Nevermind. Шаг до безумия

— Поднимемся в твою комнату? — Мы можем поговорить и здесь. — Да ладно тебе, — подойдя, Лиджун за плечи потолкал Пака к лестнице на второй этаж. — Она наверху? Какая дверь? Плохое предчувствие буквально сжирало, именно поэтому Чимин не стал возражать. Нужно разобраться со всем до прихода Юнги. Старший вернется довольно скоро. Зайдя в спальню, Лиджун буквально упал на кровать, обводя комнату взглядом. — Здесь миленько. — Обычная комната. О чем хотел поговорить? — Присядь, — перестав вертеть головой, Лиджун посмотрел на Чимина. — Не думаю, что… — Не переживай. Я лишь хочу освежить твою память. Улыбка, которая была на лице парня, напоминала оскал. Именно из-за нее Чимин, хоть и неуверенно, но все же сел на стул. Они были друзьями. Так почему от сложившейся обстановки по коже пробегает мороз? — Так, с чего же начать, — упираясь ладонями в матрас, Лиджун откинулся назад, задумчиво смотря в потолок. — Этот разговор у нас уже был, но сейчас придется объяснять все детальней… Знаю! Начну с Чонгука, — сев в нормальное положение, парень усмехнулся. — Наш разговор, кстати, как раз и будет по большей части о нем. Если кратко — то ты должен позвонить ему и вернуть обратно. — Это невозможно. Я не стану этого делать. Все время, что общался с друзьями Гука, Чимин ни разу не видел их злыми, но сейчас в глазах Лиджуна четко промелькнуло раздражение, которое тот все же довольно быстро подавил. На его лице снова появилась улыбка. — Невозможно кота научить летать, а набрать номер ты вполне способен. — Разве у него не все в порядке? Он полетел за границу. Учеба там… — Серьезно веришь, что он сидит за учебниками, пока ты здесь? До него никто не может дозвониться. Он не берет трубку. В съемной квартире не появлялся за это время ни разу. Как думаешь, чем занимается? Чем пытается заглушить свою одержимость тобой? Чимин пораженно смотрел на Лиджуна, который выглядел спокойно. Его вид так и излучал уверенность, что отказать в просьбе ему не смогут. — У господина Чона огромный бизнес. Чонгук стал проявлять интерес к его делам с четырнадцати лет, и уже к шестнадцати у него были неплохие успехи. Он умный малый. Вот только именно тогда все и покатилось к чертям. Тогда он и стал сходить по тебе с ума. По крайней мере, крыша у него точно поехала после твоего отказа. А ведь у господина Чона были на него большие планы. Представляешь его разочарование, когда Чонгук внезапно сбегает в другой город, после чего и вовсе забивает на учебу и бизнес, к которому его все это время готовили? Вместо этого он стал сутками пропадать в клубах, напиваться до потери сознания и принимать какие-то вещества. — Он… — Он делал все, чтобы держать свою одержимость под контролем, ведь тронуть тебя не мог. Хотя, как мне кажется, было бы куда лучше держать тебя рядом, заперев где-нибудь в подвале. Он же предпочел медленно умирать сам. Голос пропал. Чимин не мог сказать и слова. От лица отхлынула вся кровь, что заставило Лиджуна улыбнуться. — Я не понимаю… — О, понимать здесь и нечего. Все довольно просто. Ты должен вернуть Чонгука и сделать его прежним. — Если у него проблемы с алкоголем, не лучше ли… — Не хочешь позвонить своей маме? Вопрос настолько был неожиданным, что Чимин даже не сразу понял его значения. — Ну же, позвони ей. Пока Чимин доставал телефон и рылся в контактах, с него не спускали пристального взгляда. — Джунсо, у тебя что-то важное? Мог бы ты позвонить чуть позже? — Что-то случилось? — В одном из моих салонов ночью произошел пожар. Я все еще разбираюсь с этим. Так что ты хотел? — Ничего… Позже перезвоню… — сбросив вызов, Пак посмотрел на Лиджуна. Говорить все еще было трудно, но его вопрос поняли и по взгляду. — Это лишь мелочи. Сейчас я расскажу тебе об отце Чонгука более подробно, — встав, парень стал потягиваться, разминая тело. По его виду было понятно, что он этот разговор считает скучным. — У него и твоего отца был совместный бизнес. Начинали они с малого, но со временем дела пошли в гору. Все было хорошо, пока твой отец не стал браковать одну идею господина Чона за другой. Ему было достаточно того, что они имели. Он не хотел ни расширяться, ни продавать свою долю, считая компанию своим детищем. Итог — авария на перекрестке. Увидев расширенные от ужаса глаза Чимина, Лиджун усмехнулся. Кажется, такая реакция его чуть приободрила. — Компания перешла твоей маме. Она с горя быстро все продала господину Чону, открыв лишь один-единственный небольшой салон красоты. А теперь представь, — подойдя, Лиджун положил на плечо Пака руку, наклоняясь и заглядывая ему в глаза, — господин Чон ради бизнеса избавился от своего школьного друга и партнера. Как думаешь, что он сделает с твоей мамой, если ты откажешься вернуть ему сына, который делает поразительные успехи в этом самом бизнесе? Чимин пытался контролировать эмоции, но… Его