Шанс все исправить

      Лишь поступив на службу и хлебнув тяжелой взрослой жизни, в которой требовалось в кратчайшие сроки закрывать пробелы в знаниях, чтобы подняться по карьерной лестнице, Гарри осознал ценность образования. Несмотря на усталость, парень старался впитывать как можно больше знаний. Зельеварение шло первым, и впервые за все годы обучения Гарри Снейпу не к чему было придраться. От усталости спасало и то, что, по счастливой случайности, все уроки были практическими, что не давало парню возможности уснуть. Исключением являлся урок по ЗОТИ, который преподавала Амбридж. Занятие включало в себя лишь теорию, и как бы Гарри не старался, сон его все же одолел. - Мистер Поттер!       Гарри подскочил на стуле от громкого крика и моментально встал в боевую позицию, направив палочку на Амбридж. Молодое тело, быстрые реакции, Гарри по этому скучал. Со стороны Слизерина послышались плохо скрываемые смешки. - Да как вы смеете поднимать на меня палочку?! Сегодня вместо ужина вы придете в этот кабинет, я отучу вас спать на моих уроках и угрожать преподавателям! - Простите, профессор, но так уж вышло, что большую часть ночи я готовился к вашему уроку, поэтому мне совсем не удалось поспать. - Ваша тяга к знаниям похвальна, но вас это не оправдывает. Вы должны понести наказание, мистер Поттер. - Конечно, профессор, вы правы, я не имел никакого права спать на занятии, которое учит нас защищаться от темных искусств, хотя бы теоретически. В случае чего мы будем должны дать отпор Пожирателям смерти хотя бы словесно. - Весь класс старался сдержать смех, от чего это скорее походило на хрюканье. - Хм! Жду вас сегодня, мистер Поттер, и не смейте опаздывать! - Амбридж резко отвернулась и продолжила лекцию как ни в чем не бывало, однако, не будь в классе свидетелей, она бы точно запульнула непростительным в наглого мальчишку, который только что посмел унизить ее на глазах у всех. - Не знаю, что с тобой случилось, Гарри Поттер, но это было восхитительно. - Гермиона даже не пыталась скрыть улыбку.       После уроков Гарри проявил желание выполнять домашнее задание вместе с Гермионой. Парень не переставал удивлять друзей. Отмазки Рона были вполне ожидаемы, он всегда придумывал различные предлоги, чтобы избежать выполнение домашних заданий, и Гарри довольно часто ему подыгрывал, но не сегодня, поэтому Рону пришлось слоняться по замку в одиночестве. Друзья выполняли работу в тишине, Гарри справился быстрее, поскольку уделял эссе куда меньше времени, нежели его подруга, которая всегда выходила за приемлемое количество слов, установленное преподавателями. - Гарри? Что ты делаешь? - Пишу эссе для Рона, это избавит нас с тобой от его жалобной мольбы дать ему списать.        Друзья тихо рассмеялись, но хорошее настроение девушки снова сменилось тревогой. - Гарри... я знаю, что обещала не задавать вопросов, но я волнуюсь. Ты мой лучший друг, и я люблю тебя, но сейчас мне кажется, что напротив меня сидит совершенно другой человек. Рон игнорирует изменения в тебе, будто и вовсе их не замечает, но он тоже волнуется, просто скрывает это.       Гарри пристально вгляделся в глаза подруги, будто не зная, стоит ли ей доверять, но все же сдался. Гермиона и Рон всегда были лучшей частью его жизни, они всегда были рядом, и он уверен, что так будет всегда. Они сидели в библиотеке, где было полно народу, поэтому парень наложил на их столик заглушающее, поскольку никто не должен был услышать то, что он собирался рассказать. - Гермиона, то, что я сейчас расскажу, может показаться бредом сумасшедшего человека, но, прошу, поверь мне. - Сначала расскажи, и позволь мне самой решить, во что верить. Гарри тепло улыбнулся, сейчас перед ним сидела его Гермиона, такая же, как в его прошлой жизни, пусть и гораздо младше. - Начнем с того, что я все еще тот Гарри, которого ты знаешь, за одним исключением. Я Гарри, который прошел войну рука об руку со своими лучшими друзьями и сумел победить Тома, ценой многих дорогих всем нам людей. Седрик был лишь первым. И даже несмотря на то, что мне пришлось погибнуть, я каким-то чудом выжил, снова вступил в схватку с Томом и победил его. Самое смешное в этой истории то, что меня дважды не смог убить сам Волдеморт, но с этим с легкостью справилась старость. А потом... потом я очнулся, будто от кошмара, в спальне Гриффиндора, сразу же пошел к Альбусу и показал ему свои воспоминания, и теперь мы знаем, как убить Тома уже в конце этого года.       Гермиона долго молчала, осмысливая услышанное, и задала вопрос, который он никак не ожидал услышать: - Ты зовешь директора Альбусом?       Гарри опешил и лишь спустя несколько долгих секунд рассмеялся. - Неужели это единственное, что тебя смущает? - В это сложно поверить, Гарри... - Именно поэтому я и не хотел вам говорить. Знаешь, мы стольких потеряли в этой войне. Сириус, Римус, Тонкс, Альбус, Снейп, Фред... - Фред? Фред Уизли?       