Воспоминания о будущем

      Настолько неловкой ситуации, наверное, в ее жизни никогда не происходило. Наруто помнила и как нервничала, рассказывая о воспоминаниях о будущем Хирузену, и с каким скепсисом реагировал Джирайя, и какой дурой она себя чувствовала, впервые поделившись информацией с Итачи. Но сейчас это уже вышло на какой-то новый уровень.       Угнетающая тишина висела в комнате не меньше трех минут, и никто не рисковал и звука издать. Никто не рискнул даже находиться в части зала, где стоял Мадара, разве что они с Саске находились ближе всего, потому что расположились посередине, подпирая стены. С одной стороны воскрешенный дед с комплексом бога, с другой стороны Итачи, и оба буравили друг друга столь напряженным взглядом, отчего казалось, что воздух стал жарче.       Орочимару и Джирайя также присутствовали, но скромно стояли в сторонке, что немного печалило. Решили побыть наблюдателями? Хотя, тут, конечно, пока никто не рвался завязать диалог, после взрыва, прогремевшего какой-то час назад, все были, как на иголках. Итачи хотя бы остановило не нападать на Мадару то, что мужчина не прихлопнул Саске и Карин.       Ну, Саске он не убьет в любом случае… Но как-то от этого не легче.       Посмотрев на подругу и практически сразу поймав ее взгляд, Наруто растерянно пожала плечами и чуть склонила голову в сторону Мадары. В ответ последовало выражение недовольства, которое вызвало легкое раздражение.       Чего ты лицо-то кривишь теперь? Мать, сама его спровоцировала вылезти из изанами, а нам теперь расхлебывать?!       В любом случае было бы безопаснее и проще, если бы Мадара оставался в гендзюцу. Любовь любовью, но своими выходками Саске уже начинала конкретно подбешивать. Почему она не могла предупредить о том, что собиралась вновь с ним встретиться? Из-за того, что Итачи был против? Разумеется! С чего бы ему не быть?       – Мы так и будем молчать? – нарушила раздражающую тишину Наруто, перекинув взгляд с Итачи на Мадару. – Или хоть какой-то диалог выстроим?       – Так мы уже обо всем поговорили, – холодно отозвался Мадара, лишь стрельнув хмурым взглядом в Саске.       От внимания мужчины Саске поежилась и обернулась к брату, отчего едва не отпрянула на шаг. Честно говоря, Наруто полностью разделяла враждебный настрой Итачи, слова мужчины вызвали в нем столь острое удивление, что оно едва стирало границы со злостью. Так что даже девушка не постеснялась пригвоздить подругу возмущенным взглядом.       – Саске, какого хера?! – не сдержалась Наруто. – Это тебе не кровать из икеа собрать, это проблема мирового уровня! Это касается не только тебя.       – Да что вы? – не без сарказма отозвалась девушка. – А знаешь, что касается меня? Наверное, тот факт, что вы слили Цунаде тот факт, что его можно грохнуть, убив меня. Думаете, шиноби побегут за ним с вилами? О, я так не думаю.       – А как мы бы оправдали свой поступок? – с негодованием уточнил Итачи. – При каких условиях мы бы еще сохранили ему жизнь? Если бы не твой опрометчивый поступок, не пришлось бы так рисковать, я смог бы запечатать его мечом Тоцука.       – Смог бы? Какие самоуверенные слова, – не без усмешки уточнил Мадара. – Признаю, ты сильный воин, единицам вообще удавалось овладеть изанами или изанаги. Но не зарывайся. Даже с текущим уровнем чакры я могу избавиться от вас.       – Я не с тобой разговариваю.       – А жаль, нам бы нашлось, о чем поговорить, – недобро прищурил глаза мужчина, – например о том, что ты вырезал весь наш клан.       – Так, господа, – выйдя вперед, попыталась внять к голосу разума Наруто, – давайте лучше будем объективны и обсудим текущую проблему, а не… набить друг другу морды мы всегда успеем. Это ведь все понимают?       