Воспоминания о будущем

      Куда ее только в последнее время не забрасывало, но в такую дыру она попадала впервые.       Коридор, что тянулся в бесконечную даль, вызывал дискомфорт не только протяжностью, но и невероятно высокими потолками. Оказаться одной посреди такого пространства было неуютно, Саске стояла неподвижно с минуту, ожидая, что ее прибежит встречать как минимум местная стража. Они прорывались сюда с таким шумом, что не верилось, будто хозяева позволят ей спокойно прогуливаться по своей обители.       Убрав отросшую челку с лица, девушка сфокусировала внимание на риннегане и практически сразу отметила огромный источник энергии, лежащий за пределами дворцовых стен. Недолго думая, она направилась вперед. Ее шаги гулким эхом разносились вдоль стен. И как только она вышла в открытый зал с высокими окнами, за которыми мерцала тьма, пространство сотряслось, словно от взрыва. Звук доносился сверху, да и с потолка посыпались мелкие камни.       Нашел кого-то?       Вопрос, конечно, риторичный. Да и от размышлений девушка отвлеклась, услышав летящие в ее сторону разряды, которые угодили в несущую стену, пробив в ней дыру. Подпрыгнув, Саске моментально активировала шаринган и, выбросив руку перед собой, ударила по противнику молнией. Стихия разбила несколько марионеток, но некоторые оказались ловкими, сумев подойти к ней на опасное расстояние. К счастью, тайдзюцу для них было не лучшим вариантом одержать верх над противником, поэтому еще до того, как приземлиться на пол, Саске избавилась от угрозы.       Из пробитой дыры залетел холодный воздух. Переступая через россыпь булыжников, девушка выглянула наружу, и от масштабов увиденного у нее дух захватило. Это казалось каким-то сюрреализмом, она не видела, где начиналась крепость, дымка, похожая на облака, скрывала все, что лежало ниже тридцати метров. Бесконечные переходы, башни, все это так или иначе вело к невероятно мощному источнику энергии.       Вот эта дрянь.       Сверху слева раздался грохот, привлекший внимание Саске сначала к облаку пыли и летящим кускам стены, а затем двум фигурам, вырвавшимся наружу. Думала она последовать за ними, однако позади вновь послышалось знакомое шипение энергии. Выпрыгнув наружу, уклоняясь от атак подоспевших марионеток, девушка поняла, что падает в пустоту, поэтому активировала проклятую печать. Взлетев на крыльях, разодравших одежду на спине, она скривилась и, сложив печати, атаковала огненным шаром.       Если от кукол что-то и останется, Саске избавится от их жалкого подкрепления, по факту они только задерживали ее, поэтому она полетела вперед. Опустившись на одну из башен, девушка зацепила взглядом сражающихся неподалеку противников. Вспыхнувшее голубым сиянием сусано с одного удара отбило врага, который ударился о постройку и поднял столп пыли.       Ему явно не нужна помощь, поэтому…       Оставив Мадару разбираться с Тонери Ооцуцуки, Саске все же не смогла отделаться от дурного предчувствия, поэтому, направившись к энергетическому сосуду, скрытому за иллюзией, пролетела мимо очага сражения. Тонери – потомок Хамуры Ооцуцуки и последний представитель побочной ветви клана Ооцуцуки на луне. И как помнила Саске, он долгие годы был слеп, но коль никаких новостей о похищении Хьюга не приходило, возникал вопрос – неужели он настолько опытен, что сражался с Мадарой без глаз?       Верилось с трудом и неспроста. Пусть и на мгновение ей удалось выцепить его в поле зрения, Саске заметила, что тело парня покрывала белая субстанция, частично налипающая и на его лицо.       – Это… Белый Зецу что ли?       В первый миг девушка сильно удивилась, но затем осознала, что понятия не имела о судьбе этого урода. Причем не одного, их было двое. Но разбираться в деталях ей некогда, хотя момент о том, что прямым потомком Хамуры овладела эта белая дрянь, беспокоил. Мадара разберется с этой проблемой, поэтому Саске сосредоточилась на цели и влетела за барьер иллюзии, едва не врезавшись в стену.       Отыскать вход в постройку, где находилась сфера энергии, не составило труда – оттуда вылетело с два десятка марионеток. Механические стражи держались тесным роем, но биться с каждым в отдельности не имело смысла. Поймав в поле зрения риннегана одну из них, девушка сосредоточилась и активировала способность переноса, поменявшись местами с куклой и ударив вокруг черным пламенем.       