Почему ты ушла?

      Прошедшие дни пролетели незаметно. Почти три субботы назад он собирался навестить семью. Собирался, пока в его жизни не появились Эйден и Джо. Семья — они еще не знают о переменах, что произошли в его жизни. И как ему сказать это он не знал…       Первое утро было сложным. Но терпимым. Джордан, как и обещал, прибыл еще до пробуждения близнецов, а вот вечер был тревожным. Джорджия после ухода Ли не выходила из комнаты. Эйден, бедный мальчик, метался между желанием быть с сестрой и узнать лучше своего отца…       Джордж же не знал как подступиться к ним. Все эти дни они «играли в прятки» если так можно выразиться. Если Эйден еще хоть как-то шел на контакт, то Джорджия просиживала фактически безвылазно в своей комнате. Лишь иногда покидая ее в паре с Эйденом пропадая в магазине. И любой начавшийся разговор она стойко решила игнорировать. Хотя на людях девочка держат нейтралитет. Она даже, о чудо! Иногда отвечает на вопросы Джорджа, но только на людях. Нет конечно с Эйденом и Ли она могла позволить себе даже шутить.       Да даже Лиса, нашла хоть какой-то подход к его дочери, правда девушке доставалось, близнецам удалось несколько раз подсыпать продукцию их магазина ей в чай или не чай, а бедная девушка не догадываюсь спокойно выпив получила очень оригинальный цвет кожи или заячьи уши, или пушистый хвост или… В общем свою кружку Лис теперь бережет пуще глаза своего. И с опаской оглядывается всякий раз когда Эйден или Джо находятся в зоне видимости…        И находясь сейчас в кафе мужчина наблюдал за детьми: Джо, как обычно, не поднимая взгляда от тарелки, ковырялась в ее содержимом. Эйден тоже был тих. Это не вселяло надежду в душу Джорджа. Обычно мальчик более добродушен к нему.       Утром Молли вновь прислала приглашение на сегодняшний обед. Упомянула, что будет все за исключением Гарри он уехал по делам во Францию. Однако будет Джинни с детьми, как она просила передать очень, соскучилась по «дядюшке Джорджу» который скрывается у себя в магазине, а добрый папа не разрешает таким милым мальчикам посетить так любимый ими магазин. Правда Молли не забыла добавить, что Джинни передала — милые мальчики наказаны, Поттером, за не очень хорошую шутку над Лили. Молли писала что сегодня наконец в кои-то веки из своего заповедника вырвался Чарльз, также Рон обещает быть, а еще Билл с семьей. И еще не будет Перси тот как обычно завален делами министерства, а жена и дочерьми уехали к семье Одри.       А стоит ли идти сегодня в Нору, когда там соберется вся семья? Задумался Джордж. Он не уверен. Один пойти он не может, а брать неподготовленный детей к родне, это испытание будет тяжелой ношей для близнецов. Нет. Он поднимется сейчас в квартиру, напишет о том что не сможет прийти сегодня на обед. Напишет, что у него возникло дело. Если это возможно он будет в Норе завтра, ему бы хотелось чтобы родители были дома, у него есть разговор. Отошлет пергамент с Ноксом. И довольная птица быстро исчезнет. А затем вернутся с ответом, что конечно, они будут ждать сына. И они надеются, что с ним с Джорджем, все в порядке…       — Эйден, Джо… — мужчина слегка постучал по кружки пальцем, привлекая внимания детей. — Я бы хотел завтра представить вас двоих своим родителям. Это можно было бы сделать сегодня, но вечером там будет много людей и боюсь встреча с вашей новой родней… Будет утомительной для вас… Признаюсь и для меня тоже… Однако ваше существование я думаю скрывать не имеет смысла. Они все равно узнают. Но пусть ваше знакомство с моей многочисленной родней ограничится сначала с Артуром и Молли…       — Что ж я не против, — первым высказал свое мнение Эйден. В его глазах играло любопытно. Смотря на сына он видел перед глазами его мать. Как он похож на нее… Мальчик тем временем продолжил:       — Мне всегда хотелось познакомиться с вашими родителями. Мама много рассказывала о них. Говорила, что они удивительные люди. Я же, хотел узнать, правда это или нет. — мальчишка вдруг