rotten kindom

— Воистину, самые глупые существа на земле — женщины. — Юный король Теней, восседая на собственном (с недавних пор) троне, в очередной раз выказывал брату своё негодование. — Единственный прок от них — создание потомства. — Ага… Ты ради потомства каждый субботний вечер просишь меня подобрать тебе смазливую девицу? — Это вообще не в счёт. Любой бы прекрасно справился и без удовлетворения таких нужд. — Король Пятый никогда не уважал противоположный пол. Девушки толпами цеплялись за него, вешались на шею, но после первой ночи бежали прочь, с головы до ног покрытые ссадинами и гематомами. Клаус бы назвал это весьма своеобразным проявлением любви и страсти, да только не было тут и близко ничего подобного. Правитель всея Королевства Тёмного просто ненавидел женский пол, во всех его проявлениях. Только «королевским распутницам» он мог уделить пару часов своего вечера. И то, Клаусу всегда казалось, что куда большее удовольствие Пятому приносят не любовные утехи, а процесс выставления девицы за дверь. — Они глупы и беспомощны. И, если уж хотят быть чем-то полезны, так пусть хотя бы удовлетворяют тех, кто сильнее, умнее и опаснее их. Это разве не разумно? — Ты так ненавидишь женщин, потому что твоя мать тебя бросила или потому что даже продажная девица однажды не захотела лезть с тобой в постель? — Следи за языком, Клаус. Иначе прикажу отрубить. — Ага, к кому ты потом за советом бежать будешь? Ко второму по старшинству? Или к нашим сестрицам? — Четвёртый закончил рыться в кипе бумаг и наконец посмотрел на своего правителя. — Займёшься делами сегодня? Или приступишь со следующей недели? — Сегодня всё доделаю. Надо уже закончить эту работу и забыть, наконец. — Отлично. — Четвертый по старшинству сын почившего Короля Реджинальда служил Пятому сыну — приемнику Харгривза старшего - самым верным и единственным другом; главным помощником и правой рукой. Клаус Харгривз знал толк в правлении государством с малых лет, только поведение его противоречило возможному статусу Короля Теней — слишком уж он увлекался сомнительными напитками и, кажется, никогда не смог бы найти жену и продолжить род. — Клаус. — Уже более спокойно и с братской теплотой (насколько мог её проявить Пятый) позвал его Правитель. — Да, Ваше Величество? — Номер Пять бросил на стол сложенную вчетверо бумажку. — Похоже, с той стороны нашли утерянные книги. — Глаза Клауса округлились в ужасе, когда он увидел до боли знакомую карту, вырванную из тех книг, что когда-то давно, ещё до развала союза между тенями и светом, были оставлены в королевских библиотеках Лазурного Государства. — Пятый… — Я знаю. — Как ты заставишь целый народ притворяться человеческим отродьем? — А стану ли я вообще, Клаус? Мы объявим войну ничтожным созданиям. И смогут ли они противостоять силе демонов? Захватим одно-два королевства и они утихомирятся. — Нам следует готовиться к очередному переселению. Где-то я вычитал про нераскрытые земли на востоке… — Вот так, что-то бормоча себе под нос, Четвертый покинул тронный зал, оставляя Пятого наедине с королевскими хлопотами.