Перерождённый

      Раньше Ромин не имел представления о том, что это за чувство такое – ревность, после появления в его жизни Лино, он вообще много чего испытал впервые. И ведь даже после перерождения этот мальчишка умудрялся играть на его нервах. Парень у него! Какой ещё, к демонам, парень?! Этот вопрос мучил Ромина уже больше недели. Как сильно Лит увлечён другим? Как давно начались их, так называемые, отношения? Как далеко они зашли?! Поцелуи? Ласки? Секс?! Думать об этом было тошно, а представлять, как кто-то мог обладать его мальчиком, ещё хуже. В целом, это, конечно, ничего не меняло, и кто там был до Ромина – не важно, потому что он всё равно не откажется от Лита. Но знать, с чем ему предстоит иметь дело, хотелось. А ещё лучше – прибить… Сначала того неизвестного парня, а потом и архимагического махинатора – старшего братца. Ну, Велис, хорошо же ты присматривал за мальчишкой! Как парня-то проглядел?!       Ревность изводила Ромина и грызла изнутри, но в последние несколько дней даже она отошла на второй план. С самого первого дня он наблюдал за каждым шагом Лита, отслеживал любые изменения в его поведении и самочувствии, и порой замечал странности, но теперь их стало в разы больше. И это тревожило. Например: парнишка мог спокойно идти, говорить о чём-то, а потом неожиданно замереть и невидящим взглядом уставиться в одну точку, а когда Ромин окликал его или спрашивал, что случилось, Лит приходил в себя и даже не осознавал, что что-то было не так.       А ещё сны. С мальчишкой совершенно точно что-то происходило во снах, и проявлялось это двумя способами: либо Лит не мог уснуть и ворочался полночи, находясь в состоянии какой-то тревожной полудремы, либо засыпал неестественно глубоким сном. Пару раз Ромин даже не смог его растолкать, и пришлось нервно сидеть и ждать, когда Лит проснётся сам. Вот такие ожидания и выматывали сильнее всего – часами беспомощно смотреть на того, за кого ты жизнь готов отдать, и не понимать, чем можно ему помочь. И главное – Лит ничего этого не замечал, для него всё было в порядке!       Да взять хоть вчерашний случай – уж такое-то не приметить сложно! Они ехали по узкой дорожке через лес, заваленный осыпавшимися осенними листьями. Деревья поблескивали влажными от прошедшего дождя, голыми ветками, изредка где-то в стороне шуршало мелкое зверьё, и тут Лит, подставивший задумчивое лицо ласковым солнечным лучам, выдохнул мечтательно: «Похоже на ту дорогу, по которой мы ехали в Басхет». Ромин так и застыл в седле, вглядываясь в его лицо. Да, в Басхет-то они ездили, вот только было это лет тридцать назад. И с ним был Лино! Когда некромант попросил паренька повторить, что тот сказал, Лит удивлённо глянул на него и ответил, что молчал. Очередной неосознанный всплеск памяти? И мальчишка снова ничего не заметил…       Ну почему про перерождённых так мало записей в архивах Ларвии? Сложно было вести подробные дневники? Как определить: что в порядке вещей, а что нет? Может, уже пора бить тревогу и тащить Лита к магическим лекарям? Ромин даже завёл отдельную тетрадь и фиксировал все странности и несостыковки в состоянии мальчишки. Пусть уж будет, не то через тысячу лет такой же несчастный, как и он, будет страдать, мучиться догадками, глядя на дорогого ему человека.       Несколько дней назад Ромин с Литом выехали из Ларета – городка, что находился на границе Гангоры и Асконы – и отправились к маленькому поселению за лесом. Именно сюда вело их новое задание.       — Ромин, я вижу деревушку впереди, — указал Лит, прерывая невесёлые мысли мага.       Некромант поднял взгляд, отрываясь от созерцания луж и пожухлой травы. Вдалеке и правда виднелись покатые крыши домов.       — Ну что, ты хотел действовать? — Ромин улыбнулся, и глаза мальчишки засияли. — Тогда начинай расследование, а я буду молча наблюдать. Только сначала напомни: почему мы поехали сюда?       — А ты не помнишь? Ты же сам брал задание.       — Я тебя проверяю.       — У меня с памятью всё в порядке, — насупился Лит.       Ну да, в порядке, как же! Просто две жизни стёрты из воспоминаний напрочь, а так в порядке, да.       — Я жду, — сказал Ромин, и парнишка, закатив глаза, протараторил то, что было известно по заданию.       — Деревушка Натин, находится в преддверьях Ларета, на окраине леса. Жители промышляют охотой и заготовкой дров. Раз в неделю в город приезжает обоз с товаром оттуда, но за последний месяц не было ни одной поставки. Запрос в городскую стражу подал владелец мясной лавки, а те передали магам. Как ты предположил: обленились и не захотели ехать проверять сами? Ну что, ничего не забыл?       — Ничего.       — Ромин, а… — Лит закусил губу и нерешительно глянул вперёд, будто сомневаясь: говорить или нет. Но потом всё же задал вопрос: — А если нет ни пропавших, ни трупов, с чего же начинать поиски? Что, приехать и сказать: «Здравствуйте, вас в городе потеряли, у вас тут всё в порядке?»       — Ну вот, скоро прибудем, и решишь, что спросить. Ты же ведёшь дело.       Уже на подступах к деревне Ромин почуял что-то неладное. На первый взгляд — типичное небольшое поселение на шестнадцать домов, выстроенных ровнёхонько напротив друг друга и разделённых широкой улицей. Ни заборов, ни оград — видимо, жители дружны и ничего не скрывали друг от друга. Но вот странность — разгар дня, а никого на улице и возле домиков не видать. Ни детворы, ни вечно хлопочущих по хозяйству женщин. Да, погода по-осеннему прохладная, но не мороз же, чтобы сидеть по избам. Некромант спешился и огляделся внимательнее.       — Ромин… — тихо позвал его Лит, и маг обернулся — мальчишка опасливо смотрел в окно одного из домов. — Там… Там женщина выглянула ненадолго. И мне… Мне показалось, что её лицо, всего на секунду…       Некромант подошёл ближе к пареньку и, перехватив у него поводья, прошептал:       — Поезжай обратно в город. Не останавливайся и не медли, я потом найду тебя.       — Но…       Дверь крайнего домика скрипнула, и оттуда вышел пожилой мужчина, Лит повернулся в его сторону, побледнел и рвано выдохнул:       — Он тоже.       Конь, на котором сидел мальчишка, взбрыкнул, и Ромин едва успел удержать его под уздцы до того, как паренёк вылетел бы из седла. Лит же неловко спешился и застыл в испуге. Лошадь Ромина уже нервно топталась на месте, а когда из-за угла ближайшей постройки вышел ещё один человек, и вовсе громко заржала и бросилась прочь. Судя по глазам Лита, этот тоже оказался демоном. Ситуация складывалась отвратная — Ромин и с ним испуганный, хоть и пытавшийся скрывать это мальчишка, который ещё толком ни разу не сражался, против трёх демонов. Нет, не трёх… Из самого дальнего домика вышло ещё два подростка, и Лит, больше не храбрясь, прижался к руке Ромина с ужасом, прошептав: «Да они все демоны!»       Некромант призвал косу и, наскоро прощупав местность кулоном, обнаружил ещё несколько источников демонической энергии послабее. Лишь в трёх домиках было чисто. Схватив Лита за руку, он побежал к ближайшему. Это движение стало спусковым механизмом для демонов — они бросились следом, молча стекаясь со всех концов деревеньки.       Ромин подтолкнул Лита вперёд, крикнув: «Беги внутрь», сам же остановился, создавая несколько задерживающих печатей на земле, а потом рванул к укрытию. Мальчишка уже стоял на пороге, побелевшими пальцами вцепившись в дверную ручку, но в следующее мгновение взмахнул рукой, создавая огненный поток, который пронёсся в нескольких сантиметрах от плеча Ромина. Прямо за спиной некроманта раздался болезненный вскрик. Обернувшись, он увидел девушку-демона с изуродованным перекошенным лицом, пытавшуюся сбить со своей груди магическое пламя. «Шустрая», — Ромин даже не заметил, когда она оказалась в метре от него. Огонь вновь полыхнул по её телу, уже сильнее, сжигая одежду и опаляя кожу. Она отчаянно завизжала, а маг, отвернувшись, поспешил в укрытие. Добежав до Лита, Ромин затащил его внутрь и запер дверь, хоть и понимал, что эта преграда никого не остановит.       — Пригнись, — рявкнул он, и мальчишка молча выполнил приказ.       Некромант одним размеренным движением крутанул косу вокруг себя и воздвиг барьер, опоясывающий дом. Против стольких демонов долго не простоит, но хоть что-то.       — Лит, создай барьер по диаметру моего.       — Хорошо, только он у меня ещё слабый.       — Какой есть, мне нужно выиграть немного времени.       Паренёк кивнул и начал выводить пальцами в воздухе символы, от которых расходились едва заметные всполохи, послушно уплывавшие за стены дома. Ромин, тем временем, присел на пол, подцепил доску и с немалым усилием оторвал её. Благо фундамент оказался невысоким — Ромин, склонившись, дотянулся рукой до земли и прикрыл глаза. Магия смерти потекла от него по почве, выискивая мертвецов. Первые нашлись тут же, в деревне, – восемь тел, по-видимому, лежали в домах, принадлежавших когда-то местным жителям. Мало, слишком мало… Демоны разорвут их за считанные минуты. Ромин расширил поиск и ещё через пару минут наткнулся на кладбище у дальнего конца леса, вот там дела обстояли куда лучше — более тридцати мертвецов. Некромант встал и ударил косой о землю, отправляя пробуждающие чары к обнаруженным телам. Теперь нужно время. Время, пока его загробные помощники оживут и доберутся сюда. Ромин посмотрел на Лита, парнишка же обхватил себя руками, со страхом поглядывая в окно.       — Скольких насчитал? — спросил маг.       — Отсюда видно шестерых, они бьют по нашим барьерам. Я физически ощущаю каждый удар. Не думал, что это так… болезненно.       — Я тоже чувствую. И их не шестеро – больше. С годами станет легче, и удары по барьеру будут не более ощутимы, чем укусы комара. Если почувствуешь, что не в силах больше держать, развей чары.       Ромин вновь прикрыл глаза, сжимая амулет. Те мертвецы, что находились в деревне, уже ожили и теперь выбирались из домов. Они, конечно, отвлекут демонов ненадолго, но этого времени не хватит на то, чтобы главные силы успели добраться. Барьер Лита не протянет больше и минуты, да и его собственный уже даёт слабину.       — Ромин… — Мужчина обернулся на Лита и застыл в ужасе.       Тело мальчишки бесчувственно лежало на полу, а над ним зависла полупрозрачная, сверкающая серебряным светом и источающая немалый запас магии, душа! Ромин бросился к Литу и прижал к себе хрупкое тело. Только через минуту он смог наконец выдохнуть – живой… Сердце Лита слабо, но билось, а вот его собственное, похоже, только что чуть не остановилось. Ромин посмотрел на душу и гневно спросил:       — Что ты сделал?!       — Я сделал?! —мальчишка возмущённо сложил руки на груди. И столько в этой позе было до боли знакомого…. — Это ты что сделал? Я же влетел в разлом и видел, как растворяюсь в нём… Я точно должен был исчезнуть, но… Как ты вытащил меня?       Ромин молча уставился на него, пытаясь осознать услышанное. Это не Илит… Вернее, призрачная душа, покинувшая тело, не обладала воспоминаниями Илита, а лишь теми, что были у…       — Лино, — выдохнул маг.       — Что происходит, Ромин? Где мы вообще? Где Амина? И что это за мальчишка?       Изумление? Шок? Некромант вряд ли бы смог подобрать слово к тому состоянию, в котором сейчас прибывал. Он за сотню лет повидал всякого, но Лино, как обычно, сумел поразить — душа, покидающая живое и совершенно здоровое тело... Где это видано?! За стенами раздалось рычание, и барьер, созданный Илитом, пал. Лино вздрогнул — наверное почувствовал, как удар прошёлся по его магии. Удивительно, но, даже покинув тело, дух умудрялся неосознанно поддерживать барьер. И, честно говоря, куда лучше, чем Лит. Да и силы в нём сейчас было несоизмеримо больше, чем прежде, когда он ещё был призраком. Если серебряное свечение — это запас его магии, то мальчишка станет одним из сильнейших, ведь с годами она будет лишь расти.       Дух огляделся, а потом взмыл вверх и исчез в потолке.       — Лино, вернись! Немедленно, слышишь?! — Ага, так его и послушали.       Илит в его руках тяжело задышал. Чтоб тебя… Что вообще происходит?! Ещё и толпа демонов, окружившая их – как всё не вовремя…       Лино вернулся через минуту.       — Там семнадцать демонов. Это из тех, что прорвались через разлом? Хотя, сейчас неважно. От первой партии твоих мертвецов осталось всего двое, и те уже без конечностей. Те, что идут с запада, с кладбища, доберутся минуты через три, но твой барьер столько не протянет. Я уже вижу, как он трескается, — мальчишка подлетел к задней стене, где стоял комод, и указал на неё. — Тут стоит всего один демон. Если пробьёшь доски и убьёшь его, то сможешь напрямик добежать до леса, а там придётся отбиваться.       