Гермиона излучала страх каждой клеточкой своего тела, и Гарри снова отругал себя за то, что никогда не замечал ее симпатии к Фреду, и его чувств к ней он тоже никогда не видел. - Ты тоже ему небезразлична, Миона.       Девушка тут же смутилась и даже проигнорировала столь нелюбимое ею прозвище. - Что за бред? Он просто брат Рона, который доставляет нашему факультету уйму проблем в виде снятых баллов... Прекрати улыбаться, Гарри! - девушка запустила в друга пером, чем лишь больше его развеселила. - Мне понадобилось так много лет, чтобы научиться понимать тебя. Прости за это, в отличие от нас с Роном ты всегда была куда внимательнее и мудрее. - Знаешь... новый Гарри мне нравится даже больше, хотя меня и раздражает эта отеческая улыбка на твоем лице, - девушка улыбнулась другу и погладила его по руке в качестве поддержки. - Расскажешь Рону сама? - Конечно, не волнуйся, но вопросов тебе не избежать.       Больше они не отвлекались и продолжили выполнять домашние задания, не забыв подготовить один экземпляр для их непутевого друга.       Время подходило к ужину, на который парню не суждено было попасть. Он снова оказался в противном, до жути розовом кабинете. Он знал, каким будет наказание, и был к нему готов. Ждать женщину пришлось довольно долго, неожиданно в памяти снова всплыло воспоминание, преследовавшее его после ночи заточения в Малфой Мэноре. Никакое наказание не сравниться с муками Гермионы в тот день, ее крики доносились даже до подземелий, а на руке навсегда остался отвратительный шрам, напоминающий о войне. Простое царапанье на руке, это лишь детская шалость по сравнению с тем, через что он и его друзья уже успели пройти. - Мистер Поттер, вы уже здесь? - Амбридж задержалась аж на полтора часа, вероятнее всего, она присутствовала на ужине, на котором ему быть не позволялось. - Полагаю, вы осознали свой проступок и спешите понести заслуженное наказание. Весьма похвально. Прошу, садитесь. - Что я должен писать? - Гарри натянул милейшую улыбку из тех, что у него имелись, но взгляд его был ожесточен, что представляло собой весьма устрашающую картину. - “Я не имею права грубить”. - Я рад, что вы наконец это осознали, профессор, но что мне писать? - продолжая улыбаться, спросил парень. - Да как вы смеете?! Берите перо и пишите, мистер Поттер, иначе я подниму вопрос о вашем отчислении!       Даже раздражать эту женщину не доставляло никакого удовольствия. Скорее с каждым ее словом Гарри все сильнее хотелось бросить в нее непростительное. Амбридж сидела за своим столом и наблюдала как Гарри спокойно и размеренно выводит надпись “Я не имею права грубить”. Парень даже не морщился, не замедлялся, он просто писал, чем приводил Амбридж в дикую ярость.       Раньше ее наказания длились не больше двадцати минут, но сейчас Гарри она продержала около двух часов. Пытка была мучительной, он уже давно перестал скрывать боль и постоянно морщился, но женщине не было до этого никакого дела, она получала истинное наслаждение, наблюдая за его мучениями. Наконец Амбридж соизволила его отпустить, поскольку скоро начинался комендантский час.       За последние двое суток без сна Гарри был ужасно вымотан. Организм требовал хоть какой-то подпитки, и парню ужасно хотелось есть, в чем он не смог себе отказать. Гарри пробрался на кухню, где маленькая домовушка моментально развила бурную деятельность, стараясь услужить неожиданному гостю. - Спасибо, Милли, очень вкусно. - Домовушка по виду была еще совсем молода, но уже усердно трудилась на кухне, и похвала волшебника очень ее смутила. - Ох, мистер Гарри Поттер, сэр. Не за что, сэр, приходите, когда вам захочется, Милли всегда будет очень рада накормить Гарри Поттера, - домовушка низко поклонилась, почти доставая длинным носиком до пола. - Конечно приду, Милли. Ты невероятно милая и очень надеюсь, что когда-нибудь ты захочешь стать моим домашним эльфом. И, разумеется, мы должны будем обсудить твоё жалование. Как ты на это смотришь? – Гарри был уверен, что Альбус не станет возражать. - К-к-конечно. Милли будет очень рада, если такой волшебник, как Гарри Поттер, примет Милли к себе на работу. Милли очень хочет работать, как Добби и получать зарплату. - Значит, договорились. Как только я закончу школу, я поговорю с директором, чтобы он позволил тебя забрать. - Гарри ожидал, что Милли оскорбится, услышав о зарплате, но похоже, что она, как и Добби, была бунтаркой в мире эльфов и мечтала о свободе. Гарри вздохнул с облегчением своим несвершивсимся опасениям. - Спасибо, Гарри Поттер, сэр, - Милли снова поклонилась до пола, и улыбка Гарри стала чуть шире. - Мне уже пора, обещаю наведаться к тебе в скором времени.       