подмигнул Джорджу, вызвав у последнего улыбку. Мужчина потрепал его по волосам. Эйден же вывернулся от руки отца, лукаво смотря на него. Но затем улыбка сошла с его лица, когда он взглянул на сестру. — Джо… — тихо прошептал мальчик…       — Я… — начала было Джорджия, но прикусила язык. А так хотелось съязвить. Но видя напротив брата, который всегда хотел быть частью большой семьи, и желал этого всем сердцем (девочки же хватало только его и матери и пожалуй крестного). И вот ей стало стыдно перед братом. И пора было хотя бы попытаться сдерживать себя ради Эйдена, ведь он всегда был на ее стороне. И если это нужно ему, Джорджия Эйвери встанет на его сторону, ведь этого знакомства все равно не избежать…       — Я тоже согласна… — тихо произнесла девочка. Этого, похоже не ожидал не только Джордж, но и Эйден. Так как, он смотрел на свою сестру с подозрением. Джордж видел это. Похоже упрямая девочка, пошла навстречу брату. Может это путь к началу. К тому же Молли всегда умела наладить общий язык с детьми, он же это умение похоже утратил. Ведь как объяснить, что с близнецами у него за эти дни редко выходил нормальный разговор…

***

      Как только первые лучи восходящего солнца коснулись крыш Косого Переулка Джордж заглянул в комнату где мирно спали близнецы. Мужчина плотнее задернул шторы, чтобы дети могли поспать подольше. Ему на руку было, что Эйден и Джо, как впрочем и он, не были любителями ранних подъемов. Он надеялся, что когда он вернется из Норы, они еще будут спать. Вчера еще перед тем как заснуть, решил — сначала разговор с родителями затем он вернется сюда в квартиру и возьмет детей в отчий дом.       Его ранний визит не удивит отца и мать, так как Молли всю жизнь, сколько он помнит себя, вставала едва солнце поднималось. Немудрено — привести дом в порядок, приготовить завтрак на большую семью пока все спят, а там и отец возвращался с дежурства… Да и сейчас ничего не изменилось, только дети выпорхнули из дома, словно из гнезда — правда один из которых потерялся на веке… А привычка ранних подъемов осталась. Джордж решил не аппарировать из дома боясь потревожить чуткий сон детей, за дверью магазина он никого не побеспокоит, особенно в такой ранний час. Но как известно планы иногда меняются в независимости от нашего на то желания…       — Прости… Я без предупреждения…  — Рон ели держался за косяк, входной двери магазина. Лицо молодого мужчины было в мелких царапинах его мантия была пыльной, в некоторых местах рваной, через прорезы которой проступала кровь. Рон сделал неуверенный шаг через порог и силы покинули его, благо Джордж успел подхватить, прежде чем тот мог упасть. — Я представляю жалкое зрелище, да? — на краю сознания спросил, младший брат Джорджа…       Не первый раз, Рон появляется в его доме в подобном состоянии. Он и Гарри находили приют здесь, когда могли добраться сюда сами. «Тогда их срочно отправляли в командировку» — такая легенда была для семьи. И Джордж понимал желание брата, быть здесь: живет он один, по крайней мере жил, некоторое время назад, и держать язык за зубами может.       Джордж опустил младшего брата на кровать, а сам чуть ли не бегом направился в свою комнату, за зельем которое приведет в чувство последнего. Мужчина был хорош в изготовлении различного зелья. Однажды мадам Помфри предложила ему стать медиком. Мало кто знал, а он был ее учеником. Ведь это Джордж всегда колдовал над всевозможными болячками их с Фредом, скрывая от матери, чтобы Молли меньше беспокоилась за них. И как знать если бы не их желание открыть этот магазин может он стал бы колдомедиком… Звучит невероятно, но он подумывал об этом. Мужчина глянул на свое отражение в отполированной поверхности шкафа, когда дверца закрылась. Ну что ж в некотором роде его «мечта» сбылась Рон и Гарри регулярно проходили лечение под его контролем. Мужчина поднял на уровень глаз один из выбранных им флаконов, по направлению к свету, встряхнул убедившись, что зелье пригодно для употребления.       