спросил он. Ло практически сразу снял шапку, проверяя потайной карман. К счастью, все было на своих местах.        — У меня и у Монки-я, — ответил он Шанксу. — Вчера еще тлела, а сейчас как новенькая. Указывает в сторону…        — Чего? Откуда взялся этот замок? — вдруг спохватился Зоро, заметив, куда смотрит оторопелый Ло. Сооружение из белого камня, чудовищно широкое и высокое, тянулось прямоугольными шпилями к небу прямо посреди леса. То ли возле водопада, то ли в другой стороне от лагеря — Зоро понятия не имел, ориентироваться на местности он за ночь стал ничуть не лучше.        — Как думаете, мог кто-то из ваших, ребятки, мечтать о подобном дворце? — Рэйли усмехнулся.       Только было Зоро вместе с Ло хотели упомянуть имя известной мугиварской любительницы всего богатого и прекрасного, как рядом послышали тихие шаги. Миленькая ватари, фигуристая и прелесная, как и все ватари на проклятом острове, смотрела на них, стоя между деревьев, и молча улыбалась. Ей будто бы хотелось что-то сказать, и в то же время, выражение лица ее то и дело выдавало испуг. Она не знала, что говорить и как ей быть: бежать к хозяину, чтобы сообщить о гостях, провести их всех в лагерь, усыпить или…        — Милые господа, все волнуются, что вас долго нет, давайте я вам помогу вернуться назад? — спросила она.        Шанкс ударил ее волей, даже глазом не моргнув. Это было самым разумным решением, как не посмотри, и Рэйли был полностью с ним солидарен. Закатив очаровательные глазки, ватари мгновенно потеряла сознание, пластом рухнув в траву.        — Отлично, — добродушно улыбнулся к Зоро Шанкс. — Вот сейчас мы у нее и спросим. И про замок, и про деревце, и про Нами-чан.       Рэйли закинул девушку на плечи, и спокойно пошел вслед за ним.