Нитью

Утро для Тины как обычно началось с тренировки. Хотя в квартире Балана не было зала, а возвращаться в дом певица не спешила, в зале можно было провести тренировку со своим весом, благо пространство позволяло. Утро Дана началось с трепетных поцелуев Тины, кофе на бегу и утренних пробок. Его команда репетировала с 11 утра, Тинина — с 15, ещё вчера они решили, что Тина подъедет к своей репетиции, а Дан дождется её и после этого они вместе поедут куда-то развеяться. По пути к павильону Балан переслушал песни, которые дал участником, выписал в блокнот всё, на что хотел обратить внимание при работе с ними сегодня и даже успел досмотреть свой последний сон. Репетиция шла на удивление быстро, но при этом тяжело для Дана: за последние дни он привык всегда ощущать рядом с собой Тину и её бесконечную энергию, сейчас же он был в павильоне один и каждую хоть относительно свободную секунду заглядывал в телефон в надежде увидеть какое-то сообщение от неё. Его не волновало ни то, что на сцене участники ждали его двухсотпроцентного внимания, ни косые взгляды Завы, ни то, что они с Тиной так и не обозначили статус своих отношений, просто хотел что-то от неё увидеть, а ещё лучше её. В это время Тина приготовила ужин, точнее наметила пару мест, откуда можно было бы в итоге заказать доставку, просмотрела записи со слепых прослушиваний своих участников, ещё раз выделила их сильные стороны и отправилась в павильон. Встречаться с Даном до репетиции не хотелось — ей сложно далась настройка на рабочий лад, не хотелось это потерять. Когда команды менялись, Дан и Тина буквально столкнулись на лестнице. — как твоя репетиция? — хорошо всё, только моей самой главной звезды не хватало — Катечка не приехала? — Тина, неожиданно для самой себя, включила режим «ревность» на максимум. — не смешно, рад тебя видеть очень, — Дан уже научился справляться с собой и иногда тормозить, — сейчас выберу окончательно планы на вечер и посплю в гримерке, — жаркая ночь не прошла бесследно — Дана не смог спасти даже литр кофе, заботливо принесенный помощницей из соседней кондитерской. Дан открыл ноутбук и, особо не думая, забронировал свой любимый домик на берегу озера, — там тихо и спокойно, при этом есть мангал и, что важнее, доезжает доставка. Проделав эти нехитрые манипуляции, он достал из шкафа плед и быстро уснул. Тина отдавалась работе на все 100%: бросив телефон где-то на кресле, народная летала по от сцены в зал и обратно, давала не столько вокальные, сколько личные наставления каждому из участников. Репетиция обещала закончится быстро, на удивление всех участников, наслышанных о полуторочасовых разговорах о смысле песни и призвании, последней репетировала пара Андрей и Гульназ, исполнявшие песню «Равнодушие». И если к Андрею у Тины вопросов не было, молодой человек быстро показал, на что он способен и был отпущен с репетиции, с Гульназ Тине пришлось не легко. — ты не должна петь песню про равнодушие с какой-то эмоцией. Рав-но-ду-ши-е, понимаешь? — Тина не теряла надежды объяснить ей это всё просто словами, хотя сам факт, что они уже пятый раз пытаются пройти один и тот же разговор, заставлял её в этом усомниться.