пальцы стали дрожать. Они дрожали, несмотря на то, что он с силой сжимал руки. Кроме того, страх выдавали глаза. Именно они заставили Лиджуна удовлетворенно хмыкнуть. — Не думал, что увидеть такой твой взгляд во второй раз будет так же приятно, — отстранившись, он посмотрел на наручные часы. — Чонгук должен вернуться завтра к обеду. Иначе все не ограничится одним салоном. — Я не… — Мне глубоко плевать, кем ты себя считаешь, и что с твоей памятью. Важно то, какое влияние оказываешь на Чонгука. А он относится к тебе как к Джунсо. Свяжись с ним. Уверен, на твой звонок он ответит. — Он… Он ведь не знает, как вы заставили Джунсо быть с ним… Лиджун, который уже направлялся к двери, замер. Обернувшись, он посмотрел на Пака. — Конечно нет. Не знаю, знаешь ли ты, но Чонгук бывает довольно жесток с теми, кто прикасается к тебе. Каким-то чудом ему удается себя контролировать и не устроить за тобой тотальный контроль. Уверен, ему тяжело, когда он представляет тебя с кем-то. Тем не менее он держится вполне неплохо. Иногда я поражаюсь тому, как сильно он старается быть нормальным. Но все меняется, когда он наблюдает за всем лично. Видел бы ты его глаза, когда он ломает конечности этим смертникам, которые касаются тебя, или отдает приказы запугать кого-то. Я еще жить хочу. Ты должен понимать, что если Чонгук обо всем узнает, ему может снести крышу. И непонятно, к чему это приведет. Не знал… Не знал… Чимин уставился в пустоту. Руки все еще дрожали. Сердце билось так, будто и правда планировало пробить грудную клетку. Живот скрутило, из-за чего чувствовалась легкая тошнота. От догадки, которая внезапно возникла, дыхание перехватило. — Джунсо… Он… Он был натуралом… — Я тоже так думал, — Лиджун усмехнулся. — Мы не такие изверги, как тебе может показаться. Ты должен был просто быть рядом с Чонгуком. Я так и не понял, почему ты в один момент стал спать с ним, ведь вряд ли он тебя принуждал. Ты сам каким-то образом поголубел. Да настолько сильно, что остался таким даже после аварии. Кстати, насчет нее. Не думай снова выкинуть что-то подобное. Неважно, сбежишь ты или умрешь, все, кто тебе дорог, пострадают. Чимин не слышал парня, который все еще что-то рассказывал ему. Его не было слышно из-за шума в ушах. Удары сердца смешались с каким-то гулом. Чонгук не принуждал ни к чему, но… Младший любил Джунсо. Он не мог просто держать себя в руках. Постоянные касания, объятия, признания… Если Джунсо и правда нравились только девушки…. На негнущихся ногах Чимин вышел из комнаты. На то, что Лиджун ушел уже довольно давно он не обратил внимания. И он не обратил внимания на телефон, который звонил в кармане кофты. Он отталкивал от себя всех. Был рядом с Чонгуком и терпел его недвузначные касания. Рядом постоянно находились Лиджун с Хенджуном. Они были не друзьями, а надзирателями, которые следили, чтобы он не дергался слишком сильно. Находясь в постоянном страхе и одиночестве, он продержался три года, пока в один момент не надломился. Если Чонгук не мог его тронуть, значит, он сам соблазнил младшего. Затем полгода отношений, что окончательно его добило. Напившись, Джунсо сел за руль. У него получилось без происшествий выехать за город. Ну а там — нога в пол и… Он хотел сбежать. Или умереть. Неважно каким способом, но он всем сердцем желал исчезнуть. Сев на скамью в саду, Чимин наклонился, с силой зажимая уши и закрывая глаза. Он слышит в голове голос Джунсо, который кричит Чонгуку исчезнуть, после того, как стало известно о нападениях. Он видит, как этот парень напивается чуть ли не каждый вечер, пытаясь забыться. Он чувствует, как ему страшно и одиноко… — Какого черта? Почему телефон не берешь? Юнги стоял напротив, его брови были нахмурены. Но Чимин не видел этого, так как его голова все еще была опущена. — Я тебе раз двадцать звонил! Передумал ехать? Мог хотя бы… — Я вспомнил. — О чем ты? Чимин, что… — Меня зовут Джунсо. Больше нет смысла куда-то ехать. Я вспомнил Чонгука, поэтому… — голос предательски дрогнул. — Я позвонил ему и сказал вернуться. Чимину было больно не только говорить, но и дышать. В груди жгло. И пламя усилилось, когда он поднял взгляд. Обычно глаза старшего смотрели пристально. В них мало что отражалось, но сейчас не было сомнений, эти слова нанесли ему чуть ли не физический удар. Не в силах больше выдерживать такой взгляд, Пак снова опустил голову, смотря себе под ноги. Он, наконец, понял, почему однажды Джунсо приходил к Мину. Чувствуя, что скоро сломается, он хотел попросить у старшего помощи. Но, боясь последствий, боясь рисков, он так и не попросил ее, просто уйдя. Можно было бы попытаться что-то предпринять, если бы проблема была только в Чонгуке или Лиджуне с Хенджуном, но… Что делать с тем, у кого есть деньги и власть? Юнги ничем не сможет помочь. Никто не сможет помочь. Все, кто дорог, пострадают…