Для Саске природа риннегана все еще оставалась загадкой. Она полагала, что ей будет доступна в перспективе лишь сила глаза с исходным набором техник. Например, она тратила месяцы на то, чтобы пробудить способность лимбо, но вместо этого с полгода назад чуть не впечатала себя в стену способностью переноса.       Я думала, каждый риннеган по-своему уникален. Или это зависит также от владельца глаза? С шаринганом все проще. Ты забираешь способность изначального владельца. Но учитывая, что я до сих пор не пробудила уникальную технику Шисуи… либо я бракованная, либо уж не знаю.       Внутри огромной постройки, исчерченной сплошь подвесными мостами, гадать не пришлось, в каком направлении искать сферу. Огромный шар сиял, словно солнце, от него исходил мягкий свет, однако чакра таилась только внутри конструкции. Интереса ради Саске ударила по сфере аматерасу, однако черное пламя просто засосало внутрь.       Она нахмурилась.       – Уничтожить сферу тенсенгана могут лишь потомки Хамуры. К твоему несчастью, Учиха к ним не относится. Всю твою чакру просто засосет внутрь, как и любые атаки.       Надо отдать должное, приближение врага Саске почувствовала лишь немногим раньше, чем он заговорил. Про звуки шагов вообще ничего можно не говорить, пространство все еще наполняла тишина, перебиваемая кипением энергии в сфере. Обернувшись, девушка увидела фигуру, скрывающую тело и лицо под плащом. Но одного взгляда на выглядывающие из рукавов руки: одну нормальную, а другую черную, – хватило, чтобы понять, что к чему.       – Вот ты и нашелся, ублюдок, – нахмурилась Саске, скидывая с плеч мешающий разодранный плащ и доставая клинок. – Искали тебя на земле, а ты вон куда забрался.       – Когда я понял, что Учиха Мадара жив и не пытается повторить план цукиеми, пришлось быстро реагировать, – засмеявшись, мужчина потянулся к голове и скинул капюшон. – И у нас оказался общий враг.       Уж думала Саске, ее вряд ли что удивит за минувшие два года. С тех пор, как она начала путешествие с Мадарой – путешествие во многом по истреблению не только врагов человечества, но и своих последних нервных клеток, – она мало чему искренне удивлялась. Но вот увидеть этого персонажа здесь она никак не ожидала.       – Кабуто… А тебя-то как сюда занесло?       – Симбиоз с Черным Зецу, конечно, это не то, к чему я стремился, однако мне открылись куда более интересные перспективы.       – Связаться с Ооцуцуки и поставить человечество на грань вымирания? Тебе напомнить, что ты тоже человек?       – С клетками Белого Зецу мой организм стал намного выносливее, я уже далеко не человек. Энергии тенсенгана хватит для того, чтобы призвать если не Кагую Ооцуцуки, то проложить след для тех, кто сможет показать мне другие миры.       Саске тактично промолчала, потому что бред сумасшедшего и в стране Молнии бред сумасшедшего. Кабуто планировал скормить мир Ооцуцуки в обмен на надежду, что они возьмут его с собой путешествовать по другим измерениям? Как ученый, конечно, он мог лелеять такую возможность, но как здравомыслящий человек он, пожалуй, исчерпал себя.       – Они не станут с тобой церемониться, идиот. А убьют.       – Такой как ты не понять мой гений, я уже не человек.       – А такому, как он?       Подняв взгляд к потолку, в котором мгновением позже с грохотом образовалась дыра, Саске, воспользовавшись отвлечением противника, бросилась в атаку. Кабуто, надо отдать должное, отреагировал моментально, уклонившись от острого лезвия. Саске видела, что он концентрировал в руках энергию, и одно прикосновение могло разрезать ее нити чакры.       Окружив себя доспехом сусано, девушка продолжила схватку, в то время как над головой что-то вновь прогремело. Пришлось обратить внимание на падающие куски камня и арматуры, отпрыгнув в сторону.       – Аккуратнее можно?! – с раздражением закричала она.       В ответ ничего. Как и всегда. Саске успела увидеть, как исчез синий силуэт сусано, а противники вступили в бой уже под куполом. Кабуто не стал выжидать, когда она оценит ситуацию, вновь атаковал, и двигался так быстро, что без шарингана за его движениями сложно было бы наблюдать.       