Теперь миром правят омеги

— А он давольно таки ничего, симпатичный и подтянутый… — Тэхен, только не говори, что влюбился в этого… альфу? — последнее слово было выброшенно с явной ненавистью. Чимин переодевался возле шкафа при этом посмотрел на друга с прищуром через зеркало. — О какой любви может идти речь Чимин? — возмутился обняв свою любимую подушку в форме сердца лёжа на своей кровати. — Из-за того что мы истинные меня тянет к нему. Это все гребанные инстинкты, — фырчит наблюдая за другом. — Куда? — Что куда? — хмурится непонимая. — Куда ты собрался? — Иду развеяться, — лицо Пака мрачннет, он сжимает губы в полоску собирая свои волосы на резинку. — Опять ты к нему? — сразу понимает в чем дело Ким и поднимается с кровати подходит к тумбочке достоет из неё глок проверяя магазин. — Не опять, а снова. Он заплатит за все что он сделал, — сжимая кулаки прошипел блондин сквозь зубы смотря на себя в зеркало подмечая, что в гневе он выглядит устрашающе, переведя взгляд он заметил как Тэхён наполнял оружие патронами. — Может мне с тобой пойти? — спросил прекрасная зная ответ. — Не стоит. — Ладно, ты когда приедешь? — Ким закрыв магазин глока поставил его на предохранитель и протянул его другу. — Спасибо, — поблагодарил за оружие засунув в кобуру. — Поздно, можешь не ждать, — направился к двери и надел свои массивные ботинки. — Сегодня Джин будет звонить, прикрыть? — Да, — Пак потянулся к другу и заключил его в свои объятия, спасибо Тэ. — Будь осторожен, — прижал к себе Чимина который давно стал для него братом. Только вдвоем и с Джином они могли снять маски тиранов. Они все знали друг о друге, и всегда поддерживали, только друг другу могли показывать себя настоящих слабых, истерзанных прошлым и жаждущих любви. Ведь они все-таки омеги, ранимые, и слабые в душе. Они давно научились носить «маски» безразличия, научились быть жестокими. Все мечты и чувства омеги скрывали глубоко внутри. Никто из них не любил показывать слабину или хоть какое-то чувство которое может привести к слабости. Особенно они не любили показывать их перед альфами.

***

— Рядовой Мин, через пять минут должен стоять внизу с зубной щеткой. Послышался за дверью голос. — Бляяя! Пиздец! Только этого не хватало, в моей насыщенной и такой разнообразной жизни, — возмущаясь во всю комнату он направился в ванную, за единственной вещичкой. — Что я сделал этой омеге? Вроде стоишь себе вполне нормально, никого не трогаешь и самое главное не ебешь! Но тут не фига себе, я должен чистить эти драные туалеты. — все не унимался «плеваться ядом» Юнги. — Хен не злись! Я тебе тоже помогу и мы закончим за два счета. — откуда не возьмись появился младший со своей помощью. Из-за чего Мин посмотрел на него прищурившись пытаясь уловить подвох. Сверля его взглядом некоторое время так и не найдя ничего такого, он спросил напрямую. — В чем подвох, мелкий засранец? — О чем ты хён? — в недоумении спросил младший. — Не притворяйся что не понимаешь меня, зубастая ты крыса! — начал сильно раздражаться, прекрасно зная, что брат опять что-то придумал. — Ты не договариваешь. — Я тебе тут помочь хочу, а ты балбесина меня крысой обзываешь! — складывая руки на груди, закатывая глаза фыркнул Чон. — Так уж и быть, сам мой свои туалеты. — он развернулся и зашагал обратно в комнату. — То есть, ты реально хочешь помочь? — на вопрос ответа он так и не получил. — Стой Гуки, милый, мой хорошенький братик. Ты у меня такой лучший брат на свете, я никогда тебя ни на что тебя не променяю, — схватил брата и начинал обнимать, с явным трудом проговаривая эти слова. — Подлиза! — буркнул младший. — Ну так что, предложение о помощи, еще в силе? — спросил Юнги сжимая брата в свои медвежьи (хотя кого я обманываю) ежёво-колюче-каменные объятия. От которой только мурашки и судороги по коже. — Конечно хён! Только вот давай обойдемся без твоих объятий. — Хорошо! — быстро отстранился и с облегчением выдохнул. — Спасибо Чонгук, я от тебя помощи не ожидал. — искренне поблагодарил. — Ты лучший.

***

— Ты ужасный кретин во всей вселенной, Чонгук! Идиот! Сидишь и насмехаешься хотя заверял что поможешь! — возмущению Мина нет конца он с обреченным лицом протянул свою щетку к унитазу и начал мыть противный налет. Его мягко говоря обвели вокруг пальца. — Хен я говорил что помогу, но не сказал же что физически! Я пришел помогать морально. — садясь за стул возле двери чтобы до него доходил более свежий воздух. Чонгук как нивчем не бывало, начал кричать кричалку. — Туалеты тебе ни почем, Все очистишь ты бучком. Чистота из унитаза, Аромат из этого таза. Зубная щетка у тебя, Ведь в умелых руках она. Очистив все тут на бело, С Тони Старком сравнился ты легко. А как зовут тут нашего героя? Что целую ночь унитазы мыл, И свою щетку погубил. Это красавец, предупреждаю мой хен! И зовут его Юнги~хен! — Йу! — Эн! — Гэ! — энд И! — Юнги! Юнги! Юнги! Вперед! — Ах ты! Засранец я тебе задницу надеру! — крикнул красный от злости Мин. Мало того что Юнги мыл туалеты под присмотром майора, так еще и этот мелкий своей кричалкой «поддерживал» его. Даже когда он ему пришлось надеть костюм горничной он не чувствовал себя настолько опозоренной как сейчас. Мин продолжал мыть этот сраный в буквальном смысле унитаз под дикий ржач. Искренне не понимая за какие заслуги ему такой брат.

***

Чимин вздохнул прохладный пыльный воздух и большими шагами направился к зданию базы. Она состояла из двенадцати этажей вмещая большое количество альф. Везде были камеры, буквально везде каждый шаг был зафиксирован, а вдох записан. Альфы зараженные вирусом опасны, а найти их очень трудно и рискованно, именно поэтому за ними постоянно наблюдали. Пак зашел в здание через черный вход, активировал скрытый лифт при помощи кольца на указательном пальце. Лифт начал спускаться в низ под землю и когда двери открылись омега медленным шагом сворачивал на коридорах и поворотах. Перед ним появилась большая и железная дверь, рядом с которым стояли альфы с оружием. — Разбудите их, — холодно приказал Чимин. Альфы открыли дверь, омега зашел в черную пустоту, а вместе с ним и альфы они включили свет при помощи устройств в виде часов. В комнате можно было увидеть четырех альф с сединой они спящие были прикованы к стульям Один из альф стоящий возле командира нажал на кнопку в своём устройстве после чего прикованных начало пробивать током. Заключенные едва издавали хрипы и сильно тряслись. После сигнала Чимина пытка временно прекратилась. — Я снова пришел тебя навестить папа, — прорычал последнее слово командир и оскалился, вгоняя заключенных в ужас.