Теперь миром правят омеги

— Как обстоят дела? — на плечо унылого Кима, что сидит рядом с операционной, падает маленькая но такая братская рука. — Дело дрянь, — вздыхает и нервозно растрепывает волосы поднимая взгляд на Пака. — Субин потерял литр крови, потеряй он еще пол литра скончался бы. Хорошо хоть группа крови была четвертой. Сразу же перелили и пулю вытащили. Ранение не серьезное но в связи с тем, что он потерял столько крови организм знатно ослаб. — Так обошлось ведь. — успокаивающе обнимает Тэхена, пока тот в объятиях начинает беззвучно плакать. — Не обошлось. Трое погибли. Один скончался, там на поле, а другие были на волоске от смерти. Пять часов операции, и все зря, — омега не выдерживает громкого всхлипа, что эхом разносится по пустым коридорам. — Хен, — Тэхен только в самых критических ситуациях называл Чимина «хеном». — Они ведь были нормальными, они бы точно прошли проверку и начали бы новую жизнь. Ведь пришли сюда для новой жизни, терпели все наши издевательства лишь для того чтобы все начать с чистого листа. Я всегда слышал как многие альфы в особенности они, разговаривали когда обедали, они мечтали. Представляешь? Они хотели начать новую жизнь, найти свою половинку и обзавестись семьей. Хотели играться со своими детьми омежками и альфочками. Хотели любить и быть счастливыми. Ты бы слышал как они радостно об этом рассказывали. Но… они .как же так хен? — Тэхен всей силой жмется к плечу Пака, пытаясь хоть как-то забыться, пока сам блондин закусывает губу и глотает слезы. — А Чонгук? — с трудом не разревевшись спрашивает Пак. — Он в операционной со вчерашнего дня. Чанель не говорит что происходит. Лишь медсестры оповещают что все сложно. Хен, а что если он не… . — С ним все будет в порядке, — настойчиво произносит Чимин перебивая рыдающую омегу. — С ним все будет хорошо. Вот увидишь он снова начнет бесить всем своим видом, а ты снова будешь гонять его по всему полю, пока он влюбленными глазами будет кидать сердечки. Тэхен улыбается и слегка успокаивается. Между омегами наступает тишина, что приносит обоим умиротворение. — Он защитил меня, — Ким вспоминает как Чон оттолкнул его от летящей пули принимая ее на себя. В душе становится слегка тепло. Гук его защитил и спас, альфа поставил жизнь омеги на первое место, после своего. Омега не выдерживает улыбки. — Представляешь, мой альфа спас меня! Он… Блондин дальше не вслушивается. Ведь эти слова душат Пака совестью. По лицу беспрерывно начинают кататься слезинки. И в голове столько ненависти к себе, столько страхов и вопросов; «Чтобы случилось не спаси Чонгук Тэхена?»; «Чтобы случилось если-бы он не успел?»; «И чтобы случилось потеряй он Тэхена?»; «Что случиться с Тэхеном если его истинный умрет?» — об этом даже страшно думать. — Тэхен, прости меня. Если-бы не моя месть которая застелила мои глаза, этого бы не случилось. Не было бы погибших и раненных, и ты не волновался бы за Чонгука. Это все моя вина. Прости. Тэхен отстраняется, удивленно смотря на заплаканное лицо Чимина и стирает дорожки слез с лица. — Мини, в этом нет твоей вины. Ты не виноват в том, что Суджин сбежал, и ты не виноват в том, что он такая мразь. Так что не говори так. Хорошо? Дождавшись кивка Тэхен поддерживающе обнимает Чимина и переводя тему спрашивает. — А у самого то как дела? — Да так, головная боль. — вздыхая переводит взгляд на двери операционной, Паку стыдно смотреть в глаза русоволосого. — Выяснилось, что они давно устраивали побег. Пришлось отправлять отчет в министерство. Двери операционной открываются и оттуда выходит Чанель непельтриан и сообщает такие, о том что все прошло успешно. От этого Тэхен кидается к Чимину в объятия и не сдерживает слёз счастья. Успокоившись решает задать вопрос: — Ёль, а можно к нему? Пожалуйста…— тянет расширяя глаза. Хотя знает, что пока нельзя. — Нет Тэхен, и твой шрековый взгляд на меня не действует, — усмехается старший Пак. — Вообще-то это взгляд кота в сопогах, — бурчит Ким. — Шрек или кот, какая разница? — непельтриан не дает возможности возмутится и продолжает. — Вечером можешь навестить, хотя нет. Не так. Ты должен прийти к нему, — настойчиво произносит. — Чем чаще ты будешь с ним, тем быстрее он выздоровит. Меня до сих пор поражает эта ваша земная истинность, — строит удивленное лицо но не дает омегам и слово вставить. — А сейчас дамы, прошу меня простить, у меня сейчас законный отдых с моим омегой Хоупи. Дальше непельтриан радостно идет вприпрыжку, пока его хвост виляет из стороны в сторону радуясь предстоящей встрече с любимым. — Знаешь Чим, он похож на двухметровую фею. — По нему и не скажешь, что он скоро пятый десяток жизни перескочет.

