Найденный дом

Эндрю не знал, совершенно не знал причину публикации этого поста. Он сидел в своём кресле, сверля взглядом экран телефона, не глядя на сотни приходящих уведомлений. Он ждал одного. Хотя бы одного слова от «jos10n», но он ничего не написал. Эндрю отложил телефон и направился на кухню, чтобы что-нибудь поесть. В холодильнике оказалась лазанья, которую Эндрю съел за считанные минуты, предварительно разогрев. Взяв свой телефон в руки, он увидел, что пришло новое сообщение. Надежда, дурацкое чувство, разгорелась в нём, но при прочтении сразу же потухла. Роланд: Может прогуляемся? Блондин вздохнул, напечатав ответ: Эндрю: Плохо себя чувствую. Роланд: Может мне навестить тебя? Эндрю: Нет. Только Роланда ему сейчас не хватает для полного пиздеца в душé. Он уже хотел отключить телефон, но взгляд зацепился за новое, только что присланное сообщение: jos10n: Почему абсолютно все говорят только об искренней любви Мастера и Маргариты друг к другу. Да, этому посвящена почти половина книги, но есть же и другие темы. Та же тема религии. О ней практически никто не написал. Уголки губ Эндрю слегка дёрнулись. Нил удивлял его тем, что не высказывал своё мнение, говоря обо всех, как о самых тупых созданиях этой планеты, а может и вселенной. Он определённо имел своё мнение, но не высказывал его по неизвестным причинам.

***

Причина замалчивания мнения была таковой — Нил умел думать. И проводить ниточки. Он провёл ниточки между мыслями и понял, что некий «miArd» — Эндрю Миньярд. Наверняка его эго настолько велико, что он опубликовал этот пост. Он ждёт мнения Нила. — Хочешь моего мнения? А вот хрен тебе. — пробормотал Нил, просматривая комментарии. Любовь. Снова любовь. Опять любовь. Одна единственная тема. Неужели последователи Миньярда столь ограниченны в мышлении? Написав парочке людей, что они идиоты, Нил написал самому автору: jos10n: Почему абсолютно все говорят только об искренней любви Мастера и Маргариты друг к другу. Да, этому посвящена почти половина книги, но есть же и другие темы. Та же тема религии. О ней практически никто не написал. Нил не высказал своего мнения, всё нормально. Кроме одного. С ехидной улыбкой Нил дописал: jos10n: Хотя твои фанаты не похожи на тебя, Эндрю Миньярд. Ответа не последовало. Нил хмыкнул: — Ну и кто из нас бегает?

***

Причина исчезновения Эндрю из сети была таковой: Роланд. — Что ты здесь делаешь? — удивлённо спросил Эндрю, открыв дверь. — Всё же я решил тебя проведать. — улыбнулся парень. — Впустишь? — Я не просил тебя приходить. — сказал блондин, но впустил Роланда в дом. — Как ты? — спросил пятикурсник, внимательно оглядывая Эндрю, словно искал в нём признаки болезни. Хотя именно так оно и было. — Нормально. — буркнул Эндрю, проходя на кухню. — Читал твой пост. Почему именно Булгаков? — Захотелось. — недовольно ответил Эндрю. — Ты точно себя хорошо чувствуешь? Ты какой-то раздражённый... — Нормально. — Слушай, — начал Роланд. — ты не хочешь сыграть у Жана в постановке. — Что ставят? — спросил Миньярд, совершенно не заинтересовавшись. Его сейчас интересовал кофе, который он пытался сварить. Дурацкая кофеварка. — «Мастера и Маргариту». — улыбаясь, ответил Роланд. — Я поэтому и удивился твоему посту. — он неловко почесал затылок. — Я там буду играть Воланда. — Какие роли свободны? — спросил Эндрю, чисто для того, чтобы не было неловкой паузы. — Так... — задумался Роланд. — Роль Мастера занята самим Жаном, роль кота предложили первокурснику с математического, роль Фагота будет исполнять Джереми, Азазелло — рыжий первокурсник с художественного... — Стоп. — махнул рукой Эндрю, услышав знакомые приметы. — Любая второстепенная роль. — Лиходеев. — быстро сориентировался Роланд. — Отлично. — безразличным тоном пробормотал Эндрю. — Когда репетиция? — Ты выбирал в качестве факультатива «актёрское мастерство»? Эндрю кивнул. — Все дни, когда стоит актёрское мастерство репетиции по три с половиной часа. В обычные дни по два. — Каждый день? — удивился Миньярд, облокачиваясь на стол. Роланд пожал плечами. — До спектакля две с половиной недели. Ни декораций, ни костюмов. Поэтому все работают на скорость. — Дурдом. — фыркнул блондин.

