Пёс и Солнце

Атмосфера в доме после того дня, по мнению Амари, как-то резко изменилась. Больше не слышалось ссор и криков, в доме стало как-то спокойнее... Они даже начали готовиться к рождеству и новому году! Ко всему прочему, в доме появился новый друг, которого решили назвать Ласт в честь того, что он остался последним выжившим из всех щенят. Для него была куплена лежанка, миски, куча игрушек, поводок, чесалка, шампуни, вкусняшки и еще куча-куча всего. Щенок освоился довольно быстро и теперь носился за всеми тремя, выпрашивая внимание и все желая поиграть. Рождество они договорились праздновать без размаха, просто выпить по бокалу шампанского и посмотреть фильмы, но тем не менее, по дому развешивались новогодние украшения и игрушки, наряжалась елка, был куплен новогодний плед и запас какао. Мари и Тейлор накидывали мишуру на елку, о чем-то весело щебеча, пока Ричард прибивал носки к стене и то и дело поглядывал в сторону парней. Вернее, одного конкретного. Они больше не обсуждали то, что произошло, просто делали вид, что ничего не было, продолжая общаться, как ни в чем не бывало. Но Ричард не мог притворяться, что все нормально, что он не думает обо всем этом. В мыслях он не замечает, как вместо гвоздя бьет по собственному пальцу, тут же вскрикивает и роняет молоток, отскакивая от стены.       -Ебучий гвоздь, блять!       -О господи, Ричард! - Амари тут же срывается с места, бросая мишуру обратно в коробку, подбегает к мужчине и начинает осматривать его руку, нервно прикусывая губу.       -Палец синеть начал!       -Там кровь собирается, надо проколоть - вполне спокойно сообщает Тейлор, неожиданно оказавшись рядом. Мари, при упоминании крови и тем более прокалывании чего-то кому-то, резко побледнел и замотал головой. Тейлор закатывает глаза, понимая, что снова придется все делать самостоятельно.       -Тащи водку, иголку и зажигалку, а еще ватные диски, бинты и блюдце. Мари кивает и уносится на кухню, вытаскивая все нужное с разных углов, возвращаясь уже через пару минут. Тей усаживается с Ричардом на диван, подставляет под палец блюдце и обрабатывает водкой сперва свои руки, а после руки мужчины. Иголка так же обрабатывается водкой, накаляется зажигалкой и Тей наконец-то поднимает взгляд на Ричарда.       -Будет больно, потерпишь?       -Как будто у меня есть выбор... Юноша смеется, согласно кивая и осторожно прокалывает кожу иголкой. Кровь тут же полилась в блюдце, а мужчина зашипел, зажмурился и стиснул зубы, чтобы более не издавать ни звука. Парень легонько надавил с разных сторон, выгоняя кровь, сделал еще один прокол и, когда все закончилось, обработал несчастный палец Ричарда, забинтовал его и кивнул сам себе.       -Ну вот и все. Ты держался молодцом, герой       -Не разговаривай со мной, как с ребенком - недовольно бурчит он, но стоит ему почувствовать поцелуй на своей щеке, как вся злость и недовольство улетучиваются. Он поднимает взгляд, сталкивается с серыми, такими красивыми и добрыми глазами, с нежной улыбкой и становится как-то не по себе. Тей легонько гладит мужчина по голове, поднимается с дивана, убирая все принадлежности и вскоре вместе с Мари возвращается к украшению дома.       -Я, вообще-то, могу вам помочь       -Молчать! Получившие боевые ранения сидят на диване и не вякают. Вон, с Ластом поиграй, если уж так хочется чем-то заняться - скомандовал Тей, и на удивление, его послушались. Уже через полтора часа дом был воплощением новогодней рекламы, повсюду шарики-фонарики, новогодние носки, елка, украшенная самымм различными игрушками, свечки, гирлянды... Мари никак не мог нарадоваться. Он давно не отмечал этот праздник так красиво, нарядно, рядом с кем-то. С наступлением вечера, как и договаривались, все трое разместились на диване в гостиной, на столике стояла бутылка шампанского и закуски, на полу пищал Ласт, которому никак не удавалось запрыгнуть на диван. Сжалившись, Тей все же поднял животинку к ним в компанию, угостил его кусочком чипса, за что тут же получил по башке от Мари. Рассевшись удобнее, они включили марафон новогодних фильмов, взяли бокалы и прекрасно провели вечер все вместе. Уже ближе к ночи киномарафон был окончен и каждый занялся своим делом: Ричард вышел на улицу погулять с щенком, Мари относил посуду и прибирался в гостиной, а Тейлор занял боевую позицию у раковины. Амари ставит в раковину последнюю тарелку из под закусок в раковину, устало зевает и облокачивается на плечо Тейлора, прикрывает глаза.       -Ты обидишься, если я пойду спать?       -Нет конечно. Тут всего пара тарелок и бокалы.       -Угу... Тей, вы поговорили?       -Нет и я уж точно не буду начинать этот разговор. Мне вообще все равно.       -Врууушка - Амари смеется, целует друга в плечо и, пожелав спокойной ночи, отправляется к себе в комнату. Через минуту хлопает входная дверь, слышится радостный лай и недовольное ворчание Ричарда на щенка, за то, что тот снова побежал в дом с мокрыми лапами. Тяжелые шаги мужчины становились все громче, приближались и вот Рич уже стоит за спиной Тейлора, прожигает его спину взглядом. Он знает это, чувствует каждой клеточкой тела, но продолжает спокойно намывать тарелки.       -Ты хочешь что-то сказать, Ричард? - спокойным тоном спрашивает юноша, слышит тяжелый вздох в ответ. Он выключает воду, вытирает руки и разворачивается к мужчине, что бы в следующую же секунду столкнуться взглядом. Они стояли на расстоянии нескольких метров друг от друга, смотрели в глаза и просто ждали, когда же кто-то из них начнет разговор. Инициативу на себя взял Ричард.       -Я ублюдок, Тей.       -А я не лучше.       -Я изменил жене, оставил ее так надолго совсем одну. А тобой я просто воспользовался.       -Или я воспользовался тобой. Я ведь прекрасно знаю, что у тебя семья.       -Я скоро уеду, Тейлор.       -Я знаю, Ричард. Они одномоментно вздохнули и повисла тишина. Ричард стыдливо опустил глаза в пол, пока Тейлор нервно покусывал губы. Чего он хотел от этого разговора? Все ведь и так давно известно, то была просто минутная слабость, просто их ошибка, о которой стоит поскорее забыть. Но Тей не мог. Юноша видел, как желваки мужчины нервно дергаются, как он легонько стучит ногой и активно о чем-то думает. Парень решает сделать первый шаг. Он отталкивается от столешницы, делает несколько несмелых шагов к мужчине, привлекая его внимание, заставляя поднять удивленный взгляд.       -А если я скажу, что не хочу, чтобы ты уезжал?       -Нет, Тей, замолчи...       -Что, если я скажу, что думаю о той ночи каждый день?       -Замолчи...       -Если я скажу, что хочу снова оказаться в твоих руках, почувствовать твое дыхание своей кожей, тяжесть твоего тела, твой крепкий и горячий...       -Боже, помой рот с мылом, как ты вообще можешь такое говорить!? - Ричард закрывает лицо руками, но даже так видно, как он краснеет до ушей. Тейлор задорно смеется, чувствует себя смелее и осторожно убирает руки мужчины от лица, целует кончик носа, щеки, а потом заглядывает в глаза Ричарда.       -Пока что ты тут, так ведь? Совсем скоро ты вернешься к жене и детям, папочка, а до тех пор позволь нам двоим побыть мразями.       -Как ты меня назвал?       -Мразью...?       -До этого, придурок! Тейлор покрутил шестеренками в своей голове, шустро сообразил и на его личике тут же появился пошлый оскал. Рука его скользнула по крепкой груди мужчины, язык прошелся по чужим губам, дразня и заводя, заставляя затрепетать.       -Папочка? Со стороны Ричарда послышалось низкое, крайне довольное рычание, его рука тут же улеглась на талию Тейлора, прижимая к себе крепче. Так вот, какие предпочтения у него были? Тей уже тянется за поцелуем, предвкушает, как его возьмут прямо тут, на столе, на полу , да где угодно! Но все планы рушит тонкая струйка крови, потекшая из чужого носа.       -О боже, у тебя кровь! Парень отстраняется, хватает кухонное полотенце и прикладывает к чужому носу, лезет в морозилку за льдом и прикладывает к переносице, пока Ричард пытается сообразить, что вообще произошло. Они переглядываются, неловко улыбаются, а после и вовсе заливаются звонким смехом.       -Ты как школьник, Ричард! Рич краснеет до самых ушей, но продолжает весело хохотать вместе с Тейлором, хватаясь за живот, который уже начало сводить. Он и забыл, когда последний раз так задорно смеялся, когда была так легко и весело. Успокоившись, они ловят взгляд друг друга, всматриваются в глаза напротив. Взгляд серых глаз Тейлора веселый, мягкий, с ноткой нежности и восторга, его глаза светились, когда он смотрел на мужчину. И такого взгляда Рич не видел никогда. Даже от супруги. А Тей ощущал на себе добрый, теплый взгляд зеленых глаз, которые привык видеть вечно недовольными. Рич смотрел не как все, не пошло, не с желанием трахать, а как-то иначе. Ричард убирает полотенце от носа, Тей убирает лед в сторону и подается вперед, касается чужих губ, которые охотно отвечают, подаются навстречу. Мягкие, вечно намазанные сладкопахнущим кремом руки парня ложатся на колючие от щетины щеки мужчины, а в ответ его крепко обнимают за талию. Парень прикрывает глаза, довольно мурчит в поцелуй, чувствует, что партнеру тоже нравится. Так сладко, тягуче и так же больно. Руки Ричарда уже спускаются ниже, как вдруг их отвлекает громкий, грохочущий голос, который они не слышали слишком давно.       -Чем вы, блять, занимаетесь!?