Так не пойдет. Нужно уничтожить эту сферу, но как? Любое прикосновение просто затянет мою чакру внутрь.       Со способностью Шисуи она могла бы заставить Кабуто уничтожить сферу руками Черного Зецу. Так как он порождение Кагуи, в нем также имелся отпечаток силы Хамуры Ооцуцуки. Но ее уровня владения гендзюцу хватит лишь для обычных фокусов с исчезанием и появлением. Да и если Кабуто вживил себе клетки Белого Зецу, вряд ли у него хватит сил расколоть сферу.       Расколоть сферу руками Черного Зецу…       Зацепившись за идею, в первую очередь Саске подумала, что с этим планом она могла загнать себя в могилу. Ну, по сути, ей не впервой, так что, окружив себя тонким слоем сусано, она сосредоточила силу риннегана на Кабуто.       Сейчас.       Перемещение сработало идеально, Кабуто выдрало из Черного Зецу едва ли не с треском рвущихся тканей, и оказаться внутри теплого липкого гада стало не самым приятным событием. Не обращая внимание на вопль парня – можно понять, боль от разодранных тканей, наверное, ужасная, – Саске накрыла себя дополнительным слоем сусано, прижав к себе монстра.       – Ты что творишь? – зашипел у нее над ухом Зецу.       Он тут же попытался взять под контроль ее тело, но из-за того, сколь плотно прилегало сусано к ее коже, девушка могла и не задействовать мышцы, а манипулировала собой с помощью покрова чакры.       – Что я творю? – скалясь от того, что тварь начала наползать ей на лицо, зарычала Саске. – Лучше спроси, что мы творим.       Воздвигнув новый образ сусано, уже для боя, девушка подняла их над сферой, а затем, замахнувшись рукой и сконцентрировав в ней максимум чакры, стрелой упала вниз. Зецу понял, что она собралась сделать, поэтому попытался слезть с ее правой руки, но плотный щит сусано, прилегающий к телу девушки, замедлил его. К тому же Саске атаковала не просто конечностью, она постаралась пропустить чакру через всего Зецу.       У нее возникло чувство, что она бьет себя же. Немалая часть энергии просто поглощалась сферой, но заметив, как по ее поверхности начали бегать разряды, девушка перетерпела боль и, ударив лезвием в образовавшуюся трещину, усилила давление.       – Нет!       Громкий вопль раздался буквально под ухом, после чего Саске отбросило прочь не то ударом, не то взрывом. От ярких вспышек чакры у нее и так все мелькало перед глазами. Почувствовав падение на помост, девушка попыталась вернуть равновесие, однако собственное тело ее не слушалось. Едва исчезло сусано, Зецу моментально затянул ее по рукам и ногам, оставив не просто обездвиженной, но и чуть ли не преподнеся врагу на блюдечке.       – Не смей шевелиться, – зарычал позади нее Кабуто, приставив к шее острое лезвие куная.       Вот же сволочь.       Атаковал ее Тонери, который теперь застыл в растерянности перед своим главным сокровищем, которое искрилось и выбрасывало из пробитой трещины энергию. Несмотря на черные глазницы, которые были пусты, потомок Ооцуцуки словно видел все, что происходило перед ним. И в то же время не замечал ничего более. Упал на колени, возведя руки к искрящейся сфере, даже не удостоил внимания Мадару, который запрыгнул на помост.       Противник мужчину тоже не особо заинтересовал, он перевел взгляд от Тонери к пылающему энергией шару и смотрел на него достаточно долго, чтобы взбесить других неприятелей.       – Учиха! – окликнул его Кабуто, плотнее приставив лезвие к шее девушки. – Ничего не забыл?       В чем Мадара, конечно, не было равных, так в умении одаривать людей пренебрежительным надменным взглядом. Саске с трудом могла сказать, кому из них адресовалась эта эмоция, но ее передернуло от злости. Изогнув в недоумении бровь, он с холодным недовольством спросил:       – Я что ли помогать тебе должен?       От его грубого тона у Саске сжались кулаки, даже Зецу не смог удержать ее от этого удовольствия. В последнее время она только и слышала в свой адрес одни претензии, она ведь предложила разделиться и осмотреть храм не из-за того, что это эффективно. А потому что уже лицо его не могла видеть!       