И поспешил, вернулся в комнату где оставил брата — в комнату где когда-то жил Фред… Закрыв глаза он присел на край кровати где без сознания лежал Рон. Что же на этот раз случилось с тобой — малыш Ронни? Мужчина аккуратно влил зелье в рот брату, и пока тот не пришел в себя начал обрабатывать царапины на его лице, а затем избавил от порванной мантии и принялся за более глубокие раны на теле брата. Он многое узнал о ремесле медиков с тех пор как покинул Хогвартс… И его знаний было достаточно, чтобы понять, жизни Рона уже не угрожает опасность. Правда понял он это только сейчас, а вот когда увидел его на пороге магазина — бледного перепачканного кровью и пылью — у Джорджа были сомнения на этот счет…       — Нашей матери не стоит видеть меня в таком виде… Как ты считаешь? — хрипло прозвучал голос Рона, в тишине этой комнаты. Сознание наконец вернулось к нему, но говорил он с паузами и глаза все еще были закрыты. — И я не мог появиться на пороге дома Джинни… А окажись я в Мунго, матушка непременно бы узнала, что я сейчас в таком потрепанном состоянии… Меня так резко сегодня вызвали… Буквально из-за стола… Гарри ведь нет… А я его заместитель… Кто ж знал на что мы наткнемся… Родители… Я не хочу тревожить… — он наконец взглянул на брата, пристально ища в них одобрение. Он так часто искал поддержку, в лице старших братьев, в детстве. А они глупцы только подначивали его и со временем он научился прятать этот взгляд. Но иногда, на пороге боли, он вновь искал подтверждение в глазах окружающих, что поступил правильно, превращаясь снова в маленького мальчика ищущего поддержку… Но боль уходила и уверенность вновь росла в его сердце.       — А я вчера с такой девушкой познакомился… Хотел на свидание позвать… А теперь глянь, какой я красавец… — Рон засмеялся, а затем его смех оборвался кашлем… — Я кажется ребро повредил… Эй Джордж, а я случаем не нарушил твои планы? Как я понял по твоему виду ты собирался куда-то… Когда, скажем так, я свалился на твою голову? — зелье начало уже действовать активнее и к Рону начала возвращаться прежняя наблюдательность. Но когда это Ронни стал таким проницательным? Кажется он забыл что сейчас перед ним уже не малыш Ронни, а мужчина который через многое в своей жизни прошел, тот кто выточил свой характер. Рон блестящий аврор, сейчас даже он это признает. В такие моменты ему становится не по себе. Слишком серьезен становился взгляд голубых глаз.       — Можно сказать и так… — Джордж пододвинул кресло ближе к кровати, но прежде чем сесть, помог брату удобнее устроиться на ней. Рон принял сидячее положение и благодарно кивнул, когда Джордж поднял его подушку, опускаясь на нее приготовившись слушать…       — Признаться я хотел навестить родителей. Но думаю будут лучше если ты узнаешь первым… Объявилась Гермиона… — взгляд Рона стал удивленным…       — Гермиона? Как? Где она? — Рон поднялся, собираясь встать, однако Джордж остановил его положив руку на плечо и тем самым заставляя того принять прежнее положение. Продолжил:       — Ее здесь нет. К сожалению… — как-то обреченно произнес Джордж…       — Братец Ронни… — и мужчина начал рассказывать, что с ним произошло в последние дни. Рассказал: как он собирался несколько недель назад «на обед в Нору», как на пороге его дома появился Ли, как отдал ему письмо Гермионы. — Ли он знал где она, понимаешь… — не унимался Джордж. Рассказал, что Гермиона взяла «Непреложный обет» с Джордана. Было видно мужчина не понимал ее, да и Рон опешил от поступка лучшей подруги. Еще он рассказал о двух детях, которые спят в старой комнате Гермионы и что он не знает что ему делать… Они смотрят на него как на врага, а он удивительно, но кажется привязался к ним… А ему предстоит еще не один подобный разговор…       «Братец Ронни»… Как давно Рон не слышал это свое прозвище. Наверное в прошлой, теперь уже жизни, когда Фред еще был жив, когда Джордж улыбался иначе… Джордж редко делился с младшим братом самым сокровенным, для этого у него был когда-то Фред и Джордан. Хотя за последние годы они и стали ближе, он не часто, вот так откровенно, затравленно, что-ли говорил с Роном… и «Братец Ронни» — шепот отчаяния…       