Ситуация фатальная. Несмотря на спокойный характер, Итачи также был очень амбициозным, и если они с Мадарой начнут разбор своих разногласий, от убежища ничего не останется. А мужчина наверняка захочет спровоцировать парня, и это являлось главной проблемой. Но пока что они не торопились развивать болезненную тему, поэтому, переведя дух, Наруто продолжила:       – Ладно… Ситуация такая. О твоем…       – Я знаю, что за ситуация, повторять два раза… а точнее уже в пятый раз мне это не надо, – недовольно сообщил Мадара. – Как вы можете понять, раз я выбрался из изанами, я не намерен повторять первоначальный план. Пока.       Это «пока» ударило клином в самое сердце, заставив не только девушку, но и других слушателей напрячься.       – Можно узнать, что ты имеешь в виду? – осторожно уточнила Наруто.       – Нет.       Категоричный отказ прозвучал не просто с ноткой упрямства, а с громогласным хором упрямства, по-другому и не скажешь. Либо мужчина действительно не стремился делиться своими планами, либо за последние дни Саске ему настолько мозг вынесла, что повторяться он не горел желанием.       – Если коротко, он сомневается теперь, что его метод был верным, а мои воспоминания стали причиной этих сомнений.       – Я тебе что ли слово давал?       – Как минимум не забирал.       – Следи за своим языком.       – Или что? Убьешь меня? Ах да.       Они серьезно? Вот огрызается она, а пизды получим мы.       Такими темпами они не придут ни к какому заключению, поэтому, подавив желание топнуть ногой, заорать и свалить проблемы на чужие плечи, Наруто с трудом, но вытянула из Саске информацию. Девушка отвечала без энтузиазма короткими фразами, при этом постоянно поглядывала на Мадару, словно проверяя, в верном ли направлении она движется. Эти гляделки ее напрягали даже сильнее того, сколь ненавистным взглядом Итачи продолжал буравить мужчину.       Он тоже, словно на пороховой бочке сидит. Понимая, что Саске теперь его слабое место, Мадара может… ну не знаю, просто в какой-нибудь дыре ее запереть и дело с концом.       – То есть я правильно поняла, что единственный вариант, на который ты согласен, это отправиться за Ооцуцуки?       – Я не согласен. Просто другие варианты выглядят менее прельщающими. А на вопрос, почему я не могу взять и напасть на Коноху, например, или другие страны… в этом уже нет никакого смысла. Особенно если вся ее болтовня о древо-боге действительно правда. А единственный, кто может дать ответ, это Зецу, и если он правда окажется существом, порожденным Кагуей Ооцуцуки, которое… я уничтожу эту тварь.       Которое обмануло его, обвело вокруг пальца, манипулировало… Да уж, признавать, тем более при всех, данный факт он не горит желанием.       – Но для начала у меня есть условие, – вдруг заявил Мадара, глянув на Саске, – я пойду на это, только когда ты вернешь мне глаз.       – Ничего она тебе не вернет, – даже не заметив, что сестра и сама хотела ответить, недовольно заявил Итачи. – Думаешь, мы так просто отдадим тебе все твои козыри?       – Тогда я просто его вырву.       – И лишишься руки, – внезапно обратил на себя внимание Орочимару, – думаешь, это очередное тату на ее виске?       – Тату?! – крайне удивленно, если не испуганно воскликнула Саске, ощупав ладонью лицо. – Ты опять со мной что-то сделал, пока я спала?! Сколько можно?!       Прозвучало, конечно, крайне двусмысленно, а опустившаяся пауза сильнее подчеркнула неловкость момента. Хотя складывалось ощущение, что неловко стало только ей с Итачи, да Джирайне, который предпочел устало вздохнуть.       – Мы запечатали в твоем правом глазу аматерасу, – пояснил парень, с напряженным недовольством посмотрев на сестру. – Любого, кто прикоснется к твоему глазу, охватит черное пламя.       – Класс, а меня опять забыли предупредить? Я себя в зеркало не видела, как очнулась.       – Это ради твоего же блага.       – Ради моего же блага вы обо всем рассказали Цунаде! Ради моего же блага вы мне печати на лицо ставите! Что еще вы сделали ради моего блага?!       