***

В дверь стучат, и в проеме появляется блондинистая макушка. — Джин хен, привет. Можно с тобой поговорить? Ты это… свободен? Если нет я пойду. Не то чтобы дело было серьезное. Если ты все еще обижен, я пойму. Можешь ничего не говорить если не хочешь разговаривать. Я бы и сам с собой не разговаривал. Так что… — Чимин можешь заходить, — старший прерывает бормотание младшего, рукой куказывает на стул рядом. Чимин успокаивается, вздыхая заходит в комнату. Джин сидел за книжным столом и читал какую-то книгу. Младший мнется но все же садится на кресло напротив. Они сидят несколько минут в тишине, из-за чего старший не выдерживает и кладет книгу на стол вместе с очками. — Так о чем ты хотел поговорить? — Хен, я хотел попросить прощения, — замечая пристальный и серьезный взгляд он сильнее мнется, начиная разглядывать свои потеющие от волнения ладони. — Прости, что делал все, что вздумается не советуясь с тобой. Я понял свою ошибку. Так что не обижайся на меня, — Чимин нервно закусывает губу и поднимает глаза встречаясь взглядами. После нескольких секунд размышлений Джин вздыхает и смягчается во взгляде. — Я не обижен Чимин. Просто слегка рассержен, — старший улыбается. — Не волнуйся, хорошо, что все обошлось. «Обошлось»? Разве все хорошо обошлось? Все ведь плохо, — мысли душат, Чимин задыхается и вновь утопает в этом вязком болоте. — Чимин ты плачешь? — старший взолнованно подходит к младшему чей взгляд устремлен в одну точку. — Малыш, что случилось? Тепло исходящее из Кима вытаскивает Пака из своих мыслей. Он таким жалостливым взглядом смотрит в глаза напротив. Этот взгляд Джин узнает из тысячи, такой жалостливый, ломающийся. И слова «Это я виноват» выходящие из уст младшего подтверждают всего его опасения. — Я во всем виноват… — Чимин, ты не виноват, — загребает младшего в свои обьятия, не забывая успокаивающе шептать. — Я ведь убил невинных… — Мини, ты в этом не виноват. Ты ведь не знал, что он сбежит. Не вини себя. Все что делается — к лучшему. — Но хен… — Ответь, это ты убил их? — Нет, — заминаясь отвечает младший шмыгая. — Ты ведь наоборот пытался спасти их. Ведь так? — Ким улыбается чтобы успокоить и помочь. — Так. — Тогда как ты можешь в этом быть виновным? Ты ведь милая лапочка, что и мухи не обидит, — младший слегка задумавшись спрашивает. — Ты и в правду так думаешь? — Про то, что ты лапочка? Конечно. — Да нет же. Про то, что я в этом не виноват. Ты и вправду так думаешь? — Я не думаю, я знаю. В этом нет твоей вины. Так что вытри свои сопли и будь мужиком Чимин, — Пак не обращая внимания на шуточки лишь сильнее обнимает старшего за шею. — Спасибо хен. — Люблю тебя, Мини. — Джин улыбается и также обнимает младшего понимая, что он сильно соскучился по нему и его объятиям. И только через несколько минут они отстранились. — Кстати, где Тэхен? Я его со вчерашнего дня не видел. — А он рядом со своим альфой. — Как это с альфой? И кто же он? Почему я об этом узнаю только сейчас? Почему вы скрываете от меня такие важные вещи?! Я вам кто… Кажется разговор затянется на долгое время.

***

Омега сидит в палате Чонгука рядом с кроватью и всматривается в красивые черты альфы. Чонгук красив, Тэхен заметил это еще в самом начале. Но сейчас он выглядит как-то по другому. Сейчас он кажется красивее и куда роднее. Все потому что Ким начинает доверять уже своему альфе, и симпатию которую испытывал с самого начала он наконец таки принял — Я думал что ты будешь плакать и говорить, что я не должен был принимать пулю на себя. Думал, что скажешь о том как любишь меня и готов сделать все, что угодно сделать лишь бы я очнулся. После я бы проснулся, ты бы сначала меня побил, и лишь после мы бы поцеловались. Но ты этого не сделал, — укоризненно размышляет смотря в белый потолок. Альфа, явно ждал банальной сценки, что происходит во всех дорамах. — Какой же ты злыдень, — бурчит Чон. На это лишь Ким весело хмыкает, чем сильнее обижает альфу. — Любишь смотреть сопливые дорамы? — риторически задает вопрос. — Не люблю дорамы, мне по душе ужасы. Так что прости, единственное, что могу сделать выйти из-под кровати и напугать, — насмешливо произносит омега, а альфа лишь сильнее щурится. — А поцелуй благодарности? — альфа вытягивает губы уточкой. — Боже ну и как перед тобой устоять? — Тэхен наиграно вздыхает и поддается. Омега поддается и их губы соприкасаются, мягко и нежно. У Чонгука губы сухие и шершавые но целовать их так классно. В особенности классно когда альфа вылизывает его губы и проскальзывает между ними. Чонгук ластится запуская ладонь в волосы омеги притягивает ближе. Все слишком прекрасно, губы у омеги сладкие и пухлые, а пирсинг только улучшает поцелуй. Вылизывать колечко и вместе с ним оттягивать губы кайфово. — Кажется у тебя началась течка. — вдыхает в губы Чонгук, пристально разглядывая затуманенные глаза. Тэхен только сейчас замечает яркий запах бананового молока, от которого Чон чуть с ума не сходит. — А у тебя жар. — таким же томным вдохом отвечает Ким. Как некстати.