Агнесса Крюгер

— Мама! Мальчик вывалился из комнаты и сразу подлетел к знакомой фигуре. К сожалению, Женщина, которую он обнимал, уже отдалённо напоминала того родного человека. Она сидела, ведь стоять долго не было сил, исхудала, осунулась. Но самое страшное — это пустые глаза — Чего ты так испугался? — говорила она тяжко, вздыхая и превозмогая отсутствие сил, — Рано еще, спать иди — Тебя не было… Вот и испугался… — в груди трепетала знакомая тревога, ожидание чего-то страшного, о чем думать не хотелось, — А это кто? Только сейчас он обратил внимание на гостя. Да, тот был смутно знаком, но нет — он его не знал. Гость выдохнул же, встал и, направляясь к выходу, сказал:» Я найду способ вылечить вас с Дмитрием, не теряй надежду» Но она её потеряла. Очевидно, чьи это были происки. В голове как будто тикал будильник, предвещая звон не для пробуждения, но для похоронного марша. Найдя в себе силы, она взглянула на мальчика, который смотрел на нее ее же глазами. Через два дня в их дом вернутся и найдут мальчика, забившегося в угол у печки. Он проснулся в ледяных объятиях своей мамы, она так и окоченела, прижимая ребенка к сердцу И через два дня, уже в холодных стенах башни его спросят, помнит ли он что-то, слышал ли что-то странное. Он ответит нет, хотя все внутри будет противиться Сквозь сон он слышал шаги, он слышал диалог. Гостья говорила: " Ты бы могла быть моей и была бы счастлива», а его мама отвечала:» Я утащу тебя за собой в ад». Он не придал этому значения, ведь его обнимали тёплые руки, и стук сердца убаюкивал, уничтожая все тревоги