Саске имела право злиться, и Наруто чувствовала себя виноватой, и в то же время понимала необходимость столь крайних мер. Подруга пребывала в крайне шатком психическом состоянии, она чуть не подвела себя к смерти, последние годы жила, опьяненная местью. А теперь от нее буквально зависело все.       – Давайте к делу, – после очередной затянувшейся тишины перевел тему разговора Орочимару. – Сначала о положении дел. Пока вы находитесь в этом убежище, установленный барьер не дает людям снаружи прочувствовать любую чакру здесь. То есть, как только вы, или кто-то из вас, покинет это место, любой сенсор почувствует вас.       – Ты это к чему вообще? – не поняла Наруто.       – К тому, что в деревне Скрытого Звука есть ниндзя Конохи, которые прибыли по распоряжению Цунаде и!.. – предостерегающе подняв руку, потому что как минимум Наруто с Саске уже собрались заорать «какого хера», он добавил: – Прежде чем вы начнете кричать, прошу послушать. Они не знают о ситуации, они здесь по другому поводу.       – Я тоже знал об этих шиноби, – поддержал собеседника Джирайя.       – И ты?! – опешила Наруто.       – Фактически они под моим командованием… Учитывая, что Орочимару помог в войне, встал вопрос о его помиловании со стороны Конохи, и отряд анбу здесь находится для того, чтобы наблюдать за его деятельностью.       – Охереть, ты тоже об этом знал? – бросив на брата испепеляющий взгляд, спросила Саске.       – Нет, я не знал об этом.       Честно говоря, Наруто затруднялась сказать, говорил ли Итачи правду, потому что его спокойствие, приправленное раздражением, вызывало беспокойство. Каждый из них не спешил делиться всей информацией, от этого и возникали новые конфликты. В конечном итоге они либо разругаются и разойдутся, как в море корабли, либо поубивают друг друга.       – Самый оптимальный способ вам покинуть страну лежит по морю. До него от убежища где-то день ходу в быстром темпе без остановок.       – И куда мы направимся? – спросил Мадара.       – Я думала, что Зецу может прятаться в убежищах акацуки, и вряд ли он станет сидеть на территории пяти великих стран, – заключила Саске. – Итачи, у акацуки ведь были и другие убежища?       Отвечать парню не хотелось, это и без слов оказалось понятно. Напряженно выдохнув, он помедлил, выглядел так, будто делал огромное одолжение.       – В стране Чая, а также в маленьких государствах между странами Ветра и Камня.       – Это вообще другой край мира, – невесело заключила Наруто.       – Ну а мы что, спешим куда-то? – скривилась Саске. – Чем дольше мы, а точнее он, не будет заявлять о себе, тем спокойнее станет чувствовать себя хокаге. К тому же Зецу деваться некуда… разве что… – бегло глянув вверх, скептично нахмурилась девушка, а затем отмахнулась от этой идеи, – но об этом позже.       Повторив ее движение, Наруто в задумчивости уставилась на потолок, соображая, что имела в виду подруга. Пришедшая на ум догадка едва не разбила ее понятие о законах физики.       Луна? Серьезно? Господи, это какой-то кринж.       – Слушать вас – сплошная пытка, – заключил Мадара, – в общем, готовьте корабль и предупредите, когда настанет пора отправляться. Еще хоть минута в этом балагане сведет меня с ума.       И разошлись они, как в море корабли. Конечно, вопрос о том, куда пошел Мадара, не имея ни малейшего представления о топографии этого убежища, Наруто все же не рискнула задать. Саске, последовав его примеру, ушла в другом направлении, и Наруто уже подумала отправиться за ней, но это сделал Орочимару. Может, просто дороги совпали, однако удивило, что Итачи никак не отреагировал на уход сестры, а продолжал стоять, подперев стену, и смотреть в направлении, куда ушел Мадара.       Он этим взглядом тут все сжечь может.       Закрыв лицо руками, Наруто зарычала и чудом сдержала рвущийся из груди вопль. Как же ей это все надоело. Саске творила все, что душе угодно, махнув рукой на всех и вся, и такой подход искренне раздражал, руки чесались ее побить. Что она такого сказала в последний раз Мадаре, что он «принял свою судьбу и выбрался из замкнутого круга»?       – Джирайя… что за хрень с шиноби Конохи? – желая уже расплакаться, спросила девушка. – Почему мы узнаем об этом только сейчас?       – Я-то просто думал, что это станет актуальным, если Мадара очнется, и за всем этим просто забыл о договоренности Цунаде и Орочимару… извините.       – Что делать-то будем? Мы действительно просто… посадим их на корабль и помашем рукой? Это вообще… как? Как такое возможно? Я не верю… я… Не верю, что Мадара действительно ничего такого не выкинет.       – А я уже начинаю подозревать, что не в Мадаре проблема, – внезапно обмолвился Итачи. – Он отказывался принимать свою судьбу, и только после того, как Саске узнала о нашем решении рассказать все хокаге, она смогла убедить в чем-то Мадару. Он ведь не такой человек, который бы с легкостью принял какие бы то ни было условия.       – Думаешь, он побоялся, что по его голову, пока он в гендзюцу, придут каге? – предположил Джирайя.       – До этого остается десять дней, к тому же он должен понимать, что Саске, а, соответственно, и его мы бы защищали. Если бы опасался каге, у него было бы время поразмыслить. Тем более изанами невозможно обмануть. Он действительно принял решение не идти по пути войны. Только что-то его ускорило принять это решение.       Зная Саске… это могло быть что угодно, но понятное дело, сейчас для Мадары может играть значение лишь его жизнь. Неужели?..       От промелькнувшей мысли Наруто стало дурно, и как бы она ни старалась сохранить спокойствие, тревога во взгляде выдавала ее. Возможно, она ошибалась, но заметив, сколь удрученным и поникшим стал Итачи, девушка чуть не упала на подкосившихся от нахлынувшей слабости ногах.       Единственное, что могло заставить Мадару так быстро отреагировать, это угроза Саске о самоубийстве. Ведь если за ней придут, то мы с Итачи будем защищать ее, а она наверняка не хотела бы для нас плохого исхода… или же дело в гендзюцу котоамацуками? Пойти на все ради спасения Конохи… только, к счастью, желание жить не дало ей совершить такую глупость. Твою ж мать…       И никто ничего не говорил. Все понимали. Все всё прекрасно понимали. От этого становилось невероятно тяжело на сердце, и Наруто поймала себя на мысли, что настал момент, когда она готова махнуть на все рукой. Спасать деревню, сражаться, отстаивать чьи-то права и беспокоиться о всеобщем благе – надоело. Ей надоело каждый раз вздыхать и хвататься за голову, нести на своих плечах груз ответственности за других людей. Она никогда не стремилась стать хокаге, но по факту только этим и занималась. Брала ответственность, тревожилась о жителях Конохи, защищала их.       Попытка отыскать Саске в бесконечных коридорах ничем толковым не закончилась, Наруто потратила час, обыскивая закоулки, но так и не нашла подругу. Легкое беспокойство угнетало. Но в последний миг девушка решила выйти на улицу и не прогадала.       Яркое солнце освещало скалистые пейзажи, высокие деревья удачно прикрывали вход в убежище, однако Саске, видимо, и не хотела прятаться. Сидела неподалеку под деревом, смотря куда-то вверх пустым взглядом, ловя на коже мелкие солнечные лучи, пробивающиеся сквозь листву.       Переведя дух, Наруто подошла к подруге, которая никак не отреагировала на ее присутствие. Не удивительно, у нее был настолько подавленный и грустный вид, что злиться на нее уже не реально. Судя по припухшим векам, она плакала. Но Наруто предпочла обратить внимание на другое.       – Хм, у тебя что-то на подбородке, – усмехнувшись, девушка присела рядом, заставив Саске скривиться и вытереть губы ладонью.       – Пыталась забить тревогу местными запасами консервов.       – И как?       – Забила только желудок. Но хоть успокоилась от сытости…       – Ты как всегда вечно голодная.       На ее замечание Саске невесело улыбнулась, а затем вновь поникла. Посидев в молчании, они слушали шелест листвы и щебетание птиц.       – Злишься, да?       