Ведьмины сказки

Анка предупреждала, что однажды тренировки угробят ее. Так и оно и случилось, ну, почти. Безудержное рвение Таши поспевать по основным предметам, которые вели ее любимые “двое из ларца”, достигало порой такой отметки, что суточная норма кофе превышала, ну, всякие границы. “Ты не робот, и не можешь пахать на обоих предметах хорошо одновременно” – частенько повторяла будущая медичка, когда заставала подругу, сидящей на ступеньках университета с методичками в руках. И если бы девушка могла, то давно бы уговорила Ташу сбавить обороты и немного отдохнуть в компании нее и Эдвана где-нибудь в уютной кафешке. Только Таша была слишком упрямой. Все дошло до того, что она вырубилась прямо в тренировочном зале, рухнув с перекладины прямехонько на твердый пол. С высоты почти двух, мать его, метров. Конечно, там должны были лежать маты на подобные случаи, но Геральт как-то позабыл, что студенты могут быть настолько неуклюжими. Или до смерти уставшими. Поэтому грохот, раздавшийся в другом конце зала, заставил Ривского чертыхнуться и пулей метнуться к источнику шума. В руке уже зажат телефон, на случай, если придется звонить в экстренные службы. – Таки словила приступ, а, – запричитал Геральт, клацая ногтем на номер в быстром наборе. Правда Геральт пока тащил Ташу до медпункта, сам чуть не словил гребанный приступ от испуга. Он слишком стар, чтобы переживать такое снова. Только вот, как назло, в кабинете никого не было. Марта, их медсестра, видимо, решив устроить себе обеденный перерыв раньше положенного, умотала из корпуса далеко и надолго, на Геральтов звонок так и не ответив. “Зараза” – выплюнул Ривский, уже готовясь объясняться в больнице, что довел студентку до обморочного состояния, приписав еще и тахикардию в придачу. И тут его озарило. Регис. Он же бывший врач, должен же как-то помочь. Пар сейчас не должно быть, но лучше все-таки поспешить. Мужчина разворачивается на сто восемьдесят градусов и быстрым шагом тащится в соседний корпус. И не очень-то его беспокоила одна деталь, которая отодвигается куда-то на задворки. То, что последние несколько лет его ближайший друг осматривал разве что трупы. К тому на прошедшему момент времени Таша успела прийти в себя, только уже не тренировочном в зале, а в преподавательской, с раскалывающейся головой. Новых шишек не набила, что уже можно считать успехом, кроме злого Геральта и обеспокоенного Региса, конечно. – Я чуть инфаркт из-за тебя не схватил, – заворчал белоголовый на совершенно невозмутимую напротив Ташу, у которой, наверняка, даже если хорошо попытаться, совесть не зашевелиться. – Не тахикардию же, – девушка потерла ушибленную голову, словив еще один укоризненный взгляд. – Регису скажи спасибо, что он остановил меня от звонка скорой, сказав, что у тебя обычное переутомление. – А бывает какое-то необычное? Ее тончайшее чувство юмора на уровне российских телепередач на первом канале Геральт ни капли не оценил, только развел руками и плюхнулся на стул рядом, устало потирая переносицу. – Ты меня в гроб вгонишь, – бормочет Ривский, и девушка весело хмыкает. Кто-кто, а она там чуть там и оказалась. Регис, до этого молчавший, немного прочистил горло и привлек к себе внимание. – Не в моем праве навязывать свои убеждения по поводу ведения здорового образа жизни, но, мне кажется, что я могу дать один совет: Таша, учеба несомненно основная сейчас задача для вас и всех студентов в частности, но и не забывайте о своем самочувствии, для начала, вовремя ложитесь спать, не меньше чем на восемь часов. Ах, да, сон. Естественный физиологический процесс противоположный бодрствованию. Последние несколько месяцев о нем благополучно позабыли и плюнули на него с высокой колокольни, отдав предпочтение более важным делам. И вроде бы Региса, как раз-таки, стоило послушать, в отличие от шутливых Геральтовых угроз. Хороший кофе на дороге не валяется. Особенно, которым ее угощали за просто так, отучив от всего остального. Особенно от дешевого и дрянного до такого степени, что невозможно пить, не поморщившись. Вот же чертов экс-хирург. – В твою очередь, мой дорогой, я бы посоветовал снизить нагрузку, хотя бы на какое-то время, пока наша ученица не восстановит режим сна, если ты не хочешь повторения сегодняшней истории, разумеется, – кто не был осведомлен о мастерском умении Годфроя убеждать людей в чем угодно, очень удивился бы, увидев, как поперхнулся сидящий напротив Ривский. Таша бы захохотала от столь уморительной картины, если бы не больная голова. Все, в общем-то, завершилось благополучно: с тренировок ее отпустили, всучили таблетку от головной боли и посоветовали шуровать домой, дабы быстрее восстановиться физически. Однако, на пары Региса Таша все же осталась, преспокойно отсидев положенные сорок пять минут занятий. Зачем? Наверное, потому что здесь ее не гоняли, как скаковую лошадь. Заставляли шевелить извилинами, потому что так тоже нужно, хоть Геральт частенько забывал об этом, делая упор лишь на физических упражнениях. Недолго превратиться в зомбоголового. После пар Регис снова интересуется ее самочувствием и сбитыми костяшками. Бывший врач дотошный и заботливый до чертиков, что Таше и непривычно с такой заботой, потому что раны заживают, да и Бог с ними. Лечить себя сама она не привыкла. Возможно, это все Герольтовы заморочки, с кем ни бывает, попросил друга приглядеть за ребенком, который может тупо грохнуться в обморок. Взял да переложил ответственность на чужие плечи, и дело с концом. Но в его словах было много искренности, личного беспокойства. И Таше думалось,что, вероятно, у него есть такой же беспокойный ребенок, или кто-то еще, за кого было переживать. Или нет, Таша не спрашивала, да и лезть не хотелось. Любопытство как-нибудь потерпит, да и бесплатного кофе лишаться не хотелось. Надо просто угостить чем-нибудь взамен, заодно и спросить, что нужно. Сперва только бы поинтересоваться у Геральта, что нравится таким привередам, как Регис. Интересно, он курит?