***

      — Эй Лис, у меня в квартире Рон, он сейчас спит, а меня сегодня не будет, вернее нас не будет — Джордж указал взглядом на ожидающих его близнецов и продолжил:       — Не могла бы временами подниматься в квартиру, и проверять все ли с ним в порядке? Его потрепало вчера, а я беспокоюсь о нем, он может хорохориться, не доверяй ему. Все необходимое в его комнате. Если что дай знать письмом с Ноксом, быстрее него еще не рождалось птицы, правда думаю это только когда он летит в Нору… И еще, если вдруг, нагрянут мои родственники… Рона, ты не видела. Исключение Гарри… — маленькая проказница, уже однажды видела его младшего брата, после одной перепалки с недобитыми отголосками прежних последователей Волан-де-Морта. Их остались единицы, у них не было той власти и силы, многих уже упрятали в Азкабан. Но встречались те кто желал мести. Среди них были и очень серьезные противники… На которых иногда выходили Авроры. В числе которых был Рон…       — Не беспокойтесь мистер Уизли. — мужчина облокотился на стойку за которой стояло Лис, и выразительно поднял одну бровь. — Джордж… — поправила себя девушка…       — Отлично. — и мужчина скрылся за большими дверьми вместе с близнецами…

***

      «Ну вот, назад пути нет» — мелькнуло в голове Джорджа, когда до дома, в котором он вырос, остались считанные шаги. Где-то поблизости, отметил про себя мужчина, притаился гном. Как увлекательную было их «спроваживать» куда подальше. Джордж оглянулся на освещенную солнцем округу. Вот очередное облако скрыло часть яркого солнца и кусок дороги на котором находится и он с детьми погрузился «во мрак», но Нора и сад за ней, были погружены в яркий свет. И вот уже и их накрыло яркими лучами…       Кто-то прикоснулся к ладони. Сын, Джордж опустил взгляд на Эйдена, все в порядке, кивнул ему, отворяя дверь. И они вошли в дом. Как он и предполагал матушка копошилась на кухне и оттуда доносился запах выпечки и слышался ее голос, что напевал любимый мотив. В доме вновь он почувствовал прежнее тепло, он не находил его много лет. Прошло время, ему стало здесь заметно легче дышать, но тепла как в далеком детстве он не ощущал… Вдруг тень промелькнула около дивана, он услышал знакомый голос:       — Джорджи! Догоняй, чего застыл как вкопанный? Джинни, что ты негодница, сделала с моим близнецом? — мальчишка поднял на руки озадаченную девочку.       — Не знаю Фред, это не я или… — начала было девочка, чуть не плача…       — Эй тише, тише, ты ж теперь настоящая волшебница Джинни! Самая настоящая! А Джордж ему полезно! Отдохнет хоть, глянь какой он забавный… — Фред закружил сестренку на руках, и у той высохли слезы, смех заполнил гостиную Норы, как яркие лучи июльского солнца… —  Мама у нас тут проблема на рисовалась!       — Что вы опять сорванцы учудили?! Фред, Джордж?! — в гостиную вошла Молли обтряхивая руки от муки… — Джордж, что ты сделал с Фредом? Или?       — Или! Фред я, мам. И к тому же это не я… Это Джинни! — Фред подкинул на руках девочку. — Мама наша Джи, настоящая волшебница! Это она, я сам не понял как?! Мы бегали, а потом Джордж замер! Вот… — взгляд из-под бровей, с опаской Фред поглядывал на мать, боясь, что не поверит, но нет Молли не поставила под сомнения слова сына, достала волшебную палочку и сняла оцепенение с Джорджа, тот рухнул на ковер.       — Ну спасибо Джи! — невнятно пробормотал мальчик, не поднимая головы…       Воспоминания… Руки опустилась на плечи сначала Эйдена, а затем и Джорджии прижимая их ближе к себе и мужчина присел. Усмехнувшись своей внезапной слабости. Их присутствие еще не обнаружили, это радовало.       — Пап? — прошептал обеспокоенно мальчик смотря тому в глаза. Рука прикоснулась к его лбу, проверяя нет ли у отца жара… — С тобой все в порядке? Ты странный…       — В порядке… — Джордж поднялся, приглаживая волосы, увидев сомнения в глазах мальчика, добавил:       — Правда. Со мной все…       — Джордж, мой мальчик, это ты? — послышался голос матери из кухни. И через мгновение показалась Молли, такая же, как в он помнил ее в детстве только волосы утратили былую яркость да морщинок прибавилось. Женщина отряхнула муку с рук об фартук и потянулась к сыну, но остановилась увидев за спиной притаившихся близнецов…       — Фредди… Джорджи… Как… — одними губами прошептала женщина и прикрывая ладонью губы.       — Да мама… — грустно улыбнулся мужчина положив руку ей на плечо, но передумал и притянул женщину в объятья зарываясь лицом ей в плечо и шепотом произнес у самого уха. — Они так похожи на нас… Я после все объясню… Мужчина отстранился от матери в глазах читалось, обещание…       — Мама это Эйден Льюис Грейнджер, мой сын. — обернулся к близнецам Джордж и жестом прося мальчика подойти, тот послушался, кивнул женщине улыбаясь немного смущенно, но искренне. Джордж посмотрел на девочку надеясь, что ей в голову не придет очередная выходка…       — Я Джорджия Эйвери Грейнджер… — девочка подошла к брату ближе…       — Моя дочь. Джо. — помня о нелюбви девочки к полному имени поправил мужчина, и она с благодарностью посмотрела на отца.       — Грейнджер, значит… — послышалось со спины, в дом вошел Артур и видимо услышал уже достаточно. — Ну здравствуй сын. — Проходя мимо он улыбался ему, а сам встал ближе к жене. — Я стало быть Артур, а рядом моя жена, Молли. — говорил он это детям, с теплотой, что в сердце Джорджа защемило. Также Артур обращался к ним, когда он и Фред были маленькими, с теплотой и пониманием во взгляде. Ничего не изменилось… Только Джордж не догадывался, отец зашел вслед за ними, и видел больше, чем предполагал его сын…

***

      — Рон? Ты спишь? — растрепанная голова показалась из приоткрытой двери. Девушка увидела, что мужчина расположился в кресле и не спит. — Я войду, ты не против? Мне не хотелось бы мешать тебе. Знаешь я поесть нам принесла. Сейчас перерыв и я подумала…       — Входи Лис, я не против к тому же я кажется действительно голоден.       — Что имел честь познакомиться с двумя чертятами? Нет я конечно понимаю это твои племянники, но за эти дни пребывания здесь я боялась они меня сведут с ума. Мне жаль Джорджа… — за некоторое время знакомства с младшим братом своего босса Лис проникла к нему симпатий.       — О конечно, но жалеть его не стоит — он заслужил! — Рон усмехнулся. — Ты не представляешь, что творил мой братец, в их возрасте, в союзе с Фредом. Так пусть поймет, как это — на своей шкуре! А если серьезно мне кажется немного времени и ты привыкнешь к их выходкам… Я правда привыкал к выходкам близнецов, Фреда и Джорджа очень долго, а если честно наверное никогда, так и не смог привыкнуть. Но признаюсь, я бы все отдал, чтобы вновь попасться под их розыгрыш…       — Ты меня неправильно понял… Я…       — Да все я понял Лис не переживай — мужчина добродушно улыбнулся ей. — Ты не похожа на человека которого могут смутить «два чертенка» как ты их назвала, в тебе самой пороха не меньше. Разница лишь в том ты научилась сдерживать свои эмоции, а они еще нет. Ничего научатся, надеюсь… И не смотри на меня так, Вуд и не такое о тебе рассказал. — и мужчина заговорчески продолжил:       — Кто от нечего делать решил заколдовать мантию отца чтобы она при приветствии незнакомого человека пускалась в пляс в независимости от желания человека, который был в ней. Причем в день когда твой родитель должен был встретиться с делегацией из далекой страны! Твое счастье, что это оказалось уместно и было такое приветствие к месту. Я ничего не упустил?!       — Я убью Оливера! Как посмел он… — от возмущения девушка задохнулась, но взглянув на мужчину напротив, что сидел положив голову на скрещенные пальцы, с выражением «я тут не причем, ты только меня не трогай, а братца можешь прибить» Лис заразительно засмеялась увлекая и Рона за собой.