Вопрос и трудный, и простой. Но Наруто не могла так просто выдать ответ, поэтому промолчала, опустив грустный взгляд.       – Понятно… Итачи тогда, надо полагать, в бешенстве.       – Он не в бешенстве, он в ужасе. Он же беспокоится о тебе.       – Тогда зачем вы все рассказали хокаге? Хотя, не говори, дай попробую угадать, – попросила девушка. – Вы надеялись заранее предупредить о возможных проблемах, поступить как праведные шиноби своей деревни, надавив на то, что выбора не было. Хотели спасти дорого вам человека, но и Коноху подставлять тоже не желали. Вы герои… которые пытаются спасти злодея. Злодеев.       – Саске, – жалобно протянула Наруто, – ты не…       – Не злодей? – тихо перебила ее подруга, опустив хмурый взгляд. – Серьезно? Я преступник S ранга, ученица Орочимару, я фактический убийца хокаге. Двух хокаге. А еще из-за меня вы не смогли уничтожить потенциального мессию. Так скажи, где я не злодей?       Да уж… и добавить нечего.       – Можешь сказать, почему он вдруг очнулся? – осторожно уточнила Наруто. – У меня есть догадка… и она не очень приятная.       – Раз неприятная, то ты правильно подумала. Помимо предложения отправиться бить морды Ооцуцуки, я пригрозила самоубийством.       – И ты… серьезно? Я просто не верю, чтобы ты такое заявила всерьез! – от одной мысли о подобном у девушки чуть ли волосы дыбом не встали на голове. – Ты же так любишь жизнь! Какое бы дерьмо ни происходило, ты ведь всегда цеплялась за желание изучать что-то новое, пробовать разное и… и вдруг ты решила покончить жизнь самоубийством? Это…       – Вдруг?       Это «вдруг» прозвучало так резко и злобно, что Наруто аж невольно растерялась.       – Вдруг? – повторила Саске, посмотрев на собеседницу с откровенным недоумением. – Охуенное такое «вдруг», Наруто. Если бы Мадара не изменил свое решение, и дальше бы желал повторить план по цукиеми, застряв в гендзюцу, Коноха бы решила убить его, чтобы наверняка. Убить его… это равнозначно тому, чтобы убить меня, и, скорее, они бы начали охотиться на меня. Вы, герои Конохи, стали бы… разрушили бы свою жизнь из-за меня. Как бы я не злилась на Итачи, сколь бы сложные у нас ни были бы отношения… я не могу допустить, чтобы он страдал. Страдал еще больше… хватит с него.       Саске отчаянно пыталась говорить спокойно, но от нахлынувших эмоций ее затрясло, ей пришлось отвернуться, чтобы спрятать набежавшие слезы. Наруто чувствовала себя не лучше, потому что угрызение совести как нельзя невовремя дало знать о себе. Она столько раз убеждала себя, что Саске достаточно сильная, что и сама в это поверила. Ведь так и было, ее подруга действительно сильна, но… никто не обладал бесконечным запасом прочности.       – План говно, конечно, – заставив себя проглотить накатившие эмоции, Наруто притянула к себе ноги и уронило голову на колени. – Откуда ты можешь знать, что этому деду не снесет крышу через пару месяцев, и он не ударится во все тяжкие?       Тяжко вздохнув, Саске протянула:       – Ну… пока могу сказать только одно. Слишком он хорош для деда.       – Саске!       – Прости, – не особо веселясь, удрученно отозвалась девушка, – я не знаю, Наруто. Теперь нам ничего не известно, все как белый лист. Появление Ооцуцуки было спровоцировано воскрешением Кагуи, а также подозрительной межпространственной активностью из-за разрывов реальностей благодаря риннегану изначальной вариации Саске. Но сейчас… Сейчас в живых остался Зецу, Кагуя не была возрождена, а про луну я вообще промолчу. И еще есть вероятность нахождения на земле Ишики Ооцуцуки.       – Ага, и про Мадару не забывай. Это блин… это блин как отпускать питбуля в песочницу с детьми.       – Собаки обычно любят детей.       – И легко перегрызают им шеи.       – Не волнуйся. Я всегда смогу усыпить буйного пса.       – Ага, и сама вместе с ним.       – Считай это платой за мои прегрешения, – усмехнулась Саске, откинувшись на ствол дерева.       