Гарри покинул кухню и неспешно направился в сторону башни. Раньше он всегда боялся быть пойманным, бродя ночами по коридорам, но он уже давно не был школьником. И, конечно, судьба злодейка, будто насмехаясь над своим любимчиком, решила подшутить над Гарри еще разок. Уже за следующим поворотом он буквально впечатался в Снейпа. - Какая неожиданная встреча, мистер Поттер. Позвольте узнать, что вы забыли в коридорах ночью? - Я проголодался, поэтому сходил на кухню, сэр. - Неужели? И почему же вы не ели со всеми в большом зале? - Отрабатывал наказание у профессора Амбридж. - ответил Гарри, не удивлённый тем фактом, что Снейп заметил его отсутствие на ужине.       Мантии на Гарри не было, а рукава рубашки были высоко закатаны, поскольку ткань доставляла ужасно неприятные ощущения, раздражая раны на коже. Снейп обратил внимание на огромное количество мелких надписей, буквально вырезанных на руках парня, и тяжело вздохнул. - Следуйте за мной, Поттер.       Раздосадованный сложившейся ситуацией, зельевар быстрым шагом направился в сторону подземелий к своим покоям, даже не думая оборачиваться, что несомненно было большим плюсом для Гарри, следовавшего за профессором с глупой мальчишеской улыбкой на лице, принадлежавшей когда-то совсем юному и наивному ребенку, который еще не был знаком с болью от потерь близких и родных ему людей. - Входите.       Гарри вошел в маленькую, но уютную гостиную с камином. Снейп уже успел куда-то испариться, оставив парня осматриваться. Обстановка была слегка мрачной, что соответствовало характеру хозяина данной комнаты. В гостиной находилось огромное количество книг, некоторые на абсолютно незнакомом ему языке. Столько лет прошло, а Снейп все еще не переставал его восхищать. - Садитесь на диван. - Снейп с какой-то коробкой появился так же неожиданно, как исчез, и Гарри ничего не оставалось, кроме как повиноваться. - Почему вы не повели меня к мадам Помфри? - Поппи уже спит. Незачем ее будить. – Мужчина копался в коробке в поисках нужной колбочки. - Вытяните руки.       Зельевар сел рядом и, достав зелья из своей “магической аптечки”, начал обрабатывать руки парня. Гарри был удивлен поведением профессора. Неужели, если бы в детстве он не считал Снейпа главным злодеем всего человечества и уважительно к нему относился, их отношения могли бы сложиться совсем иначе? Возможно, еще тогда, он смог бы убедить Снейпа в том, что не похож на своего, пусть и любимого, но все же задиру отца.       Несмотря на всю неприязнь к мальчишке, прикосновения Снейпа были очень осторожными, он старался действовать как можно аккуратнее, из-за чего процесс обработки ран слегка затянулся. Насколько помнил Гарри, Помфри никогда так не церемонилась со своими пациентами, тем более с теми, у кого была лишь пара царапин. - Спасибо, профессор Снейп. - К утру раны должны затянуться, через пару дней не останется даже намека на них. Завтра вам нужно будет прийти и снова обработать раны. - Я был уверен, что останутся шрамы. - Гарри помнил тот шрам, что остался у него на запястье после очередного наказания от Амбридж. - Остались бы, если бы я не поймал вас во время ночных прогулок по Хогвартсу. Двадцать очков с Гриффиндора.       На это Гарри лишь тихо рассмеялся, озадачив Снейпа еще больше. Мало того, что мальчишка не грубил ему как раньше, смотрел на него с уважением, а, главное, перестал его опасаться, так еще и это вечно довольное лицо при встрече с ним, с его главным, как думал Снейп, врагом. Он бы никогда не привёл Поттера в свои покои, но с парнем творилось что-то странное, Северус даже подумал об оборотом зелье, но ничего в юноше не выдавало шпиона. Поведение Гарри беспокоило мужчину и он с сожалением признал, что теперь вынужден ещё пристальнее следить за ним. - Что ж, это справедливо, профессор. - Вам пора. - Конечно. - Гарри поднялся и направился к выходу. - Доброй ночи, профессор, и еще раз спасибо. - Парень уже хотел закрыть за собой дверь, когда услышал последнее напутствие от своего персонального, как он надеялся, лекаря. - Не снимайте повязки, не мочите и не смейте их чесать, иначе не будет никакого толку. И закройте за собой дверь.       С этими словами Снейп быстрым шагом направился к двери, которая, вероятнее всего, вела в его покои, а счастливый Гарри медленно поплелся к башне Гриффиндора, ощущая невероятную усталость.       В комнате его ждал Рон, которому Гермиона уже успела все рассказать. Ребята наложили заглушающее, чтобы их никто не слышал. Парни разговаривали больше двух часов, Рону ужасно хотелось узнать свое будущее, но Гарри рассказывал лишь незначительные мелочи, чем, кажется, обидел друга, но иначе было нельзя. Рон понимал это, но имел вспыльчивый характер.       Осадок после разговора остался, но завтра была суббота, а это значит, что Гарри наконец-то сможет нормально выспаться, и это не могло не радовать.