***

      — Вот так в моей жизни появились Эйден и Джорджия… Я не виню Гермиону, и Вас прошу об этом же. Она поступила так как считала нужным…       Они с отцом сидели в саду под старой яблоней едва уцелевшей от огня Беллатрисы. Весь сад тогда выгорел, только это яблоня и осталась. Под ней же, он вплетал цветы в волосы Гермионы — «обручаясь» как объяснил Фред, позже… Сейчас в саду были молодые яблони, Джордж бросил взгляд на близнецов, что гонялись за резвым гномом, видимо тем, что прятался в кустах, когда они прибыли. «Пришла их пора» — думал мужчина теперь они стали сердцем Норы, как когда-то Билл или Чарли, Перси он с Фредом, а затем и Рон с Джинни. А теперь их дети наполняют жизнью этот дом… Рядом с сыном присела Молли, положив руку ему на колено. На стол опустился дымящий чайник, Джордж крикнул детей — бесполезно, уж очень сильно они увлеклись охотой на проворного гнома. Может к лучшему…       — Я знаю придет время она, объяснит причину. Она ведь еще в августе, девяносто восьмого, планировала уехать. Чуть позже мы встретились. Проститься… — Джордж сделал глоток чая. Родители не лезли к нему с расспросами, тогда, а сейчас приходилось открывать душу самому… — Я не позволил ей, сбежать, тогда. Ведь она мне нравилась, давно еще курса с пятого, Фред предполагал и того раньше может он был прав, вот только я глупец считал нас только друзьями… А ведь я обручился с ней под этой самой яблоней, сам того не ведая…       Молли удивленно посмотрела на сына, не донеся чашку ко рту. Артур лишь положил руки перед собой на стол. Он знал об этом с тех пор как поймал Фреда над его новым изобретением — «шуткой» возразил бы сейчас сын, что красочно бы взорвалось над головой влюбленных «Ура скоро свадьба Нашего Джорджа и подружки малыша Ронни». Фред нехотя рассказал отцу об увиденном утром говоря что хотел помочь глупым «влюбленным» только и всего. Но Артур запретил, раз и навсегда, лезть в чужие отношения. Даже в те что еще не случились. Тем более в те что сковала магия, а это было так, судя по словам сына. «Джордж, должен сам разобраться, помни это» твердо сказал отец, и Фред послушал, что было неудивительно, ведь редко Артур был столь категоричен…       — Да мама, это правда, только не я и уж тем более Гермиона и предположить об этом не могли. Помнишь ее первую пасху здесь в Норе. Просто в тот день я предложил ей помощь с волосами. Мы ведь всегда хорошо общались. Но благодаря порыву ветра мне на ладонь упал цветок и следуя странному порыву я вплел его ей в прическу, как делал это для Джинни только с другими цветами. Потом мне захотелось чтобы их стало больше. Она казалась мне феей из папиных сказок. Мне хотелось чтобы девочка улыбалась. Я так много видел грусти в ее глазах, мне казалось это несправедливо, что она не видит себя моими глазами… Наверное я уже тогда был влюблен в нее… А потом нас застал Фред, ничего не было, мы же были детьми, а она убежала от моей неудачной шутки. А Фред рассказал о цветах яблонь, и как раньше мужчина закреплял свое право на девушку признавая ее невестой. Только я думал Фред устроит из этого представление, но он не разу даже и не вспомнил об увиденном в то утро. Нет он подшучивал на свой манер надо мной и Гермионой, только про случай на пасхе не упоминал…       Вспышка, осветила окрестности. Джордж первый соскочил с места и бросился к тому месту где слышал в последний раз смех детей. Артур последовал за ним. Джордж бежал не разбирая дороги, кажется споткнулся, но продолжил путь, вокруг было все тихо. Он не слышал голоса близнецов, он вообще ничего не слышал, кажется даже свое дыхание… Ни Эйдена ни Джорджии не было поблизости. Куда черт возьми они делись?       — Джо, — крикнул мужчина — Эйден, да где же вы? — ответа не последовало, только ветер колышет молодую траву. Но нет и следа близнецов. Они же не могли просто исчезнуть. Сейчас в их мире спокойно. Да и не найдется человека рискнувшего шантажировать его детьми. К тому же очень ограниченный круг людей знают о том что они живут у него. Гермиона! Пронеслось в голове, он замер она неспроста исчезла, что если это ее хотят прижать к ногтю…       — Эйден? Это не смешно… Джорджия! — мужчина обернулся, не зная в какую сторону бежать, лишь лихорадочно оглядываясь по сторонам…       — Отец! — девочка кинулась к нему. — Я… Я…       — Джо. — удар сердца, цела, Джордж бросился навстречу дочери, подхватил на руки, прижимая к себе, а затем опустился вместе с ней на землю, отстраняя смотря в испуганные глаза ребенка. — Джорджия ты в порядке, что случилось? Эйден где он, где твой брат? — мужчина слегка встряхнул ребенка, — Говори, же! — когда из глаз ее потекли слезы он замер.       — Дурак — простонал мужчина понимая как он выглядит в глазах дочери. — Прости, что возможно напугал, ответь где Эйден? Где твой брат? — в этот момент подоспел Артур, с палочкой наготове, если вдруг понадобится защищать сына и его дочь…       — Он… он… — девочка не могла говорить, слезы душили ее.       — Просто покажи… — спокойно попросил Артур, и Джорджия указала направление. Джордж кивнул и бросился к указанному месту оставляя девочку с отцом. Отрешенно недоумевая на сколько далеко забрели дети. Вот теперь он понимал отчего Молли постоянно кричала на них. За криками она прятала страх и трясущиеся руки. Сколько седых волос, было личной заслугой самого Джорджа?       — Эйден? — выдохнул кажется весь воздух из своих легких мужчина когда увидел мальчика лежащим на траве. Тот лежал без единого движения, спиной к нему. Джордж оцепенел от ужаса, боясь, что догадка окажется верной, и молясь всему живому, только об одном…       — Эйден? — неуверенный шаг. Не ответил… В два шага преодолел расстояние до сына. Осторожно переворачивая его на спину… Хотел было прижать к себе, но вовремя остановился, кто знает что с ребенком? Бледный, какой он бледный, он осторожно убрал волосы с лица ребенка, грудь мальчика поднялась — дышит, мужчина прикрыл глаза на мгновения, затем осторожно поднял на руки и направился в сторону Норы, настолько быстро, насколько мог не тревожа мальчика. Аппарировать он не решился…       В доме его ждали. Джордж хоть и был сведущ в ремесле колдомедиков однако матери он сейчас доверял больше чем себе. Она лучше любого из присутствующих разбирается в детях. Артур стоял позади и Джо доверительно прижималась к нему. А Джордж положив руку на стену обреченно опустил голову, не зная что делать ему в данный момент…       Мама? — спросил Джордж, когда женщина показалась из его бывшей комнаты.       — С ним все в порядке, — женщина подошла к нему рукой прикасаясь к щеке, заглядывая сыну в глаза. — Стихийная магия…       — Но разве бывает, настолько сильной, что лишает сил? А в первый миг подумал… Он… Он не дышал мама… — сзади послышался всхлип и девочка вырвавшись из рук Артура побежала в комнату к брату. Ее не остановили.       — Бывает и не такое: Билл например две недели не поднимался с постели. Чарли тот скрыл это ото всех, мы только через год узнали и то не от него — от девочки которая была влюблена в него. Ты Фред и Джинни даже не поняли, что произошло.       — Перси только хохотал все утро. — Джордж скептически посмотрел на отца. — Кажется это был последний раз когда мы видели его таким веселым… — пытался пошутить Артур.       — Оставьте нас… — попросил мужчина на что Молли и Артур кивнули и спустились вниз тихо переговариваясь…       Мужчина вошел в комнату где провел большую часть своей жизни. Вот на стене любимый плакат Фреда с которого весело машут члены любимой команды по квиддичу, только один из них отклоняется от вечно отклеившегося куска сверху. Большой сундук где впоследствии они хранили свои сокровища. Интересно, а его шкатулка со стеклышками еще там? А на его кровати в беспокойном сне лежит Эйден. И Джорджия что-то шепчет ему, тихо плача. Он подходит ближе и опускается, рядом с кроватью, на пол. Молчит, а девочка вдруг поднимает голову и бросается на руки Джорджу тот опешил, однако прижал ребенка к себе…       — Мы играли… А потом вдруг Эйден разозлился… Что гном вновь смог убежать… А потом вспышка… Он