***

В это время Дан проснулся и, первым делом взяв в руки телефон, очень удивился времени на часах: было уже 10 вечера, а Тина его не разбудила, при этом не была в гримерке, а значит, всё ещё репетировала. Дан быстро убрал плед в шкаф и пошёл в сторону репетиционного зала. Встав совсем у входа, чтобы не нарушить процесс, до него доносились обрывки разговоров. — а как мне петь, если ты сама нас учишь петь про что-то? — Гульназ не понимала, как ей это сделать и была уже на грани истерики. — петь про равнодушие надо безэмоционально, вот представь, что человек тебя очень сильно ранил, ты это пережила и отпустила его без шанса на возвращение, ты поешь песни про счастье о счастье, песни про боль о… — речь Кароль прервал звонок телефона, она быстро пошла в сторону кресел и, увидев Дана в качестве звонившего, сбросила, ведь он знает, что она на работе. И как он сам не понимает? — песни про боль о боли, а песни про равнодушие о нём. Ты не должна обманывать зрителей, ты должна жить в этим на свои 3 минуты выступления, понимаешь? — не хочешь со мной говорить по телефону, я и так могу — Дан спустился с верхнего уровня зала и сел в своё кресло. — перерыв 5 минут, — бескомпромисно объявила Тина и пошла в сторону гримёрки, поманив Дана за собой. До гримёрки эти двое шли в полной тишине, но как только дверь закрылась за Даном, его было не остановить. — Тин, ты думаешь вообще, что творишь? Любить работу это прекрасно, но надо и себя тоже любить. Ты на репетиции с 15, в павильоне, зная тебя и твою нелюбовь к опозданиям, в лучшем случае с 14. Ты ела сегодня вообще? Это я молчу про то, что ты три дня назад буквально сползала по стенке в моей квартире от усталости и температуры. Не своди меня с ума, заканчивай работать! — Дан говорил это так быстро, что у Тины буквально не было возможности вставить хоть слово. — Ты же знаешь, что я не могу подвести ни себя, ни участников, хочешь — подожди в зале, мне не долго осталось. — Тин, ну что ты упертая такая, уже еле на ногах стоишь, я же люблю тебя, поэтому и забочусь, пойдем отсюда, пожалуйста, — аргументы Дана закончились. — лично я пошла отсюда репетировать, ты как хочешь, — Тина просто развернулась и вышла.

***

— Гульназ, ты поняла о чем мы с тобой говорили? — голос Тины был требовательным, но при этом по-родительски добрым. — если честно, нет, — девушка понимала, что отрицать правду не выйдет. — дай, пожалуйста, микрофон. Тина вышла на сцену, а Дан в это время незаметно ни для кого прошёл в зал и сел ждать певицу. — сыграй, пожалуста, Пупсик, — Тина на сцене была как рыба в воде. За ноль секунд сменив усталость на нужные эмоции, Кароль успешно шла от строчки к строчке и дошла до припева. Да, Да, Дан, люблю тебя! Да, Да, Дан, люблю тебя! Тина спела один припев и остановилась. — ты веришь тому, что я пою? — да, — девушка была под впечатлением и гадала, было это правдой или просто хорошим сценическим ходом. Лишь двое в зале знали правду. — а теперь смотри на свою песню, — Тина не любила петь композиции участников, всегда желала, чтобы участник сам себя нашёл, но понимала, что тут девушке нужна помощь. Слова «равнодушия» в исполнении Тины окутали льдом весь зал. После этого Гульназ исполнила песню исполнила песню ровно так, как хотела Тина. Закончив репетицию, Тина пошла в гримерку к Дану и, обнаружив лишь закрытую дверь, пошла к себе и расплакалась на диване. Подошедший через минуту Дан без слов опустился рядом и крепко обнял. — я думала, ты ушёл — я от тебя никуда не уйду, поехали отсюда, — Дан забрал Тинину сумку, забыв половину вещей на столе, помог ей одеться и через пару минут они уже оказались в машине. — а куда мы едем? — Тине было любопытно, что происходит, эмоциональные качели, на которых она летала, едва ли не опрежали скорость света: глаза, на которых несколько минут назад были слёзы, сейчас искрились от радости и любопытства. — увидишь, — Дан улыбался шире, чем чеширский кот, вёз показать своё место силы. Спустя полчаса попыток Тины узнать, что куда они всё-таки едут, машина припарковалась на берегу озера у домика. — он наш на ближайшие сутки! — тут очень красиво, это озеро, лес совсем близко, — Тину цепляли места природной силы. Дан этого не знал наверняка, но догадывался. Был бесконечно рад, что угадал. — ты ещё не видела самого главного, — взял за руку и повёл на мансардный этаж с панорманым окном и видом на звезды. Вошли в комнату и, упав на кровать, потерялись в этом бесконечном ночном небе.