Ромин молча подхватил тело Лита и, осторожно закинув на плечо, подобрал с пола косу. Дойдя до указанной стены, он посмотрел на духа.       — Лино, задержись на минуту, когда первые демоны ворвутся в дом, подожги его и сразу ко мне.       Мальчишка кивнул, и Ромин, с трудом оторвав от него взгляд, повернулся к стене. От мощного магического удара косы доски разлетелись в щепки. Демон, что стоял за преградой, тут же бросился на мага, но моментально лишился головы. Ещё раз взглянув на сверкающего духа — Лино, Ромин крепче прижал к себе его тело и побежал к лесу.       Ещё не добравшись до первых деревьев, он услышал, как за спиной затрещал вспыхнувший дом, а вскоре его догнал и сам Лино. Добежав до леса, Ромин положил тело мальчишки на ворох опавших листьев, коснулся его ладони и тихо выругался – пальцы были ледяными. Отойдя на шаг, некромант создал вокруг него еще один небольшой барьер, а потом оглянулся на деревню – мертвецы вступили в бой.       — Ромин, ты…       — Лино, милый, пожалуйста, останься с ним. Не вылетай за барьер, а если кто-то из демонов проберётся сюда, в обход меня, тут же позови.       Дух нахмурился и бросил взгляд на своё тело.       — Кто он?       — Просто сделай сейчас, как я прошу.       Лино нехотя кивнул, и Ромин поспешил обратно к деревне. Армия мертвецов значительно поредела, а вот демонов стало всего на четверо меньше, и двое из них сейчас с воем полыхали внутри дома, подожжённого Лино. Маг добил еще несколько раненных, а потом ударил заклятьем по местности, заставляя иномирных тварей ослабнуть и замедлиться. Теперь ожившим телам стало куда легче сражаться, и они, подпитываемые силой и присутствием некроманта, яростно накинулись на демонов. Помогая своим созданиям и добивая поверженных тварей, Ромин закончил битву за несколько минут, после чего отдал приказ мертвецам, и те, подхватив останки демонов, потащили их в горящий дом, при этом загорались сами. Теперь это место станет для них общей могилой.       Ромин устало присел на землю, глядя на возню живых мертвецов. Сейчас бы уснуть… Он потратил так много сил. Ему просто необходима была передышка, хоть в пару минут, а большего он и не мог себе позволить. Судя по состоянию Лита, чем дольше душа находится вне, тем больше вероятность вообще разделиться и потерять это тело… Ромину необходимо срочно затолкать дух обратно.       Когда некромант вернулся к ним, Лино с любопытством изучал лицо Илита.       — И всё же, кто он, Ромин? Он кажется таким знакомым, — спросил дух, когда маг снял барьер и присел рядом, касаясь щеки спящего.       Она уже похолодела… У Ромина совсем не осталось времени, а он столько бы хотел сказать Лино… Некромант с нежностью посмотрел на душу мальчишки, а потом направил на него косу, сковывая. Лино попытался дернуться, но не смог. Ромин всегда это ненавидел — помыкать Лино и сковывать — хоть за двадцать с лишним лет и прибегал к подобному всего трижды.       — Ромин, зачем? — с удивлением и непониманием воскликнул дух.       — Я люблю тебя, Лино. И я безумно рад видеть тебя, но тебе пора обратно, — прошептал он и, взмахнув оружием, заставил душу двигаться к телу.       — Ромин? — взвизгнул он. — Ромин, я ничего не понимаю! Мин, отпусти!       Некромант последний раз встретился с перепуганным и недоверчивым взглядом, а потом душа коснулась тела, и серебряное свечение Лино вспыхнуло невыносимо ярко, так, что пришлось даже закрыть глаза. Когда Ромин вновь открыл их, Лино уже не было. Он подошёл к мальчишке и коснулся его лица – теплее… Гораздо теплее, чем минуту назад, руки тоже. Ромин прижал его к себе и уткнулся лицом ему в шею, ощущая губами бьющийся под кожей пульс.       — Я люблю тебя, милый, я так сильно тебя люблю…       Он хотел бы поговорить с ним, рассказать Лино обо всём, увидеть, как удивлённо распахнулись бы дорогие глаза от осознания, что это его тело, что он живой, что теперь они смогут быть вместе по-настоящему! Он сказал бы, как скучал без него, как ему было плохо все эти семнадцать лет. Вот только Ромину совсем не оставили на это времени… Пробудь Лино вне ещё чуть дольше, тело могло бы погибнуть! Всё, что сегодня произошло, неправильно и опасно – душа вообще не должна покидать тело! Так почему же он покинул? Что заставило Лино пробудиться, да ещё таким образом? Как бы Ромин ни был рад его видеть, подобного нельзя больше допустить.       Маг бережно уложил голову мальчишки себе на колени и стал рыться в поясной сумке. Да уж, подручных материалов маловато, придётся делать из того, что есть. Отрезав небольшой кусок от завязки на сумке и подобрав с земли маленький плоский камешек, Ромин смастерил простенький браслет, а потом стал накладывать на него чары, удерживающие душу. Повезло же ему родиться некромантом — никакой другой маг не смог бы создать подобный оберег. И не смог бы вернуть Лино обратно в тело. У этого мальчишки всё-таки талант играть на его нервах! Закончив, Ромин завязал браслет на запястье Илита и устало прикрыл глаза.       Сложно сказать, сколько прошло времени — кажется, маг заснул, а разбудило его шевеление мальчишки, заелозившего на его коленях. Открыв глаза, Ромин встретился с удивлённым карим взглядом.       — Ты как?       — Что случилось? — спросили они одновременно.       — А что ты помнишь? — с опаской уточнил Ромин.       — Мы находились в том доме, окружённые демонами, а потом… — Лит наморщил лоб, пытаясь вспомнить. — Потом ничего.       Ну, конечно, Ромину просто не могло так повезти, чтобы после случившегося к любимому вернулась память о прошлом! Некромант вздохнул и на ходу стал выдумывать правдоподобную версию произошедшего.       — Когда демоны ударили по твоему барьеру и пробили его, это отразилось и на тебе. Видимо, удар оказался настолько мощным, что ты стал терять сознание, но до того, как отключиться, успел поджечь дом. К этому моменту как раз подоспели поднятые мною мертвецы. Пока они отвлекали тварей, я вынес тебя из огня и отнёс сюда. Потом вернулся в деревню и добил демонов. Они, кстати, оказались не так уж и сильны. Просто брали количеством.       — И сколько их было?       — Семнадцать.       — И ты убил всех один?!       — Ну почему же один? Первого одолел ты, да и про мертвецов не забывай. Но если бы рядом не оказалось кладбища, боюсь, мы бы так легко не выбрались, — Ромин натянуто улыбнулся и подумал о Лино.       Они вряд ли выбрались бы целыми и невредимыми, если бы не он. Даже спустя столько лет, они вновь действовали слаженно, быстро и чётко, как единое целое, хотя для Лино этих лет будто и не было. Но что именно вынудило подсознание мальчишки проснуться и покинуть тело? Опасность? Пока Ромин склонялся именно к этому варианту, а там время покажет…       Лит сел и посмотрел на деревушку. От сгоревшего обвалившегося дома валил густой дым, а кое-где ещё виднелись всполохи огня.       — Похоже, из меня вышел непутёвый ученик, да и маг выйдет такой же, — парнишка уткнулся лицом в колени. — Я слабый и бездарный – обычная посредственность, ещё и сознание теряю посреди боя. Ты, наверное, уже пожалел, что забрал меня из академии? И думаешь, как отказаться…       — Нет. И никогда не откажусь, — Ромин погладил по растрёпанным рыжим волосам, и Лит доверчиво прижался к его плечу. — Ты просто ещё не знаешь своих сил и талантов. Дай время, всё придёт.       Уж Ромин-то знал это наверняка. Он видел силу, что источает душа Лита. Да и без этого: как можно отказаться от того, кого любишь больше жизни? Если бы Лит только знал об этом… Некромант обхватил тонкое запястье, привлекая внимание к браслету.       — Лит, я сделал тебе оберег. Это, конечно, не произведение искусств, но на нём мои чары. Пожалуйста, никогда не снимай его. — Мальчишка кивнул. — Нам, кстати, не помешает найти лошадей, думаю, они где-то неподалеку в лесу. Не хотелось бы тащиться несколько дней до города пешком, да и вещи жалко. Ты как, отдохнул?       Лит снова кивнул, поднялся и отряхнул с одежды опавшие листья. Ромин вздохнул, прикрыв на секунду глаза, и тоже встал. Вот вернутся в Ларет и на целую неделю забудут обо всём, кроме отдыха. Кажется, им обоим стоит прийти в себя.