Время

***

Джаст проснулся в холодном поту. Его же руки держались за горло, пытаясь задушить. Чёрт быстро отдёрнул их. Жадно глотая воздух, он бегал глазами по потолку. Очевидно, что сейчас была ночь. Благо лунные лучи проникали в эти стены, давая хоть какую возможность что-то видеть и кое-как различать цвета. Похоже это место было выстроено из жёлтых блоков. Мгновенно пришла мысль, что он находиться у Алфёдова на базе. Джаст поднялся, на локтях. Да, он не ошибся, это точно была база снеговика. Все те же сундуки, печки и прочий интерьер, давно знакомый нам. Чёрт только сейчас почувствовал на своей ноге небольшой вес. Опустив взгляд, перед ним предстала картина. Алфёдов сидел на коленях у его кровати, голова его лежала на правой ноге чёрта. Одна из рук тянулась вдоль края койки, а другая неподвижно свисала вниз. В тишине можно было услышать его мирное сопение. Вид его друга немного успокоил чёрта. Может Алфёдов и не может ему помочь, но он всё равно вызывал некое расслабление. Джаст не хотел засыпать, боялся вернуться в тот сон. Поэтому он безмолвно смотрел на умиротворённое личико снеговика. Но вскоре спокойствие снежка сменилось волнением и тревогой. Он начал ёрзать и что-то бормотать во сне. Джаст хотел как-нибудь успокоить своего друга. Но для начала чёрт решил уступить место другу, ведь если тот продолжит спать в столь неудобной позе, то завтра всё тело будет ломить. Поэтому он аккуратно слез с кровати, придерживая голову снеговика. Чёрт подошёл к Алфёдову и взял его на руки. Благо сон его был нечутким. А вес Снеговика не превышал веса обычного гусиного пера, поэтому поднять его не составило особого труда. В ночной темноте белое лицо снеговика сильно выделялось на фоне всего прочего, а пушистые взъерошенные волосы поблёскивали, когда на них попадал лунный свет. Чёрт медленно опустил друга на кровать. После он присел рядом. Алфёдов до сих пор выглядит встревоженным. Надо бы что-то сделать. Как нибудь успокоить… Джааааааст, ну что ты с ним, как с ребёнком возишься? Как же он тебе дорог… ха… хаха… хахахаха… знаешь, у меня появилось замечательная идея! От друзей стооолько хлопот и проблем. Зачем тебе они нужны? Зачем тебе нужен он? Мне кажется, что он нам только мешает. Может избавимся от него? Может убьёшь его, Джасти? Кого угодно, но только не его! Любого участника Майншилда, но не Алфёдова. Джаст не может его убить ведь правда? ТаК вЕдЬ? Чёрт не успел и опомниться, как в руке оказался его меч. Но ведь инвентарь несколько мгновений назад был пуст, в нем точно не было оружия. И вот Джаст стоит над Алфёдовым. Он не хочет быть марионеткой, делать всё, что ему повелят, тем более такое. Рука дрожит, противясь непонятно какой силе. Убей же его, Джаст! Давай же! Это ведь не сложно! Всего-то взмахнуть мечом. Почему он должен убить его?! Это и есть та месть? Месть за то, что он выжил? Или… за то, что кто-то его спас? Ну нет же! Нет же! Надо… надо что-то сделать. Может… лучше убить себя? Это же лучший вариант, так ведь? Джаст ещё раз смотрит на снежное личико. Он не простит себя, если он убьёт его. Он не позволит. Чёрт пытается потянуть руки на себя, но они попрежнему противятся. Почему? Он ведь хотел его смерти? Так почему же? Думаешь теперь мне нужна только твоя смерть? Я же говорил. Я хочу насладиться твоими страданиями. Вот она — беспомощность. Чёрт не может ничего сделать, совершенно ничего. Тело уже будто чужое, ну хоть разумом владеет всё ещё он, и то наверное не надолго. Так ещё и Алфёдова втянул. И ведь сейчас никто не придёт, не поможет. Страшные картины кровавого месива всплывают в голове. Джаст хочет закричать, чтобы разбудить снеговика, но огромный ком встал посреди горла, не давая и слова сказать. Всё предрешено… Джаст закрывает глаза. Он уже не в силах сопротивляться. Рука уже тянется куда-то вперёд. И страшно даже думать, что будет дальше. Но вдруг кто-то его обнимает. Алфёдов? Чёрт приподнимает свои веки. Снеговик, положив голову на плечу чёрту, приобнимает его. Меч сам вываливается из разжатой руки и падает на кровать. Джаст в ступоре. Алфёдов не спал? Он всё видел? Чёрт уже хочет начать оправдываться, как слышит тихое сопение возле своего уха. Значит всё-таки спит. Тогда как? Но по-моему вопросы здесь излишни. Чёрту ничего не остаётся, как ответить на объятия. Но он и не против, даже наоборот это то, что ему было нужно. Мысли уходят на второй план, как и голос. Джаст еле слышит его, он будто бы доносится издалека, не здесь. Здесь только он и Алфёдов. Живой, здоровый и невредимый. Чёрт утыкается в его мягкие волосы, которые так приятно и сладко пахнут, убаюкивая. Джаст уже и не заметил, как заснул в его объятиях. Он наконец-то отоспится. И не волнуйтесь плохих снов ему не приснилось. Я слышу однотонные звуки часов, но среди них есть те, что не тикают в такт. Двое часов, что существуют отдельно от этого мира. Тик-так, тик-так - сливаются вместе.

***