Разговор то и дело уходил к депрессивным темам, куда не посмотри, да как не формулируй, они просто ходили по тонкому лезвию, рискуя если не свалиться, то изрезать себе ступни. Наруто боялась и того, в сколь шатком и опасном состоянии пребывала Саске. Несмотря на то, что Мадара нес в себе невероятную угрозу, девушка восхищалась им.       А если все выйдет так, что он склонит Саске на свою сторону? И они вместе нападут на Коноху? Ведь такое вполне может случиться. Даже несмотря на то, что демоническая сущность, по словам Орочимару, значительно потрепала этих двоих, забрав часть чакры… Да даже в нынешнем состоянии Мадара мог одной точной атакой уничтожить деревню.       Оставалось только надеяться, что бессмысленное насилие не интересно мужчине. Если на него нападут – да, тут он не будет сидеть в стороне, становясь грушей для битья.       – Что будешь делать?       Вопрос Саске казался риторическим, даже легкость в голосе выглядела обманчиво. Но подняв взгляд на подругу, Наруто убедилась, что она пребывала в меланхоличной безмятежности.       – Что… делать? – растерянно переспросила шиноби Конохи.       – Наверное, будете с братом восстанавливать деревню, помогать с урегулированием отношений с другими деревнями и странами… И, думаю, Итачи захочет… нет, не думаю, что захочет восстановить наш район. А вот свой дом ему бы хотелось построить. Ему, наверное, не доставало своего места под солнцем. Помоги ему с этим, вы вроде как хорошо ладите.       – Саске…       – А, и у меня будет к тебе огромная просьба.       – Просьба?       – Да, – нахмурилась девушка, – позаботься, пожалуйста, об Обито. Как он, кстати?       В первый миг Наруто удивилась такой просьбе, но тут же вспомнила, что именно Саске защитила его от Какаши и пригрозила убить любого, кто посмеет прикоснуться к парню.       – Ну, он жив, – вздохнула Наруто, подняв взгляд к безоблачному небу, – правда, находится сейчас в тюрьме, его судьба решается советом. Я не могу ничего обещать, Саске, даже если выставить его жертвой манипуляций, он натворил кучу дел.       – Как он себя чувствует?       – Неплохо на удивление. Поскольку Сакура помогала моему отцу с адаптацией чакры Курамы, только ее фактически и пускают к нему для наблюдений.       – Оу… ты это… присматривай за ней. За ним. За ними, а то…       – Да, это понятно. Я уже опасаюсь, что Сакура ему начала напоминать Рин. Какаши так вообще был в первых рядах за то, чтобы прекратить ее визиты к нему. Либо я кукухой поехала, либо уже какой-то любовный треугольник намечается.       – А они что?..       – Нет, но я чувствую этот вайб.       – Понятно…       Они вновь погрузились в тишину на долгую минуту.       – Как долго ты планируешь путешествовать? – спросила Наруто. – Или лучше сказать «скрываться»?       – В данном случае подойдет «охотиться». Не знаю, но явно год как минимум. Чтобы Цунаде там хоть немного поверила в тот факт, что мы не собираемся нападать.       Мы… «мы не собираемся», не «он». Ох…       – Будем как в былые времена использовать призывных животных для переписки, – предложила Саске, – и я думаю заключить, наконец, контракт с кошками, которые сотрудничают с Учиха уже давным-давно. Люблю кошек…       – Ты и так как кошка, которая ходит сама по себе, – с тоской подметила Наруто, протянув руку подруге. Помедлив, та вздохнула и сжала ее ладонь, вновь устремив взгляд к небу. – Что бы ни случилось, прошу, возвращайся.       – Тогда пообещай кое-что.       – Что?       – Если сыграете свадьбу без моего присутствия, вам повторно придется ее устраивать, поняла?       – Да господи… тебе бы только погулять на чьей-то свадьбе.       – Ничего не знаю, это мои условия, никакой свадьбы до моего возвращения, – в шутливой манере подметила Саске, не сдержав улыбку. – Не волнуйся, все будет нормально.       – Зная тебя, ничего нормально не будет. Но главное… уцелей и вернись к нам, что бы ни случилось.       – Ладно… обещаю вернуться. Что бы ни случилось.