Загадай желание

дубль второй Эребор они потеряли, но Торин не мог ничего с этим поделать: он перенесся слишком поздно, и все, что ему удалось — это спасти некоторое количество жителей королевства, вовремя отправив их гулять, патрулировать, цветочки собирать — что угодно делать, только подальше от горы. Он на пару с Двалином даже успел перехватить митриловую руду — прав он был: это бургомистр Эсгарота ее спер. Торин довел беженцев Эребора до разрушенного еще в Войну Гнева Белегоста и думал, что теперь-то все нормально, и у него еще полно времени, чтобы придумать нормальный план по возвращению горы… Но дедушка Трор решил все испортить. Деду на мозги давно капало одно из гномьих Колец Власти, драконья болезнь только усугубляла положение. В прошлый раз Долгобородам пришлось голодать и закладывать все, вплоть до последних штанов, и у дедули не было ни времени, ни мыслей, ни возможностей считать себя непобедимым, неуязвимым и неприкосновенным. Но в этот раз... Кольцо продолжало капать ему на мозги; благодаря усилиям Торина потерю Эребора клан пережил относительно легко, и Трор решил, что ему все можно. Взяв с собой одного лишь камердинера, Трор вошел в Морию как к себе домой и прямо в лицо орочьему предводителю заявил, чтобы тот выметался и шушеру свою с собой забирал. Азог посмеялся, а потом срубил гномьему королю голову, выжег у него на лбу свое имя и кинул ее ждавшему у ворот камердинеру вместе с кошельком медяков, с намеком, что король в Мории уже есть, а вы, нищеброды, идите куда-нибудь еще. Торин, когда ему доложили подробности, разгневался, но больше все-таки хотел побиться головой обо что-нибудь. Какой Кхазад-Дум, дед, как ты оттуда балрога выгонять собирался?! Оскорбление, однако, спускать было нельзя, совсем эти морготовы мрази охамели, и король Трейн, созвав семь армий гномов себе в помощь, пошел громить орков — гундабадских, морийских, какие бы на пути ни попались. Финальная битва состоялась у ворот Мории, и орков они разбили, конечно. Даин, Торин всегда любил этого своего кузена, обезглавил Азога. Отлично все получилось, да? Нет. Они потеряли больше гномов, чем тогда, в свалке с орками и эльфами у подножия Эребора, а в Кхазад-Дум хода так и не было. Погиб Фрерин. Вили умер на сорок лет раньше, чем должен был. Папа вскоре после битвы при Азанулбизаре пошел гулять в сторону Эребора и не вернулся. Торин, возвращаясь со своего первого совета кланов в качестве короля к себе, в Синие горы, с невольной ностальгией вспоминал, что примерно в это время они с Фрерином подбивали своих кузенов на поход до Гундабада, потому что терять им было уже нечего, как им казалось. Шир встретил его сидром и веселым гомоном, и Торин проторил дорожку в тот самый кабак. Он не знал, работала ли в нем уже Белладонна-Распутница, но когда сидр в кружке незаметно подновился, ухмыльнулся и сказал: — Барышня, вы бы хоть топали. — А что, господина гнома пугают милые девушки? — тут же, словно появившись из воздуха, чуть склонилась над его столиком та самая улыбчивая, кудрявая девчушка. У Белладонны был поклонник, и не было приданого. В этот раз Торин не собирался всю жизнь хандрить в одиночестве только потому, что кто-то что-то не то подумает, или потому что жизнь хоббита коротка. К тому же, он был честным гномом и, откровенно говоря, и так задолжал ей свадьбу еще с прошлого раза. Надо было только ее очаровать и, к счастью, Торин знал способ. — Не совсем. Знаете, вы мне подходите. Вы никогда троллей не грабили? — Видел Торин парочку недалеко от тракта. У Белладонны загорелись глаза. Так у Чертогов Торина появилась королева-воровка. — Мен горак, ты кого притащил? — Дис — Белладонна, Белладонна — Дис. — По-твоему, вот это милое, нежное, цветочное существо выживет в наших горах?! — Я прошу прощения, уважаемая, но вы знаете, что такое гольф? — Та игра, которую изобрел парень, сшибавший оркам головы дубиной? Ну так, слышала. — Этот парень — мой прадядя Бандобрас. — Ого! Мое почтение. Надеюсь, мой брат-осел тебе уже выковал что-нибудь на помолвку? — Лучше — украл! *** В прошлый раз Торин так и не понял, на кой Гендальфу сдалась авантюра с Эребором — тем более, что он постоянно куда-то сваливал и до горы с ними так и не дошел. Подождать, пока орки тоже пойдут на Эребор и завалят дракона трупами? После войны гномов с орками у этих мразей не так много