***

— У меня для тебя сюрприз! — во все тридцать два улыбалась Шарлотта, пока Нил дорисовывал свою работу. Нил выгнул бровь: — Твои сюрпризы хорошо не заканчиваются. И вообще, как ты сюда зашла? Ты не препод. Тебя не должны были пускать в университет. — Этот тебе точно понравится! Гарантирую! — женщина практически кричала, привлекая внимание других студентов. — Ты не ответила на второй вопрос. — напомнил Нил. — Боже, Нил. Деньги решают всё. — усмехнулась женщина, махнув рукой. — Кто бы сомневался. — хмыкнул Нил, продолжая рисовать. — Если из-за твоего «сюрприза» меня отчислят, пеняй на себя. — его тон стал угрожающим. — Всё будет отлично!

***

Нил сидел на факультативе по писательскому мастерству, когда в аудиторию вошла знакомая фигура: — Добрый день. — сказал преподаватель. — Сегодня мы пригласили известную писательницу Шарлотту Хэтфорд, автора семи бестселлеров, обладателя нескольких премий... — Спасибо. — прервала его Шарлотта, махнув рукой, мол, иди отсюда. — Я проездом в Пальметто, поэтому подумала, почему бы не провести мастер класс? — было удивительно то, что она смотрела в одну точку, явно не на Нила. Джостен, вспомнив рассадку, хмыкнул. Той самой точкой была Робин Кросс. Неудивительно. Бедная девушка. Не повезло ей быть во вкусе Шарлотты, она ведь не отстанет. — Давайте начнём. — предложила Хэтфорд и сразу же задала вопрос: — Что для вас значит писательство?

