Случайный попутчик

- Пиздец, Попов. С тобой нахер даже поговорить нормально не удается. Ты блять одним своим присутствием умудряешься все выворачивать с ног на голову. Клоун блять, бесишь. Вот скажи мне, граф наш невъебенный, какого, сука, хера я неделю себе мозг выносил, планируя как с тобой поговорить, если даже выйти на сцену у меня нормально не вышло?! - Антон разошелся не на шутку и уставившись в потолок, потому что смотреть на Арсения было страшно до дрожи в коленках. Парень буквально прорвало и накопившийся за время отключки страх выплеснулся потоком слез. Да, он не помнил, как просыпался, неспособный управлять своим же телом, как его ломало, а ужас накатывал все с новой силой, но его подсознание об этом было в курсе и подкинула нехилый отходняк, от которого у Антона началась натуральная истерика с некрасивыми красными глазами, всхлипами, соплями и прочими не особо приятными атрибутами. Он бы расхерачил всю палату, если бы были силы. Однако обстоятельства лишили даже этой возможности. Оставалось кусать до крови итак обветренные ветром и болезнью губы, сжимая до боли кулаки. Арсений, совсем неинтеллигентно охуел, да так что его рот слегка приоткрылся, а сам мужчина застыл наподобие статуи, в который раз не представляя, что нужно делать. Видимо Антон проклинал Попова достаточно громко, потому что в палату ворвался помятый Дима и, быстро оценив ситуацию, отпихнул Арсения аккурат в руки появившегося в проеме Матвиенко. - Так, Шаст, отставить истерику. Все живы, все здоровы. Вот и твой Попов рядом, за тебя придурка переживает. Нас с Серегой перепугал, найденыш такой, Стас и даже Воля полдня к коридоре проторчали. Давай-ка вместе: вдох, выдох. Вдох-выдох. Сереж, выведи пока Арса и позови врача, желательно с успокоительным, а я нашего ушатанного усмирю. - Дима говорил спокойно, не сюсюкал, но звучал непривычно властно - не захочешь, а послушаешься, что и начал делать Шаст, повторяя незамудренную дыхательную гимнастику до тех пор, пока не попросили вывести все такого же растерянного Попова. - Нет! - моментально вскинулся парень. От резкого движения голова вновь заходила ходуном, а Дима уложил незадачливого пациента обратно в кровать. Однако Антон принялся слабо отбиваться и в панике смотреть на Попова. Парню казалось, что если мужчина уйдет, то Антон его больше никогда не увидит. От одной мысли в кровь хлынула нехилая доза адреналина, коей хватило лишь на попытку встать. Только попытку, потому что в следующую секунду парень полетел на пол, вместе с находящимся по траектории падения Позовым. Первым отмер Арсений, кинувшийся снимать Антона, который стонал от боли, не в силах самостоятельно даже скатиться с коллеги. - Антон! - слов хватило лишь на это. Вместе с Матвиенко они затащили больного на его законное место и подняли недовольного Диму. Только Попов собрался сделать шаг в сторону двери, дабы позвать врача, в его руку вцепился из последних сил Антон и принялся бормотать. - Не уходи, Арс, ее нету давно, я расстался с ней, это Стас, позови Стаса, нет, не уходи - Глаза парня лихорадочно метались от одного мужчины к другому, а его руку бережно обнимала ладонь Попова, до которого наконец дошел смысл обрывистой речи. Поэтому мужчина аккуратно сжал холодные ладони и присел на краешек больничной койки, свободной рукой придерживая младшего за плече, чтобы тот никуда больше не вскочил. - Антош, тише, тише. Я никуда не ухожу. Успокойся пожалуйста иначе ты и себя и Диму покалечишь. Мы всего лишь хотели позвать врача... - Не уходи - простонал младший, глядя очумелыми глазами в два взволнованных голубых океана. - Заебали. То вы, блять, шарахаетесь друг от друга, то заваливаетесь ко мне среди ночи. Ты Антох за неделю вообще заебал, звонить 10 раз в день, я телефон вырубить хотел, но ты точно приперся бы. А ты? Шарахаешься от него вместо того чтобы поговорить. Сука, я за врачом - психанул Армянин и хлопнув дверью выскочил из палаты, оставляя за собой трех охуевших коллег. - Довели. Вы, ребята, реально всех уже на уши поставили. Честно, я уже хотел Вас запереть в гримерке, чтобы вы наконец поговорили. - Диагностировал через чур спокойный Позов. - Мы, это... Ну, Димас.... Прости короче... - Выдавил наконец Антон, у которого кончился весь запал и он стек по кровати, с носом укутавшись в одеяло, потому что озноб начал возвращаться, одна лишь потная ладошка, сжимающая теплую, слегка шершавую руку Попова, покоилась снаружи. - Дим, спасибо. Я обещаю. Мы с Антоном обязательно поговорим. - Серьезный, виноватый и все еще хриплый голос, прервал вошедший мед персонал за которым следовал Матвиенко. Армянин уже отошел и выглядел скорее обеспокоенным, чем злым. - Вот и иди Вам навстречу, Антон Андреевич. Оставил на десять минут, а у Вас уже температура подскочила, больных в коридоре криками переполошили. На этом попрошу посетителей выйти, можете приехать завтра. - - Отругал как школьников врач, а после засунув в подмышку Шастуна градусник. - Можно мне остаться? - Арсений крепче сжал пальцы Антона, даже не думая сдвинуться, чтобы позволить Вадиму делать свою работу. - Нет, я и так пустил Вас вопреки правилам, так что подождёте до завтра. Не стоит на меня так смотреть, вы думаете у нас знаменитости не лечились? Лечились и подчинялись принятым в больнице порядкам, так что прошу на выход. Более того у Вашего друга довольно быстро поднимается температура. Соня, поставьте пожалуйста пациенту капельницу, согласно этим назначениям. Прошу посетителей покинуть палату, часы для посещения с 10 до 17. - мужчина передал назначения и повернулся к нешелохнувшемуся Попову. - Арс... - Выдохнул Антон, вновь впиваясь в руку мужчины с нарастающей паникой. - Антон Андреевич, давайте прекратим детский сад. В любом случае от препаратов вы проспите до самого утра, а ночью за Вами присмотрят медсестры. Прощайтесь. - Антош, послушай. Я приду ровно к 10 утра, а ты проспишься, наберешься сил и мы поговорим. Я обещаю. Все хорошо. Отдыхай, Тош. - Арсений увидел как веки парня смыкаются, губы подрагивают от беззвучного шёпота, и отпустить лишь когда дыхание младшего замедлилось. Он уснул. - Попрошу на выход. - Чуть строже произнес Вадим, который видимо хотел побыстрее закончить смену и отправится домой. Попов развернулся и лишь в дверях позволил себе обернуться, произнеся одними губами: До завтра, Тош. После он скрылся за дверью, где ждали Позов с Матвиенко.