народа осталось, чтобы не просто завалить дракона трупами, но и убить его, так что они только разбудят и разозлят тварь. Если вообще решатся реквизировать потерянное королевство гномов. Пойти на дракона самим? Торин хорошо знал своих гномьих кузенов: с чего бы им идти воевать за чужое золото? Был бы Камень Государя в качестве аргумента, а так… Пробраться в Эребор маленькой группой и убить дракона во сне? Трудновыполнимо, да и орки в прошлый раз разбудили Смауга именно тем, что вскрыли дверь. Вот если бы был черный ход... И тогда Торин невольно вспомнил о кольце из-под Мглистых гор. Двалин с его помощью крошил камень, Нори видел сквозь стены, а Балин гипнотизировал окружающих голосом. План начал вырисовываться, и Торин вытащил свою королеву-воровку из клуба рукоделия. — Сокровище. — Да-да? — Я хочу кое-что украсть из Мглистых гор. — Это подарок на годовщину? — едва не подпрыгивая, разулыбалась Белладонна. Из-за портьеры тут же показались мелкие пакостники: Бильбо научил своих кузенов бесшумному хоббитскому шагу, и теперь от них троих никакого спасу не было. — Тетя Белла, можно мы с вами?! — сделав щенячьи глазки, сказал Кили. — Да, мам, ну пожалуйста! Дети знали, к кому обращаться: Белладонна разрешала им любые пакости с неписанным правилом «не попадаться». Торину, как и его сестрице, Дис, приходилось в этой игре изображать строгих судей. — Нельзя, — отрезал Торин. — Орков обворовывать будете, когда бороды начнут расти. *** — Мистер Двалин, мистер Двалин! — Чего тебе, парень? — А почему папу называют «Торин Ниспосылающий»? — Ну как тебе сказать. Сначала к нему были предъявы за то, что он на твоей матушке женился. От ширского старосты за то, что он ее украл, а от наших — за то, что она из Шира. Торин сказал: «наплевать». — Но папа же не крал мамуленьку! — Ты это своему деду скажи. Потом были предъявы за то, что тебя нарекли не в дуринской традиции, а в хоббитской. Торин сказал: «пошли на хуй». Короче, скажи спасибо, что его не кличут «Торин, большой болт кладущий». *** О том, что он вернулся назад во времени, Торин рассказал Бильбо в ту лютую зиму, когда Белладонна умерла от лихорадки, отшучиваясь, что хотя бы не увидит себя дряхлой развалиной на фоне Торина. — Так значит, мы вернули Эребор? — Трупов было до самого горизонта. Я подумал, что оно того не стоило, но в прошлый раз и Битвы при Азанулбизаре не было. Бильбо, как полухоббита, уже считали совершеннолетним, хотя борода у него начнет расти только через два года, помнил Торин. Маленький (во всех смыслах) кронпринц все еще был немного дурным и шкодливым, но уже часто отвешивал Фили пенделя со словами «кузен, ты что, разумом скорбен?». Достав из кармана кольцо, Бильбо задумчиво повел пальцем по ободку и сказал: — Знаешь… возможно, это одно из Колец Власти. Торин, вспомнив тщедушное создание со специфическими гастрономическими пристрастиями, только фыркнул: — Откуда бы у того существа взялось Кольцо Власти? Бильбо пожал плечами, слегка хмурясь. — Наши праотцы потеряли свои кольца так давно, что никто уже и не помнит, как они выглядят. Невидимость, меткость, обаяние, убеждение… Это все можно было бы списать на забавную магию. Но путешествия во времени? Кольцо кокетливо сверкало у Бильбо в пальцах, словно заигрывая. — Это очень тревожная мысль, Бильбо, — сказал Торин, набивая трубку любимым табаком Белладонны, Старым Тоби — пришлось когда-то поменять привычную Южную Звезду, которая ей «жутко воняла». — Ни отец, ни дед не говорили, что Кольцо Дурина давало хотя бы одну из этих способностей, а это сильнейшее кольцо из Семи. Бильбо с каменным лицом поднял на него взгляд. — А одно — всесильное — Властелину Мордора… — ровно процитировал Бильбо, и они с Торином одновременно, с легкой истеричной ноткой захихикали: мысль была безумной и идиотской. — Валялось Махал знает сколько в пещере у безумного бомжа-каннибала, бедненькое, — тихо хохотал Торин, откашливая дым. Бильбо хрюкнул и, сделав коварное лицо, проговорил: — Я помогу вам совратить нуменорцев, Владыка! — Сменив выражение на тленно-печальное, Бильбо продолжил: — Конечно, я помогу вам спиздить пирожки, Ваше Высочество. Торин взвыл и заколотил ладонью по подлокотнику кресла. …Ни один из них не заметил, как Кольцо обиженно поблекло. *** Торин собрал свой отряд в поход до того, как его в прошлый раз нашел Гендальф с «великолепной идеей». Когда они проходили по тракту мимо Бри, Бильбо прошмыгнул в городок на разведку, послушать сплетни, и вернулся с так себе новостями. — Больг из Мории тоже собирается направить стопы в Эребор, — сообщил Бильбо, прокручивая кольцо между пальцами, словно заправский шулер; Торин подозревал, что это Нори его научил. — И он захочет нас зарезать, если представится возможность. — Когда мы заборем дракона, надо будет срочно отправлять весточку Даину, — уронил Двалин, щелкнув костяшками. — Орки хороши в заваливании противника трупами. Балин только качал головой. — План ужасен. Пусть лучше Бильбо тихо войдет в гору, найдет Аркенстон, и мы поведем на Смауга объединенные армии. С чего вы вообще взяли, что на дракона подействует убеждение? — Можно совместить, — предложил Фили. — Сначала Бильбо утаскивает Аркенстон, а потом мы пытаемся убить дракона, и если не получится… — Я этот Аркенстон в сокровищнице буду до скончания веков искать, — возмутился Бильбо. — Давайте лучше вы, мистер Глоин, у вас же драконий нюх! Торин промолчал. Дракон-драконом, но раз колечко умеет переносить во времени, с чего бы ему не побороть и дракона в поединке воли? «Вот только, если дракон действительно подчинится Балину, когда на нем будет кольцо… То это и правда должно быть одно из Колец Власти», — угрюмо подумал Торин. *** Отряд гномов вышел к главным воротам Эребора, и Торин мысленно похвалил себя за то, что запланировал поход раньше, чем в прошлый раз. Когда они уже спускались с перевала в Мглистых горах, началась гроза, и гномы могли с благоговением и легким ужасом издалека наблюдать битву каменных великанов. Орки Мглистых гор, если и собирались идти к Эребору, то безнадежно от Торина и его отряда отстали. Лихолесье они спокойно обогнули с северного края. В этот раз, конечно, королевского лося никто не ел, но, во-первых, теперь с ними не было Фрерина, который мог бы Трандуила уболтать безо всяких колец, а во-вторых, Торин люто ненавидел эту сраную лесную фею и встречаться с ним не хотел. У Эребора Торин ощутил смутное беспокойство, но ворота оказались заперты, а значит, орки их так и не нагнали. Надо было еще тогда понять, что им слишком уж сильно везло, чтобы все так хорошо закончилось. Двалин тихо сделал им проход в воротах, и кольцо надел Глоин. Аркенстон оказался у Торина в руках еще до того, как он успел докурить свою трубку, и гномы начали накручивать на копья наконечники, отлитые из последнего оставшегося в запасниках митрила. — Это плохая идея, — в очередной раз повторил Балин перед тем, как надеть кольцо. Можно было проверить силу неуязвимости Кили и отправить его отвлекать дракона. Можно было проверить силу стального кулака Двалина. Можно было отправить к дракону невидимого Бильбо с копьем. Но они решили использовать на драконе подчинение, потому что это был самый унизительный для ящера вариант. …Далеко, в Дол-Гулдуре, неупокоенный дух Саурона, гонявший Гендальфа в хвост и в гриву, услышал: — СТОЙ. ЗАМРИ. СКЛОНИ ГОЛОВУ, — говорил Балин Смаугу, и дракон, качая головой, словно пьяный, подчинился. «МОЕ КОЛЬЦО!» — мысленно завопил Саурон. И двух часов не прошло, как к Эребору отправились все подчинявшиеся Саурону легионы. *** Торин предпочитал, чтобы кольцо держал у себя Бильбо, потому что он был младшим, потому что невидимость — это полезно, и потому что он хотел, чтобы его сын был в безопасности. Он не учел двух вещей: что Бильбо тоже захочет прикрывать и защищать его… и что в этот раз Торин никому не плел митриловую кольчугу. Когда в поединке с Больгом Торин лишился оружия и думал, что сейчас из него сделают шашлык… орочий меч замер и окрасился красным, так и не коснувшись Торина. Между Торином и неминуемой смертью встал невидимка. — НЕТ! Торин не помнил, как срубил Больгу голову. Мозги снова включились уже когда он преклонял колени перед снявшим кольцо Бильбо. Тот ухмылялся кровавыми губами, но очень мрачно. — Стало только хуже, пап. Да, стало. Торин спас какое-то количество гномов от Смауга в начале и отбил митриловую руду, но в итоге гномы потеряли в разы больше народа. Не стоило того. Бильбо с усилием надел кольцо ему на палец и, кашляя кровью, сказал: — Исправь это! Торину даже не пришлось концентрироваться на сожалении. Он в то же мгновение очнулся в Эреборе, в покоях наследного принца, в день, когда прилетел дракон.