Зарычав и сорвавшись на крик, Саске использовала мангекьо и охватила себя черным пламенем, которое тут же перебросилось на Зецу и зацепило Кабуто. Черная дрянь моментально отпустила ее, а вот от резкого движения парня, кунай все же скользнул по шее, оставив тонкую, но неприятную царапину. Сорвав с себя рубашку, которую пожирал огонь, а затем и оторвав брючину, девушка перевела дух. Однако от воплей Кабуто и Зецу у нее голова закружилась.       Убедившись, что ей уже не нужна помощь, Мадара просто переключил внимание на Тонери, который продолжал стоять на коленях о чем-то неразборчиво бормотать. Лишь подойдя ближе, да не забывая раздраженно кривить лицо, Саске удалось хоть что-то расслышать:       – Вы все испортили… сотни лет… сотни жертв и все впустую… Вы недостойны!..       Крик парня оборвался на полуслове, когда Мадара нанес ему удар косой, снеся голову с плеч, а затем пронзив грудь. Столь внезапная атака, признаться, испугала Саске, она с откровенным недоумением и растерянностью наблюдала, как ослабло тело потомка Ооцуцуки, а затем рухнуло на пол.       В груди укололо, при виде окровавленного клинка невольно заныла старая рана, но девушка сумела сдержать порыв прикоснуться к ней. Воцарившееся молчание заставило даже почувствовать себя неловко.       – Ну и что теперь с этим делать? – подняв взгляд на искрящуюся сферу, риторично спросил Мадара.       С трудом заставив себя оторвать взгляд от поверженного противника, Саске последовала примеру мужчины и задумалась. Но вот прийти к единой мысли не успела, заметив боковым зрением, как к сфере бросилась тень и стремительно поползла к разлому.       – Зецу! – в чувствах воскликнув, Саске дернулась вперед. – Ах ты живучая тварь!       Тем не менее дальше одного шага ей не удалось отойти, Мадара грубо схватил ее за руку, продолжая наблюдать за передвижениями черного паразита, на котором еще полыхали языки аматерасу. Только девушка хотела возмутиться, но суровый, разозленный взгляд мужчины заставил ее подумать дважды: и не поймешь, злился он из-за живучести Зецу, или же на Саске, которая не смогла избавиться от врага.       – Вы все здесь сдохнете!.. И вам… вы пожалеете… я покажу… покажу им… путь… – задыхаясь от собственных слов и проникая через разлом в сферу, шипел Зецу.       – Уходим.       – Что?       – Уходим я сказал, – жестко одернул ее Мадара, бросившись прочь из зала.       Скривившись, Саске последовала за ним, перемещаясь по перекрытиям и мостам, но даже когда они выбрались на крышу через пробитый потолок, она не переставала ощущать пульсацию энергии. Несмотря на то, сколь быстро они пытались покинуть территорию храма, зависшего над искусственно воссозданным ландшафтом, пришлось прыгать. В стенах этой постройки находился портал, разрыв реальности, через который они и попали в место назначения, но они просто рисковали сгинуть под завалами в попытках добраться до цели.       Сначала за спиной разорвалась вспышка, оглянувшись на которую в свободном падении, Саске тут же получила в лицо удар взрывной волной. Ее отнесло прочь, закружило под горячем вихрем, от которого жгло кожу, пришлось в срочности возводить вокруг себя сусано, чтобы просто не обгореть. День резко сменился ночью. Сфера, питавшая все в этом небольшом мире, обесточила искусственное солнце.       Активировав проклятую печать и распахнув крылья, Саске постаралась скорректировать падение, выровнять курс, но лишь благодаря вспыхнувшей во тьме голубизне сусано, она определила местоположение Мадары. Она видела только его, везде опустилась кромешная темень.       – Может, подхватить тебя?!       – Справлюсь!       – Тут не двадцать метров падать! Тебя в лепешку расшибет! Даже несмотря на защиту! Хватит!..       То, что оказалось взрывом, на самом деле было разминкой перед последующим грохотом. Это уже напоминало разрыв атомной боеголовки, который осветил пространство под ногами. До земли оставалось не больше километра, это уже не выглядело проблемой на фоне очередной взрывной волны. Саске почувствовала себя комаром, которого к чертям сдуло тайфуном, и если бы не сусано, заодно бы и поджарило до хрустящей корочки, поскольку находившиеся ближе всего к эпицентру деревья как минимум выдрало с корнем.       