***

За время пары Нил понял одно — если отказать Шарлотте, то она отцепится. Если та всё ещё открыто флиртовала с Робин, значит рыжеволосой девушке нравился этот флирт, и она его поддерживала. Нил совершенно не слушал её «наставления» из-за того, что все эти «наставления» она говорила ему сотни, а то и тысячи раз. Когда он собирался уходить, Шарлотта его приостановила, сказав: — Вечером всё перескажешь. — Конечно Шарлотта, знания — это сила. — хмыкнул Джостен и направился в актовый зал, где проходила репетиция. В зале находились около десяти человек, каждый читал свою роль. Нил догадался, что здесь не все, ведь прогнать всю постановку они физически не смогут. Жан, дождавшись каждого, хлопнул в ладоши, оповещая о начале репетиции. Гордон и какой-то парень играли Берлиоза и Бездомного, второй играл довольно неплохо, а благодаря Сету Нил смог накачать пресс от тихого смеха. — Ты, ... — начал Сет, но забыл имя, заставив Нила упасть с кресла, хватаясь за живот. Вздохнув, Жан подсказал: — Иван. — Ты, Иван, — сказал Сет. — очень хорошо и юмористически... — Сатирически! — воскликнул Жан. — сатирически изобразил, например, рождение Иисуса, сына Божия, но соль-то в том, что ещё до Иисуса родился целый ряд сынов Божиих, как, скажем, финикийский Аггис и фригийский Адонис... — Наоборот! — кричал Жан. — финикийский Адонис и фригийский Аггис, персидский Митра. — Сет неплохо изображал сорокалетнего Берлиоза, но он говорил это с такой интонацией, будто прямо сейчас начнёт бить морду и бедному Ивану Бездомному и иностранцу, чья очередь выходить ещё не наступила. Звучало это крайне комично, Нил готов был хлопать уже сейчас. — Браво! Выносите Оскар! — хрипел Нил сквозь смех. Вы не думайте, Нил не насмехался над актёрскими данными Гордона, ему просто было смешно. Без злости и агрессии. — Что происходит? — тихо спросил Эндрю, глядя сверху вниз на Нила, который всё ещё не встал с пола. — Я так люблю постановки... — улыбался Нил. Эндрю был изумлён, он никогда не видел искренней улыбки Нила Джостена. Раздражённую — да. Насмехающуюся — да. Угрожающую — да. Но не искреннюю. Он был готов хлопать Сету Гордону. Быть актёром ему не грозит, а вот комиком очень даже. Достаточно говорить таким голосом. Этого достаточно. — Я курить хочу. — вдруг резко прошептал Нил. — Знаешь место? Эндрю задумался на минуту, посмотрел на сцену, где сейчас играл Роланд, а затем кивнул. — Знаю. Поднимайся. Нил мгновенно изменился в лице и выпрямился. Широким шагом они удалились из зала под недоумённый взгляд Роланда и понимающий взгляд Жана.* — Ты ведёшь меня на крышу? — спросил Нил, когда они поднялись выше пятого этажа. — Хочешь сбросить? Эндрю молчал. Он подошёл к двери, ведущей на крышу, вытащил купюру, которая не давала двери захлопнуться. — Заходи. Быстрее. — буркнул он. Нил быстренько пробежал. Эндрю пошёл за ним, прикрыв дверь, не забыв положить купюру. — Даже если и так. — вдруг выдал он. — Что? — переспросил Нил. — Что изменится, если я тебя столкну с крыши? — ехидно усмехнулся блондин. Нил хмыкнул: — Я просто потяну тебя за собой. Вот и всё. — Смелый значит. — фыркнул Эндрю. — Почему? — спросил Нил, облокачиваясь на заборчик, сделанный для того, чтобы люди не падали. Эндрю поджёг две сигареты, протянув одну Нилу, тот не спешил затягиваться, только дышал дымом. Пассивный курильщик. — Трачу на тебя сигареты. — фыркнул Миньярд. — Я могу тебе хоть десять пачек таких купить. Сдохнешь от рака лёгких быстрее, чем я закончу универ. — Лучше упасть с крыши. Мучаться не надо. — Кому? Тебе? Или близким людям? — повернувшись, спросил Нил, наконец-то втянув никотиновый дым. — Всем. — ответил Эндрю. — Себе мучения ты можешь облегчить, а вот им — нет. Так и так им будет тяжело. Что ты серьёзно болен, что ты по-серьёзному мёртв. Эндрю смотрел на Нила, сейчас, в свете малиново-оранжевого заката он был невероятно красив. — Ты пялишься на меня. — расслабленно улыбнулся парень. Расслабленная. Новая улыбка Нила Джостена. Эндрю ничего не говорил и не спешил отворачиваться, наслаждаясь моментом и красотой парня напротив. Нил только улыбался и курил, глядя на Эндрю прикрытыми глазами. — Твои глаза переливаются на свету. — сказал Нил. — Из медового в рыже-оранжевый. — Как и волосы. Они светятся. Золотом. Эндрю боролся со своим желанием прикоснуться к непослушным тёмно-рыжим локонам, заправив их за уши. — Это каффа? — спросил Эндрю, глядя на проколотое ухо Джостена. Нил прикоснулся к украшению. — Мне его подарил Стюарт, когда все полностью убедились, что одно ухо больше не услышит ничего. — его голос не звучал грустно, скорее просто констатировал факт. — Что с тобой произошло? — тихо спросил Эндрю, сделав шаг к Нилу. — Так не пойдёт, Эндрю Джозеф Миньярд. — лукаво улыбнулся Нил. — Расскажи что-нибудь взамен. Любую информацию о себе. — Проще будет, если ты спросишь. — задумался блондин. — Хорошо. Почему именно музыка? Эндрю помолчал минуту, а затем выдал: — Когда Бетси забрала нас с Аароном, то задала вопрос о наших увлечениях. Аарон сразу же сказал, что медицина. Он хотел стать врачом и вылечить Тильду от наркотиков. А меня ничего не интересовало. Совершенно. Бетси посоветовала пробовать себя. Мне это показалось бредовой идеей, но ради неё я попробовал. Рисовал, шил, вязал, занимался экси. Всё не то. Но однажды я решил попробовать себя в музыке. Записался в ближайшую музыкальную школу на курс «фортепиано», после первого занятия я сразу понял, что это именно то. А ты как понял, что хочешь рисовать? — спросил Эндрю. — Я хотел стать музыкантом, но ошибка в первой октаве обошлась мне слишком дорого. Потом увлёкся иллюстрацией, это было уже в Лондоне, а не в Балтиморе. Я ходил на десятки мастер-классов и курсов, понял, что мне это нравится. — Нил всё ещё говорил спокойно, размеренно, с толикой насмешливости, скорее над самим собой. — В каком смысле «слишком дорого»? — спросил Эндрю, делая ещё один шаг вперёд. Нил указал на ухо. — Отец не терпел ошибок. Никогда. На одном банкетном вечере мы играли «Танец Рыцарей» в четыре руки. Я забыл ноты, а отец забыл о том, что я его сын. Хотя он сделал это ещё при моём рождении. — хмыкнул Нил. Эндрю сделал последний шаг, подойдя к Нилу практически вплотную. Он мог поклясться, что увидел расширенные зрачки Джостена, изгнавшие всю синеву с его глаз, заполонив их тьмой. — Да или нет, Нил? — практически прошептал Эндрю. Нил сделал крохотный шаг, сокращая расстояние до минимума. — Да... За дверью послышались шаги и громкий крик: — Эндрю? Ты здесь? — это был Роланд. Эндрю раздражённо вздохнул, отходя от Нила на приличное расстояние. — Здесь. Роланд практически ворвался на крышу, но, слава Богу, не забыл про купюру, не дав двери захлопнуться. Он обвёл взглядом скучающего Эндрю, а затем, недобро прищурившись, Нила. Джостен буквально видел злые огоньки, вспыхнувшие в серых глазах пятикурсника. Роланд быстро преодолел расстояние, улыбаясь Миньярду: — Эндрю, ты чего убежал? — спросил он, практически вплотную приблизившись к блондину. — Я скучал по тебе. — прошептал он и впился своими губами в губы Эндрю. Тот ответил. Через несколько секунд они буквально пожирали друг друга ртами. Нил хмыкнул чему-то своему, хмыкнул с грустью, а затем ушёл с крыши, не забыв вытащить купюру, кинул её около лестницы. Дверь захлопнулась.