упал… Я пыталась… Растолкать его… Он… Он не шевелился… А гном… С ним все хорошо? Я стала кричать… Звать на помощь… Но я даже не слышала свой голос… А Эйден лежал… Он не шевелится… Я испугалась… Побежала обратно… Я бежала, но все мне незнакомо… А потом ты… Я так обрадовалась… А Эйден… Я слышала ты сказал он… Не дышал… — и девочка перестала сбивчиво говорить, а только всхлипывала на груди Джорджа пока не забылась тревожным сном на его руках. А Джордж думал о своем. Но поняв что ребенку вряд ли будет удобно. Он поднялся стараясь не разбудить дочь и опустил ее на кровать Фреда. Укрывая своим старым пледом который нашелся в шкафу. И обернулся к спящему сыну взяв того за руку, опускаясь на колени…       — Эйден, ты только не вздумай покинуть нас с Джо. Малыш я же не справлюсь, с твоей сестричкой один. Подумай о ней, сынок… Я как никто другой знаю как это терять настолько близкого человека… — единственная слеза скатилась из глаз, Джордж проигнорировал ее. — Не заставляй ее пережить, подобное… Эйден я ведь уже привязался к тебе, я честно могу сказать я полюбил вас. Не только потому что вы оба мои дети, многие родители даже не смотрят на своих детей, я видел подобное… Вы за эти несколько дней зародили во мне тепло о котором я позабыл давно. Я эгоист я хочу вновь ощутить его… Я любил вашу мать признаюсь, я до сих пор ее люблю… Мы оказались глупы, я не удержал ее, она ушла… Но не вини, ее так бывает… У нас будет время… Я обещаю.       Джордж наконец поднялся. Джорджия спала забавно при этом посапывая, Эйден похоже тоже спал и его лицо вновь обрело прежние краски. Мужчина прикрыл глаза прежде чем выйти из комнаты, он вернется позже. Стоит успокоить родителей и оповестить Рональда, что он не вернется в квартиру этой ночью…       — Как мальчик? — первым делом обеспокоенно спросил Артур, когда Джордж переступил порог. Он сел за большой стол напротив родителей, благодарно принимая кружку с горячим чаем. Сделав глоток прежде, чем ответить.       — Думаю самое страшное позади. Мам пап вы простите меня, за те переживания которые мы с Фредом, и я в частности…       — Сынок, ну что ты — начала было Молли, однако муж перебил ее.       — Пусть он скажет, то что считает нужным. — Артур внимательно посмотрел на сына. Слова отца всегда отрезвляли суматошный и порой властный характер матери. В их семье лишь Билл унаследовал эту черту характера отца в полной мере. Умение без скандала, в нужный момент, держать довольно самостоятельных женщин в руках, достойно восхищения. — Мы тебя слушаем, продолжай.       — Я вот сегодня осознавал, когда увидел Эйдена без сознания… Что вы чувствовали… Я когда Фред погиб, думал что мое горе сильнее вашего… Как же он ведь мой близнец?! — Джордж поднял взгляд на родителей. Молли сдерживала слезы, а Артур держа ее за руку кивнул, подбадривая тем самым сына продолжить. — Мне стыдно за те слова, что я бросил вам. Они давно рвут мне душу, но просить прощения мне не позволяла, видимо, гордыня…       Джордж взял руку матери и прижался к ней губами.       — Прости меня мама. И ты отец. — он вновь замолчал, пристально смотря родителям в глаза. — Мне потребовалось десять лет, чтобы понять насколько я был глуп…       Та ночь подарила Джорджу понимание. Они почти до рассвета вспомнили былые годы, говорили о Фреде о тех переживаниях, что скрывали глубоко в душе, и он осознал что зря столько времени держал душу на замке. Джордж открыто говорил о своей неуверенности в отношении детей. В ответ слышал слова поддержки. После мужчина поднялся в комнату где спали его дети проверил самочувствие сына, тот спокойно спал. Джордж придвинул старое кресло к окну, между кроватей, и устроился в нем. Он понимал, что будет трудно, но в сердце зрела надежда: Эйдену станет лучше, с Джо со временем он найдет общий язык, родители на его стороне и в любой момент прикроют спину — от этого становилось легче. Вернется Грейнджер пусть у них и был такой большой промежуток врозь, но он не позволит ей вновь убежать, пусть для этого даже придется — привязать ее к себе…