Момент приземления девушка четко запомнила: хруст не то веток, не то костей, и единственное, что держало ее от верной гибели, это сусано. Цепляясь пальцами материализовавшегося воина за землю, она пыталась остановить движение, но остановилась лишь в тот миг, когда врезалась в скалу. Или гору. Или лунный камень. Тут один черт поймешь.       Единственное, о чем подумала Саске после продолжительного лежания в скрюченном состоянии под обвалом из булыжников, это последствия армагеддона, который они устроили. С трудом открыв глаза, скорее, из-за страха, а не боли, девушка все же почувствовала, как заскрипело тело, несмотря на щит из сусано. С нее посыпались камни, она даже не была уверена, что не из позвоночника.       Вокруг кромешная тьма, и только благодаря сиянию сусано она оценила масштабы трагедии поблизости. Она буквально проделала лесополосу своим телом посреди густых зарослей.       Погасив сусано, девушка использовала стихию огня, чтобы поджечь лежащие неподалеку сучья и ветки. Стерев кровь с пореза на шее, Саске сложила печать и уронила руку на землю, использовав технику призыва. Облако пара развеялось практически сразу, девушка даже не хотела церемониться, поэтому просто упала рядом.       Я как минимум удивлена, что техника призыва тут сработала.       – Саске-сама, рад вас снова видеть! – полный энтузиазма голос в сложившейся обстановке казался какой-то насмешкой. – Ого… а где мы?       – На луне, – подняв руку и позволив коту самому подойти поластиться, Саске погладила его по полосатой рыжей голове, почесав за ушком. – Уж думала, призыв не сработает, но ты тут, Кумо.       – Я всегда приду на ваш зов, Саске-сама, мяу, – довольно замурлыкав, Кумо аж хвостом затряс от удовольствия, а затем спросил: – Хотите передать послание?       Подкравшись ближе, Кумо, хитрый наглец, забрался лапками на живот девушки и начал топтаться. Саске сдавленно захрипела, чувство было не из приятных, ей будто кишки перебирали, да еще и когтями впивались в кожу. Но кот продолжал мурчать с таким удовольствием, что она терпела пытку.       – Да… передай брату, что это мы разъебали луну, так что беспокоиться не надо. И, скорее всего, я скоро его навещу.       – Давно вы не были дома, так ведь, мяу?       – Да, это верно.       Поглаживая кота, Саске продолжала смотреть в кромешную тьму над головой, пытаясь смириться с мыслью, что сейчас ей не отвертеться, и действительно придется как минимум доложить о случившемся. Сфера могла взорваться и без вмешательства Зецу, но он явно что-то сделал, и это «что-то» наверняка привлечет врагов пострашнее Тонери. Другие Ооцуцуки.       А если я тут застряну? На луне… Хотя тут должен быть еще один портал-разрыв, ведущий на землю. Мы воспользовались тем, который находился во дворце. И Мадары долго нет… с ним что-то случилось? Не помер бы… А, ну да, я ж жива. Да и его один черт убьешь. Это скорее меня он доведет до инфаркта. И где его носит тогда?..       – Это что?       Вспомнишь солнце – вот и лучик.       Вопрос прозвучал со столь жгучим пренебрежением и недовольством, что от злобной энергетики мужчины Кумо поспешил спрятаться за девушкой и зашипеть. Вероятно, как раз четвероногого друга и подразумевал он.       – Это кот, – переведя взгляд на Мадару, в столь же сухой манере отозвалась Саске.       Повисло столь многозначительное молчание, что они, наверное, оба почувствовали себя идиотами.       За минувшие два года мужчина практически ни капли не изменился, сколь был острым на язык самовлюбленным гадом, таким и остался. Выглядел, конечно, чуть моложе без своей конской шевелюры, которую девушка чуть ли не в истерике просила состричь, поскольку его образ ну слишком бросался в глаза и привлекал внимание.       А то ему честь не позволяет или что? Еблана кусок. Лишний повод находит, чтобы меня за каждую мелочь принизить, а тут со своими «не причесывай меня, не говори не привлекать внимание, сама чуть ли не с голой жопой ходишь, я тебе во сне глаз вырежу!» Сука! Ублюдок! Ненавижу… и чем его кошки не устроили?!       – Поднимайся, выход сам себя не найдет.       Сощурив глаза и недовольно выдохнув, Саске чуть ли не зарычала, поднимаясь на ноги. Кумо беспокойно мяукнул, так что девушке пришлось ободрить его, почесав за ушком, и добавить:       – Можешь идти. Не беспокойся.       – Хорошо, мяу. Увидимся, Саске-сама.       Увидимся… Да уж. Пришло время возвращаться домой.