Нитью

Сезон прошёл незаметно для Дана и Тины: оба жили проектом, музыкой и друг другом, в редкие общие выходные сбегали в ставший уже любимым домик на природе, который видел миллион ссор и примирений, слышал все новые песни участников и наставников, 100 звонков Орлову и даже застал приезд Вени. После очередного съемочного дня, озночавшего конец полуфиналов, герои снова поехали в этот домик. Устав от бесконечной череды дел последних дней, обоюдно решили для начала лечь спать. Проснувшись посреди ночи, Дан долго смотрел то на звезды сквозь свое окно, то на Тину, сладко посапывающую рядом. В какой-то момент его снежная королева начала вертеться из стороны в сторону. Балан попытался её успокоить, более плотно укрыв тяжеленным одеялом и нежно поглаживая, но он не имел власти перед чудовищем из её снов. Проведя ещё несколько минут в очень старательных, но бесполезных попытках вывести Кароль из этого состояния, не прерывая её сна, Дан сдался. — Тин, просыпайся, — не на шутку испугавшийся певец дергал её за плечо, но это было бесполезно, — Тина, вставай, — уже более грубо, тряся за плечи, Дан кричал на весь дом. Это помогло, что не могло его не радовать. — что? — народная бегала глазами по комнате, словно кого-то искала, — я спала же, зачем ты меня поднял? — зачем?! — улыбка на грани истерики, усмешка над самим собой и карии цвета ночи, пытающиеся найти ответы на вопросы в её океанах, — ты по кровати ворочалась так, что я боялся за тебя, говорила, что «уйдешь вместо меня», только вот куда? — я тебя разбудила, прости — перебила Тина, не желая больше слушать о том, что Балан успел понять. — нет, я уже давно не спал и любовался тобой, так тебе что снилось, солнце? — в его вопросе была граничащая с детской наивность и желание спасти от всего мира и всех монстров. — да так, ничего, — взгляд на руки, нежно-грубый. Рассказать ему? Не в этой жизни.

***

Тина стоит в центре свадебного салона в центре Киева. Смотрит уже десятое платье, но всё никак не найдёт то самое. Дан терпеливо ждёт и оценивает каждое, не то чтобы разбирается в моде, но даёт неисчислимое количество поддержки просто находясь рядом. Надевает платье до ужаса напоминающее её первое. Выходит в нём к Дану и ждёт его мнения. В тот момент, когда Балан готов что-то сказать на молчаливое «ну что?» в её глазах, дверь салона открывается и входит Женя. — ну здравствуй, это я, — Женя стоит и смотрит как ни в чём не бывало, а Дан молча смотрит на них по очереди, явно давая понять, что это не его история и он ничего не скажет. — привет, Жень. я скучаю. Венька большой уже совсем стал. Я сцену не бросила, как тебе и обещала, — Тина пыталась за минимальное количество времени пересказать все те годы, что он пропустил. — я всё знаю, Тиночка, — это имя его голосом резало её без ножа даже во сне, — я чего пришёл — ты хочешь со мной пойти или с ним тут останешься? Я тебя всегда жду. — я не хочу к тебе, не могу, как Веня тут один будет? — мысли в голове Тины сменяли одна другую бесконечной каруселью, но через пару бесконечно долгих секунд тишины её глаза заблестели так, как блестят когда она придумывает какой-то гениальный сценический ход, — давай я уйду вместо тебя, а ты тут за Венькой присмотришь. — нет, Тиночка, так нельзя. Ты тогда оставайся, а я пойду, — Женя направился к дверям. — нет, нет, нет, нет такого «нельзя», кто его придумал? кто это сказал? я хочу уйти вместо тебя, я уйду вместо тебя, я же сильная, я смогу — кричала так, будто завтра голос отнимут вместе с жизнью. Не понимала, что это сон, и пыталась достучаться до всех богов. В этот момент Дан разбудил. Забрал. Забрал у него. Рассказть ему об этом? Точно не в этой жизни.