Неловко вышло...

Гриммджоу пришёл за очередным "реваншем". Временный шинигами сбился со счёта сколько уже раз арранкар пытался отыграться за свой проигрыш в Уэко Мундо. Но им обоим нравилось держать себя в тонусе. Привычно заняв тренировочную площадку у Урахары под его лавкой. Секста эспада перепрыгивал с ноги на ногу, показушно расставив руки широко в стороны, пальцами маня на себя противника. — Ë-о-о-оу, шинигами, ну же давай, нападай.  — Как скажешь, двуногий кошак, — Ичиго пулей рванул с места, поднимая под собой облако пыли. Он знал, как сильно Джагерджака злило это прозвище, поэтому каждый раз он заставлял гневаться своего оппонента именно таким образом. Арранкар заблокировал выпад шинигами предплечьем, пока что не доставая свою Пантеру. Кожа тут же лопнула под острым лезвием, пропуская чужой резак глубже под плоть, но мужчина будто не обращал на это внимание и продолжал скалиться в лицо напротив. — Опять за своё, Куросаки? Да ты, видимо, бессмертный или безмозглый, раз продолжаешь ходить по тонкому льду, да?! — Гримм вывернулся так, что смог правой ногой хлестануть парня по рёбрам, заставляя рыжего отпрыгнуть в сонидо и, уперевшись о Зангецу, тяжело закашлять.   — Хе. Кхе. Я не... Кх... Перестану тебя так называть. Ух. После того, как увидел твою. Кха... Кошачью форму, тогда в Ласс Ночес. Ичиго ещё немного отдышался и ступил на воздух, после мигом оказался за спиной синевласого.  — Гецуга...  — Пф, думаешь, я не знаю этот приёмчик, о, Менос, придумай хоть что-нибудь новое для наших спаррингов, Куросаки, — Гриммджоу наивно стоял и ничего не делал, зная, что он всегда может увернуться в последний момент. Что сыграло Рыжику на руку. Он всё-таки научился кое-чему новому. Например, как сейчас, посылать во врага гецугу с вот такой долгой задержкой на первом слове. В одно мгновение Куросаки снова оказался перед лицом эспады и таки пустил в него голубоватый сгусток реацу.   — Теншоу!  Секста даже не успел повернуть голову снова вперёд, уж тем более не выставил руки для блока. Поэтому луч прошёлся по телу арранкара беспрепятственно. Он задел оголенное предплечье и немного порвал куртку. Гриммджоу пребывал в астрале от неожиданности, слушая, как сзади рушится фальшивый холм. Его вернуло в реальность жуткое ощущение прохладного воздуха на коже. Оказывается, пока он стоял и бездействовал, последние ниточки рвались от тяжести хакаме и наконец лопнули, оголяя бёдра, ягодицы и всё, что укрывали белые широкие штаны. — Пхех, почти получилось, надо бы потренироваться в последних выпадах, а то криво вышло, — Ичиго отдышался, глядя себе под ноги, после поднял голову и не сдержал своих познаний нецензурной брани. — Ох ты, ебаный ёжик, пиздец, лечь не встать. У тебя тоже есть хуй??? "И волосы там тоже синие, чуднóе существо этот пустой". — Ахуеть, блять, я... Ох, блин, прости, — рыжий резко развернулся к обнажённому спиной и ударил себя по лицу. Ичи был весь красный, как клубничка, от неловкости сей ситуации. — Блядский стыд… давай я тебе один пояс отдам на время? Гримм спокойно опустил взгляд вниз, натыкаясь на валяющуюся одежду на полу, и тяжело выдохнул. — Конечно, есть, думаешь, на кой хер я вообще одежду ношу? Он снял с себя рубашку, подтянул штанцы выше тазовых костей, непривычно сильно оголяя голени, и повязал сверху рубашку, закрепляя на какое-то время хакаме, но вот бельё не удалось зацепить. Поэтому Джагерджак, как сильный и независимый от нижнего белья, не церемонясь, снял с себя рваные трусы и сунул их в карман.   — Не надо, я уже решил эту проблему.  Ичиго осторожно повернулся в сторону своего косяка и увидел победно поставившего руки на бока арранкара.   — Ой, да мелочи это всё. Круто ты эту замедленную Гецугу провернул. Я, честно говоря, не ожидал такого трюка, красава, рыжий. Правда, приём кривой, как рот Нойторы, доработай его получше.   — Давай мы всё же зашьём твою форму, боюсь, в таком состоянии она не выдержит резких движений.  Гримм недовольно посмотрел на парня, он тут его, понимаете ли, хвалит, а тот даже его не слушает.  — Да блять, я с кем разговариваю вообще? Задолбал со своими штанами. Виноватым себя чувствуешь? Ну тогда сам и зашивай их, ёбаный ты в рот.  ←• ♦∞♦ •→ — На вот, накинь, чтобы вообще голым не сидеть, пока я твою форму Исиде отдам, он мастер по шитью, за пять секунд без очков всё сделает, — Ичиго достал из шкафа летние шорты с соответствующим принтом в виде пальм, солнышек и прочего и кинул арранкару на колени. Гримм сидел, как заворожённый, и клацал по кнопке на настольной лампе.   — Предлагаешь их на голую жопу натянуть?  — В смысле? А... Эм, то есть на тебе сейчас нет ничего кроме хакаме, я правильно понимаю… — Катастрофически правильно. Ты же соизволил ещё и трусы мне к чертям порвать.  — Ну дак, по-моему, боксеры сложно вот так с концами порвать.  — Кого-кого? Мы сейчас точно об одном и том же говорим? Я, например, о фундоси, а ты, видимо, о чём-то другом.  Ичиго провёл пальцами по своему бедру, специально нащупывая и задевая подушечками нить, на которой держалась та самая вещь, о которой говорил Джагер.  — Да, я про них самых и говорю, — взгляд аквамариновых глаз проследил за действием собеседника. — Фу, Боже, ты тоже в них ходишь? Терпеть их не могу, это какое-то издевательство. Сравнивая с тем, в чём я хожу по дому, блять, это небо и земля, серьёзно тебе говорю. — Ну. Я в них, считай, с самого перерождения в арранкара из адьюкаса хожу, привык уже, — он пожал плечами и скучающе зевнул.  — Окей. Ты не оставил мне выбора, — Ичиго ушёл в ванную комнату, достал из своего личного контейнера самые лучшие трусы на свете. Парень ими гордился, таких красивых он ещё не встречал. Сами они были полностью чёрные, резинка — яркого голубого цвета и две полоски вдоль бёдер: жёлтая и зелёная. Шинигами шустро вернулся в свою комнату и протянул гостю своё самое драгоценное сокровище.  — На. Просто надень и только попробуй сказать, что твои канат и тряпка будут лучше, чем это творение Всевышнего.   Ичиго закрыл дверь, на всякий случай, и после сел на кровать. М-да, по итогу вышло так, что в комнате временного шинигами стоял полностью обнажённый враг всего Общества Душ, который намерял на себя людское современное белье, ничего удивительного.  — Зеркало на дверце в шкафу, открой, посмотри хоть на себя, — рыжик всё время держал ладонь на глазах, чтобы не смущать гостя.  После пары тройки минут послышались восторженные вздохи.  — Пресвятой Менос, ахереть... Ткань такая мягкая и почти не чувствуется на коже, — Секста повернулся к зеркалу задом и провёл рукой по напрягшимся ягодицам. — Мне нравится, что они такой формы. В шортиках как-то поприятнее будет, нежели в одном лоскуте ткани ютиться... Кхм, ладно, — Эспада надел выданные ему ранее яркие шорты и сел на стул, рядом с Ичиго.  — Ты закончил? — парнишка до сих пор держал глаза закрытыми рукой.  — Да-да, можешь уже смотреть на белый свет, не парься.  Ичиго открыл глаза, слегка щурясь с непривычки, после очертил взглядом Гриммджоу, который пристально за ним следил. Ичиго усмехнулся.  — Чего ржёшь, Куросаки?  — Да так. Просто выглядишь, так, словно вот-вот пойдёшь купаться. Ты в летних шортах, вдобавок ко всему ещё и с голым торсом, поэтому я про море и подумал.  — Какой же ты всё-таки придурок, Куросаки, — Секста пихнул того в бок локтем. — Пхых, да иди ты, Гримм. Сам не лучше, мог бы хоть звериное чутье включить да и увернуться от Гецуги, нет же, ты спокойно подставил свою кошачью жопу под удар, а мне ещё и расхлебывать.  — КУР-Р-РОСАКИ, — Джагер хотел было на него накинуться, но Ичиго ушёл в сонидо, а арранкар поцеловал матрас.  — А хуй тебе, сиди и жди, пока я не вернусь с твоими хакама, а бельё... Хер с ним, забирай, раз так понравилось. Я-то ещё могу купить, а у тебя такое одно. И... Береги их… они мне дороже всего на свете, от сердца отрываю для тебя, пантерья жопа.  — Нар-р-рываешься, шинигами.  — Ладно, всё, ухожу-ухожу. После какого-то одного часа отсутствия, Ичиго вернулся с идеально заштопанными хакама на руках, отдал их владельцу, тот переоделся и оставил любезно предоставленные шорты рыжему. Парни сошлись на мнении, что на сегодня забот хватит и тренировку можно продолжить и завтра, поэтому, распрощавшись у гартанты, каждый вернулся в свою комнату отдыхать от насыщенного всяким разным дня.